Пустой трон: Ход королевы

Спокойствие. Расслабление. Медленный вдох и выдох. Он не побежал за ней. Наверное, просто бродяга или крестьянин. Оторвалась.

Небо становилось светлее.

Диана медленно разжала кулаки. Голова слегка кружилась. Лёгкая дрожь всё ещё оставалась в пальцах, но паника отступала. Она даже позволила себе слабую усмешку. Как же глупо она выглядит сейчас.

Девушка пошла вдоль ручья, пытаясь сориентироваться. Нужно возвращаться в замок. Она сделала всего несколько шагов.

И в этот момент мир снова замер.

Ни птиц. Ни шелеста листьев. Даже ручей замолк. Мёртвая, тошнотворная тишина. Она почти успела забыть этот приторно-сладкий запах. Но сейчас снова всё пропиталось им.

Какой-то треск. Совсем близко.

Диана обернулась, чувствуя, как кровь отливает от лица. Пульс снова взорвался в горле.

Что-то шевельнулось между деревьями. Тень, плотнее и выше, чем должна быть.

Он не ушёл.

Он просто дал ей поверить, что она в безопасности.

Диана дёрнулась всем телом.

Слабый шорох. Будто кто-то медленно провёл рукой по коре дерева всего в нескольких метрах от неё.

Девушка зажмурилась, чувствуя, как по вискам стекает холодный пот.

Еще один шаг. Медленный. Намеренный.

Он играл с ней.

Она медленно повернула голову, вскинув руки в жалкой попытке защититься. Глаза лихорадочно шарили по тёмным промежуткам между стволами.

И тогда она увидела.

Среди переплетённых ветвей что-то шевельнулось. Тень была слишком высокой. Слишком массивной для человека.

Он смотрел на неё.

Наблюдал.

Не дышал.

Это было первое, что Диана поняла с леденящей ясностью. Ни одного движения груди. Ни малейшего облачка пара в утреннем воздухе. Просто неподвижный силуэт, огромный, не похожий на человека.

По мере того как глаза привыкали к полумраку, из тьмы проступали пугающие детали.

Глубокие, проваленные глазницы — две чёрные ямы, в которых не отражалось ни капли света. Тонкая, будто грубо зашитая линия рта. Кожа — мертвенно-бледная, восковая, как маска, натянутая на того, кто когда-то был человеком.

И в этой абсолютной тишине Диана поняла одну ужасную вещь: он не приближается не потому, что боится.

А потому, что уверен, что ей всё равно некуда бежать.

Колени дрожали от усилия поставить одну ногу перед другой. Она попятилась, но мокрая трава предательски ушла из-под ног. В следующую секунду она с глухим всплеском рухнула в ручей и сильно ударилась головой о выступающий древесный корень. В ушах резко зазвенело. Ледяная вода обожгла кожу. От внезапности девушка отчаянно закричала. Острые камни впились в ладони и бёдра, как зубы дикого зверя. Диана закашлялась, отплёвывая воду и пытаясь отдышаться.

В ту же минуту послышалась дробь конских копыт. Всадник на черном скакуне. Откуда он взялся?

Диана медленно подняла голову. Замерла, сдерживая каждый новый приступ дрожи ровными вдохами. Он спешился, увидев ее.

Воин стоял на берегу. Его лицо оставалось в тени, но даже так девушка почувствовала пристальный взгляд. Широкие плечи воина полностью перекрывали небо. Кожаные доспехи, потрёпанные и покрытые свежей грязью, скрипели при малейшем движении.

Он не спешил. Просто стоял и смотрел на неё сверху вниз, словно решал — стоит ли вообще вмешиваться.

Диана вдруг почувствовала себя бесконечно маленькой рядом с ним. Единственным желанием было бежать. Спрятаться. Исчезнуть.

Никогда прежде ей не доводилось видеть человека, выглядевшего настолько сурово. Девушка невольно отползла назад, глубже в воду. А потом он шагнул в ручей. Всего один шаг — и он оказался рядом с ней. Вода вокруг его сапог разошлась широкими кругами.

Не сказав ни слова, он наклонился. Жёсткие, мозолистые ладони, пахнущие костром, железом и конским потом, подхватили её. Одним уверенным, грубым рывком он поднял Диану из ледяной воды и вышел с ней на берег.

Девушка замерла, стараясь не дышать. Холодный взгляд его синих глаз пронзил её насквозь, парализуя.

Он тоже не двигался.

— Так и будем молчать? — незнакомец нарушил тишину.

— Там кто-то был. Вы прогнали его? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Там никого нет, — спокойно ответил он. — Зато здесь я нашёл кое-что гораздо интереснее.

Он всё ещё держал её на руках и, кажется, не собирался отпускать. Диана попыталась отстраниться от него, отталкивая рукой.

— Отпустите меня. Я в порядке, — произнесла она твёрже.

В ту же секунду его руки разжались. Девушка едва успела встать на ноги, пошатнувшись. Она почувствовала себя очень глупо в этом мокром, перепачканном платье.

Воин развернулся и не спеша направился к своему коню, даже не оглянувшись.

— Вы что, вот так просто оставите меня здесь? — бросила она ему вслед. Диана стояла, сжимая кулаки. Страх медленно отступал, уступая место злости и колючему любопытству.

Он остановился. Медленно повернулся через плечо.

— А чего вы ждете? — его голос был низким. — Чтобы я вас на руках до замка отнёс? С чего вдруг? — он склонил голову набок.

Диана на мгновение опешила от такой наглости, но быстро взяла себя в руки.

— В первую очередь — это вопрос вашей чести, — холодно отрезала она. — Хотя, судя по вашему виду и манерам, её у вас может и не быть. Тогда обращусь к вашей корысти. Мой отец хорошо заплатит. Я — Диана Беккер…

— Диана Беккер? — он грубо оборвал её.

— Леди Диана Беккер, единственная дочь и наследница Эдмунда Беккера, верховного лорда Рейнхольда. — Диана выпрямила спину, наливаясь гордостью. - Всё, что вы видите вокруг, принадлежит моему роду.

Мужчина замер. Медленно, нагло вновь осмотрел ее снизу вверх. Сделал несколько шагов обратно. Теперь расстояние между ними было небольшим. Диана невольно напряглась. Она опустила взгляд вниз на свои перепачканные туфли, чувствуя, как в горле поднимается комок страха.

Воин наклонился к ней и добавил тише:

— В следующий раз, когда решите прогуляться, миледи, возьмите хотя бы кинжал. Или вы рассчитываете, что ваш титул защитит вас лучше стали?

Диана почувствовала, как щёки вспыхнули. Всё её напускное самообладание разбивалось вдребезги.

— Мой титул защищает меня лучше, чем вы думаете, — процедила она. — А кто вы такой, чтобы поучать меня?

Мужчина выпрямился и улыбнулся ей. Эта улыбка не была приветливой: Диана заметила старый, глубокий шрам на левой скуле, кожа на нём уродливо натянулась, сделав её скорее угрожающей.

Он широко развёл руки, словно приглашая её лучше рассмотреть его. Диана скользнула по нему ледяным взглядом: волнистые чёрные волосы, влажные и прилипшие к потному лбу, потрёпанные доспехи, поношенный шерстяной плащ, мощные руки, покрытые старыми шрамами. Настоящий дикарь. Вероятно, его жизнь полна насилия.

Диана дёрнулась и съёжилась, когда ее взгляд остановился на эмблеме, выгравированной на доспехах.

Он заметил её удивление. И наслаждался им.

Рычащий волк – это герб дома Алленов с Севера.

В геральдике Элайра натаскивала её беспощадно, день за днём. К тому же накануне отец сообщил, что лорд Аллен направляется в Рейнхольд для обсуждения помолвки. Значит, этот северянин наверняка был одним из его людей. Возможно, сам верховный лорд уже прибыл в Беккерхолл. Как удачно, что её сейчас там нет. Пусть его развлекает отец. Пусть сам на нём и женится.

Наконец, Диана подняла взгляд на северянина, собираясь впечатлить его своей проницательностью.

— Волк на доспехах. Грязь, следы недавних боёв. Вы прибыли с Севера. Служите дому Алленов, - медленно проговорила она.

— Верно, — северянин подавил смешок. - С самого рождения.

Диана почувствовала странный укол интереса, смешанный с раздражением. Этот воин не пытался произвести впечатление. Он даже не пытался выглядеть прилично. И почему-то именно это её задело.

Он взял ее за руку. Диана не смогла выдернуть ладонь из его грубой хватки. И подвел к своему вороному коню. Девушка едва успела резко вдохнуть, как он одним быстрым рывком поднял её вверх.

Она почувствовала, как легко он её подбросил — словно она ничего не весила. В следующую секунду Диана уже сидела в седле.

- И что же делает наследница Рейнхольда одна в лесу на рассвете? — спросил он, гладя шею своего жеребца. — Осматривает свои владения лично?

Диана посмотрела на него так, словно он был грязью у неё под ногами.

— Я не обязана отчитываться перед простым солдатом, — с прежней дерзостью произнесла она. — Тем более перед тем, кто забыл своё место.

Он проигнорировал её выпад, словно не услышал или посчитал недостойным внимания. Сосредоточенно поправил подпругу, глядя на коня, а не на неё. А в следующую секунду воздух вокруг Дианы сгустился: он занял место позади, накрыв её своей тенью. Теперь он был у неё за спиной, и само его дыхание, касающееся волос, ощущалось как негласное предупреждение. Она напряглась всем телом. Вдохнула, впитывая его запах. Пот. Костер. И какой-то легкий хвойный аромат.

— К вашему сведению, скоро я буду леди Аллен, — бросила она через плечо, пытаясь вернуть себе хотя бы крохи достоинства. — И я буду отдавать вам приказы.

Она почувствовала, как грудная клетка мужчины за её спиной дрогнула от беззвучного смеха.

— Не терпится услышать первый, — прошептал он ей в самый затылок.

Северянин резко пришпорил жеребца. Конь фыркнул и мощно рванул с места, разбрасывая грязь из-под тяжёлых копыт. Роща осталась позади.

Над гребнем холма возникли трое всадников. Один из них держал знамя. Рядом ехали ещё двое северян в синем с головы до ног.

Как раз в этот миг порыв ветра рванул тёмный шёлковый стяг, и рычащий волк дома Алленов хищно распахнул пасть, скаля клыки, словно готовый вцепиться в добычу.

Впереди ехал статный воин в серебристо-золотой броне на белом коне. Высокий, чисто выбритый, он сразу привлёк внимание Дианы. Тёмно-синий плащ тяжело ниспадал с его плеч. Именно так она и представляла себе владыку бескрайнего Севера — уверенного и грозного. Густые русые волосы были аккуратно уложены, но всё равно сохраняли дикую, северную непокорность.

Русый мужчина спешился и почтительно поклонился, приложив руку к груди.

В том, что этот высокий, могучий северянин и есть верховный лорд Нордберна, Диана нисколько не сомневалась. Да. Это он. Кристиан Аллен. Её будущий муж.

— Миледи. – Он поднял на неё серые глаза. В их уголках уже собралась лёгкая паутинка морщин — верный признак того, что этот человек улыбался часто и охотно. От этого взгляд казался таким доброжелательным, что странно контрастировало с его военной выправкой и тяжёлым нагрудником.

Диана уже открыла рот, чтобы ответить, когда за её спиной раздался низкий, насмешливый голос:

— Не утруждайся, Йен. Леди Диана Беккер уже решила, что ты — это я.

Чисто выбритый воин посмотрел на человека за спиной Дианы и громко, искренне расхохотался.

— Я же предупреждал тебя хотя бы побриться перед встречей с невестой. Ты выглядишь как разбойник, которого мы только что вытащили из леса.

Диана резко обернулась. Все её воодушевление разом испарилось.

В воздухе повисло ощутимое напряжение.

Мужчина, который всё это время держал её в своих руках — грязный, заросший щетиной, с холодными синими глазами и ленивой хищной улыбкой — смотрел на неё сверху вниз с явным удовольствием.

Диана молчала несколько секунд, переваривая информацию. Она медленно затолкала ярость вглубь себя — так глубоко, чтобы даже самой не было видно. Затем посмотрела на него через плечо:

— Значит, вы и есть Кристиан Аллен, Верховный Лорд Нордберна.

Кристиан наклонился ближе к её уху и ответил шёпотом:

— Разочарована?

— Скорее удивлена. Я думала, Верховный Лорд должен выглядеть чище и презентабельнее.

Кристиан лишь коротко фыркнул.

— Мои солдаты любят, когда на их предводителе кровь, пот и грязь, — спокойно сказал он, глядя ей в глаза. — Я не собираюсь становиться лордом, который раздаёт приказы, сидя в тёплом зале за толстыми стенами.

Йен громко рассмеялся.

— Мы прибыли с Севера, миледи. Для нас презентабельность — это когда на тебе хотя бы нет свежей крови.

Кристиан натянул поводья, разворачивая жеребца к дороге, ведущей в Беккерхолл. Затем пришпорил его, и они двинулись рысью впереди остальных всадников.

Дорога к замку тянулась вдоль холмов Рейнхольда. Зелёных, залитых утренним солнцем. Узкие ручьи серебрились между камней, внизу темнели виноградники и поля. Воздух пах мокрой травой и цветущими яблонями.

И всё же Диана почти не смотрела по сторонам.

Она слишком остро чувствовала мужчину за своей спиной. Они почти не разговаривали.

Диана окончательно признала, что начало встречи было провалено. В голове пульсировала лишь одна мысль: из этого не выйдет ничего хорошего. Ничего.

И от этой мысли по коже пробежал холод, такой сильный, какой бывает перед неизбежным падением.