Границы крови. Остров ветров

— Когда захочу, тогда и отвяжусь, — дерзко сказал Сет, подойдя к ней ближе.

Алекс знала, что от него можно ожидать что угодно, поэтому попыталась подняться со скамьи, но Сет опустил её обратно, положив ей руку на плечо. Он состроил самодовольную гримасу, прекрасно зная, что Алекс не будет давать сдачи, и под злорадствующий смех своих подошедших друзей он пихнул её вперёд, сталкивая со скамьи прямо в глубокий сугроб.

Она свалилась на спину, и колючий снег тут же окутал её со всех сторон, будто одеяло. Её лицо разгорелось от холода, и она как можно скорее попыталась подняться. Сет хотел продолжить веселье и начать бросать в неё ещё больше снега, но, к его сожалению, именно в этот момент из калитки вышел рабочий лесопилки. Он позвал Сета к себе для помощи с оставшимися дровами на складе, и ему пришлось последовать за ним вместе с другими старшими ребятами.

Алекс с облегчением выдохнула, встав с земли и отряхнув от снега свою слишком тонкую для такой суровой зимы одежду. Её рука неосознанно коснулась шеи под воротником, проверяя, на месте ли её кулон. Из леса, волоча за собой сани, набитые дровами, показался мальчик, которого сопровождала воспитательница детского дома. Они остановились возле лесопилки, и женщина пошла за работниками, призывая их забрать последнюю партию дров на сегодня. Мальчик, стоя в капюшоне с опущенной головой, услышал голос Алекс, подзывавшей его по имени.

— Фрэй, иди сюда. Осторожно, тут камни! Левее.

Фрэй подошёл к Алекс, и та помогла ему усесться на скамью. Когда мальчик поднял на неё голову, опустив заснеженный капюшон, перед ней открылось исхудавшее, покрасневшее от холода лицо с серой плотной повязкой на глазах, обмотанной вокруг его безволосой головы. Этот кусочек ткани спасал Фрэя от яркого солнечного света, к которому у него была сильная чувствительность, несмотря на практически полную потерю зрения — это помогало мальчику ощущать себя комфортнее на улице, когда повсюду блестит белоснежный снег и светит яркое солнце.

— Хочешь покажу тебе кое-что? — улыбнувшись, спросила Алекс.

— Показывай, — с ответной улыбкой сказал Фрэй. У него был слишком хриплый голос для ребёнка, отчего он звучал старше своих лет.

Алекс осмотрелась вокруг, убедившись, что никто не следит за ними, быстро нагнулась и достала из-под лавки лучную стрелу, протянув её в руки Фрэя. Он обхватил её обеими руками, прощупывая с каждой стороны, чтобы лучше представить, что ему дали.

— Стрела?

— Не просто стрела, — прошептала Алекс, забирая трофей обратно. Она медленно провела рукой по основанию стрелы, слегка задевая оперение. — Жаль, конечно, что ты не видишь, какая она красивая. Я нашла её сегодня в лесу, в снегу, чуть не наступила на неё ногой. У неё ярко-красное оперение и заострённый металлический наконечник.

— Я слышал, что красные перья бывают только у Малюра, — задумчиво произнёс Фрэй, — знать бы ещё, как этот красный выглядит.

— Да, это наверняка перья Малюра! Я никогда не видела этих птиц в жизни. Говорят, они давно вымерли, и найти их можно лишь на Южном Острове.

— Должно быть, это очень дорогая стрела, — кивнул Фрэй. — И что ты собираешься с ней делать?

— Я возьму из сарая верёвку и сделаю лук. Я буду как настоящий Охотник, — Алекс была полна энтузиазма, радуясь тому, что наконец-то придумала, как можно себя развлечь в этом унылом месте.

— Через час будут закрывать ворота Кеолана, нам лучше пойти в дом, — немного нервно сказал Фрэй, который не особо любил подобные выдумки подруги.

Алекс закатила глаза от занудства своего товарища и, ещё раз осмотревшись, как можно тише побежала к ближайшему складу лесопилки. Возле входа стоял давно не использующийся станок для обработки дерева, на который она ловко забралась. Встав в полный рост, она дотянулась до мансардного окна сарая, подтягивая себя на руках и карабкаясь по стене ногами.

Внутри было пыльно и грязно, на полу валялись бесхозные инструменты, в том числе мотки проволоки и верёвок. Алекс отыскала тонкий переплетённый шнур, намотанный на деревянный брус, который держал крышу мансарды. Среди коробов были разбросаны осколки стекла, и она осторожно взяла один из них. Алекс отрезала кусок верёвки, сматывая её к себе в карман плаща.

Через проём в полу, образовавшийся от отсутствия одной из деревянных досок, с мансарды открывался вид на первый этаж помещения. Пока одни работники лесопилки выгружали с саней дрова, другие выкладывали их на станки для обработки дерева. Воспитательница Кеолана, которая сопровождала ранее Фрэя, стояла за высоким станком вместе с одним из работников. Приглядевшись, Алекс поняла, что они не просто стоят рядом. Работник прижимал воспитательницу прямо к станку, напористо целуя её во все доступные ему места. Она отпрянула от этой смотровой площадки, содрогнувшись от отвращения к увиденному, и поспешно решила убираться с мансарды.

Спустившись ногами на станок, Алекс, затаившись в его тени, дождалась, пока работники пройдут мимо, и затем как можно быстрее помчалась обратно к Фрэю, ждавшему её на той же скамейке.

— Ты не поверишь, что я только что увидела, — она подбежала к другу и принялась тянуть его с собой за шерстяную накидку, поднимая со скамьи.

— Неужели это не подождёт завтрашнего дня? — безнадёжно уточнил мальчик, снимая с глаз повязку и убирая её в карман штанов.

— Конечно нет, — поспешно ответила Алекс, вручив ему стрелу и потащив его за собой в лес.

Она шла неторопливо, внимательно смотря под ноги в поисках подходящей ветки. Фрэй тихонько шёл по её следам, стараясь не заблудиться; на нём был тонкий плащ и капюшон, который он натянул обратно на лысую голову, чтобы она не обмёрзла до конца.

Через несколько минут поисков Алекс схватила с земли длинную палку, очищая её от снега. Убрав всё лишнее, она убедилась, что ветка достаточно сильно может согнуться, не сломавшись. Достав из кармана найденную верёвку, она начала обматывать её вокруг концов ветки, мастеря свой первый лук. Её руки уже привыкли к таким морозам, поэтому ей не составляло труда завязывать крепкие узлы, не отмораживая себе пальцы. Алекс подошла к Фрэю, забрала у него стрелу и, вложив её в свой лук, плавно натянула тетиву, прицелившись куда-то в темноту леса.

— Как жаль, что ты не видишь этого замечательного оружия, — гордо протянула Алекс.

— Надеюсь, ты не целишься сейчас этой стрелой мне в голову, — вздохнул Фрэй, моргнув. Алекс никогда не понимала, зачем онэто делает. — Может, пойдём в Кеолан? — мальчик повернулся в сторону детского дома.

— Вообще-то это я должна бояться темноты, а не ты, — выдыхая пар, сказала она, ища подходящую мишень для тренировки стрельбы из лука. Деревья для такой практики не подходили — из них потом стрелу уже не вытащить. По Фрэю Алекс тоже не особо хотела стрелять, а Сет, к сожалению, был не рядом.

В лесу лунный свет еле-еле пробивался через кроны деревьев, оставляя детей практически в кромешной тьме. Воспитатели были против, чтобы дети гуляли одни по темноте в лесу, и на то были справедливые причины. По их словам, в лесах обитали Драхасы, Фералы, Келпи и прочие демонические существа. По крайней мере, им так рассказывали. Сама же Алекс видела Фералов один раз в жизни — в Боско, когда они все вместе поехали за свежими продуктами в город. И то, от обычного человека его невозможно было отличить. Тем более, большинство Фералов не были агрессивными, а Драхасы, как им и следует, были фактически на грани своего вымирания на Северном Острове, поэтому шанса встретиться с ними практически не было. Несмотря на это, Фрэй до ужаса боялся всех этих историй про демонических существ, в особенности из-за того, что вряд ли смог бы от них убежать. Алекс же, крепко держа в руках самодельный лук, смело шла вперёд, внимательно оглядываясь по сторонам.

Спустя ещё десяток деревьев по пути, она решила остановиться. Они уже слишком далеко ушли от детского дома. Так и не найдя подходящую мишень, она решила сделать её самостоятельно из подручных средств. Алекс начала лепить фигуру из снега, скатывая один за другим снежные комы. Фрэй устало выдохнул тёплый воздух, смирившись с тем, что они задерживаются здесь ещё на какое-то время.

— Позади тебя большие камни, присядь, — проинформировала его Алекс.

Фрэй вслепую сделал несколько шагов назад, нащупывая ногами что-то, что могло бы послужить ему опорой. Он наконец набрёл на какую-то возвышенность, осторожно опускаясь на неё сверху, когда понял, что это явно не камень. Это было что-то мягкое, немного прогибающееся под весом его тела. Пушистое. Фрэй тут же вскочил с места, закричав во всё горло. Алекс поднялась со снега, хватая лук, но как только увидела, чего испугался её друг, снова опустила оружие и медленно подошла ближе.

— Это точно не камень, — дрожащим голосом сказал Фрэй. — Не молчи, пожалуйста, что ты видишь? Это медведь? Росомаха?

— На Северном Острове больше не водятся росомахи, Фрэй, — нахмурилась Алекс, сделав ещё несколько шагов ближе к лежащему на снегу зверю.

Она осмотрела его ближе, убеждаясь, что он явно был уже не живой. Огромное мохнатое тело, покрытое тонким слоем снега, неподвижно лежало на земле. Он не дышал, а на снегу возле него заледенели тёмные капли крови, заметаемые падающими снежинками. Чёрная шерсть на вид была жёсткая, а голова утоплена в сугроб, так что сложно было определить, что за зверь лежал перед ней.

— Это какой-то волк, наверное. Большой волк, видимо, с Севера. Но ты можешь не бояться, он мёртв.

— Теперь я точно хочу пойти домой, — продолжал ныть Фрэй.

— Подожди, это же идеальная мишень! — энергично заявила Алекс, отходя подальше от мёртвой туши. — Зверь всё равно уже умер, думаю, ему уже всё равно!

Она натянула левой рукой верёвку на луке, пытаясь прицелиться куда-то в середину тела зверя. Красное оперение стрелы щекотало щёку, мешая ей сосредоточиться. Она натянула верёвку ещё дальше, и от сильного давления её палка издала хруст, предвещая скорое разрушение оружия. Алекс тут же выпустила стрелу, которая, со свистом пролетев мимо Фрэя, воткнулась зверю в бок. Раздался глухой щелчок, от которого стрела слегка покачнулась. Алекс тут же подбежала ближе, осматривая свой триумфальный выстрел.

— Видел бы ты, как я метко попала! Если бы зверь пытался тебя съесть, я бы тебя точно спасла. Враг повержен!

— Отлично, — без особой радости ответил Фрэй, дрожа от холода, — может, пойдём?

— Да, сейчас, только заберу стрелу.

Алекс взялась руками за красное оперение, потянув на себя, но стрела не поддавалась, намертво застряв в теле зверя. Это было странно, словно стрелу что-то насильно удерживало внутри. Присмотревшись к месту выстрела, она заметила, что прямо из отверстия, куда была воткнута стрела, начала медленно вытекать какая-то жидкость. Кровь? Алекс, легонько коснувшись жидкости пальцем, с удивлением обнаружила, что она была серебристая и практически прозрачная, как вода. Однако запах от неё был ужасный, и на кончике пальца появлялось обжигающее покалывание. Алекс тут же опустила руку в снег, пытаясь смыть с себя эту непонятную субстанцию.

Послышался громкий звон со стороны Кеолана, сигнализирующий о том, что ворота с минуты на минуту будут закрываться.

— Алекс! — теряя терпение завопил Фрэй, и она в конце концов подняла лук из снега и, схватив друга за край плаща, побежала вместе с ним обратно к дому.

Алекс бежала довольно быстро, и Фрэй периодически спотыкался о мелкие камни и корни деревьев, пытаясь успевать за своей подругой. Уже показались освещённые фонарями ворота Кеолана, поэтому ребята замедлились, пытаясь отдышаться. На старых металлических воротах с двух сторон красовалась надпись на Древнениранском языке: «Fýra Kvænta, Kævara Þeræs, Revera Særeþ.», что, по словам воспитательницы А-Майи, означало нечто вроде: «Люби Кванту, храни Жизнь, уважай Смерть». Кеолан был построен больше сотни лет назад и ранее служил духовным центром для особых почитателей Теонов. Конечно, вслух никто не называл особенную любовь людей к Кванте религией, но всем и так было ясно, к чему сводится такое поклонение Духам Острова. Алекс иногда казалось, что А-Майя всячески старается не дать этим традициям умереть. Наверное, она была единственной из воспитательниц, кто до сих пор действительно чтил и оказывал уважение силам Острова.

Ребята зашли практически в последний момент на территорию Кеолана, прежде чем тяжёлые ворота захлопнулись позади них на ночь. Алекс расстегнула плащ и вложила под него самодельный лук, пряча от посторонних глаз и лишних вопросов. Тут же на пороге их встретила одна из воспитательниц дома, которая отчитала двоих за столь позднее возвращение, но после сразу убедилась, что с ними всё в порядке и они ничего себе не отморозили.

Алекс, попрощавшись с Фрэем, которого уже пошли сопровождать до его комнаты, отправилась в своё крыло на второй этаж здания, немного расстроенная тем, что потеряла свою красивую стрелу. Почему она настолько крепко засела в теле зверя? Ведь сила выстрела едва ли протолкнула стрелу сквозь толстую кожу.

В коридоре второго этажа уже стоял полумрак, и лишь благодаря приоткрытым дверям комнат сюда пробивался свет. На обшарпанных стенах, пытаясь прикрыть старые трещины, висели портреты королевской семьи. Это были дешёвые копии в самодельных деревянных рамках, но свою функцию выполняли на отлично. Проходя здесь каждый день, Алекс то и дело поднимала глаза на изученные до дыр нарисованные лица, и каждый раз не могла отделаться от мысли, что из всех членов текущей королевской семьи больше всего выделялась Королева. Керидвен Сандерс. Возможно, это была детская фантазия и домыслы, но в отличие от остальных — её взгляд казался грустным и отстранённым, словно её силком затащили на этот портрет.

Придя в общую девичью комнату, где уже остальные девочки готовились ко сну, Алекс сняла промокший зимний плащ, как можно скорее убирая лук под кровать. Она бросила верхнюю одежду на подоконник и села на край матраса, расшнуровывая зимние ботинки.

В Кеолане жило всего около тридцати детей, начиная с тех, кто только недавно научился ходить, и заканчивая ребятами, которые вскоре не смогут обзавестись приёмной семьёй и должны будут выбрать свой будущий путь самостоятельно. Из них больше половины были девочками, и вне зависимости от возраста, их поселяли в одну общую комнату. Конкретно в комнате Алекс было ещё шестеро других девочек, самой старшей скоро исполнялось семнадцать, а самой младшей — едва стукнуло четыре. В связи с этим нередко бывали конфликты, так как младшие часто устраивали истерики, а старшим хотелось больше личного пространства и приватности. Алекс была где-то посередине — находясь в том возрасте, в котором детей уже, как правило, не усыновляют. Но ей и не особо хотелось.

Пока Алекс заканчивала со вторым ботинком, в отверстии приоткрытой двери комнаты неожиданно показалась безволосая голова Фрэя. Алекс тут же вскочила с кровати и подбежала к выходу, слегка просунувшись в коридор, пока другие девочки не заметили его.

— Как тебе удаётся постоянно сбежать из-под присмотра? — шёпотом спросила она, прикрывая за собой дверь. — Даже зрячие люди не могут так проворно скрываться, а ты и без глаз справляешься.

— Умею быть незаметным, — довольный собой улыбнулся Фрэй, подняв на неё голову. — Но мне нужно было поговорить с тобой до завтрашнего утра, потому что, вероятно, до вылазки на лесопилку возможности больше не будет. А я только что добыл новые сведения, которые будут тебе интересны.

— Выкладывай, — нетерпеливо сказала Алекс, оглядываясь по сторонам тускло освещённого коридора, надеясь не попасться на глаза воспитателям, регулярно патрулирующим этажи.

— Я услышал в мальчишеской комнате, что Сета завтра отправляют на лесопилку вместе с младшей группой, чтобы он за нами приглядывал, вместо воспитателя. Они ему доверяют. Все мальчики точно должны будут пойти с ним на расколку и погрузку, но девчонок могут отправить на заточку. На заточке нужна всего пара человек, поэтому…

— Придётся встать пораньше, — закончила за него Алекс. — И пропустить завтрак.

— Зато тебе не придётся пересекаться с ним ещё один счастливый день, — улыбнулся Фрэй, сонно моргнув.

Алекс окинула его долгим, полным недоумения взглядом

— Зачем ты это делаешь? Ну, моргаешь. Ты же слепой.

— Незрячий, — с ноткой обиды поправил её тот. — Это как-то само собой происходит. Как у тебя, наверное.

— Откуда ты знаешь, как происходит у меня, ты же не видишь! — Алекс скрестила руки на груди, усмехнувшись.

В левом крыле коридора послышались чьи-то шаги на скрипучей деревянной лестнице. Фрэй тут же махнул головой и побежал вдоль стены в правое крыло, моментально скрываясь в темноте за углом. Алекс сделала шаг назад, вернувшись в девчачью комнату, и устремилась к своей кровати. Как только её ноги оказались на одеяле, за дверью показалась А-Майя; она мельком заглянула в девчачью комнату, осмотрев всех присутствующих, и, мягко пожелав всем спокойной ночи, заперла за собой дверь.

Вместе с тем как А-Майя отдалялась дальше по коридору, можно было услышать, как она что-то тихо напевает, и её голос раздаётся эхом по всему этажу. Давным-давно маленькая Алекс спрашивала у А-Майи, что это за мелодия, на что воспитательница задумчиво отвечала, что когда-то она пела её своей дочери на ночь, когда та не могла уснуть из-за грозы. «Гром гремит — когда рычит Атье», поговаривала она, и Алекс всегда было интересно, что это значит. За всю непродолжительную жизнь она ни разу не слышала, чтобы на Острове гремел гром или били молнии, поэтому рассказ А-Майи звучал для неё больше как милая сказка. Не факт, что её дочь вообще существовала.

Как и гром.

Алекс с облегчением выдохнула. Фрэй рискнул нарваться на наказание только затем, чтобы предупредить её, как избежать контакта с её врагом номер один. Это показалось ей милым.

В Кеолане найти себе хорошего друга было непростой задачей. Это было отличное место для того, чтобы каждый мог конкурировать друг с другом: за еду, за более простые задачи по работе на участке дома или на лесопилке, за новую одежду, привезённую из города. Но Фрэй не был из тех, кто хотел соревноваться с кем-либо; он старался принимать всё, что происходит вокруг него, не ввязываясь в перепалки с другими воспитанниками Кеолана. Несмотря на тихий образ жизни и попытки не высовываться лишний раз, Фрэй нередко привлекал к себе внимание тех, кто хотел пошутить над кем-нибудь. Его внешность: невысокий рост, идеально гладкая голова, повязка на глазах, рваная старая одежда, которая была ему велика — лишь давали обидчикам очередной повод его задеть.

Мальчик был незрячим с рождения, но несмотря на своё отличие, он ориентировался в Кеолане практически не хуже зрячих, а его слуху можно было только позавидовать. Алекс находила это полезным, и за отсутствием в доме других желающих дружить с ней, она достаточно быстро сблизилась с Фрэем.

И теперь объектом насмешек они становились вместе. Если за себя Алекс обычно не давала сдачи, то за Фрэя она была готова вступиться любой ценой.

Самым большим желанием Алекс было уйти из Кеолана навсегда. Она уже прославилась тем, что пыталась сбежать оттуда несколько раз, но все попытки были безуспешны, и каждый раз её возвращали обратно. Алекс знала, что шансов на усыновление у неё крайне мало: она не подходила по многим критериям, да и возраст гарантировал ей жизнь в детдоме до самого совершеннолетия, после которого её со спокойной душой оттуда выкинут в неизведанный мир в одиночку.

Уйти из Кеолана было непросто. Нужно было хорошо подготовиться, чтобы выжить в таких суровых условиях на улице, ведь за день она бы на своих двоих точно не смогла добраться до ближайшего города.

Тем не менее отказ от завтрака уже не казался такой плохой идеей. Всё равно есть его было невозможно.