Катализ
- Нет! – выкрикнул аюн.
Он вывернул руку кирдоланке, не давая выстрелить, и одновременно дернул девушку на себя, убирая с пути монстра. И тот, слепо маша руками, промчался мимо, оглашая зал душераздирающим ревом.
Аржарнавага вывернулась из объятий аюна и в панике бросилась бежать, не разбирая дороги. Но через несколько шагов её настиг принц.
- Тихо-тихо! Успокойся, - мягко проговорил он, поймав её за плечи.
Андрин подбежал к ним, и кирдоланку окружила негромкая, вполголоса зазвучавшая Песнь. И девушка перестала вырываться и почти членораздельно пробормотала трясущимися губами:
- Где… оно? Где чудовище?
- Оно не опасно, - Вальдариан вздохнул и добавил, - и это – не чудовище.
- Я бы предпочёл чудовище, - мрачно проронил аюн.
- Я тоже. Взгляни, - принц показал в сторону лестницы, сбегающей вниз, к центру деревушки.
Под горкой, на железных скобах скамейки с проломленным сидением, сидел высоченный старик. Он низко наклонился, опираясь на колени, и покачивался туда-сюда, будто убаюкивая боль в своем чреве. Голову его, укрытую седым саваном волос, окружали беспрестанно вращающиеся обручи лотана, полыхающие голубым сиянием во тьме. Из рукавов его изодранной футболки торчали костлявые руки, поросшие клоками шерсти. А у локтей неряшливыми оборками свисала морщинистая кожа. Зловонная тишь наполнилась протяжными подвываниями и всхлипами. Чудовище плакало.
- Кто это? – потрясенно спросила кирдоланка.
- Наверное, иштарианец, - тихо ответил принц. – Был.
- Это – кунтов гвир! - ожесточенно возразил аюн. - Неважно, какой он был расы, конец для всех один.
- В детстве мама читала мне страшилки про тех, кто увяз в виртуальности, - растерянно проговорила девушка. – Я всегда думала, что это просто побасёнки.
- Счастливый же у вас народ, если ты их никогда не встречала, - задумчиво, будто бы даже с завистью, заметил Вальдариан. – Идемте, не хочется тут задерживаться.
- Ему можно помочь? – кирдоланка смотрела на гвира уже не со страхом, а с жалостью. Старик больше не плакал, а блаженно улыбался, слепо глядя в одному лишь ему видимую даль.
- Поздно. На такой стадии гвиры уже неизлечимы. Все здесь обречены, - негромко произнёс Андрин.
- Стоп! Ты сказал «все»? Он что, тут не один?! – с испугом уточнила кирдоланка.
- Чему тебя только учат в академии? – со вздохом поинтересовался принц, подталкивая подругу в сторону выхода из зала. – Заходя в незнакомое помещение, курсант Аржарнавага, не забудь его просканировать. Двойка тебе.
- Зато, у нее есть бластер, - с иронией прокомментировал аюн.
- Я растерялась, - смущенно оправдывалась Аржа. - Просто, тут так пахнет…
- Знаешь, помещения, где так пахнет, нужно особенно быстро сканировать. Если, конечно, ты не планируешь пахнуть так же, - с сарказмом заметил Андрин.
Кирдоланка на ходу скользнула рукой по браслету, и перед ней возник экран, отображающий схему зала.
- Двенадцать живых существ, - удивленно проговорила она, очертив лучом лотана круг по стенам.
- Наверное, тут была коммуна изгнанников, - невесело предположил принц. – А потом какой-то придурок первым попробовал глубокое погружение.
- Изгнанникам нечего терять, Дари… - тихо заметил аюн.
Большинство ярких точек находилось внутри прямоугольников, обозначающих лачуги. Девушка представила себе существ, сидевших там. В одиночестве. Во мраке. Погруженные в свои чудесные сны, они и не замечали, как смерть забирала их ставшие ненужными тела. И только голубые ленты лотана, потеряв сигнал, медленно угасали, бросая прощальные всполохи света на костлявых мертвецов в лужах собственной мочи. Арже стало жутко. И она спросила:
- Сколько же тут трупов?
- Думаю, не меньше сотни.
- Всё будет плоть Его, – набожно прошептала девушка и внезапно поняла: - Вы оба уже видали такое раньше, да?
- Дари же сказал - у тебя счастливый народ, - угрюмо отозвался Андрин.
***
- Свет впереди, - предупреждающе прошептал аюн, - пригасите фонари.
Туннель, по которому шли курсанты, неожиданно раздался вширь. Левая стена исчезла, сменившись крутым склоном. Далеко внизу лежала округлая зала с разбросанными по ней добротными кирпичными домиками с крылечками, ярко освещенными лохматыми шарами кристального газа. Пахло дымком, слышалось приглушенное бормотание генераторов, где-то неподалеку тихонько журчала вода.
- Деревня, - негромко прокомментировал принц, - вон там спуск к ней, но наш след идет мимо. Впрочем, уверен, они бы все равно не угостили нас грогом. Скорее, попытались бы ограбить.
- А ты всегда видишь в других только лучшее, да? – с ехидцей спросила Арджа.
- А я бы от горячего грога не отказался, - зябко повел плечами Андрин, - или даже просто от кофе.
Энтаил привыкли к тягучей жаре своей родной планеты, и аюну было неуютно во влажном холодке подземных глубин.
- Интересно, кто они и почему оказались тут? – проговорила кирдоланка, с любопытством посматривая вниз.
На улицах деревеньки под кручей было немало народу, но с такой высоты ни лиц, ни одежды ей было не разглядеть.
- Я вижу флаги со змеёй над ратушей, а на улицах - одних кирдолан, - сообщил девушке Вальдариан, обладавший куда более острым зрением. – А вот почему они оказались тут, полагаю, стоит спросить у вашего правительства.
В голосе принца отчётливо прозвучал сарказм.
- Перевоспитание еретиков, извративших суть Ишгарзмира, – древний обычай, - пожала плечами кирдоланка, мигом сообразив, кто обитает в деревеньке.
Она теперь уже с неприязнью глянула вниз и, отвернувшись, с независимым видом принялась рассматривать слоистый тёмный камень бугристых стен.
- Древний - часто значит «варварский», - насмешливо заметил аюн.
- Я же не критикую вашу веру! - обиженно взвилась Аржарнавага. – К тому же, чтобы вернуться домой, этим еретикам нужно всего лишь принять свет Учения Всеединого. Возможно, - запальчиво добавила она, - именно благодаря мудрости заповедей Его, у нас почти нет гвиров!
- Гвиров нет, и вы решили портить жизнь своему народу иначе. Логично, - с умным видом покивал Андрин.
- Между прочим… - с апломбом начала кирдоланка, но закончить не успела.
Принц внезапно шагнул к ней, прикладывая палец к губам, и прошептал почти беззвучно:
- Кто-то идет.
Из-за поворота вышли трое мужчин, синекожих, бородатых, широкоплечих. Они были однотипно одеты, будто в униформу, - короткие серые плащи, походные штаны со множеством карманов и тяжелые ботинки. Каждый был при оружии – у двоих виднелись кобуры с бластерами, а у третьего - короткий меч в ножнах.
Мечник, шедший посередине, жестом приказал спутникам остановиться и выступил вперед, внимательно изучая друзей. Светло-голубые волоски в густой бороде и массивная надбровная пластина говорили о солидном возрасте кирдолана, а продольные морщины на лбу – о суровом нраве.
- Кто такие? – отрывисто спросил он.
- Просто путники, - миролюбиво ответил Андрин. – Идём по своим делам.
- «По делам» тут обычно ходят только бандюги и, реже, нарки. Вы из каких будете? – язвительно спросил мужчина.
- Вы, эжгандиги1[43], сами хуже любых бандитов! А куда мы идём – то не ваше дело! - заносчиво отрезала кирдоланка.
В узких темных глазах голубобородого сверкнул гнев. Спутники его подошли ближе, а руки их замерли на застёжках кобур. И один из кирдолан, молодой, с длинными светлыми косами, собранными в хвост, запальчиво воскликнул:
- Да кто ты вообще такая, чтобы осуждать нас за то, в чем ни даргха не смыслишь?!
- Это я-то не смыслю?! – возмутилась девушка. - Да мне достаточно того, что Собор…
- Собор! Тю… - мужчина шагнул вперёд. Черные и раскосые очи его так и сочились злобой.
- Я прошу прощения за дерзость нашей проводницы! - поспешно вмешался принц, незаметно, но крепко ущипнув подругу за ногу. – Но мы очень спешим.
Он здорово опасался, что околорелигиозные разборки с кирдоланами выльются в драку, и тогда Юнала точно успеет уйти.
Призвав к силе Источника, он создал на ладони маленький шарик, ярко воссиявший сочной синью.
- Авалдан… - тихонько пробормотал один из стражей.
- Мы тут по делам Железного Древа, - невозмутимо заявил Вальдариан.
- И Светозарной Короны, - охотно присоединился к спектаклю аюн, позволив на миг Песне Потока зазвучать под высокими сводами.
Андрин сохранял невозмутимое выражение лица, но принц был уверен – в душе приятель хохочет над идиотизмом ситуации.
- Аюн и авалдан… Очень неожиданная встреча! – с удивлением сказал мечник и, озабоченно оглянувшись на подчинённых, поинтересовался почтительно: - Вы случайно не к темнице идёте, уважаемые лорды?
- Возможно, - с надменным видом отозвался аюн.
- Просто ваши обычно ходят по той стороне, - деловито пояснил страж, кивая на дальнюю часть грота. – Глядите, как бы эта ваша проводница не завела вас невесть куда.
Он произнёс слово «проводница» с такой едкой смесью пренебрежения и злости, что оно прозвучало как страшное ругательство.
Принц положил тяжёлую ладонь на плечо кирдоланки, порывающейся что-то сказать, и, удостоив собеседника вежливой улыбкой, сообщил:
- Не беспокойтесь, мы знаем дорогу.
Когда шаги стражей стихли за поворотом, принц и аюн, не сговариваясь, осуждающе уставились на подругу. Кирдоланка какое-то время угрюмо молчала, а потом, не выдержав, сердито выпалила:
- Что?! Они же еретики!
Принц закатил глаза, а аюн насмешливо проговорил:
- Заметь - хорошо вооружённые еретики.
- Ну и что! У вас же магия…
- То есть, ты предпочитаешь еретиков исключительно в мёртвом виде? – невинно уточнил Вальдариан.
- Нет, конечно! Нет… То есть… Вы просто не осознаёте весь ужас их падения. Даже просто разговаривая с ними, я совершила страшный грех!
- Ты же не знаешь, за что именно их сослали, - заметил Андрин.
- Мне это и не нужно, - пожала плечами девушка. – Достаточно того, что они здесь по решению Собора.
- А вдруг Собор ошибся? – провокационно спросил принц.
Девушка вскинула на друга изумлённый взгляд. Вопрос для неё не имел смысла, казался невероятным. Невозможным. Оскорбительным.
- Собор не ошибается. Никогда, - словно озвучивая очевиднейшую для всех истину, назидательно проговорила Аржа.
Вальдариан бросил взор на аюна, тот, задумчиво усмехаясь, покачал головой.
Спасовав перед непрошибаемым религиозным рвением подруги, принц сменил тему:
- Рин, ты же слышал раньше о темнице?
- То же, что и все, - отозвался Андрин. – Честно говоря, я всегда был уверен, что это такая же нелепая сказка, как ненасытные пещерные живоглоты или призрак Убиенной Каарру, голосящей во тьме.
- Вот и я так думал, - кивнул Вальдариан. – Но ты же слышал, что сказали эти кирдолане?
- Угу. Что «наши» ходят по той стороне.
- И куда же они тогда ходят, если темница – просто трактирная байка?
- Знать бы. Я порасспрашиваю отца.
Рукав, по которому они шли, узкий и грубо вытесанный в каменной толще, постепенно все больше сужался. Андрин, самый высокий из них, уже шагал, сгорбив плечи и раздраженно потирая ушибленную макушку. Стены сжимались вокруг друзей, то и дело хватая их за плечи влажными шершавыми лапами. Казалось, коридор вот-вот оборвется тупиковым забоем, и только петляющая лента следа заставляла их идти все дальше и дальше. Вскоре они уже пробирались по тесной штольне по одному, в полуприсяде, раздирая руки в кровь об острые камни. Холодные капли воды падали с потолка, путались в волосах и просачивались за воротники форменных курток. Становилось все холоднее, и тела путников во влажной одежде била зябкая дрожь.
Принц, шедший первым, перебрался через крупный обломок породы, преградивший путь, и свернул за угол. Туда, где туннель внезапно завершался округлой горловиной лаза, сочащегося бледным светом. Вальдариан, ухватившись рукой за выступающие камни, заглянул внутрь. Луч лотана выхватил из полумрака склизкие и поросшие бурым мхом ступени, выбитые в скале. Они убегали далеко вниз, ко дну огромной природной пещеры, окропленной сквозь трещины в кровле светом двух юных лун.
Старые Штольни остались позади.
Глава 7.
Вода подземного озера была кристально-чистой и такой ледяной, что от холода ломило зубы. Аюн напился из пригоршни и наполнил до краев пустую термофлягу, в которой он в иные дни носил с собой баарвель1[44]. Над самыми головами путников смыкались ноздреватые своды, ощетинившиеся иглами сталактитов. Их клыкастые тени зловеще дрожали на глади темных вод.
А след Слезы вел друзей вперед, в потайные глубины бескрайних пещер Сиавендая.
- Дай и мне попить.
Получив флягу, кирдоланка сделала несколько жадных глотков и, отдышавшись, спросила:
- Дари, а ты уверен, что след идет куда нужно?
- И ты туда же! - с негодованием воскликнул принц и отчеканил сурово: - Я - не Дари!
Андрин тихонько фыркнул. Вальдариан недовольно на него глянул и буркнул:
- Уверен. Она прошла здесь.
- Может твоя магия… - Аржарнавага замялась, подбирая верное слово.
- Сломалась, - ехидно подсказал аюн.
Вальдариан смерил его сердитым взглядом и проворчал:
- Пошли уже.
Большая пещера сменилась другой, поменьше. Стены ее терялись за прихотливыми водопадами сталагнатов, загустевших в безвременье. Под ногами расстилался буро-зеленый моховой ковер, тут и там поросший светящимися крупными грибами. По их синим островерхим шляпкам скользили цветастые пятнышки света, призывно мерцая во мраке. И целые стаи белоснежных мотыльков слетались на это сияние и завороженно порхали вокруг, шелестя кружевом крыльев.
- Какая красота! – восторженно ахнула кирдоланка.
- Не вздумай трогать их руками! - поспешно предупредил аюн, - Даже близко не подходи! Это – вииртена, самый ядовитый гриб Симилаандары.
Девушка вдруг увидела, что мох под ближайшей грибной порослью выбелен телами сотен погибших бабочек. Крохкое меловое покрывало, плотно укутывавшее грибницу, волной сбежало путникам под ноги. И хрупкие белёсые трупики жалобно захрустели под подошвами.
- А дышать-то тут безопасно? – озабоченно спохватилась Аржа.
- Ну, мы все-таки крепче бабочек, - пожал плечами Андрин и, подумав, добавил: - Но селиться тут я бы не рекомендовал.
След вывел их в небольшой грот с ровным дном, кое-где покрытым игольчатыми кудрями мха. Остро пахло мускусом и чем-то ещё, тягучим, травянистым и приторным.
- Не нравится мне этот запах, - встревожено пробормотал аюн.
- А в деревне гвиров нравился? – насмешливо поинтересовалась кирдоланка. – Там ты вроде не жаловался.
Несмотря на беззаботный тон, девушка на всякий случай проверила застежку на кобуре и просканировала пещеру. Пусто.
- Мертвяки – обычно беспроблемные ребята. Лежат себе тихонько, воняют и никого не трогают, - цинично заявил Андрин.
Аромат, острый и резкий, всё нарастал, щекоча ноздри жгучей сладостью, а сердца – неясной тревогой. Студенты шагали к выходу из залы, невольно ускоряя шаг. А потом на пути их, будто из ниоткуда, появился зверь. Кипельно-белый. Лохматый. Огромный. Четыре мускулистые лапы, треугольные уши и хвост метёлкой. Над мощной спиной подземного создания вздымался узкий гребень с заострёнными шипами. По завиткам белой шерсти плясали электрические разряды, а глаза горели тусклым болотным огнем.
- Чрево! – от души ругнулся принц.
- Иалдарган, вожак. Сейчас и остальные явятся, - с жутковатой невозмутимостью сообщил аюн и, повернувшись к кирдоланке, приказал: - Прячься! Живо!
Девушка послушно кинулась под защиту огромной каменной глыбы у стены и потрясённо наблюдала оттуда, как за спиной иалдаргана медленно прорастают из небытия контуры ещё четырёх тварей. Они были такие же здоровенные, белые, но без гребней на хребтах. Вожак зычно рыкнул, приветствуя свою стаю, и неторопливо направился к незваным гостям. Остальные звери слажено двинулись следом, мягко ступая и держась чуть поодаль.
Принц и аюн, переглянувшись, попятились назад, подманивая хищников ближе. Андрин материализовал лаандару и призвал Песнь Потока. Под нарастающее пение ее хора, в левой ладони аюна засверкал рыжий сгусток, усыпанный огненными протуберанцами. Мгновение, и Андрин швырнул его в иалдаргана. Тот коротко взвыл. Пахнуло паленой шерстью. Но плетение оказалось недостаточно мощным. И вожак, с обгоревшей мордой, но живой, отскочил, бешено скаля зубы. А разъярённая стая, рыча, бросилась на аюна.
Выругавшись, принц призвал лазурное копье и поспешно метнул в ближайшего к другу зверя. Попал. И мёртвое животное, опрокинувшись, рухнуло под ноги своему собрату. Тот замешкался. Споткнулся. И Вальдариан, на бегу выхватив меч из ножен, срубил ему голову. Скользя по залитой кровью земле, принц обернулся к Андрину. Увидел, как тот острием светозарного клинка вспорол горло одному из хищников и вновь атаковал вожака. На этот раз не сгустком, а целым огненным потоком, вырвавшимся из его руки и обволокшим лохматое тело иалдаргана. Хор звучал всё громче. Волосы аюна засияли ярче охваченного пламенем зверя, и все вокруг будто застыло, потрясённо внимая последним громовым нотам Песни. А потом всё закончилось. Тело вожака осыпалось тлеющей золой. Поднявшийся ветер разметал её по гроту. И музыка умолкла.
- Эффектно, - признал принц.
Андрин не ответил. Лишь улыбнулся краешками губ.
Последний уцелевший зверь в растерянности топтался у тел погибших товарищей. Стоял, поджимая хвост. Не решаясь ни напасть, ни отступить. Сверкнула молния бластера. Кирдоланка по своему обыкновению промазала – выстрел не задел животное, срикошетив о камни у его лап. Хищник вздрогнул, испуганно прижимая к голове острые ушки. Но остался на месте.
- Не стреляй, не надо, - тихо попросил Вальдариан. – Пусть идет.
Белоснежный зверь внимательно взглянул на друзей, и, будто поняв, что его отпускают, побрёл к выходу. Сначала медленно, будто ожидая выстрела в спину, потом всё быстрее, заполошной скачущей рысью.
- Я думала, он исчезнет, - убирая бластер в кобуру, удивилась Аржа.
- В нем пока нет магии. И без вожака – он обычный зверь, - пояснил аюн. - Теперь он прибьётся к другой стае, и, кто знает, может сам лет через пятьсот станет вожаком. Если, конечно, доживёт.
- Красивые всё же создания, - с сожалением в голосе сказал принц, обходя распластавшееся по земле тело белошёрстого хищника.
На пушистой шкуре его не было ран, только под хребтом виднелся небольшой ожог с голубоватыми контурами. След от копья авалдана.
Андрин согласно кивнул и огорчённо проговорил:
- Жаль, что не получилось сразу убить гаандинова вожака. Тогда остальные бы просто разбежались.
Аюн пристыженно посмотрел на принца, но тот деликатно сделал вид, что не заметил этого взгляда. Вальдариан вовсе не был уверен, что у него самого получилось бы убить диковинное существо с первой же попытки. Признаваться в этом он не собирался, но и приятеля в неудаче тоже не винил.
- Может они и красивые, но нашей безликой дико повезло, что она их не встретила, - проговорила кирдоланка, последней покидая грот. – Клянусь Всеединым, она – очень везучая стервь!
- Это, кстати, странно, - заметил аюн. – Мы в их охотничьих угодьях, а иалдарганы всегда чуют лёгкую добычу.
- Может, они просто не жрут такую дрянь? Ну, в смысле, безликих…
- Думаешь, они - гурманы? - фыркнул принц.
- Ну, слизь, конечно, нравится далеко не всем, - ехидно согласился аюн.
- Слизь? – с отвращением переспросила кирдаланка и, неуверенная, что действительно хочет услышать ответ, поинтересовалась: – А как вообще выглядят безликие? Ну, на самом деле? Я, честное слово, собиралась про них прочитать, но, из-за этих дурацких контрольных по технологиям, так и не собралась…
- Ну, они, как и мы – сальяры2[45], - начал было принц.
- Понятное дело, - усмехнулась девушка. - Всякие там даргховы жуколюды, змеюки и прочая погань обычно держатся подальше от наших миров. А эти, наоборот, так и прут к нам в столицу.
- Ты – очень толерантна, - одобрительно хохотнул Вальдариан.
- Я просто честная и не собираюсь делать вид, что меня страшно умиляют всякие там разумные гусеницы, - пожала плечами кирдоланка. - Я, знаете ли, вообще считаю, что они – жуткие и совершенно не милые. Так что там с безликими?
- О, они-то, как раз, милашки. У них жёлтая кожа, нет волос и ногтей, а тела их покрыты тонким слоем липкой слизи, - с удовольствием просветил подругу аюн, усмехаясь изменившемуся выражению её лица. – Ещё они - гермафродиты, точнее, могут по желанию менять свой пол.
- То есть Юнала – вполне может быть мужиком? Прикольно.
- Даже недавно рожавшим мужиком, - подхватил шутку аюн и бросил насмешливый взгляд на принца.
Тот укоризненно покосился на друга и нехотя улыбнулся.
***
След свернул к руслу обмелевшей речки, петлявшей по дну подгорной теснины. Путники упрямо шли вперёд, то балансируя на склизких и шатких камнях, то бредя по щиколотку в ледяной воде. Холод от неё проникал сквозь сапоги, заставляя поджимать озябшие пальцы. А над головами, гогоча, визгливо бранились летучие мыши. И временами по морщинистой ряби отвесных скал скользили исполинские тени их крыльев.
- Рин, дай, пожалуйста, флягу! – не выдержала девушка.
Она с тяжёлым вздохом осела на валун, обтянутый пестрыми лохмотьями лишайника, и жадно отхлебнула из бутыли. Кирдоланка, не привыкшая к долгим походам, давно уже выбилась из сил. Противно ныли икры, по телу расползалась тряская слабость, а перед глазами мерцали снежные мухи. Девушка уже не раз хотела заговорить о привале, но упрямо молчала. Может, помня, что сама напросилась пойти, а может, стыдясь своей слабости перед лордами, ни разу не сбавившими шага.
Принц присел рядом с ней и проговорил виновато:
- Прости, мы уже не можем вернуться.
Аржанавага хотела гордо возразить, что она совсем не утомилась и готова пройти ещё столько же, но не успела. Потому что Вальдариан коснулся плеча девушки, и в измотанное её тело хлынула властная сила, смывшая без остатка всю усталость и напоившая мышцы клокочущей мощью. Девушка вскинула на приятеля удивлённый взгляд, успев увидеть, как тают в глазах принца лазурные искорки.
- Я не устала! - все же не удержалась Аржа. Тем более, что теперь это было правдой.
- Хорошо, - с совершенно серьёзным видом одобрил её признание Вальдариан. – Тогда, пошли. Уже близко.
- Ты уверен? – спросил аюн, с лукавой ухмылкой забирая флягу у кирдаланки. Та, заметив веселье друга, стукнула его по плечу и показала ему язык. Длинный и синий.
- Абсолютно, - твёрдо сказал принц. - Я слышу, как пульсирует след. Слеза совсем рядом. И раз никто не устал, - добавил он с улыбкой, - давайте поторопимся.
Вскоре подземная речушка, наконец, вывела их из ущелья. И друзья ступили на скальный карниз, нависший над огромной залой, раскинувшейся далеко внизу. С высоты было видно двускатные крыши дощатых лачуг и узкие улочки в редких пятнах фонарного света.
Над деревенской площадью возвышался остов звёздного корабля, столетия назад упавшего с неба и пробившего в своде громадную дыру. Сквозь неё на обшивку судна, заржавелую и покрытую изумрудным пухом мха, падали первые лучи утренней зари.
От стены к поселению спускалась крутая тропинка, а вдоль неё, журча, скакал по уступам водопад.
- Думаете, это - деревня безликих? – спросила кирдоланка, вопросительно взглянув на принца.
- Я вижу на улицах всего троих, - сообщил Вальдариан, разглядывая деревеньку. – И все они разных рас.
- Что в случае с безликим ровным счётом ни о чем не говорит, - фыркнул аюн.
- Именно. Не думаю, что нам стоит внаглую соваться туда. Вряд ли адепты Кагардан Нардаг очень любят гостей…
- Значит, опять никакого грога? – горестно уточнил Андрин и тут же деловито поинтересовался у принца: - Хочешь позвонить дяде?
- Пора… - кивнул Вальдариан. – Слеза не двигается. Похоже, наша безликая живёт здесь. Быть может, мы нашли даже больше, чем…
- Ванграго! Мой лотан вне сети! – внезапно воскликнула кирдоланка.
«Вы нашли проблем себе на задницы. Опять. И, кстати, вы – не одни», - внезапно зазвучал в сознании принца насмешливый голос Пламени.
Глава 8.
Принц замолчал, настороженно поводя лучом фонаря по валунам у стены. На секунду Вальдариану показалось, что контуры камней поплыли, будто тронутые зыбким маревом. Аюн, проследив за взглядом друга, повторно включил сканер. Никого. Только одинокая серебристая ящерка, быстро перебирая лапками, скользнула по земле и скрылась в расщелине.
Вальдариан недоверчиво покачал головой и призвал к силе Источника. Он провёл ладонями перед собой, мысленно сплетая лазурные нити, и перед студентами раскинулась призрачно-голубая завеса. Сквозь неё друзья увидели змеистую тропинку, сбегающую к деревушке, слоистую тушу скалы и трёх мужчин, застывших у кучи каменных глыб.