Вот такие загадки жизни

Я не выдержала и тоже громко, искренне рассмеялась, обнимая подругу за плечи. Весь этот липкий утренний страх и напряжение перед мужскими разборками в библиотеке окончательно растаяли в теплых лучах марсельского солнца, уступая место нашей крепкой и надежной девичьей дружбе. И мы вошли в нашу с Гришей комнату и направились прямиком в гардеробную и искать купальники.

А вот в библиотеке тем временем назревал жесткий и принципиальный мужской разговор, где каждый раунд велся на изысканном, но леденящем французском языке.

Даниэль, Гриша и Алехандро размеренным шагом вошли в колоссальное помещение библиотеки. Дей вежливо, но непреклонно показал рукой на массивный стол из полированного ореха, расположенный около высокого панорамного окна, а сам неторопливо подошел к встроенной в стену интерактивной панели управления домом. Одним точным нажатием сенсора он вызвал дежурную прислугу.

Личный персонал Себастьяна материализовался в дверях буквально моментально, словно соткавшись из прохладного воздуха. Дей, не оборачиваясь, коротко и властно скомандовал на французском:

— Подайте нам коньяк Henri IV Dudognon Heritage Grande Champagne и соответствующую легкую закуску.

Слуги, штурмовым почтением быстро кивнув, удалились ровно на две минуты. Вскоре они бесшумно внесли покрытую благородным налетом хрустальную бутылку этого стотысячного столетнего нектара, три тяжелых бокала и выставили на стол изысканное гастрономическое плато. Закуска была подобрана идеально: тончайшие слайсы вяленого мяса дикого кабана, ломтики подкопченного гусиного филе, пиала с редким ежевичным конфитюром, несколько сортов выдержанного провансальского сыра и подсушенные тосты со шпинатом. После того как слуги аккуратно разлили янтарный коньяк по бокалам, они призрачно и бесшумно удалились из библиотеки.

Дей быстро наклонился к Грише и тихо, но предельно четко прошептал ему на ухо на русском:

— Надеюсь, ты действительно хорошо подучил французский , Медведев. Потому что прямо сейчас тебе придется применить абсолютно все свои теоретические знания языка на практике. Не опозорь Ари.

Гриша хладнокровно посмотрел Дею прямо в глаза и коротко, уверенно кивнул. Даниэль плавно выпрямился, поднял свой бокал, давая знак к началу раунда, и произнес на безупречном французском:

— Что ж, господа. Давайте выпьем за эту неожиданную встречу и за знакомство.

Алекс с ленивой грацией пантеры взял свой бокал, хищно улыбнулся и поддержал на французском:

— Что ж, за такую интригующую встречу я готов выпить с превеликим удовольствием.

Гриша тоже плавно поднял свой бокал и, неотрывно глядя прямо в глаза Алехандро, ровно, без малейшей дрожи произнес на чистом французском:

— Что ж, господа, давайте действительно выпьем за эту чудесную встречу и за наше личное знакомство.

Они синхронно подняли бокалы, и хрустальный звон эхом разнесся под высокими дубовыми сводами. Мужчины сделали по глотку. Алекс удовлетворенно зажмурился и отозвался первым:

— Шикарный, глубокий букет вкуса, Даниэль. Ты, как и всегда, умеешь правильно порадовать дорогого гостя.

Дей сдержанно ответил:

— Алехандро, ты гость особенный в нашем доме, а для тебя у де Руа — всегда все только самое лучшее.

Алехандро расплылся в своей деловой, опасной мафиозной улыбке, в которой сквозила чисто латиноамериканская сытая наглость, и покачал головой:

— Дей, я прямо-таки смущен. Но скрывать не стану — мне безумно приятно.

А затем мексиканец плавно, неторопливо перевел свой обжигающий, карий взгляд на Гришу. Его глаза сузились, и он произнес нарочито вежливо, но с явным, коварным вызовом:

— Ну что ж, господин Григорий... будущий муж моей Ариан... Расскажи-ка мне немного о себе. И главное — как так вышло, что ты умудряешься преспокойно жить в доме Себастьяна, крутиться возле дочери дона и при этом — до сих пор оставаться в живых?

У Гриши внутри в ту же секунду всё буквально закипело от ярости после этих наглых слов Алекса — «моей Ариан». Челюсти Медведева судорожно сжались, но он шпионским опытом свято знал: сейчас нужно во что бы то ни стало держать лицо, тотально контролировать свои эмоции, оставаться совершенно хладнокровным и уверенно поддерживать любые, даже самые скользкие разговоры.

Гриша ни на миллиметр не отвел взгляда, посмотрел Алехандро прямо в зрачки и спокойно ответил:

— Как уже ранее успел заметить Даниэль, я являюсь коллегой и напарником Ариан по её работе в России. Сюда, во Францию, я прибыл по экстренному заданию нашего штаба ради спасения человека из заложников. Это задание нами полностью и успешно выполнено. Тем самым, раз мы здесь, для меня настало идеальное время, чтобы наконец-то лично познакомиться со всей семьей Ариан и официально, по всем вековым традициям попросить руку и сердце Ариан у её отца, дона Эдуарда. Ну и заодно своими глазами увидеть те прекрасные места, где прошло детство и юность моей любимой невесты. Считаю наше знакомство с братьями Ариан крайне удачным, продуктивным и положительным. И вот теперь, как я погляжу, пришел черед познакомиться и с её давними друзьями и стратегическими партнерами по международному бизнесу. Поэтому, Алехандро, я очень рад, что теперь мне удалось познакомиться с вами вживую, лично, а не только по старым рассказам моей невесты.

Алекс смотрел на Гришу своим проницательным, тяжелым мексиканским взглядом, прощупывая парня на прочность и бросая ему негласный вызов. Когда Гриша закончил говорить, латинос довольно прищурился и ответил:

— Что ж... Я тоже очень рад познакомиться с вами, Григорий. Наконец-то мне довелось лично увидеть фаворита Ариан. И могу открыто сказать: наша девочка сделала действительно неплохой, я бы даже сказал — весьма удачный выбор. Я смотрю на тебя и отчетливо вижу породистое лицо, безупречную военную выправку и стальной мужской характер. Вдобавок ко всему, иметь рядом человека из высших эшелонов государственных спецслужб России — это чертовски дальновидный поступок, который может открыть колоссальные перспективы для совместного развития теневого бизнеса. Но... какой именно вы человек изнутри, Григорий, покажет только время. Поверхностный лоск обманчив. Поэтому, думаю, нам еще предстоит по-настоящему узнать друг друга в более тесном, приватном общении.

Гриша едва заметно улыбнулся самым краем губ и сухо обронил:

— Полностью согласен с вами, Алехандро. Время расставит всё по местам.

А про себя Гриша в этот момент думал с диким раздражением: «Какой же заносчивый, высокомерный, самовлюбленный латинос! Господи, как же мне сейчас хочется просто вмазать по этой его идеальной мексиканской физиономии!»

Тут в их дуэль весомо подключился Даниэль, решив подлить масла в огонь:

— Я искренне рад, что ваше знакомство прошло в довольно теплой, конструктивной обстановке. Но так же, Алехандро, хочу заметить одну важную деталь. Григорий собирается не просто просить руку и сердце Ариан у отца. На грядущем совете клана в Провансе Григорий будет официально изъявлять желание полностью вступить в наш клан де Руа. И если отцу всё понравится, и Григорий его целиком устроит как мужчина, то в дальнейшем будущем он примет «Клятву на крови» и станет в том числе и твоим прямым партнером по контрабанде, Алекс.

Алехандро от такой новости удивленно вскинул черную бровь, и в его глазах промелькнул азарт:

— Вот это… ничего себе заявление! В таком случае скажу прямо: вы, Григорий, чертовски смелый и дерзкий парень. Вот так, будучи офицером спецслужб, прийти и нагло подать запрос дону Эдуарду на вступление в синдикат, да еще и просить руку его единственной дочери... Это поступок настоящего мужчины. Наша дорогая Ариан всегда любила именно таких — тех, кто ничего не боится, открыто заявляет о себе и никогда не останавливается перед преградами.

Гриша спокойно отпил из бокала глоток столетнего коньяка, потянулся к тарелке и съел тост с нежным гусиным филе и ежевичным конфитюром, идеально перебивая терпкий вкус алкоголя. Прожевав, он ровно ответил:

— Благодарю за столь высокую оценку моих действий, Алехандро.

Даниэль, внимательно наблюдая за ними со своего кресла, прекрасно понимал, что именно сейчас делает Алехандро. Мексиканец намеренно, ювелирно провоцировал Гришу, прощупывая его болевые точки, чтобы тот сорвался, потерял контроль, показал слабость или глупую мальчишескую ярость. Ведь в их жестоком мире мафии никто и никогда не любил чужаков, а уж если этот чужак пришел из государственных органов — тем более. Но в то же время про себя Даниэль с гордостью отметил: «А Григорий-то держится довольно уверенно, совсем неплохо для первого раза. Но ему определенно нужно еще сильнее поработать над своей мимикой и взглядом. По глазам ведь отчетливо видно, что Гриша сейчас в полном бешенстве, и Алехандро это тоже прекрасно видит. Этот мексиканский черт всю жизнь учился считывать малейшие эмоции, мимику и мимолетные движения, он моментально анализирует соперника и сразу же начинает бить точно в найденную болевую точку».

А пока Дей размышлял, Алекс вальяжно откинулся в кресле и продолжил наступление:

— Григорий, а вы, я погляжу, довольно скромны или даже излишне скованы. Расслабьтесь, вы сейчас находитесь в кругу своей будущей семьи и её хорошего, старого, надежного друга. А вот я, пожалуй, не побоюсь задать один открытый, прямой вопрос... Как так вообще вышло, что вы решили так легко перейти из вашего спокойного, размеренного образа жизни по уставу — в наш безумный мир? В мир, где чем ты наглее, хитрее и быстрее, тем больше это считается эталоном выживания. В мир, где каждый божий день приносит что-то неожиданное, где почти всегда всё идет совершенно не так, как ты задумываешь, и тебе приходится на ходу находить безумные, но действенные пути.Другими словами, наш мир мафии слишком непредсказуем. И как так вышло, что все твои годы учебы в Академии и жестких тренировок ФСБ просто отбрасываются в сторону? Я, конечно, прекрасно понимаю, что по большей части вся эта глупость совершается ради Ариан и вашей великой любви к ней... Но как же ваши родители? Твоя семья? Как они вообще отреагировали на столь кардинальную, сумасшедшую смену вашей жизни?

Гриша в ту же секунду весь до предела напрягся — это было отчетливо видно по мгновенно окаменевшим мышцам его лица и побелевшим пальцам рук. Даниэль на своем стуле нахмурился, решив, что пора уводить тему разговора в сторону и срочно разряжать обстановку, так как Алехандро начал копать действительно самую страшную, больную и кровоточащую тему для Гриши. Из прошлых рассказов Себастьяна Дей свято знал: Басти открыл Грише всю информацию о том, кто именно много лет назад заказал его родителей, кто подло сдал их мексиканскому картелю «Бездушных», кто объявил охоту за головой малолетнего Гриши и из-за кого всё его счастливое детство закончилось в один миг... Из-за кого он лишился всего, из-за кого всю свою жизнь вынужден был жить под фальшивой маской Вячеслава Потёмкина, скрывая самого себя от мира. Для Гриши это была незаживающая рана, и Алекс своим вопросом попал точно в яблочко.

Дей замер, переведя пристальный взгляд на Гришу, ожидая, что же он предпримет и сможет ли сдержать удар.

Но Григорий справился безупречно. Он медленно опустил бокал, посмотрел на Алехандро абсолютно ледяным, пустым взглядом шпиона и твердо, с расстановкой произнес на французском:

— Моя единственная семья отныне — это Ариан. Другой у меня нет и не будет. Мои родители трагически погибли в автокатастрофе, когда я был еще совсем ребенком. Меня вырастили и усыновили дядя и тётя, но они желают мне в этой жизни только абсолютного счастья. И именно поэтому они будут только рады узнать, что я наконец-то нашел свою настоящую любовь. И я ни капли не боюсь никаких перемен. Любой шаг в сторону — это шаг к чему-то новому, масштабному, а это всегда хорошо. Я — не какой-нибудь забитый, испуганный маленький кролик, который будет всю жизнь трусливо сидеть в пределах своего комфорта. Из этой зоны нужно уметь выходить с боем, и я именно так и сделаю.

Алехандро очень внимательно, не перебивая, выслушал Гришу до последнего слова, прокручивая в голове его интонации. На лице мексиканца появилось искреннее уважение. Он медленно кивнул и ответил:

— Что ж... Это действительно заслуживает уважения. Вы, Григорий, на самом деле поразительно похожи с Ариан. Она ведь точно такая же — невероятно смелая, отважная, никогда не боится идти напролом, ломать стены и открывать для себя новые, неизведанные горизонты...

Тут неожиданно Алекс на полуслове прервал свою речь и замер. Он перевёл ошеломлённый, внезапно посерьёзневший взгляд на Гришу, затем на Даниэля, снова на Гришу и, словно прокручивая в голове сложнейшую логическую цепочку, заговорил на французском языке, но уже совершенно другим, изменившимся тоном:

— Так, стоп… Григорий, ты говоришь, что ты из России, из ФСБ, действующий секретный агент. Тебе, как и мне, и Ариан, сейчас двадцать шесть лет. Твои родители, трагически погибли в автокатастрофе , когда ты был мальчишкой…

В ту же секунду в голове у Алехандро Вальдеса с громким ментальным щелчком сошлась вся зловещая, кровоточащая мозаика. Архивы его собственной памяти выдали страшный ответ. Родители Григория — Андре и Ольга Медведевы — на самом деле стали жертвами Рикардо, самого безжалостного, хладнокровного и результативного киллера мексиканского картеля «Бездушных». В криминальном мире Латинской Америки о Рикардо ходили леденящие кровь легенды: этот монстр искренне обожал лично наблюдать за тем, как медленно умирают его жертвы, как по капле уходит из них жизнь, упиваясь их предсмертной болью и страданиями. При этом он был гениальным стратегом — неделями, с хирургической точностью изучал повседневные привычки цели, просчитывал маршруты и подлавливал жертву в самый неожиданный, беззащитный момент, как и произошло на горном серпантине. Единственный раз в своей кровавой карьере Рикардо не доделал работу до конца — он убрал двух российских шпионов, копавших под «Бездушных», но их тринадцатилетний сын бесследно пропал из Сочи в тот же вечер, и наёмники так и не смогли его выследить. Об этой секретной ликвидации и истории двух русских агентов Алекс в своё время детально узнал от своего отца, дона Рафаэля, который, как и Эдуард де Руа, по крупицам собирал досье на «Бездушных». И теперь этот выживший мальчик стоял прямо перед ним.

Алекс посмотрел на Гришу, и его голос зазвучал непривычно хрипло, сочно и с глубоким мужским сочувствием:

— Ты поразительно похож на своего отца, Григорий. Андре Медведев был великим шпионом, асом своего дела. Мне… мне искренне, по-настоящему жаль его и твою маму. Они были достойными агентами и людьми.

Даниэль, услышав подтверждение гибели двух русских шпионов, едва заметно вздрогнул, его ледяное лицо на секунду дрогнуло. Он перевёл свой тёмный, пронизывающий взгляд на Гришу и пристально, клинически посмотрел на него. Сам Гришка внешне оставался абсолютно спокойным, уравновешенным, его лицо превратилось в каменную маску профессионального оперативника, но вот в глубине его серых глаз на мгновение залегла вековая печать и затаилась всепоглощающая, глухая грусть. Он медленно и ровно ответил на французском:

— Спасибо, Алехандро, за твои тёплые слова о моих родителях. Я ценю это.

Гриша взял с плато ломтик выдержанного сыра, прожевал и, пронзительно прищурившись, добавил:

— Но, насколько я понимаю, ваш картель «Лос Эрманос» находится с «Бездушными» на одной мексиканской территории, и у вас определённо есть гораздо больше свежей информации о внутреннем устройстве этого синдиката.

Алехандро молча выпил свой бокал коньяка Henri IV целиком, затем сам, не дожидаясь слуг, плеснул себе ещё янтарной жидкости, посмотрел Грише прямо в зрачки и заговорил чётко, окончательно переходя на «ты»:

— Ты задумал вендетту, Григорий, и это заслуживает огромного уважения. Но эти твари из «Los Desalmados» — если их вообще можно назвать людьми — они прогнили до самых клеток. Если ты действительно собираешься совершить правосудие и обрушить на них возмездие, тебе жизненно необходимы сильные союзники. Если ты пойдёшь против «Los Desalmados» один со своим пистолетом, ты их только рассмешишь и просто-напросто глупо умрёшь в первый же день, а они сдерут с тебя кожу и повесят твою голову как очередной охотничий трофей в гостиной Исидро. Ты сильный, опасный воин, я это вижу по твоей выправке, ты настоящий боец. Но на этой войне нужен гениальный план и мощная армия. Поэтому запомни: как только у тебя будет готов пошаговый план штурма — обращайся прямо ко мне. Силы «Лос Эрманос» станут твоими союзниками в Мексике.

Гриша долго, тяжело и внимательно всматривался в лицо латиноса. А затем его взгляд в одно мгновение изменился — он стал невероятно жёстким, яростным, не терпящим ни малейших сомнений или переживаний, целеустремлённым. Это был леденящий, пугающий взгляд истинного, прирождённого члена картеля де Руа, готового выжигать врагов до основания. Медведев отчеканил со стальной хрипотой:

— Я задумал не просто банальную вендетту, Алехандро. Я задумал полностью уничтожить, стереть картель «Бездушных» с лица земли под ноль. И начну я эту зачистку личного убийцы моих родителей, я найду его и заставлю страдать, а затем пройдусь огнём по всему их синдикату и уничтожу каждого, кто носит их клеймо.

Даниэль, сидевший сбоку, уловил эту ментальную трансформацию парня. На его ледяных губах появилась едва заметная, одобряющая улыбка, и он едва слышно, понимающе кивнул краешком губ. Дей подумал про себя: «Григорий, а ты чертовски хорош. В тебе есть именно та первобытная, хищная порода, которую мы больше всего ценим в нашей семье де Руа. Теперь я окончательно вижу и понимаю, почему моя упрямая сестрёнка Ариан выбрала именно тебя. Ты наш человек».

Алехандро от такой дерзости Гриши хищно оскалился и восторженно ударил ладонью по столу:

— Мне определённо нравится ход твоих мыслей, Медведев! Скажу так: если тебя через три дня не убьют на семейном конклаве де Руа в Провансе, я лично помогу тебе сровнять с землей весь картель "Бездушных"!

Гриша одним мощным махом допил свой бокал коньяка до капли и твёрдо ответил:

— Спасибо за содействие, Алехандро. Договорились.

И мужчины крепко, с сухим мафиозным хрустом пожали друг другу руки прямо над шахматной доской, скрепляя этот закрытый союз.

Даниэль тоже взял слово, плавно выпрямляясь в кресле:

— Григорий, думаю, ты и сам прекрасно понимаешь: если на конклаве перед отцом всё сложится удачно, то весь наш клан де Руа тоже пойдёт на эту войну вместе с тобой. Мы выступим как одно единое, неделимое целое. Своих в обиду мы не даем.

Гриша посмотрел на Дея, и на его лице впервые за утро появилась усталая, но искренняя улыбка:

— Не думал я, если честно, Даниэль, что именно здесь, во Франции, я наконец-то смогу поставить жирную точку в своей затянувшейся шпионской истории и найду все ответы, которые искал одиннадцать лет.

Мужчины разлили по бокалам остатки столетнего Henri IV, подняли хрусталь и дружно выпили, скрепляя союзы. Осушив бокал, Даниэль плавно перевёл тему разговора на текущую войну:

— Что ж, лирическое отступление окончено. Алехандро, расскажи подробно, каковы твои идеи и тактические соображения по поводу нашей войны с картелем Дельгадо?

Алекс взял с тарелки кусочек подкопченного гусиного филе, съел его и уверенно заговорил, ведя пальцем по сукну стола:

— Испанцы из Дельгадо наивно думают, что они абсолютно неуязвимы у себя в Италии. Они уверены, что у них там всё плотно схвачено: местное судопроизводство, портовая контрабанда, скачки на ипподромах, продажа антиквариата и породистых лошадей на закрытых аукционах. У них идеально налажен наркотрафик, продажа люксовых машин и нелегального оружия. Но в каждой, абсолютно в каждой сфере их деятельности всегда есть люди, которые любят большие грязные деньги гораздо больше, чем ценят какую-то там преданность своему клану. Моя разведка находит этих крыс, мы платим им за помощь втрое больше, обещаем золотые горы, и они делают так, что в каждой из сфер бизнеса Дельгадо происходит моментальный системный обвал. Мы под корень рушим их финансовую пирамиду, они в один миг остаются без легального и теневого дохода, а затем мы просто дожимаем их, нанося точечные, сокрушительные удары по их стратегически важным объектам, складам и фамильным домам в Италии. Картель Дельгадо терпит тотальный крах. Короче говоря, этот тактический план довольно долгий, требует времени, но если запастись терпением, то в результате Дельгадо падут навсегда, а вся их отжатая территория и портовые объекты в Италии перейдут под наш совместный контроль. А тех крыс, которые нам помогали… ну, мы их потом тихо ликвидируем, им ведь веры всё равно никакой нет. Изящно, красиво и практично.

Даниэль одобрительно кивнул, оценив гроссмейстерский размах комбинации:

— Алекс, мне твой план определенно нравится. Я сам органически не люблю глупой спешки, она никогда не приводит ни к чему хорошему. Иногда нужно немного подождать, перекрыть кислород, чтобы потом зайти на пьедестал абсолютными королями положения.

Гриша тоже поддержал мексиканца, включаясь в тактический разбор:

— В целом это красивая, идеальная подрывная схема, и она сработает на ура. Но у меня есть одно военное уточнение: желательно, чтобы абсолютно все их теневые объекты в Италии были подорваны и уничтожены одновременно, либо с каким-то ничтожно маленьким временным промежутком. Это нужно для того, чтобы у верхушки Дельгадо физически не было времени на решение оперативных проблем с финансами и отправку экстренных запросов о помощи союзникам.

Алехандро восхищённо посмотрел на Гришу и белозубо оскалился:

— Гриша, а ты мне, черт возьми, нравишься всё больше и больше! Чертовски быстро вливаешься в нашу тему!

Гриша усмехнулся краешком губ:

— Благодарю, Алекс. Специфика прошлой службы по диверсиям сказывается.

Даниэль плавно поднялся со своего кресла, подбивая итоги мужского совета:

— Что ж, господа, я сегодня же приподниму всю эту информацию отцу на закрытом докладе, а ты, Алекс, со своей стороны приподнеси эти соображения дону Рафаэлю в Мехико. Далее мы встретимся расширенным составом и подробно обсудим финальный план действий уже двумя кланами. А прямо сейчас я предлагаю наконец-то закончить с делами, пройти в раздевалки спа-центра и мини-отеля Себастьяна, переодеться и пойти к нашим дамам к бассейну, пока солнце в Марселе на пике.

Алекс бодро вскочил на ноги, поправляя пиджак индиго:

— Полностью поддерживаю, Дей! Моя милая Ариан там у воды, наверное, уже вовсю заждалась своего мексиканского друга.

Гриша при этих словах латиноса незаметно, сокрушительно закатил глаза к дубовому потолку библиотеки и про себя раздражённо подумал: «Ладно, Алехандро как мужик парень вроде нормальный, ровный и дельный, с ним можно работать... Но вот эта его наглая, собственническая манера общения в адрес моей Арии меня просто дико бесит и раздражает! Ничего, у бассейна я ему покажу, кто тут жених».

Даниэль, Гриша и Алекс дружно вышли из прохладной библиотеки и направились в соседнее крыло особняка, где располагался богемный спа-комплекс мини-отеля Себастьяна. Их путь пролегал через роскошную стеклянную галерею, залитую ярким дневным светом, вдоль стен которой тянулись огромные кадки с экзотическими цитрусовыми деревьями. Миновав массивную кованую дверь, мужчины оказались в просторном холле спа-зоны, облицованном натуральным кедром и дышащем ароматами эвкалипта.

Парни вошли в мужскую раздевалку, которая больше напоминала элитный закрытый клуб: индивидуальные шкафчики из темного дерева, тяжелые зеркала с контурной подсветкой и пушистые белоснежные полотенца. Мужчины быстро скинули свои дорогие дизайнерские костюмы и переоделись в плавательные шорты.

Когда они вышли , взяв полотенца, их атлетические фигуры могли бы заставить побледнеть любого античного скульптора. Даниэль обладал безупречным, поджарым и рельефным торсом первого наследника картеля Де Руа: фширокие плечи, литые кубики пресса и полное отсутствие лишней капли жира. Но главным украшением его тела были огромные мафиозные татуировки: всю его широкую спину занимало масштабное, детально прорисованное изображение пикирующего сокола, сжимающего в когтях окровавленный кинжал — символ тотальной власти синдиката, — а на правой груди красовался еще один аккуратный, затейливый знак де Руа в виде переплетенных виноградных лоз. Алехандро Вальдес Гутьеррес выглядел как истинный латиноамериканский мачо: его смуглый торс был невероятно мощным, с рельефными, накачанными грудными мышцами и кубиками пресса, а обе руки были полностью, до самых запястий забиты плотными, яркими мексиканскими татуировками в стиле чикано — черепа, розы и узоры ацтеков. Но фигура Гриши ни в чем не уступала этим двум волкам картеля: Медведев обладал колоссальной, штурмовой статью русского спецназовца ФСБ. Его обнаженный торс поражал литым, хирургически точным рельефом мышц, косые мышцы живота были прорисованы идеально, а невероятно широкая, монолитная спина и мощные плечи сразу выдавали в нем человека, способного ломать стены. Единственным изъяном на его великолепном теле была тугая белая повязка на левом плече, фиксирующая ранение, но она лишь добавляла его облику сурового, мужского магнетизма.