Солдаты Солнца. Книга 3
- Чёрт! Многовато… Красавчик, веселее! – Гэбриэл скинул в руки лейтенанта пулемёт и, усевшись на своё сидение, захлопнул дверь. – Сержант Румаркер?
- «Корветта» готова к дальнейшему переходу, командир!
- Мэлвин?
- Конвой за вами, полковник!
- Отлично! В путь, Команда «Альфа»! Нам здесь больше делать нечего.
*****
Пэпээсница сразу ушла на собственную колею, постоянно загуливая «Корветту» то вправо, то влево от своего старшего брата, а то и вообще – нагло уходя на обгон, чем ужасно раздражала и так измотанного до предела Зулу… Гэбриэл никак не мог предотвратить это беспечное мотовство драгоценного горючего: Лео и одноколейное движение были малосовместимыми понятиями на обширном пространстве полного отсутствия даже намёка на какое-либо подобие дорог. А посадить за руль Танго или Красавчика представлялось предприятием совсем уже авантюрным: один лейтенант ещё не имела достаточной физической силы после сложнейшей операции, другой ехал крышей от пятидесятиградусной жары и постоянного жёлто-серого однообразного пейзажа перед глазами.
Тяжёлое грязно-слепящее марево постепенно проваливалось в неизменно подступающую черноту быстрого зимнего заката.
- Красавчик, не сопротивляйся! – Андрей приставил к шее лейтенанта медпистолет и вбил инъекцию мелатонина. – И меньше психуй! Ты же человек, а не генокер – тебе нужна более существенная защита, нежели змеиное жало твоего дублирующего состава.
- Распну языкатого кровопийцу! – Танго недобро глянула на зарвавшегося мальчишку.
- Существенная защита – существенное самоутверждение! – не сдавался Андрей.
- Ну почему мне? Почему мне одному? Я что тут – самый инкубаторный?
- Х-хе! – Танго нахально развалилась в кресле Мэлвина. – Его правят на свои колёса, а он ещё и возмущается! Хрен капустный!
- А ты!.. а ты!.. а ты!..
- Моя!.. моя!.. моя Федя! – мой маленький, мой сладенький…
- На шампуре сладенький!
- У-у, Танго – бездушная кукла, – Чукки засела в своём дальнем кресле вместе с еле-еле успокоившимся Федей.
- Хоть бы на полчасика вернуться в наш бункер… горячая ванна, своя комната – пусть даже тюремная каюта, черепаший супчик… телевизор, старые газеты, пропахшее лёгкими сигаретами кресло в библиотеке…
- А больше ничего не хочешь?!
- Хочу!! Хочу почистить зубы.
- Надумал! – хмыкнул Зулу.
Танго достала из кармана комбинезона пластинку в тонкой полосатой бумаге и бросила Красавчику:
- Держи!
- Хочу побриться!!
- На! – Танго в момент раскрутила на пальцах «хамелеоны» и оба протянула лейтенанту. – Одним бреешься, другой – вместо зеркала.
- Забери! – Гэбриэл не дал Красавчику даже взять в руки её смертоносные ножи.
Красавчик обидчиво поджал губы:
- Хочу…
- А хотелка не отвалится? – возмутилась на командорском Танго.
- Обмен любезностями начался, – Андрей осматривал Чукки.
- Скорее, имеет продолжение, – ответила капитан.
- Я пить хочу!
- Я пить хочу, – передразнила Танго. – Терпи, солдат!
- А если терпелка лопнула!
- Глядите, на русском заговорил! Чё, сушняк после перепоя?
- Возьми из бара питьевую капсулу, – разрешил Андрей. – Это реакция на лекарство.
- Ой-ой-ой-ой! – Красавчик схватился за живот и побежал в конец машины.
Танго загоготала, насколько ей позволял страхующий корсет:
- Ну только Красавчик мог усраться в ответственный момент.
- Что она сказала?
- Эти не для твоих ушей, Зулу. Смотри вперёд!
- Неправда!! – отозвался Красавчик из-за кресла Чукки. – Не в ответственный… не в самый ответственный…
- Кто о чём, а Красавчик о сексе! – лучше бы Зулу не оборачивался. – Эй! Кто тебе позволил?! Только загрузился в машину и уже гадит… Гэбриэл, я его таки прибью!
- Зулу, у Красавчика расстройство на нервной почве.
- Я ему сверну шею, и конец всей его нервной почве!
- Тоже вариант, – подсказала Танго.
- Зулу, посмотри на это дело с другой стороны… Вытяжка у нашего отстойника полная, запаха нет. К тому же то, что для нашего организма отходы, для твоего ненаглядного фургона добавочное топливо.
- Тут явно кому-то надо было руки оторвать!
- Идея и разработка мои, – подсказал Андрей.
- А кому-то – и голову.
- Останутся хвост, рога и копыта.
- Мэлвин, а тебе давно пора оторвать язык! Сползи с моей «улитки» – пока я не добрался до твоего хвоста!
Красавчик упал обратно в кресло. Андрей потрогал его лоб и пересел к Чукки.
Танго недовольно посмотрела на Красавчика:
- Чего ты на меня скалишься? Я тебе не восковое чучело из коллекции мадам Тюссо.
- Зато так у меня крышу не срывает: информации – неиссякаемый источник!
- Трепло…
- Десять-ноль в пользу Красавчика! – довольно хрюкнул Зулу.
- Ну-ну, злорадствует тот, кто снимает скальп со своего врага, – Танго не поленилась обойти ящики и пнуть сапогом в спинку кресла Зулу.
На пару минут в машине воцарилась редкая тишина.
- Смотрите, ещё одна оплавленная гора! – Зулу мотнул головой. – А там какие-то останки, похожие на бывшее поселение, а может, и целый город…
- Неужели, кроме тех людей, что были в Индианаполисе, в Америке действительно никого не осталось? А как же бункеры? Их по всей Америке как собак нерезаных: под каждым небоскрёбом, в подвалах фермерских домов, на военных базах – этого-то добра у нас завались.
- Ты же сам видел, почти всё под слоем песка, грязи, пепла и ядерной пыли: кто запрятался в бункерах, там и остался – навечно! По крайней мере, девять точек из десяти – точняк!
- Похоронили заживо сами себя, – согласился с Танго Гэбриэл.
- А это – как его? Мировое Правительство, президенты, правительственные крейсеры, подземные города? – Красавчик посмотрел на мальчишку-генокера, внимательно вслушивающегося в разговор.
- Спроси у чёрного рейнджера: этой военной элите обо всём положено знать по статусу! – Андрей переадресовал вопрос Танго.
- Всё Мировое Правительство теперь на Каффе, – Танго достала пилочку для ногтей и занялась любимым занятием: дотошной отшлифовкой ногтей, – а те, кто до сих пор считает себя Мировым Правительством в своих многоэтажных автономных цинковых гробах, ну так и флаг им в руки: пусть и дальше пребывают в праздной эйфории ещё лет двести. Мужицкое население планеты никогда не отличалось повышенным интеллектом хомо сапиенса.
- Опять за своё... мужененавистница…
- Умные в бункерах не отсиживаются!
- Так и на поверхности как бы несладко!
- Несладко, зато живо – тому, кто умеет выживать… Га-га-га!! Ой!!
- Что? Живо, но несладко? Танец живота вокруг шеста в прошлом?.. Болит, да? Сильно болит?
- Болит… Но сейчас это же место сильно будет болеть и у самого языкастого на этом авианосце!
- Не пугай – пуганый! Смогу за себя постоять! Подумаешь, чёрный рейнджер, «адский берет», Доктор Смерть… плавали – видели…
- Красавчик, не лезь в бутылку! – Гэбриэлу весь этот разговор по душам совсем не нравился: для выяснения личных отношений и внутрикомандных притираний время было отнюдь не подходящее.
- Тебе обязательно надо быть лучшей!!
- Точно, Красавчик!!
- А я думаю…
- Ты думаешь, что думаешь?
- Он не думает, что думает, что он думает!
Красавчик повернулся на голос подсмеивающегося сержанта:
- Прекратите думать за меня!! Оба!!
- А за тебя, Красавчик, приятно думать: много мозгов ломать не надо.
- Что?! – лейтенант впился горящими глазами в Танго. – Самая умная, да?!
- Я настолько глупа, что считаю возможным сказать тебе всё, что считаю нужным.
- Ты…
- Только Бог без греха.
- Ты!
- Не заставляй меня прикладывать ладонь к твоему затылку, Красавчик! – Танго предупредительно подняла руку.
- А нельзя приложить эту милую ладошку к моей щеке?
- Запросто!
Лейтенант не успел даже осмыслить происходящее, а его щека уже пылала от звонкой тяжёлой пощёчины… Зулу прыснул со смеху!
Красавчик схватился за щёку:
- Я… совсем не это имел в виду!!
- Ну так считай, что я раз и навсегда развеяла твои заблуждения, Красавчик.
Красавчик подорвался с места и забегал по салону:
- Господи! Что это за мир такой, где каждый пожирает каждого?! И зачем только такие, как я, рождаются на свет?! Ни себе – ни другим… Мир чужих бездушных людей!! Мир – без человеческих чувств, без людского сострадания, без души и тепла… А ты!! Ты просто бездушная кукла, робот, кибер-«вертушка», «анаконда»!!
- Отвали, моя черешня, – Танго как ни в чём не бывало продолжала и дальше заниматься отшлифовкой перламутровых ноготков.
Чукки открыла глаза и замерла, а Федя отрывисто стал посвистывать.
- Андрей! – Гэбриэл подозвал к себе мальчишку-генокера. – Если Красавчик полезет в драку, я тебя прибью: это что – такое побочное действие мелатонина?
- Это не побочное, а защитное действие, полковник: его «радующаяся» психика ищет выход на самые контактные и близкие точки решения его собственных проблем.
- Эти «близкие точки» могут закончиться повальной давкой, в которой могут пострадать невинные наблюдатели.
- Замечу вам, Гэбриэл: здесь нет невинных – зато полно солдат, которые в состоянии за себя постоять.
- Это-то меня и беспокоит… Что-то у нашего Красавчика «гормон радости» не с той стороны накатил!
- Зато как отживел! Щёчки порозовели, кровь к мозгам прилилась, энергии поприбавилось… а сколько оптимизма…
- Нет!! Так не должно было быть!! Так не может быть!! Так будет всегда!! О Мадонна…
- Надолго ли – оптимизма? – Гэбриэл снова перевёл взгляд на мальчишку-генокера. – Утихомирь Красавчика! Дай ему успокоительное, Андрей.
- Нельзя вводить успокоительное сразу после мелатонина-Х. Вы ещё не забыли про Лео, и чем всё это может закончиться? Давайте на время заберём сюда капитана Линкольна: никому лучше него не понять и не успокоить лейтенанта Квинси. С его многослойным опытом он лучший из нас эксперт по человеческой психике.
- Сержант одна не останется! Это исключено!
- Тогда пусть Мэлвин говорит с ним по криотопу – это тоже выход.
- Мэлвин, ты нас слышал?
- Прекрасно, полковник!
- У Красавчика диссоциативный психоз, коллега! – констатировал Андрей.
- Вас понял: истерический психоз в виде параноидальной социопатичной шизофрении, коллега.
- Мы друг друга поняли, капитан!
- Тогда за дело, Мэлвин! Красавчик весь твой…
- Эй, это кого вы тут называете параноиком?! Гэбриэ-э-эл?!
- Красавчик, сядь и помолчи… дай мозгам остыть, а языку передохнуть…
- Да, Красавчик, давай-ка лучше я подменю тебя… А-аааа!! Мир сошёл с ума!! Все дураки!! Да здравствует Коммунистическая партия и Сальвадор Дали!! ООН – самая миротворческая организация из всех миротворческих контингентов на всей Земле!! Мучачос мучас! Диего Марадонна! Аль Сальвадорес… Судью на мыло!! Пенальти – в ворота итальянцев!! Марсиане, руки прочь от Кубы!! Пеле – друг всех индейцев и их матерей!! Ну как?!
- Мэлвин, ты что – опять с ума сошёл? – Красавчик, пока слушал всю эту белиберду, вконец успокоился.
- Чёрт!! Чёрт!! – «голландец» завилял крутым зигзагом, но скорость не снизил, а наоборот, даже прибавил. – Куда лезете под колёса, уроды?!
- Зулу, ты тоже с ума сошёл?!
- Красавчик, не кипишуй! Просто за окном что-то новенькое, – Гэбриэл сильнее сжал ручку над дверью.
- Люди!!! Драка!! Сражение! Войска… здесь? – Красавчик обрадованно завис в проёме между креслами кабины, но кратковременная радость быстро сменилась подлинным удивлением и почти понятным разочарованием.
- Похоже на воздействие психотронного оружия… Лео? Мэлвин?..
- Мираж, – без единой эмоции отозвалась Лео.
- А я думаю, полковник, это картины из прошлого! Картины, достойные кисти Аньелло Фальконе… Надо было прихватить с собой «полароид».
- Мэлвину уже картины рисуются! Наверное, собирается в художники подаваться в ближайшем будущем.
- Мэлвин попал в самую точку, сержант: это – картины нашего прошлого, недалёкого прошлого... пространственно-временной континуум, природное психотронное оружие, хрономираж, – Танго вместе со всеми с интересом наблюдала за происходящим за лобовым стеклом «голландца».
А призрачное видение уже переместилось на расстояние более близкое к идущим на большой скорости машинам и окончательно заняло всё окружающее пространство. Да и видением вряд ли это можно было назвать – слишком уж всё это действо было реальным.
Земля вокруг кипела от падающих и разрывающихся где-то рядом снарядов. Звуковые и световые волны проходили через пространство, опрокидывая дома, машины и бегущих по улице людей. Крики умирающих, призывы о помощи и плачь детей смешивались в один разрывающийся гул вместе с вздымающейся землёй и приказами бегущих военных в американской форме… Мимо «голландца» на скорости пронёсся дымящийся танк с залитой кровью башней, и сразу совсем близко разорвался снаряд. «Летучий голландец» подкинуло! Проскочив несколько ярдов по разрушенному вздыбившемуся прямо посередине мосту, фургон выскочил за край разрыва. Пролетев ярдов десять над глубоким дымящимся проломом, «голландец» хлопнулся на все колёса и помчался дальше на той же скорости… Повсюду были трупы: среди развалин, на земле, в машинах… живых было в десятки раз меньше, чем мёртвых… оторванные руки и ноги валялись прямо на обожжённых обезличенных телах… всё было каким-то серым – почти без красок, как в чёрно-белом телевизоре… только кровь – иногда совсем чёрная – резко выделялась на фоне оранжево-серого вздыбливающегося в небо полотна…
Ощутимое присутствие людей, крики боли, световые волны, рвущиеся снаряды и разрывающиеся бомбы, грохот пролетающих вертолётов – всё было настолько реально осязаемым, что каждый чувствовал обжигающий жар на своих лицах и звук разбивающейся о землю детской бутылочки с ещё тёплым молоком. И всё же было во всём этом разодранном на жилы кровавом ужасе что-то такое, что заставляло подсознательно принимать данную реальность за иллюзорность, за нечто потустороннее, почти неживое.
Все смотрели на происходящее без единого звука… И только Танго, не останавливаясь, комментировала происходящее:
- Вот оно: Пояс Безумия и его человеческое наследие… Психокинетическая энергия! Привидения Третьей Мировой, не сумевшие покинуть своего последнего мгновения на этой земле, так и остались в своём замкнутом круге бесконечного движения в никуда… Сгусток боли, отчаяния и страха, запечатлённый временной петлёй в расслоившемся пространстве. Временная петля запечатлела, сохранила и теперь прокручивает снова и снова визуальную информацию двадцатилетней давности, которую сохранило для потомков энергетическое поле памяти, вырывающееся из зоны разлома – тектонического или спровоцированного сильным насильственным вторжением. К мистике такие миражи не имеют никакого отношения: это всегда временная петля, данная Вселенской Книгой Судьбы для передачи конкретной информации в определённые руки. Этот феномен стар как мир – но, увы, по-прежнему не изучен и мало объясним…
Вылетевшую из клубов чёрного дыма дымящуюся машину Красного Креста резко начало заносить. Зулу вывернул руль, но столкновение было уже неизбежным! Сильный удар «скорой» в борт «голландца» отбросил фургон в сторону.
- Материализация как часть поляризации пространственно-полевого смещения во времени…
- Да разве такое может быть?! – прокричал Красавчик сквозь вой разрывающегося пространства.
- Может! На свете всякое бывает... особенно теперь…
Тяжёлая масса распылившихся на комки и песок камней неожиданно обрушилась на ветровое стекло фургона, но Зулу не только не снизил скорость, а вжал ногу в педаль газа на всю.
- Пошли к чёрту!! Что бы это ни было – нам здесь делать нечего!!
- Если заглохнет движок, не удивляйтесь.
Точно по заказу «голландец» встал – точно упёрся в стенку: мотор замолк как поперхнулся камнем. Рядом уткнулась в невидимую стену «Корветта».
Всех, кто не сидел в своих креслах, резко бросило вперёд – и так как в проходе торчали сразу четыре головы, то все четверо дружно повалились в кабину между сидениями Гэбриэла и Зулу.
- А-ааа… чёрт!.. чёрт!.. чёрт!..
- Парни, вы целые? – Гэбриэл посмотрел направо – в машине Лео всё было в полном порядке. Он развернулся к своим и стал помогать Зулу вытаскивать ребят. – Никто ничего себе не сломал?
- Шутите, командир? Мы же в защите! – Чукки первой выбралась из образовавшейся свалки.
- Ну и миражик! – стукнул рукой по баранке Зулу. – Никогда такого ещё не видел!
- Мир таков, каким мы его видим.
- Или каким мы его делаем, – Гэбриэл осторожно поднял Андрея. – Ничего себе не сломал, мой мальчик?
- Я тут самый неломающийся, – Андрей с хрустом вправил неестественно свернувшуюся набок шею и подал руку Танго, на которую ему выпало завалиться сверху. – Как твой живот?
- А мне и тут неплохо, можно и не спешить, – пользуясь выпавшим случаем, Красавчик обхватил Танго за талию.
Лейтенант молча расцепила руки Красавчика и с помощью Андрея поднялась, но тут же обернулась и встала подошвой сапога на то самое место, которое у Красавчика в данном случае наиболее показательно соответствовало его мужскому интеллекту.
- Ай!!
- Сильно озабоченный? – в довесок Танго поставила локоть на согнутое колено и подпёрла кулаком подбородок.
- Ой!! Только не это!!
- А у тебя тут что – наиболее важный орган, без которого ты не сможешь жить?
- Да!!
- Значит – сердце?
- Да!!
- Да-аа?! – Танго посильнее надавила локтем на колено.
- Нет!!
- Тогда – печень… ведь она у тебя одна…
- Нет!!
- А если нет, то в следующий, такой же «удачный» для тебя момент, я не буду тратить время на пустые разговоры.
- Я понял, понял!!
- Танго… Красавчик всё понял!
Она убрала ногу, хмыкнула в сторону Красавчика и как ни в чём не бывало расселась в кресле за спиной Зулу:
- А миражик-то испарился, сбежал на параллельную скоростную автостраду… улетучился как мужская любовь…
Гэбриэл и Зулу вместе подняли лейтенанта… Красавчик показал, что с ним всё в порядке, и свалился в своё кресло:
- Между прочим, мужская любовь, как и мужская дружба, если уж случается, то это – навсегда!
- А…
Гэбриэл предупредительно поднял руку, и Танго отвернулась от Красавчика.
- А теперь кто мне объяснит, обо что это мы так наеб… хряпнулись, если впереди ничего нет?! А?!
Танго закинула ногу на ногу:
- Всё имеет свои объяснения, сержант… В данном конкретном случае – этот феномен имеет даже собственное название: «встреча с НЛО». Оставаясь в своём временном окне, мы сталкиваемся с зеркальным сдвигом временной петли, сместившимся в нашу реальность по параллельному изгибу зеркальной трещины. Подобный эффект мы можем наблюдать с «именным» зеркалом Чукки: встреча с неизвестным – которое может быть прошлым, настоящим или будущим.
- Да хоть встреча с самим Дьяволом!! – Зулу повернул печатку в гнезде зажигания – «голландец» непривычно глухо зарычал, но без задержки подался вперёд. – Отлично! Лично я делаю отсюда ноги.
Вокруг всё было так же, как и несколько минут назад: безбрежная жёлто-грязная пустыня и изредка торчащие из земли то ли осколки камней, то ли остатки домов. Чаще стали попадаться каменистые плато и горные нагромождения… Фиолетовое солнце быстро скатывалось за режущий глаза серо-оранжевый горизонт.
Бортовой компьютер, мгновенно отключившийся, как только они вошли в полосу хрономиража, кажется, решил, что пора возвращаться на базу: он мигнул зелёным экраном и немедленно подключился к переговорному процессу.
- Чёрт бы побрал эту перезагрузку! Я чуть не остался без команды! Надеюсь, никто не заметил моего недолгого отсутствия… Командир, я могу сделать сообщение?
- Мало того, что этот оголтелый трепач отсиживался в кустах и молчал как проклятый, когда был нам нужен, так теперь он ещё имеет наглость подавать голос!! Да тебя, трусливый кретин, нужно попросту выбросить из моего фургона – на помойку!!
- Какое сообщение, Ком?
- Из-за перегрузок неизвестного происхождения «Летучий голландец» имеет потерю общей энергии шесть процентов, «Корветта» – четыре процента… Командир?
- Расслабься.
- А-а…
- И помолчи!
- Я всё-таки выкорчую этого недоумка из моего фургона вместе со всеми его корнями! Зачем он нам вообще нужен?!
- Если бы Ком не отключился на автопилоте по команде защиты «как частичная смерть», фургон полностью бы вышел из общего рабочего жизнеобеспечения: машина попросту встала бы как груда металла в любом месте и всё! – голос Лео был спокоен и без претензий.
- А представьте, вы пролетали бы в это время над разорванным пополам мостом! – заключил Мэлвин. – Пришлось бы мне конвоировать груду сгоревшего и искорёженного металла на ближайший кладбищенский погост.
- Ты понял, сержант? Не всё-то ты знаешь про своего бортового помощника.
- Р-рр! – Зулу ударил ладонью по баранке и сосредоточился на лобовом стекле.
- Единственное, что Ком не может, так это перестраховать феномен «встречи с НЛО», – Танго косилась на Красавчика, который обидчиво делал вид, что больше её не знает. – Стена, о которую мы споткнулись, похоже, была одной из дверей во временной петле. Скорее всего, напоровшись на закрытую дверь на выходе, мы всё-таки её открыли ударом бампера или нашим подсознательным желанием всё же оставаться в том мире, по которому мы теперь перемещаемся с дикой скоростью… но это могли быть и ещё какие-то неизвестные нам факторы…
- Главное, что всё это материализовавшееся прошлое всё-таки отпустило нас из своих диверсионных сетей, – лейтенант смотрел только вперёд себя.
- С этим трудно не согласиться.
В голосе Танго прозвучали такие неприкрыто ехидные нотки, что Красавчик не сдержался:
- Надо же!
- А ты имеешь что-то против?
- Имею!!
- А ну, а ну – поконкретнее…
- Прекратить!! Что-то мне совсем не нравится этот пейзаж: песок становится всё чернее, а камни всё расплывчатее.
- Зона энергетического теплового воздействия, – пояснила Танго.
- Это понятно… Но что там – дальше?
- Ничего хорошего.
- Ком, радиационный фон?
- Пятьсот сорок рем.
- Командир, – Танго уже нервничала, – это не наша зона.
- Ещё немного, мы под защитой машин.
- Нужно менять курс… Командир?
- Зулу! – Гэбриэл подался вперёд, – Останови фургон! Лео, внимание! Всем оставаться на местах!!
«Летучий голландец» остановился – и в тот же миг машину дёрнуло в сторону… за первым сдвигом тотчас последовал второй… третий подземный удар с некоторым опозданием подкинул фургон вверх!
- Как минимум фута на два, – констатировал Красавчик, как только «голландец» твёрдо встал на колёса.
- Сержант Румаркер, что у вас?
- Норма! – Лео показала «ок!» в боковое стекло вставшей в нескольких ярдах правее «Корветты».
- Полковник? – Андрей подошёл к Гэбриэлу.
- Почувствовал, – Гэбриэл показал на свою голову, – здесь…
- «Шоковая радиация» в действии.
- Как родное.
- Так и должно быть, полковник.
- Что-то я вас не понимаю! А? – Зулу приложил печатку к гнезду зажигания. – Идём дальше!!
- Эй, я что-то вижу!! – Красавчик показал пальцем в лобовое стекло.
- Красавчик, стой!!
Но лейтенант уже выскочил из машины.
- Смотрите! Смотрите! Да смотрите же сюда!!
«Корветта» подрулила поближе, и Лео с Мэлвином тоже подошли к собравшейся команде… Все толпились вокруг непонятно каким чудом уцелевшего, сильно покосившегося, придорожного деревянного столба с болтающимися на нём трухлявыми указателями.