Побеждая Пустоту

Ночью в небе видели яркую бело-голубую звезду, испускавшую необычные волны. Аппаратура наемников портилась из-за этих волн, даже при малейшем контакте. Наемники злились, ведь они практически не умеют ничего чинить. Командиры дали приказ усилить охрану приговоренных и быть начеку.

Все, кто стоял на поле, видели, как от звезды шло постоянное мерцание с меняющейся частотой, словно звезда передавала сигналы. Она прошла по небосклону и погасла – совсем недалеко от земли. Многие чувствовали, что произойдет нечто неотвратимое, и плакали.

Прошла невыносимая ночь. Наступило утро. В свете его первых лучей выяснилось – поле больше никто не охраняет. Все наемники, составлявшие оцепление, испарились как по волшебству; мины и боевые установки также либо пропали, либо валялись разрушенные. Жители были свободны.

Командир-наемник велел срочно связаться с базой, но связь не работала; еще через 5 минут выяснилось, что корабли, доставившие наемников в этот мир, разнесло взрывом.

Когда же наступил день, на планете уже не было ни одного наемника. Все они куда-то делись.

(Этот случай нельзя назвать провалом, поскольку за время службы наемники заработали здесь весьма много, а это считается их основной задачей)

Тем временем на базе шла активная подготовка. У генералов были огромные планы по организации новых операций, суливших выгоды поистине фантастические. Предполагалась временно не принимать заказов, а всем вместе – всеми силами – осуществить бросок на ряд перспективных миров. В ходе этого планировалось не только получить непосредственно сами богатства, но и провести показательные акции – захват заложников, массовые бомбежки, иное запугивание. Наемники и раньше не отличались миролюбием, а теперь их и вовсе распирало от злости. Но в чем причина такого озлобления? Она проста: Маливоргем – через атамана – намекнул генералам о том, что им могут угрожать. Он не сказал, как и кто именно, он всего лишь намекнул. Однако генералов охватила такая ярость и боевой задор, что они решили немедленно «устранить всякую угрозу». Решили единогласно, все, даже старых хитрый Ю-х согласился. Что может быть важнее безопасности?

В короткий срок была создана огромная военная группировка, способная обратить небольшую планету в прах своей огневой мощью. Основу механизированных корпусов составляли броневики, самоходные пушки и моностреги – аппараты, способные, как к дальнему полету, так и к бою на земле. При посадке из специальных пазов выдвигались подвижные элементы с тремя степенями свободы («ноги»), а сам корпус трансформировался так, что кабина пилота оказывалась наверху. Но большой нужды в пилоте нет. Монострег – автономный аппарат. Моностреги могут сами – стрелять и бегать, их можно использовать и в пехоте, и в разведке, как настоящих бойцов. Наемники очень гордятся этими аппаратами. Нигде в Космосе нет еще ничего похожего.

В экстазе от будущих грандиозных дел генералы носились почти подпрыгивая. Им очень хотелось начать поскорее. Но для начала такой операции нужен личный приказ атамана, а он все не поступал.

- Верховный мудр и великолепен, он просчитывает любую мелочь всякий раз… Но сколько можно ждать? Это даже вредно для аппаратуры – стоять на месте.

- Вредно, да. Ну и что? От меня-то вы что требуете, господа?

- Господин Ж-ц, а почему бы Вам не сходить к верховному? Ненавязчиво так…

- Намекнуть? А Вы знаете, куда он нас всех отправит, с этими намеками? Так что не говорите глупостей.

- Да не намекнуть, а просто… сообщить: дескать, разрешите доложить, войска полностью готовы, ждем лишь Вашего указания.

- Вы же знаете, атаман не любит разговоров, не им начатых. И потом, как я к нему пойду без вызова? Это же невозможно. Приказ гласит: на доклад к верховному являться только по вызову. В конце концов, вы же тоже не приветствуете чрезмерную прыть своих подчиненных.

- Да, копошиться вредно. Надо подождать.

Шли минуты, часы и сутки – приказа не было.

- Атаман мудр, мудр, мудр… Он велик, велик, велик… Но нельзя же так сильно испытывать наше терпение. Оно и без того испытано в бесчисленных боях.

- Может, надо спросить визу?

- Какую визу?

- Элементарную. Виза – символ, печать, заверяющий знак, который в цифровом виде передается по связи для утверждения нашего плана. Он же уже послан Верховному, верно? Значит, не нужно ждать официального приказа, всей этой долгой писанины, а надо лишь получить визу. Это быстро, как свет.

- Быстро, вы правы. Но атаман почему-то все еще не заверил наших планов. Неужели нашел в них изъян?

- Навряд ли. Мы же не ослы, господа. Придраться можно к любой незначащей мелочи, однако смысл от этого не меняется. Все совершенно четко – как, когда и какие силы вводить в дело, какие части держать в резерве, какими атаковать. Все выверено до последней секунды, до последнего патрона.

- Я думаю, Верховный скоро одобрит…

В нетерпении войска выпускали в космос снаряды по проходящим вдалеке маленьким астероидам – тренировались бить по летящей цели с дальней дистанции. Астероиды разносило в клочья, в пыль; правда, некоторые проходили мимо, не задетые. Промахи заставляли всех – и солдат, и генералов – жутко нервничать и ругаться не стесняясь.

Командиры наемников били своих наводчиков титановыми касками - те отважно терпели.

Все ожидали приказа.

- Ну что – есть? Наступаем?

- Ну что – нет! Остаемся! Приказ не активирован. Нужна виза! А где она? Вы ее видите? Я тоже. Без визы невозможно начинать – или вы хотите, чтоб вас… Поэтому ждем.

Генералы тряслись и подпрыгивали. Они настолько были взвинчены ожиданием, что даже стали высказывать вслух нечто запрещенное.

- Слушайте, а может атаман… не в себе. Может ему требуется физическая помощь? Надо войти в комнату Координации.

- Как вы туда пойдете – это же запрещено.

- Надо придумать предлог. Послать ему сообщение.

- Какое? О чем?

- Ну, например, о том, что произошла авария в энергоблоках и сейчас все взорвемся. О том, что метеорит размером с гору летит на нас. Что доход утроился. Да о чем угодно. Важно только обратиться.

Генералы хором заговорили:

- Да, пожалуй.

- Да, безусловно.

- Да, именно это я всегда имел в виду.

- Все согласны, господа? – спросил Ю-х. – Все? Превосходно. Я тоже согласен. Значит, активируем прямую линию с комнатой и говорим, говорим…

- Да это неважно, что говорить – главное, начать.

- Но где же сигнал, господа?

Сигнала активации не было.

- Опять трещина в проводке? Идиотизм! Я говорил, давно пора заменить те старинные волокна на более устойчивые к излучению…

- Что же – все это время мы не имели связи с Верховным?!

- Чьи-то головы отвалятся. Срочно!!! Послать отряд для… ремонта. Господин генерал Ж-ц! это ваше дело.

- Но кто умеет ремонтировать?

Ж-ц убегает.

- Господа! Я запускаю обычную связь – связь со своей батареей. Ничего!

Генерал давил на кнопки портативного компьютера, но тот лишь потрескивал.

В генеральский зал ввалилась толпа офицеров. Они загалдели:

- Господа! Отключена система наведения! Отключено управление ракетами! Вся цифровая аппаратура вырубилась!

- Что – вся?!

- Не вся, но основанная на скором сигнале. Работает лишь простое электричество.

- Тихо! Тихо, господа!

В разреженной атмосфере зала едва улавливались слабые-слабые колебания и звуки. Шум исходил из той части базы, где располагались ангары с летательными аппаратами.

- Обвал породы, что ли?

- Связь! Связь! Наладьте же связь! Хоть по медному кабелю!

Появился генерал Ж-ц - руки его тряслись, голова дергалась как маятник, и весь вид его был крайне ошеломленный; пальцы левой рукой он сжимал и разжимал, словно хотел кого-то схватить.

- Ж-ц! Так что – будет связь?

- Господа!... Отряд для ремонта… накрылся. Всех их… разрезало. Я не знаю, что произошло, я лишь услышал выстрелы, крики – и все.

- Вы можете сказать толком? Кто стрелял? В кого? Верховный перебил ремонтеров, что ли? Так этого можно было ожидать – для него сидеть без связи, это…

- Господа! Я кого-то видел… Он возник и тут же исчез – весь в белой пламени, словно фосфор… ремонтеры открыли огонь, но их – прямо так! (он показывал рукой) так! Просто надвое!

- Вы бредите?

В этот момент в зале сверкнул яркий столб – белый в центре, исходящий бело-голубыми и синими лучами. Все остолбенели – со стороны стены, за которой был потайной ход в комнату Координации, возникла высокая тонкая фигура. На ней был синий плащ, но он тут же исчез. Это Зачер Город.

Его лицо неподвижно, но генералы отчетливо слышали его слова, проникающие в их голову с помощью ментальных волн.

Зачер Город говорил:

- Волноваться не стоит. Я лишь уничтожил систему, раздававшую подлые приказы. Вашего атамана больше нет. Впрочем, его нет уже давно, а то, чему вы подчинялись, была лишь его имитация, фальшивый образ, технически оснащенный. Через него вы получали извне указания грабить и уничтожать. Однако, вы охотно следовали этим указаниям.

- Да разберитесь же с ним, наконец!! - заорал Ю-х.

Несколько офицеров бросились было на Зачера Города – он мигнул, и все покатились кубарем. Их словно сдавило.

Один наемник выхватил лазер, выпустил длинную струю – в руке Зачера Города возник клинок, рукоятка которого росла словно сама собой и крайне быстро. Поэтому клинок похож на молнию.

Лазер больше не стреляет.

«Вывести корабли в Космос!!» подумал Ю-х.

- Ваши аппараты не взлетят. – сказал Зачер Город. – Я нейтрализовал блоки, занятые подзарядкой ваших космодвигателей. Я вовсе не собирался уничтожать их целиком, однако ваши начали бить вверх, лопнул свод и порода обвалилась. Вы сами виноваты. В течение долгого времени вы занимались разрушением с целью лишь подзаработать – следовательно, вы еще недостойны полетов через космос.

До наемников доходит, что привычное существование стало невозможным. Но наемники не могут измениться.

Все – и солдаты, и генералы – открывают дикую пальбу; стреляют и в сторону стены, которая уже не ведет к комнате Координации. Возникает жуткий грохот.

Но Зачер Город уже покинул базу.

Его бело-голубой луч уходил прочь из этой части космоса – к другим неизведанным мирам, туда, где требуется помощь.

- Маливоргем – прошипел Вор-Юн-Гак, – этого оставлять нельзя. Бросай все. Лети туда. Подбери все, что там осталось. Мы не может допустить, чтоб такой ценный материал – и боевые аппараты, да и наемники тоже – развалился от простого идиотизма. Я не Ничтов!

«Зачер Город – страшный тип! – думал Маливоргем, несясь по Вселенной. – Как мы смогли допустить его проникновение в комнату Координации? Ах! Ведь великий Вор-Юн-Гак сам приказал обложить ее таким материалом, сквозь который не проходит излучение. Он оставил лишь проводную связь – а она накрылась. Скверно»

Маливоргем – стремительный Змей, но база наемников была сильно удалена от Мира Вор-Юн-Гака. Требовалось огромное количество энергии, чтобы, многократно превышая скорость света, пронзить это пространство, да еще при этом не промахнуться. Из-за сильного свето-волнового давления система с газовыми гигантами меняла свои координаты чаще, чем другие системы.

Маливоргем мчался быстро, но медленнее, чем мог бы: ему приходилось тянуть за собой огромный корабль-ангар, с автоматами на борту, предназначенный для эвакуации боевой мощи наемников – той, что отыщется. От напряжения Маливоргема трясло; из его бело-золотых глаз градом сыпались античастицы, хвост полыхал открытой плазмой – он очень торопился. Вдобавок, его подгонял Хитрый Змей.

Маливоргем достиг голубого гиганта, когда на спутнике с базой прошел один местный месяц.

Маливоргем кружил по орбите – никак не мог обнаружить, где находится вход в базу, и где зона вылета ее кораблей. Наконец он разглядел разлом в горе – маленькую, узкую щелочку.

В нее ринулась стая автоматов-разведчиков, снабженных картами базы.

«Вижу крупные разломы в горных породах. Высок уровень свечения изотопов кремния и свинца. Заявленных объектов не различаю»

«На месте корпусов – сплошные завалы»

«Колебания подвижных тел не регистрируются. Подвижные тела не регистрируются»

«Наблюдаю повреждения, нанесенные холодной плазмой. Повреждения имеют форму разрезов. Глубину разрезов установить не удается».

- Он что – всех перебил? Или они сами себя перестукали? Нет, понятно, он – это он, но они-то себя – с чего вдруг? Свихнулись, что ли, все? Или он на них воздействовал? – бормотал Маливоргем. – Проклятье! Я все меньше могу понять его слабость!

Автоматы смотрели и передавали:

«Подвижные тела не регистрируются». «Подвижные тела не регистрируются»

- Ищите корабли! Осталось же там хоть что-нибудь… полезное!!

Автоматы передали, что вход в отсек с монострегами завален, но часть аппаратов не имеет видимых повреждений.

«Необходимо устранить препятствие»

- Вот вам – устранить!! – Маливоргем со злостью обрушился на базу, ворвался внутрь, пробивая горы и стены своим телом. Он увидел завал, указанный аппаратами – Маливоргем выпустил столб плазмы, ослепительной, раскаленной. От удара завал разрушился, но в стенах возникла вибрация.

- Возможен новый обвал. Зойтомара, так и будет. Что стоите?! – закричал он. – Вытаскивайте вещи!

Автоматы облепили моностреги и потянули их вверх, к кораблю-ангару. Моностреги имели очень гладкую поверхность, приходилось их слегка прокалывать, чтоб не выронить.

Маливоргем успел вытащить тысячи полторы монострегов, когда произошел второй обвал. Огромная часть породы – такого размера, что была видна из космоса – рухнула на все внутренние части базы. Уже на орбите, Маливоргем сбросил вниз еще один плазменный заряд – чтобы уж точно никому другому не досталось.

После этого он сообщил Хитрому Змею:

- Все что могли – собрали, остальное – ликвидировали, а наемников найти не удалось.

- Какие неожиданные повороты преподносит нам судьба – сказал Вор-Юн-Гаку. – Огромная, мощнейшая организация, занимавшаяся исключительно профессиональным делом, оказалась бессильна перед творением одного какого-то фантазера. Зойтомара. Впрочем, узкие специалисты часто очень ограничены. Но. Маливоргем! В той системе еще найдет один шарик – один такой бесплодный мирок, где жители занимаются исключительно воровством и кознями. Они обожают устраивать засады и мстить. Эти лица были б нам полезны в этом деле.

- Да, я знаю этот Мир – мир любителей чужого. Я сейчас отправлюсь.

Вор-Юн-Гак подумал: если Зачера Города не остановили профессиональные воины, то, возможно, его остановят профессиональные террористы, которых невозможно одолеть, поскольку они действуют исключительно скрытно. Их почти никто никогда не видел. Так же как и наемники, ради денег они проникали во многие миры, и остановить их удавалось разве что отдельным героям, появлявшимся раз в тысячу лет. Но героев мало, а террористы многочисленны, и у всех них был высок запас ненависти – чисто Вор-Юн-Гаковской.

Маливоргем облетел систему, отыскал нужный Мир, завис над ним. Через некоторое время он открыл рот – и потом долго шевелил им, не закрывая, словно пережевывал звездные волны. Он смотрел. Он смотрел и поражался. После этого он связался с Вор-Юн-Гаком.

- Великий. – Маливоргем закрыл рот и не мог его распахнуть. Его стиснуло удивлением.

- Ну что там еще? – крикнул Змей.

- Великий. Я провел анализ. Досконально. Все проверил. Ошибок быть не может. Все достоверно. Да.

- Ты смотрел записи?

– Да, у нас тут была камера… Камера. Она все запечатлела. Согласно ей, Зачер Город перебил всех террористов.

- Как – всех? Что, и сопляков тоже?

- Да; он прямо с них и начал. Они занимались привычным делом – над кем-то издевались – а он сошел и уничтожил одну такую группу. Потом другую. Потом появились взрослые террористы – он прикончил и их. А потом – вообще всех прикончил, и вся деятельность прекратилась. Ветер ходит по земле один, вот так. Великий?

Хитрый Подлый Змей погрузился в молчание.

«Зойтомара. Этого космического скитальца не выматывают битвы. Он преобразуют материю для быстрой аннигиляции, не останавливаясь и не думая, а в качестве источника энергии может использовать любой предмет. Это отвратительно. Действие не мешает ему возобновляться. А бездействие?»

Хитрый Змей думал, перебирая в себе знания, которые он собирал бесчисленное множество лет, из бесчисленного множества миров. Знания не давали ему ответа – они лежали, как беспомощные. Зато прыгала и извивалась Хитрость.

Хитрый Змей прищурил глаз.

- Говорят, с появлением Цветка на планете балалаечника произошел некий дисбаланс энергий?

(Он имел в виду Взмокинский Мир)

- Да, Господин, начиная с точки отсчета, на поверхности того Мира наблюдался интенсивный исход волновых массивов с ультранизкой частотой. Эти массивы были представлены главным образом малоструктурированной энергией, в виде широких фронтов или разделенной на сгустки. Среди сгустков отмечена неоднородность, которая, однако, не позволяет говорить о ее высокой организации. Подобный исход активно отмечался в течение первых 20 полных циклов, затем он заметно ослабел, сейчас практически не регистрируется.

«Что ж – они изгнали то, что мешало им существовать на волновом уровне. Проклятье, ведь мне совсем не нужно улучшение жизни взмокинских ушастеров. Очень вероятно, что там по-прежнему торчит Зергер… тьфу, Зойтомара. Одно имя – уже противно. Он придумал космического скитальца и его теперь не тревожит злая мощь… Но куда пошла та мощь?»

- Определите локализацию тех малоструктурированных волн. Обнаружьте хоть один объект, где они собраны в значительном объеме.

Автоматы защелкали, застрекотали.

- Господин, образец таких волн находится на поверхности астероида ЕК-ВК-23000061-З; спектральный анализ говорит, что данный астероид почти целиком состоит из железа, содержит значительные вкрапления очень редких элементов высочайшей ценности. Общий анализ указывает на искусственное происхождение данного астероида… Точные координаты: район 1/0001…

- Понятно. Замечательно. Маливоргем. – заговорил Вор-Юн-Гак. – Приготовим нашему скитальцу небольшой сюрприз. Пошлем для него – ложный сигнал бедствия, направленный из того места, на которое я укажу. Пусть он летит оказывать помощь там, где она не требуется. Думаю, мы его сковырнем – таким образом.

- Конечно – согласился Маливоргем, хоть он и не понял толком, что задумал Вор-Юн-Гак. – Там будет хитрая ловушка?

- Нет, кое-что получше. Там будет… ничего!

«Жалко, что во мне нет еще мудрости Великого Змея, подумал Маливоргем. Если там нет ничего, то зачем вообще возиться? Или там все-таки есть…нечто?»

Бледно-золотой стрелой мчится Змей на дело, потрясая, привлекая, разнося по мирам злые искры, и остановить его способна разве что другая такая же стрела.

…

Однажды Ведя Взмокин сочинил песню про спокойных. Бури, грозы, ураганы, засухи и бунты, эпидемии и революции нисколько не пугают таких созданий и, самое главное, ничем не могут повредить. Это крайне устойчивые создания – спокойные.

Я не пишу любовных писем;

Я не грызу чужих костей;

Я совершенно независим

От обывательских страстей.

Кругом обиды и тревоги,

Повсюду буря и война;

И только камню у дороги

Судьба спокойная дана.

Что могло бы быть любезней?

Что могло бы быть полезней?

Нет ни страха, ни болезней

И волнений никаких.

Разве что в безумной бездне

Вся действительность исчезнет –

Просто так, совсем исчезнет

И оставит нас одних.

Уходят в прошлое эпохи,

Ничто не вечно под луной

Седая Смерть роняет вздохи,

Жизнь накрывая пеленой.

Живое заново родиться

Его куда-то вновь несет.

А мне не нужно торопиться:

Я существую – вот и все.

Что могло бы быть любезней?

Что могло бы быть полезней?

Нет ни страха, ни болезней

И волнений никаких.

Разве что в безумной бездне

Вся действительность исчезнет –

Просто так, совсем исчезнет

И оставит нас одних.

Как гласит Взмокинская легенда, бессмертие стоит совсем недорого – надо лишь навсегда отказаться от настоящей жизни. Многие бы на это согласились, но отказаться от жизни значит резко и одномоментно изменить свою природу. А на это способны лишь поистине легендарные создания.

Ложный сигнал тревоги увлекал Зачера Города вглубь астероидных роев, не теряясь и не ослабевая. Зачер Город вспомнил, как он однажды получил послание такой же силы и качества: образующие его волновые композиции сохранилась при любом уровне космического шума, словно в них изначально была заложена защита от помех. Такой сигнал могли послать только представители одного Высокого Мира, обладающие поистине передовыми технологиями и способные написать сложнейшие программы. Но в том Мире умели не только создавать виртуальные модели, но и переводить их в реальное состояние, материализовывать. Таким образом, их реальность включала в себя множество других маленьких реальностей.

«Это было бы любопытно дорогому товарищу Зергеру» – подумал тогда Зачер Город. – «Стоит порасспросить тех товарищей. Но это потом. Их призыв горит отчаянием»

Название того Мира можно перевести просто как «земля». Из сигнала следовало, что в процессе эксперимента была создана некая реальность, имитирующая искаженную Вселенную, населенную сплошь чудовищами. Ее создали для научного эксперимента, проектирующего всевозможные типы Вселенных, и задача исследования заключалось в том, чтобы установить: велика ли вероятность реального существования Вселенной, «аналогичной аду».

Моделирование затянулось – аппаратура не могла дать однозначно ответа, а среди ученых возникли споры. Одни утверждали, что такое возможно – другие говорили, что измерение, по свойствам равное Вселенной, и основанное исключительно на деструктивных началах приведет к элементарному физическому коллапсу, поскольку любая существующая система основа на балансе синтеза и распада. Если в ней идет один распад, то очень скоро такая система необратимо распадется – но суть даже не в этом. Главное противоречие заключается в том, что у «распад-вселенной» даже нет возможности к самообразованию. И их можно создать лишь искусственным путем.

- Так давайте создадим – предложили академики – и проверим, распадется она или нет. Опыт – высшая форма истины.

Удивительно, но никто в том Мире даже не подумал возразить. Авторитет научного знания стоял очень высоко и любая неточность устранялась, едва возникнув.

Экспериментаторы решили не воссоздавать всю «вселенную распада» в виде малой копии, а создать лишь отдельные ее объекты. Пусть они проявят свои реальные свойства, по которым можно легко экстраполировать особенности всей системы.

- Начали! – провозгласил президент-академик. – Активируйте систему реализации. Выпустим сперва небольшую модель. Раз! Два…

На счет «три» – словно из ниоткуда – на ученых выпрыгнуло маленькое существо. Оно целиком состояло из красного материала, и горело красным огнем; из его глас летело жесточайшее ультрачастое свечение. От него исходили звуки «зюлгва», «зюлгва», «зюлгва».

- Создали? Прекрасно. Пусть оно… – президент не договорил. Существо-«зюлгва» накинулось на ученых. Их тела были сплошь закрыты сверхпрочными комбинезонами, но пальцы этой твари оказались из редкого плазменного материала: они могли проходить даже сквозь алмаз. Президент опомниться не успел, как свет в лаборатории погас; и никто ничего не видел. Опыт проходил в сверхсекретном режиме.

Приборы контроля издали тревожный сигнал. Когда сбежались молодые ученые, они увидели: из материализатора лезут отвратительные твари самых разных форм и типов, малые, средние, огромные и бормочут: «зюлгва», «зюлгва», «зюлгва». Они уничтожали все, что вставало у них на пути. Попытка заблокировать материализатор привела к конфликту разных систем управления. Из «распад-вселенной» продолжали лезть твари, жаждущие разрушать.

Наскоро собранный штаб решил уничтожить и лабораторию, и весь научный комплекс в тысячи строений с помощью фотонных бомб. Последствия? – возможны землетрясения, оползни, гигантские смерчи по всему миру. Возможен высочайший уровень облучения. Но другого выхода никто не видел. Сверкающий и тонкий, как луч, объект поднял ввысь и обрушил на проклятую зону белый вихрь. Сгорело все: дома, дороги, камни – все распалось на атомы; сгорел и тот материализатор. Вход в «распад-вселенную» исчез, однако ее творения выскочили из огня. Их не брало тепловое оружие. Тварей было не так много – восемь или десять тысяч, – но их злость текла бесконечной рекой и они множились; поодиночке или сбиваясь кучами, они принялись атаковать планету.

Жители «земли» хотели провести хотя бы простейшие наблюдения над «зюлгвами», чтобы понять их природу и способ борьбы с ними; однако простое прикосновение к «зюлгве» вызывало серьезные раны.