Нечисть Антар

Глава 6

Бесконечные дни потянулись однообразной чередой. Расписание почти не менялось, и эта монотонность давала время собраться с мыслями.

Надорванные мышцы ныли. Каждую ночь накрывало чувство, что мышцы завяжутся в тугой морской узел или вывернутся наизнанку. Уроки по физической подготовке давались тяжело.

Приходилось признать: хотя бы там я не чувствовала себя первой с конца. В смертоносную колдовскую армию согнали обычных, неподготовленных к варварской войне парней и девушек, и далеко не все знали, что их ждёт.

С раннего утра мы наматывали километры по замкнутому кругу площадки под куполом.

В висках колотило, закипающая кровь приливала к голове, лёгкие отказывались вздохнуть и раскрыться целиком.

Угрюмые стражники молча следили за тренировками, изредка отдавая короткие приказы. Если кто-то падал или выдыхался, его просто жестоко избивали.

Оттого всякий раз, когда я смутно чувствовала предел физических возможностей в очередном тренировочном задании, рождалась прекрасная мотивация не останавливаться и продолжать качать мышцы.

В камере я нашла небольшой уголёк, завалявшийся под кроватью, и сделала нечто вроде календаря на стене в туалетной комнате. Цвет камня здесь чуть светлее, полоски получилось нанести.

Всякий вечер ставила чёрточку и благодарила Богов за то, что мы пережили ещё один день. Примитивный ритуал регулярно не давал потеряться во времени среди довольно однообразных дней.

Заключённые носили браслеты на обеих руках. Кожаные наручи блокировали магическую силу, снимать их можно только на занятиях по колдовству.

Для меня стихийная магия сделалась ещё более мощным экзаменом, чем марафонский бег.

У любого из нашей юношеской восьмёрки уже обозначился какой-нибудь боевой прогресс за первую неделю упорных тренировок, рождались первые неуверенные, пробные удары. Кай лихо закручивал прохладный ветерок у стойки, воздух вокруг начинал гудеть.

Я не могла сдвинуться дальше солнечных зайчиков ни на шаг.

Ладони пахли гарью и тёплой пылью. Пусто.

Яромир постоянно вставал позади, и затылок инстинктивно чувствовал на себе недовольный испытующий взгляд.

У моей стойки он стоял дольше, чем у других.

Инструктор разочарованно покачивал головой, но не пытался помочь справиться с неудачами.

Квет множила электрические искры, пытаясь на первых порах собрать из них крупные оранжевые иглы. Красивая, талантливая, упрямая.

Из-за каждой учебной стойки в просторном тренировочном зале доносилось до слуха прилежное пыхтение неоперившихся чародеев. Лица сосредоточены, на лбах выступала испарина.

Любопытно, как выглядело военное обучение до предательства?

Никто из нас уже не узнает.

Через три деревянные стойки от меня трудился Рон. Движения размеренные, однообразные. Будучи магом воздуха, парень поднимал в воздух в основном лёгкие предметы. С той поры, как парень возвратился из карцера, он полностью перестал разговаривать. Волшебная сила колдуна сильно уступала Каю. Но Инструктор не обращал внимания на относительную слабость. Как будто для изменённого состояния Рона это допустимая норма.

Рон смотрел мимо мишени. В пустоту.

Чем больше я присматривалась, тем сильнее казалось, что слабость — расплата за отсутствие рассудка. Заключённых Касты можно подчинить с первого дня, но Князю нужны могучие вооружённые бойцы. Потому человеческую волю предпочитали ломать, не прибегая к магии.

Инструктор, не спеша, шёл за спинами молодых учеников, надзирая за действиями каждого.

— Напружинивай руки сильнее, не виси на стойке, — хлыст время от времени отвешивал лёгкие подзатыльники отвлекающимся.

Когда Яромир шёл сзади, тело делало усилие, заливаясь жаром. Разум ждал удара или грубости, положенной зверю в учительской роли.

Я ловила себя на гнетущей мысли, что, несмотря на ежеминутную жестокую угрозу и древнюю силу, исходящую от мужчины, взгляд притягивали сильные мускулистые руки, уверенный пружинящий шаг.

***

— Лея, ты слишком напряжена, — Кай придвинулся позади и аккуратно попытался размять плечи, пока я сидела на заправленной койке в камере, развернувшись к нему спиной.

Широкие ладони молодого человека легли на опущенные плечи, аккуратно нажимая на затёкшие ноющие мышцы. Я закатила глаза от блаженства, запрокинув голову назад.

— Спасибо, но боюсь, это не поможет. Когда я безрезультатно пытаюсь нащупать свою силу, складывается впечатление, что она сматывает удочки. Не могу удержать её в голове.

— Странно, — Квет забросила ногу на ногу. — Я свою стихию чувствую отчётливо. Как будто могу руками ощупать условные границы.

— А я сегодня впервые сделал ледяную иглу. — Мил гордо хвастался достигнутыми результатами.

— Получается у всех, кроме меня. Я не знаю причину, вряд ли Князю нужен подобный колдун в бою.

Не могу сказать, что с маниакальным упорством сражалась за оставшуюся короткую жизнь, но провал расстраивал. Учась в Академии, меня искусственно подхлёстывал спортивный интерес, возможность состязаться с однокурсниками, усовершенствовать результат. Теперь, кроме беспросветного разочарования, прочих эмоций совместные занятия по магии не вызывали.

— Видела, сегодня всю тренировку на площади Хан не спускал с тебя глаз? — Кай продолжал нежно разминать плечи. — И карлик опять сидел на помосте. Чего-то вынюхивают.

— Вряд ли, за всеми тут смотрят, — Мил переоделся, устраиваясь на подушке поудобнее.

— За Леей особенно. Как будто ждут, что она где-то ошибётся.

— Просто ты к ней неровно дышишь, и тебе кажется, что все на неё пялятся, — Квет демонстративно закатила глаза. — У всех пока получается слабо. Колдунами не рождаются, раньше тренировались годами до звания боевого мага.

Я тоже чувствовала повышенное внимание. Чёрные бездушные глаза контролировали каждый шаг, каждое действие.

Странным казалось и поведение Инструктора. Он одинаково подходил ко всем ученикам. Поправлял, возможно, грубо и бесцеремонно, но демонстрировал ошибки, заставлял добиваться результата.

Особенно старался поддержать Квет. Незаметно. Я становилась невольным свидетелем, работая с девушкой бок о бок за соседней стойкой. Иногда он клал ладонь на её плечо, и Квет одаривала его тёплым благодарным взглядом.

Но со мной Яромир был особенно сдержан. Напряжён.

Слишком сдержан, чтобы это ничего не значило.

Ни слова. Ни замечания. Сжатая челюсть.

Неопределённый взгляд. Я приравняла себя к лидеру в его списке претендентов на карцер и ждала неминуемой беды со дня на день.

***

Поздним вечером двадцать четвёртого дня сигнальный рог пропел отбой, светильники потухли, оставив тусклое дежурное освещение. К нашей камере подошёл стражник.

Решётка визгливо скрипнула в темноте, вызывая ворох мурашек на коже. Охранник махнул дубинкой.

— 9786, на выход.

По измученному телу пробежала волна нервной дрожи.

Задавать безответные вопросы смысла нет, я стремительно скользнула в туалет, наспех скинув спальный комплект и надев тренировочный костюм.

Пошла на выход, сложила руки за спиной и опустила голову.

Кай сел на кровати, провожая меня настороженным взглядом.

В ночном коридоре стояла тишина, как на кладбище. Путь освещали тусклые маячки, едва рассекавшие темень дрожащим огоньком.

Охранник ступал молча.

Неизвестность пугала, пробуждая неприятные ощущения в животе. Во рту пересохло. Я лихорадочно облизала губы, тщетно силясь угомонить мышечную дрожь.

Спереди в кромешной темноте пробилась жёлтая полоска света из-под глухой двери зала по магическому бою.

Видимо, сейчас я получу взбучку за ежедневные позорные провалы, если вообще Инструктор меня не прикончит или не выпорет до смерти.

Сердце в очередной раз как будто перекувырнулось в груди от дурного предчувствия. Вспоминая пустые глаза Рона, я передёрнула плечами и выдохнула.

Стражник остановился у двери и стукнул кулаком по железной обивке.

— 9786 доставлена! — гул разрезал воздух.

Массивные створки распахнулись, я вошла и услышала щелчок закрывающегося замка за спиной.

За спиной остался коридор. Впереди был он.

Мышцы живота свинтились в тугой болезненный узел. Я тихо выдохнула, расправила плечи и гордо подняла голову.

Умирать, так не как баран, которого приволокли на бойню.

Инструктор Яромир стоял у маленького окна, привалившись широкой спиной к стене и скрестив руки на груди. Его любимая поза на занятиях. Взор задумчиво спускался по решёткам окна, пристально всматриваясь в сумерки, укутывающие плотной пеленой двор тюрьмы.

Какое задание Инструктор получил от Князя?

Просто так арестованных к нему не приводили, это машина для убийств и вразумления.

Зачем привели сюда, а не сразу в карцер?

Так мы стояли несколько минут, я боялась нарушить наступившую тишину первой и ждала хоть какой-то реакции тюремщика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.