Нет больше "Я"
– Выходит, что до конца своих дней я вынужден отнимать жизни, – подытожил я.
Демон усмехнулся и продолжил, :
– Но есть нюанс. Магия фолианта нестабильна. Причина? В фолианте находится расколотая душа, а в тебе – слишком мало духовной силы. Из-за этого заклинание может сработать не так. Вместо огненного шара получишь, скажем, сонливость. Или что похуже.
Он выдержал паузу, наслаждаясь выражением моего лица.
– Как исправить? Нужно собрать осколки моей души. Они укрепят и тебя, и фолиант. Я знаю, где они. Кстати, одиниз них оказался у того, кто превратил твою мамочку в чудовище. Хи-хи-хи.
Я все еще не мог свыкнуться с происходящим. Вся моя прежняяжизнь отличалась спокойствием и размеренностью. Каждый день был похож на предыдущий и это меня полностью устраивало. Однако сейчас… Демоны? Говорящая книга? Волшебство? Убийства? Я пару раз попытался себя ущипнуть, чтобы удостовериться, что не сплю. Я не спал. Не спал!
Я впился взглядом в труп гоблина. Руки мои дрожали. Этот хруст, когда дубина встретилась с его затылком… я слышал его до сих пор. Мясник даже не понял, что умер. А я? Я понял, что убил живое существо. Снова...
– Он бы тебя не пожалел, – прошелестел Бельдамеш.
– Знаю, – прошептал я. – Но я не он. Я не хочу превращаться в чудовище. А выбора ты мне не оставил.
В голове отдаленным эхом прозвучал ехидный смешок.
Я сжал кулаки и заставил себя идти дальше. Но внутри что-то изменилось. Словно я перешагнул черту, из-за которой нет возврата.
– Как можно ей помочь? – понимая, что иного пути у меня нет, я согласился принять условия Бельдамеша.
–Хи-хи-хи-хи. Ты сделал правильный выбор, Хинос. В этой пещере полно гоблинов. Позволь своей душе вдоволь напиться амброзией из их душ.
Мясницкий нож мертвого гоблина внезапно поднялся в воздух и медленно направился прямиком ко мне.
– Хватай нож, а заклятия я возьму на себя.
Правой рукой я ухватился за еще теплую рукоятку. Обагренное оленьей кровью лезвие вызывало отвращение.
– Кажется, ранее запертая троица сумела освободиться и вот-вот добежит до нас. Ты готов, убийца? – рассмеялся Бельдамеш.
– Сделаем это, – с мрачной твердостью ответил я, после чего фолиант переместился обратно в мою утробу. Еще пару секунд я разглядывал окровавленный тесак, а в сознании вновь и вновь мерзко вспыхивало последнее произнесенное Бельдамешем слово. Убийца…Убийца…Убийца…
Придя в себя, я быстро осмотрел помещение в поисках подсказок для дальнейших действий. Очевидно было, что второй раз трюк “прижаться к стене и действовать” не поможет: гоблины уже научены горьким опытом. И тут меня посетила одна идея.
Суматошный топот маленьких ног утих прямо у входа в мясницкую. Мелкие отродья, увидев хладный труп своего товарища, неприятно удивились, но старались сохранять хладнокровие. Медленными шажочками они двинулись вцентр помещения, озираясь по сторонам.
– Кья вьях, – шепотом промолвил один из них, показывая на вздувшуюся ссадину на макушке мясника.
Троица подошла в упор к телу и попыталась вынуть оленьи рога из глазниц, сложив при этом свое оружие на полу.
Я стремительно вынырнул из-под опрокинутого стола, послужившего мне прекрасным укрытием, одновременно выхватив глазами ближайшую ко мне жертву. В мгновение долетев до неё и размахнувшись что есть мочи, я вонзил лезвие тесака в хрупкую шею гоблина, ожидая моментального обезглавливания. Однако клинок с неприятным хрустом застрял между шейными позвонками. Я отпрыгнул на пару шагов. Поверженный коротышка упал на колени, в агонии держась руками за шею, а сквозь пальцы его горячими потоками утекала жизнь. Фонтанирующая из раны кровь резко привела в чувства его напарников, которые тотчас же подобрали с земли свое оружие и с воплями кинулись в атаку.
Внезапно мои руки самопроизвольно поднялись вверх и распростерлись в разные стороны, словно я хотел встретить врагов объятиями. В воздух взлетели камни, приведя меня в полное смятение, после чего мои ладони резко сомкнулись в хлопке. Парящие камни с огромной скоростью полетели в гоблинов. Мои суставы начали скрипеть, будто в них насыпали песка. С каждым выстрелом я чувствовал глухой удар в плечо: магия не бралась из ниоткуда, она использовала мои кости как рычаг. Челюсть свело судорогой, а в ушах стоял такой гул, будто я стоял под камнепадом. Куски плоти гоблинов отрывались под натиском колдовства, превращая тела в грубый фарш.
– Парочка камней за душонку гоблина… отличный бартер! – ехидно улюлюкал Бельдамеш у меня в голове.
Я больше не мог находить в себе сил сдерживать рвотные позывы и опорожнил содержимое желудка прямиком на останки мертвых гоблинов.
– Брось, малец, ты еще научишься получать от этого удовольствие! – радостно воскликнул демон.
– Да пошел ты! – рявкнул я.
– Тише-тише, а то разбудишь остальных зеленых.
Руки все еще гудели, в ушах стоял шум, но нужно было идти дальше. Прихватив дубину, я покинул поле брани и продолжил движение по тоннелю, всё так же тускло освещенному причудливой флорой.
– Тот чих, что подбросил меня вверх во время падения в яму, твоих рук дело? – шепотом поинтересовался я.
– Еще бы! Было бы совсем скучно, сломай ты себе что-нибудь, шмякнувшись оземь. Закончились бы твои приключения, так и не начавшись! – заметил демон.
– Как мило с твоей стороны помогать простому смертному вроде меня, – утирая пот со лба, съехидничал я.
– Всему есть своя цена, – загадочно хихикнул Бельдамеш.
Пройдя еще немного по тоннелю, я обнаружил впереди разветвление. Направо или налево? Отсутствие звуков не давало шансов понять, какая опасность может меня поджидать.
– Давай налево, – предложил Бельдамеш.
– Ты что-то ощущаешь?
– Да, что ты от страха сейчас наделаешь в штаны! А еще ощущаю кучу гоблинов в этой пещере. Иди налево, говорю, там у нас побольше шансов.
Крепко сжав дубину, я последовал его совету и пошел в левое ответвление тоннеля. Долго идти не пришлось. Передо мной предстало помещение, напоминавшее детскую комнату. Выглядывая из-за угла, я насчитал четырех взрослых гоблинов, скорее даже гоблинш, судя по их внешнему виду, а также десять совсем крошечных детишек. Парочка малышей резвились друг с другом, двое кормились материнским молоком, а остальные мирно спали.
– Это женские особи гоблинов, они весьма пугливые. Скорее убегут прочь нежели примут бой. Атакуй быстро, чтобы никто не сбежал.
– А с детьми что? – шепотом поинтересовался я.
– Они также могут послужить пищей для твоей души, хоть и менее сытной нежели взрослые особи, – пояснил Бельдамеш.
Я буду последним в мире человеком, если устрою здесь бойню! Хоть они и гоблины, но… Убивать женщин и детей? Гоблинские малыши жались к матерям и на секунду я увидел в них Вики и Якоба. Тошнота подкатила к горлу, но Бельдамеш тут же сжал мое сердце ледяной хваткой:
– Оставишь их – и они воткнут нож тебе в спину, когда подрастут.
Я прекрасно понимал, о чем он. Но я так точно не смогу! Насколько же низко я должен пасть? Демон сказал, что они даже нападать на меня не будут. Должен быть другой выход.
– У меня рука не поднимется устроить тут резню. Можно ли этого избежать? Может вернуться обратно на развилку и пойти в другой тоннель? Либо как-то их, например, усыпить?
– Если пойдем по второму тоннелю, то наткнемся на толпу гоблинов и они задавят нас числом. Усыпить? Твоей душе пока не по плечу заклинания иллюзии, способные усыпить столько особей сразу.
– И что, выходит, другого пути, как перебить тут всех, у меня нет? – огорченно спросил я.
– На твоем месте я бы сделал именно так! Смотри, какие они хрупкие. Один щелчок – и их черепа лопнут, как перезрелые ягоды, – со злорадством воскликнул Бельдамеш.
Скрипя зубами, я прокручивал в голове различные варианты выхода из ситуации. Но все больше и больше их затуманивали мысли о бойне. Словно ничего другого и не существует. Хотелось провалиться под землю, испариться,исчезнуть. Стоп. Исчезнуть? Едва я успел промолвить хоть слово, Бельдамеш тут же меня перебил:
– Да-да, щенок, для таких добродушных простофиль заклятие невидимости будет отличной идеей. Однако полностью невидимым тебе сейчас не стать.
– Отлично, мне подходит, – облегченно вздохнул я.
Бабах! Внезапно раздался приглушенный звук. Мои легкие наполнились густой маслянистой копотью. Кожа на лице стала липкой, а пот смешался с сажей, выходящей прямо из пор. Я чувствовал, как моя плоть на мгновение теряет плотность и становится рыхлой, тошнотворно-невесомой. Пространство вокруг меня окуталось густым черным дымом, затем раздались испуганные вопли гоблинов и лихорадочный топот множества маленьких ног.
– Что происходит? – утирая пот со лба, растерянно спросил я.
– А вот и результат нестабильности, о которой я предупреждал: дым заволок всю комнату. Двигайся скорее, пока он не рассеялся. Два шага вперед, поворот направо и прямо.
Я внял словам демона и помчался по заданному маршрут. Дым ел глаза, но я видел всё. Бельдамеш внутри меня жадно втягивал воздух и мир вокруг расслоился на запахи извуки. Я чувствовал смрадный кислый пот страха, исходящий от гоблинш, и приторно-сладкий аромат их детенышей, пахнущих парным молоком и сырым мясом. Я слышал, как в их легких хрипит мокрота, как зубы детей стучат от испуга. В момент, когда я активно ворочал головой, вдруг споткнулся, в падении ухватившись за что-то мягкое, а это что-то жалобно запищало.
– Сейчас ты просто споткнулся о невинного зеленого юнца, а уже через полгода он без тени сожаления будет резать тебе подобных искателей приключений и развлекаться с вашими девами! – подметил демон.
Перед моими глазами всплыла картинка и я чуть было не зарычал, но вовремя сдержался. Он прав, чертовски прав! Гоблины – зло! Но… какой же я слизняк…
Быстро поднявшись на ноги, стиснув зубы от злости на свою слабость, я побежал дальше и вихрем ворвался в новый тоннель, где увидел испуганных гоблинских женщин и облепивших их со всех сторон детей. Пару секунд мы стояли в ступоре и, хлопая глазами, глядели друг на друга. В один момент женщины завопили так, что я дернулся и, не находя варианта лучше, тараном рванул сквозь них. Вот теперь точно о моем присутствии знают все обитающие здесь гоблины! Как говорил дядюшка Жан: “Быстрые ноги – надежда в дороге”. После очередного поворота тоннеля ястолкнулся взглядом с толпой озлобленных зеленых вояк. Увидев меня, они еще больше заверещали.
– Я спалю их к чертям, не останавливайся! – крикнул в моём сознании Бельдамеш.
Иного выбора, как подчиниться, у меня не было, поэтому я продолжил бежать им навстречу, покрепче ухватив дубину. Однако вместо обещанного инферно я ощутил, как мощнейший поток воздуха ударил откуда-то снизу, словно дав мощного пинка, и поднял меня вверх.
Глава 5
***
Просторный зал тонул в терпком аромате ладана. Высокий потолок поддерживали массивные гранитные колонны. В центре возвышался алтарь: каменная плита с высеченным ликом Саргаса, божества Темного Пламени. У ног бога стояла металлическая чаша и в ней беззвучно полыхало Тёмное Пламя.
Вокруг алтаря собрались служители Ордена.
– ...да не угаснет же в душах наших огонь возмездия, да прольется кровь проклятая вероломных демонов – врагов святости и добродетели… – глубоким насыщенным басом вещал Ульрик, Верховный Магистр Ордена Темного Пламени.
Во время молитвы Ульрик боковым зрением приметил выбежавшего из Комнаты Свечей послушника, который с ужасом глядел на Верховного Магистра, но не осмеливался прервать молитву.
– ...и не будет страх нашим противником, ведь покровительствует нам сам могущественный Саргас! – закончил молитву Ульрик и вопрошающе взглянул на послушника. – Что-то стряслось, Рикел?
– О, Верховный Магистр Ульрик! Свеча! Свеча зажглась безумным пламенем! – завопил послушник. Глава Ордена нахмурился.
– Ванд, Хульм, Брон, идемте за мной, – трое советников Ульрика последовали за ним. Послушник, стоявший у входа в Комнату Свечей, вытянулся по струнке, когда верховенство Ордена спешно заходило в неё.
– Окрестности Киланоса, значит, – заметил Хульм.
– Само пламя маленькое, однако его духовная энергия просто поражает, – холодно промолвил Брон, глядя на вспыхнувшую зачарованную свечу. Из нее, помимо огня, исходили колоссальные потоки видимой духовной энергии.
– Это может говорить только о том, что демоническая сила проникла в человека, но она не может полностью раскрыться из-за его низкой духовной энергии. Поэтому демон всячески будет сподвигать несчастного человека повышать свою духовную энергию. Необходимо вырубить проблему на корню пока не стало слишком поздно. По возможности – он нужен живым, а если не получится… Да будет Темное Пламя ему спасением. Ступайте, братья мои!
Советники вмиг испарились, оставив главу Ордена наедине с таинственной композицией из свечей. Она представляет собой магическую проекцию карты материка, поделенную на зоны, центрами которых являлись наиболее крупные города. Появление демонической энергии в соответствующей зоне инициирует возжигание зачарованной свечи, где пламя характеризует духовную мощь демона. Однако, в крайне редких случаях, помимо самого пламени, из свечи исходят видимые потоки духовной энергии. Хинос стал как раз тем редким случаем. Композиция из свечей не давала информации о точном местонахождении цели, а показывало лишь зону, в которой была уловлена демоническая духовная энергия.
Сотни лет назад велась кровопролитная война между людьми и демонами. В одну тихую апрельскую ночь на континенте Безгалар открылось бесчисленное множество порталов из Преисподней, что позволило демонам ступить на земли людей. Сил королевской армии и Гильдии Авантюристов едва хватало на то, чтобы сдерживать демонический напор. В условиях создавшейся блокады, дабы избежать уничтожения людского рода демонами, человечество начало подготовку особых воинов – демоноборцев, сражающихся под эгидой Саргаса. Так и появился Орден Темного Пламени. Основатели этого Ордена были опытными воинами, магами и жрецами, которые посвятили божеству свою душу во имя борьбы с демонами. Они имели возможность призывать в бою Темное Пламя. Эта чудовищная сила легко позволила переломить ход битвы в пользу человечества, уничтожив Повелителя Преисподней, а оставшиеся его приспешники отступили.
Однако большая сила несет за собой большую ответственность. Использование Темного Пламени без последствий возможно лишь для уничтожения демонов. Если даже один демоноборец воспользуется этой силой в иных целях, то всех последователей Ордена, принесших клятву Саргасу, Темное Пламя обратит в пепел.
После окончания войны еще какое-то время во всех крупных городах королевства присутствовали церкви Ордена с многочисленными адептами. Однако в один момент весь Орден был сожжен дотла Темным Пламенем. Как выяснилось позже, один из прислужников Ордена воспользовался услугами публичного дома, где также легко можно было раздобыть одурманивающие вещества. Вещество подействовало на него не лучшим образом, отчего демоноборец разглядел в лежавшей рядом даме ехидную суккубу – демоническое отродье. И в эту же ночь весь состав Ордена был испепелен. Спустя некоторое время король дал указание вернуть деятельность Ордена к жизни, но в весьма ограниченном составе. Воскресший Орден базировался в скрытом от посторонних глаз монастыре, расположенном в лесу на северо-востоке от Киланоса – столицы людской расы, а остальные опустевшие церкви и монастыри, расположенные в других местах, оприходовали под иные цели. Действующий монастырь был защищен могущественными заклинаниями и охранялся адептами.
Каждый член Ордена проходил суровое обучение и посвящение, прежде чем стать полноправным членом. Обучение включало в себя изучение боевых искусств, магии и мистических ритуалов, углубленное понимание демонической природы и способов борьбы с ней и, самое главное, принесение клятвы Саргасу.
Когда демон обнаруживался в человеческом мире, демоноборцы отправлялись на его поиски и уничтожение. Они использовали свои знания и навыки, а также уникальное оружие и магические артефакты для борьбы с демоническими созданиями. Помимо Комнаты Свечей они также обладали амулетами с зачарованной демонической кровью, которая начинала светиться, если где-то рядом находится демон.
В нынешнем положении дел найти демона на такой огромной территории было той еще задачкой. Служители Ордена, направленные на поиск и истребление демона, разделились на отряды и отправились по разным населенным пунктам чтобы получить всю доступную информацию.
***
В этот дивный момент я ощутил себя птенцом, который впервые вылетел из родительского гнезда: первые неловкие взмахи крыльев и опасность, поджидающая снизу. Словно зачарованные, гоблины удивленными взглядами проводили взлетевшего человека.
– Вот он, восходящая легенда, герой нашего времени! – с ироничной ноткой гордости завопил Бельдамеш, когда я пролетал над шайкой зеленых разбойников.
Вылетев из туннеля, я оказался в огромномпещерном пространстве. Прямо подо мной располагались с десяток хаотично разбросанных палаток, из которых стали спешно выбираться гоблины, учуяв неладное.
Примерно посередине пещеры я заметил небольшой водораздел шириной метров в пять, а над водой лежало бревно, выполнявшее роль моста. Глубину водораздела оценить было тяжело из-за слабой освещенности пещеры, хоть с потолка и свисали пестрящие всевозможными цветами сталактиты.
Я чересчур увлекся разглядыванием пещеры и не сразу заметил, как спасительный воздушный поток принялся стремительно слабеть, отчего моё тело устремилось к земной поверхности. Падение с высоты смягчила оказавшаяся подо мнойпалатка, однако я ощутил, что синяков и ушибов мне определенно не избежать. Приближающиеся агрессивные вопли и визги гоблинов быстро заставили меня вскочить на ноги. Я мигом оценил свои шансы избежать новой опасности, которые стремились к нулю, развернулся в сторону бревна и рванул бодрым галопом.
– А тебе здорово так повезло: ни одного лучника, – подметил Бельдамеш.
– Повезет мне, когда я отсюда выберусь целым и невредимым! – мысленно обратился я к демону.
– Выбраться-то ты выберешься, я в тебе не сомневаюсь.
– Спасибо и на этом.
– А что, если я тебе скажу, что мы можем всех их убить? – вкрадчиво поинтересовался он.
– Как? – удивился я. – Мы едва разобрались с тремя гоблинами за раз, а тут их больше двадцати!
– Перебеги через водоем по бревну, а затем спихни его в воду.
– Думаешь, гоблины просто утонут?
В ответ на это я услышал уже знакомое мерзкое хихиканье.
– Увидишь, – прощебетал фолиант.
Я ступил на бревно и, стараясь удерживать равновесие, зашагал по нему. Отчётливо было слышно, как гоблины подбираются всё ближе ко мне. Перебравшись на другую сторону, я спрыгнул с бревна и принялся сталкивать его в воду. В этот момент гоблины достигли противоположного края и дружно взобрались на неустойчивую поверхность мостика.Хоть весили они немного, но под их коллективной тяжестью бревно сделалось почти неподъемным. Первый гоблин был уже в двух шагах от меня и воинственно размахивал ржавым кинжалом. Пришлось хватать дубину и, вложив много сил в один размашистый удар, отправить его в полет, как назойливую муху. Еще трое “зеленых” с истошным визгом бежали по бревну, на которое я также запрыгнул и, балансируя, встретил самого резвогоплотным ударом ногой в голову. Тот отлетел в бегущих позади него собратьев и они разом ухнули в воду. Я мигом спрыгнул с бревна и спихнул его им вслед. Оставшиеся гоблины добежали до воды и рванули вплавь ко мне.
– Что дальше, Бельдамеш? – крикнул я иощутил, как мои волосы начинают вставать дыбом. По телу побежали мурашки. Руки со слегка согнутыми фалангами пальцев приблизились друг к другу. Между пальцами замелькали искры, интенсивность перебежек которых повышалась с каждой долей секунды. Когда разряд сорвался с пальцев в воду, мой собственный позвоночник выгнулся дугой. Зубы лязгнули так сильно, что я едва не откусил себе кончик языка. Зрение вспыхнуло белым, лишая меня ориентации, а мышцы на руках сократились так яростно, что я услышал сухой треск собственных связок. Запахло паленой кожей и озоном. Гоблины в воде превратились в дергающееся мясо, но я чувствовал их агонию как серию мелких, колючих уколов прямо в мозг. Их костлявые конечности выгибались под неестественными углами, ломая суставы с сухим щелчком, который был слышен даже сквозь гул магии. Один из них забился в конвульсии так сильно, что его позвоночник не выдержал и лопнул, прорвав кожу острыми осколками кости. Их глаза, лишенные век, буквально закипали и вываливались из глазниц, превращаясь в белые мутные пузыри.
Видимо, из-за того, что я сотворил за довольно короткий промежуток времени несколько заклятий, на меня так резко накатила усталость, что я скорчился и припал к земле. Водоем еще какое-то время пестрил искорками, а на поверхность всплывали пузырьки. Но вскоре это всё прекратилось и я тут же ощутил невероятный прилив удовольствия и сил. Усталость как рукой сняло.
– Ловко мы их, да? – хихикнул демон.
– Жестоко, но эффективно, – все еще находясь в прострации от смешанных ощущений, ответил я.
– В бою все способы хороши, – подметил Бельдамеш. – А у тебя, кстати, душа перешла на следующий уровень. Теперь нам доступны новые способы аннигиляции врагов.
– Замечательно, но меня это радует лишь в том смысле, что поможет спасти мою маму. Много еще осталось таких повышений?
– Ну…как тебе сказать… Можно пойти двумя путями: достичь такого уровня твоей души, который позволит использовать заклинания развеивания высочайшего класса и сразу обратить твою маму обратно в человека либо убить виновника превращения и без особых усилий развеять остаточные чары. Однако, что первый, что второй путь в настоящий момент нам недоступны. Ты еще слишком слаб, Хинос. Поглоти же больше душ!
Я смотрел на мертвые тела, покачивающиеся на поверхности воды. Десятки гоблинов. Мужчины, которые, возможно, просто защищали свой дом. Да, они напали первыми, но… я не дал им шанса сдаться. Я просто убил их всех. И… мне понравилось! Меня захлестнула тошнота, но уже не физическая. Я опустился на колени и уставился в воду, пытаясь разглядеть в отражении себя. Того себя, каким я был неделю назад. Того, кто никогда не держал в руках оружие.
Я умылся холодной водой, пытаясь смыть кровь. В отражении мелькнуло моё лицо и на секунду мне показалось, что глаза смотрят на меня чужим, голодным взглядом. Я моргнул – всё было нормально.
«Показалось», – подумал я. Но осадок остался.
– Эй, – Бельдамеш прервал мои мысли. – Ты чего расклеился? Мы победили!
– Мы убили их, – тихо сказал я. – Я убил их. И мне было хорошо.
– Конечно, хорошо. Ты стал сильнее. Это естественно.
– Это ненормально! – почти выкрикнул я. – Нормальные люди не радуются убийствам!
– Ты больше не нормальный, Хинос. И чем раньше ты это примешь, тем легче тебе будет. А теперь вставай. Нам нужно идти.
Может он и прав. Другого выбора, чтобы спасти маму, у меня нет.
– А где же их предводитель? – спросил я.
– Обычно у гоблинов, которые объединяются в группы, имеется предводитель. Им зачастую является гоблин-шаман, владеющий примитивным колдовством. Либо хобгоблин, внешне напоминающий того мясника, но куда больше и сильнее, потому что тот был всего лишь переростком.
– Получается, обычная гоблинская шайка.
– Получается, да, – подтвердил Бельдамеш.
– Тогда сейчас я поищу здесь что-нибудь полезное, а потом пойдем скорее к выходу, – промолвил я. – Уж больно я соскучился по мирскому свету!
После того, как я покончил с мародерством, демон с надеждой в голосе уточнил:
– А ты точно не хочешь прикончить оставшихся гоблинских женщин и детей?
– Не буду я их убивать, я ведь не чудовище какое-то, – обломав демона, ответил я. – Ну что, чешем отсюда?
– Чешем, – грустно протянул Бельдамеш, после чего мы направились в сторону, в которой, предположительно, должен быть выход из этой злосчастной пещеры.
Вскоре мы очутились на поверхности, вдохнулисвежего воздуха, который показался мне таким родным и приятным, несмотря даже на то чувство спокойствия и умиротворения, что охватило меня ненадолго в подземелье. Провести бо́льшую часть жизни под землей я бы определенно не смог, ведь жить во тьме – удел тех, у кого разум и помыслы покрыты ею. А относится ли это к гоблинам?
Глава 6
Прохладный ветер обдувал лицо, но не приносил облегчения. Я глядел на свои руки: под ногтями запеклась черная гоблинская кровь, а рукава куртки пропитались скользкой вонючей слизью, которая уже начала подсыхать, стягивая ткань. Я не чувствовал триумфа. В животе комом стояла тошнота, а во рту остался мерзкий привкус гари и меди. Я обернулся на зев пещеры и мне показалось, что я вынес оттуда на себе часть той тьмы. Я был похож на мясника, который провел смену в убойном цеху: усталый, грязный и бесконечно пустой внутри. Бельдамеш довольно облизывался где-то на периферии сознания, а я просто хотел содрать с себя кожу вместе с этой грязью.