Легенды трех королевств. В объятиях твоей ненависти

— Но разве так можно? Даже наш разговор о нём мне кажется неправильным. У меня есть Рейн, а Дан не так давно пережил смерть своей возлюбленной.

— Сердцу не прикажешь, дорогая, как бы ни хотелось, — говорит бабушка, смотря на огонь, который потрескивает в сердце камина, — Дана тянет к тебе, а тебя к нему.

— Это может быть просто временным помутнением, — успокаиваю сама себя я, — эффект первого впечатления, понимаешь?

— Не в вашем случае…

— Опять ты за своё?

— Всё‑всё, молчу, — бабушка изображает закрытие замка воображаемым ключом около своего рта и широко улыбается, — а что насчёт бала? Ты идёшь с ним?

— Отец попросил меня составить компанию Дану быстрее, чем я успела попросить его о том, чтобы пойти с Рейном.

— Не думаю, что тебе нужно расстраиваться из‑за этого. Решение твоего отца вполне логично. Уверена, Рейн не останется в обиде, тем более это всего лишь один вечер.

— Ты права.

— Уже выбрала, в чём ты пойдёшь?

— Ещё нет…

— Думаю, красное платье, которое подарил тебе отец для первого знакомства с Даном, отлично подойдёт для бала.

Весенний воздух окончательно прогрелся, ярко‑зелёная трава пробилась из‑под земли, и появились первые почки на деревьях. Замок моего отца находится на возвышенности, и с окраины королевского парка открывается прекрасный пейзаж всего королевства. Я вижу часть города, густой лиственный лес, скалистый берег и беспокойное синее море, качающее корабли.

Мы наконец‑то встретились с Рейном, чтобы прогуляться и обсудить всё то, что произошло с нами за последние дни. Как обычно, мой светловолосый друг идёт по левую руку от меня и держит нерушимую дистанцию в несколько шагов, чтобы не вызывать сплетен и перешёптываний придворных. Рейна вне зависимости от погоды украшает королевская армейская форма. В ней он выглядит необычайно статно и грозно. Рейн куда крупнее Дана и чуть больше Варда. Отец с раннего детства ежедневно тренировал его и обучал всему, что знает сам, в надежде сделать его приёмником. Думаю, у него это получилось, Рейн не просто хорош, он лучший в своём отряде.

— Я скучал по тебе, — робко говорит Рейн, — последние несколько дней мы почти не видимся.

— Мне тоже не хватало тебя, — отвечаю я и понимаю, что мои слова звучат неискренне, скорее как любезность, — я думаю, что ты понимаешь причину.

— Надеюсь, эта причина совсем скоро сядет на свой корабль и отправится туда, откуда приплыл, — раздражённо произносит он и сжимает кулаки.

— Рейн, — с улыбкой говорю я и останавливаюсь, чтобы посмотреть ему в глаза, — ты что, ревнуешь?

— Конечно, я ревную, — отвечает он и продолжает свой шаг, так и не посмотрев на меня, — он молод, сколько ему, двадцать? Двадцать два?

— Двадцать, — кратко говорю я.

— Плевать, он богат, красив и, что ещё важнее, он король.

— Думаешь, для меня важнее всего в мужчине его титул?

— Для тебя нет, но для твоего отца это вполне весомый аргумент в пользу Дана, — слова Рейна режут мне слух, неужели он, подобно моему отцу, считает, что у меня нет права голоса.

— Так пусть сам за него и выходит…

— Агния, — Рейн наконец‑то останавливается, — не говори так, он твой отец и мой король, которого я поклялся защищать.

— Даже от меня? — многозначно спрашиваю я своего лучшего друга, но он задумчиво молчит.

— Ты исключение, — наконец‑то произносит он.

— Приятно быть чьим‑то исключением, — произношу я с улыбкой на лице и касаюсь своей рукой плеча Рейна.

— Какая приятная встреча, — слышу я голос своего отца и вижу приближавшиеся к нам две фигуры.

— Мой король, — тут же отвечает Рейн и склоняет голову в сторону отца, — король Дан, — учтиво произносит он уже с поднятой головой.

— Дан, позволь тебе представить Рейна, я рассказывал тебе про него, — одобрительно говорит отец.

— Приятно познакомиться лично, — отвечает Дан привычно холодным и глубоким голосом.

— Рейн, а я как раз тебя искал, — продолжает отец, — мне нужно обсудить с тобой один очень важный вопрос, уверен, наши спутники не обидятся на нас, если мы оставим их ненадолго.

— Мы не закончили наш разговор, — кратко говорю я.

— Это подождёт, — прерывает меня Рейн.

— Ну вот и отлично, — говорит отец и неодобрительно смотрит на меня, — Дан, передаю в твои надёжные руки свою дочь.

— Принцесса, — обращается ко мне Дан, — обещаю не разочаровать вас своим присутствием.

Я вижу, как Рейн и отец удаляются, оставляя меня наедине с Даном. Чувствую, как предательски сердце начинает отбивать звонкий и быстрый ритм. Ну вот, опять это происходит. Дан безмолвно, но учтиво предлагает мне свою согнутую в локте руку, чтобы продолжить прогулку, и я соглашаюсь.

— Вы расстроены? — интересуется у меня Дан.

— Скорее разочарована, — отвечаю я, поправляя платье, — я всегда оказываюсь на втором месте для Рейна.

— Видимо, как и я для вашего отца, — с улыбкой говорит молодой король.

— Ха‑ха‑ха, — смех вырывается у меня из груди, — это не так, вы же знаете, для чего он это делает.

— Конечно, знаю и благодарен ему за это, — слова Дана поднимают меня высоко к небу и опускают глубоко вниз, — так значит, Рейн ваш возлюбленный?

— Это так очевидно? Знаете, иногда мне кажется, что Рейн влюблён в королевство больше, чем в меня. С одной стороны, это хорошо, если мы когда‑то поженимся, он станет достойным королём, но с другой стороны, это вовсе не означает, что он станет хорошим мужем.

— Зачем вы так яростно заставляете себя верить в ваш союз, если даже не уверены в его чувствах? Или сомневаетесь насчёт своих?

— Боюсь, что у меня нет ответа. Ни для вас, ни для себя.

Время, проведённое с Даном, ощущается иначе, чем с Рейном. Мы говорим о книгах, об искусстве, о том, как различаются наши королевства. Разговоры с моим лучшим другом детства обычно так или иначе скатываются либо к моему отцу, либо к порядку в королевстве и службе Рейна. Рядом с Даном я не чувствую себя в безопасности, однако вместе с тем я понимаю, что могу быть собой, и он принимает это. Разумеется, мой отец и Рейн не возвращаются, и мы отправляемся в замок, чтобы начать подготовку к вечернему балу.

Послушав совета бабушки, я всё же надеваю красное платье, подаренное отцом. Бал кажется мне вполне уважительным и подходящим поводом. Теперь, смотря на себя в зеркало, оно уже не кажется мне каким‑то не таким. Тугой корсет подчёркивает мою талию и слегка приподнимает грудь. Лёгкая и прозрачная ткань приспущенных рукавов оголяет плечи, и это заставляет меня выпрямиться и держать осанку. Что ж, возможно, я не так безнадёжна, как думали отец и Сюзанна.

Я выхожу из своих покоев и вижу лицо Дана, на котором впервые появляется намёк на улыбку. Правитель Кроунтауна, не изменяя себе, одет в чёрный камзол, только более праздничный, чем обычно. Бархат, кожа, золотая вышивка. Сдержанно, но в то же время величественно, как и подобает королю. Мы подходим к распашным дверям зала, и я слышу, как придворный представляет нашу пару собравшимся гостям. Дан любезно предлагает мне свою руку, подобно тому, как он делал это во время утренней прогулки.

— Вы не должны переживать о том, что подумает ваш отец или Рейн. Для меня честь — быть спутником самой прекрасной девушки Сейнтхилла, — говорит Дан, и я решаю уступить.

Я делаю глубокий вдох, и мы медленно проходим в центр бального зала, где нас уже ожидают другие пары, состоящие из знати Сейнтхилла. Среди них я вижу Рейна. Рада, что он нашёл себе компанию на этот вечер. Мне становится тревожно и неловко от того, что все взгляды направлены на нас. Я чувствую, как начинает першить в горле и не хватать воздуха. Корсет хорош, когда ты стоишь в нём неподвижной статуей, на деле же это крайне неудобная часть платья. Я слышу, как звуки живой музыки начинают неторопливо заполнять всё помещение. Традиционный танец со сменой партнёров — это основа любого бала вне зависимости от того, в каком королевстве он проходит. Дан, как и остальные юноши, делает небольшой поклон и протягивает руку, приглашая к началу. Молодой король крепко сжимает мою ладонь в своей руке и кладёт вторую руку на талию. Мы не сводим друг с друга глаз весь танец, а когда приходит время смены партнёра, Дан не отпускает меня в руки к Рейну, а лишь, наоборот, сильнее впивается в меня, словно хищник. Вскоре танец заканчивается, музыка постепенно стихает, и Дан провожает меня в глубь зала, подальше от любопытных глаз.

— Вы произвели фурор сегодня, — отмечаю я.

— Только сегодня? — с притворным удивлением спрашивает Дан и передаёт мне бокал вина.

— Сегодня особенно, — добавляю я, — давно я не видела девушек Сейнтхилла такими изобретательными. Все они жаждут вашего внимания, то и дело используя свои женские уловки.

— И что же это за уловки?

— Поверьте, их множество, стоит только присмотреться, — произношу я и делаю небольшой глоток вина.

— Да вы знаток, Агния… — говорит Дан и пристально смотрит на меня.

— Обычно я наблюдаю, но не участвую.

— А что сделали бы вы, если бы хотели привлечь внимание мужчины?

— Мне необязательно что‑то делать. Все очарованы моим отцом и потенциальным приданым, которое достанется моему супругу. Быть принцессой очень весело, пока ты остаёшься ребёнком, — с небольшой грустью и ностальгией произношу я, — потом люди хотят с тобой подружиться только из‑за твоего положения. Им совсем не интересна ты или твои увлечения. С возлюбленными всё намного сложнее. Девушки могут быть хитрыми и коварными, но все забывают упомянуть мужчин без принципов, искусных лжецов, которые станут для тебя кем ты захочешь, будут делать то, что ты от них ожидаешь, пока не получат желаемого.

— Так значит, Рейн ваш друг с раннего детства, поэтому вы так цените его?

— Да, мы росли вместе, и его интерес ко мне был настоящим с самого начала, до того, как все стали твердить ему, что я будущая королева. Все были уверены, что родится наследник, но после смерти матери всё больше и больше внимания падало на меня.

Мой отец любит всё портить. Вот и сейчас он пересекает зал и направляется к нам как раз в тот момент, когда мы начали сближаться.

— Надеюсь, ты хорошо проводишь время, молодой король, — говорит мой отец.

— Лучше, чем когда‑либо, — сухо отвечает Дан, который всего минуту назад был совершенно другим.

— А я давно приглашал тебя навестить нас, пойдём со мной, хочу познакомить тебя с одной очень очаровательной и талантливой особой, которая известна во всём королевстве своим мастерством писать картины. Весь вечер она то и дело твердит о том, как бы хотела изобразить вас.

— Это очень любезно с её стороны, но только глупец оставит такую девушку, как Агнию, в одиночестве, — Дан отходит от меня и протягивает руку, приглашая на танец.

Этот танец веселее и значительно быстрее традиционного. Переливающиеся звуки скрипки и арфы подхватывают нас, и мы пускаемся в пляс. С разных концов бального зала то и дело слышатся почти синхронные ритмичные стуки каблуков, шелесты юбок и звонкие хлопки. Я позволяю себе полностью расслабиться и отдаться моменту, когда замечаю такую редкую и такую красивую улыбку молодого короля.

— Уже поздно, думаю, мне пора идти, — наконец‑то отдышавшись, говорю я.

— Я провожу вас, — отвечает слегка захмелевший Дан.

— Нет, не стоит. Это бал в вашу честь, столько людей ждёт вашего внимания.

— Я настаиваю… Раз это мой вечер, то и мне решать, как его проводить.

Мы неспеша преодолеваем коридор за коридором и оказываемся около моих покоев. Вдалеке ещё слышен звук музыки и едва уловимый гул голосов. Оказывается, балы — это не так уж и скучно, когда ты в правильной компании.

— Чудесный получился вечер, — робко произношу я.

— Да, отличный, — отвечает молодой король и поправляет мне выбившуюся из причёски прядь волос, слегка касаясь моей щеки.

— Дан, тогда в карете я была не права, — говорю я и делаю небольшую паузу, чтобы набраться смелости и озвучить свои желания вслух, — я всё-таки хочу узнать о вас больше перед тем, как вы отправитесь домой и мы попрощаемся на долгие годы, а возможно, и навсегда…

Без долгих раздумий, Дан обхватывает мое лицо руками и притягивает к своим горячим губам. Я не могу и не хочу сопротивляться. Я чувствую облегчение, будто именно этого я и ждала все это время. Наш поцелуй долгий, страстный, неудержимый. Язык Дана проворно пробирается в мой рот и главенствует там. Я обхватываю молодого короля за талию и притягиваю ближе к себе. Прикосновения его рук нежные, но при этом сильные и властные, из-за чего мое тело покрывается мурашками. Прежде чем я успеваю что-то осознать, Дан останавливается и словно отрывает меня от себя. Он одаривает меня безмолвным взглядом, разворачивается и уходит. В полном одиночестве и отчаянии, я стою в коридоре королевского замка, борясь со своим внутреннем желанием догнать и никогда больше не отпускать его от себя.