Последний из рода Ортари
— Наш? Значит, люди наверху… — Кайр остановился на середине коридора, уже начиная догадываться о том, что будет в ответе на его вопрос.
— Это не наш народ, — закончил отец за него.
— Но мы же живём среди них, — возразил Кайр, несколько секунд рассматривая лицо Энара в поисках намёка на шутку.
— Живём и уже очень давно, — спокойно подтвердил тот.
— Насколько давно? — спросил юноша, и теперь в его голосе появилось настоящее любопытство.
— Почти тысячу земных лет, — ответил Энар, повернувшись к сыну.
— Тысячу лет? — Кайр даже не сразу поверил услышанному.
— Примерно, — подтвердил отец.
— И всё это время мы жили на этом острове? — спросил Кайр, оглянувшись на уходящий вдаль коридор.
— Наши предки — да, — уточнил Энар.
— А корабль? — юноша указал рукой на окружающие их стены.
— Тоже, — коротко ответил отец.
Кайр несколько секунд молчал, сопоставляя услышанное.
— Откуда они прилетели? — наконец спросил он.
— Сейчас увидишь, — ответил Энар и кивнул в сторону следующего помещения.
Дверь открылась легче предыдущей.
Внутри оказалось небольшое помещение с несколькими креслами и широкой тёмной стеной. Энар подошёл к настенной панели и коснулся двух символов. Сначала ничего не произошло, потом стена ожила, и перед Кайром возникло огромное изображение планеты.
Тёмно-синие океаны, большие светлые материки, полосы облаков и две маленькие луны на фоне звёзд.
— Это что?.. — Кайр сделал несколько шагов вперёд, не отрывая взгляда от изображения.
— Это Вэллар. Наша родная планета, — закончил за него отец.
Кайр долго смотрел на медленно вращающийся мир.
Само слово «родная» казалось странным. Родным для него был остров — джунгли, деревня, море. А этот далёкий мир он видел впервые.
— Она ещё существует сейчас? — спросил он наконец.
— Мы этого не знаем. — Энар чуть пожал плечами.
— Как можно не знать? — Кайр резко повернулся к нему.
— Последнее сообщение оттуда наши предки получили ещё до падения корабля. После аварии дальняя связь была уничтожена, — объяснил отец.
— И никто за нами не прилетел? — спросил Кайр, снова взглянув на Вэллар.
— Никто, — покачал головой Энар.
— Почему? — не понял юноша.
— Возможно, не знали, где искать. Возможно, экспедицию сочли погибшей. Возможно, у них появились другие проблемы, — перечислил Энар возможные причины и посмотрел на изображение родного мира. — Прошла почти тысяча лет, Кайр. Мы не знаем даже, существует ли сейчас та цивилизация, которая отправила этот корабль.
Кайр молча проследил за движением одной из маленьких лун вокруг планеты.
— Зачем они вообще оттуда улетели? — спросил он через несколько секунд.
Энар переключил запись. На настенной панели около Вэллара появились другие миры — сначала несколько десятков точек, потом отдельные изображения.
— Вэллар постепенно умирал и становился непригоден для жизни. Не сразу и не настолько быстро, чтобы всем пришлось покинуть его за один год. Но учёные понимали: если ничего не изменить, через несколько поколений проблемы станут серьёзными, — объяснил отец.
— Поэтому они начали искать другие планеты? Для переселения? — догадался Кайр.
— Да, если это станет неизбежным, — подтвердил Энар.
— И наш корабль искал такие миры? — спросил Кайр, разглядывая многочисленные точки.
— Да. Он был одним из дальних исследовательских судов. Экипаж должен был находить пригодные планеты, изучать их и передавать сведения домой, — пояснил отец.
Изображение изменилось. Теперь перед ними висела Земля.
Кайр узнал её сразу. Он много раз видел планету на картах в учебной системе и прежде всегда связывал её с историей своего собственного рода.
— Они нашли Землю, — произнёс он, уже не задавая вопрос.
— Нашли. И почти сразу поняли, что она очень хорошо подходит для жизни вэлларов, — подтвердил Энар.
— Настолько хорошо, что мы находимся здесь до сих пор, — усмехнулся Кайр.
— Они не собирались оставаться, — без улыбки ответил отец.
— Почему не собирались? — удивился юноша.
— Потому что планета уже была занята, — пояснил Энар, продолжая смотреть на изображение Земли.
— Людьми? — уточнил Кайр.
— Да, людьми, — кивнул отец.
— Но ведь тысячу лет назад их было на Земле намного меньше, — возразил юноша.
— Это ничего не меняло. Разумная жизнь была обнаружена, и по нашим законам этого было достаточно, — ответил Энар.
— Значит, переселяться сюда было запрещено? — Кайр задумчиво нахмурился.
— Не только переселяться. Вмешиваться в развитие местной цивилизации тоже, — добавил отец.
— И наши предки всегда соблюдали это правило? — с некоторым сомнением спросил Кайр.
— Старались соблюдать, — честно ответил Энар.
— А потом упали прямо посреди планеты, в развитие которой нельзя вмешиваться, — подвёл итог Кайр.
— Именно так и получилось, — согласился отец.
— Не очень удачно, — заметил юноша.
— Это мягко сказано, — сухо ответил Энар.
Они вышли из комнаты с изображением Вэллара и направились дальше.
— Что за авария произошла с кораблём? — спросил Кайр уже в коридоре.
— Точно уже никто не знает. По сохранившимся данным, во время изучения Земли, когда корабль находился на её орбите, возникла серьёзная неисправность. Он сошёл с орбиты и окончательно потерял управление при входе в атмосферу, — объяснил Энар.
— Почему выбрали этот остров? — спросил юноша.
— Специально его не выбирали, — ответил отец.
— Тогда почему именно здесь? — Кайр непонимающе посмотрел на него.
— Им очень повезло, что они вообще смогли направить корабль сюда. Большая часть поверхности планеты вокруг была покрыта водой. Если бы он упал в море, никто бы не выжил, — объяснил Энар, остановившись возле повреждённого участка стены.
— Значит, корабль действительно лежит под островом? — Кайр посмотрел себе под ноги.
— Частично, — подтвердил отец.
— Что значит частично? — сразу заинтересовался юноша.
— При ударе он вошёл в грунт под небольшим углом. Потом выжившие замаскировали то, что оставалось снаружи. За сотни лет сверху накопилась земля, выросли деревья. Теперь почти весь корабль скрыт, — пояснил Энар.
— Значит, когда я бегаю по острову, то иногда бегаю по крыше корабля? — улыбнулся Кайр.
— Иногда — да, — подтвердил отец.
— А водопад? — сразу вспомнил юноша.
— Он находится рядом с кормовой секцией, — ответил Энар.
— Я знал, что там под землёй что-то есть! — оживился Кайр.
— Ты говорил, что там живёт огромное животное, — напомнил отец с едва заметной улыбкой.
— Мне тогда было всего семь лет, — возмутился Кайр.
— И ты очень убедительно описывал его зубы, — продолжил Энар.
— Можно мы не будем включать это в историю нашего рода? — попросил юноша, недовольно посмотрев на отца.
— Я подумаю над этим, — серьёзно пообещал Энар.
Они прошли ещё несколько метров.
— Сколько было выживших? — спросил Кайр, снова вернувшись к главному.
— Двадцать семь, — ответил отец.
— Всего-то двадцать семь? — юноша остановился от неожиданности.
— После падения — да. Остальные погибли сразу или вскоре после аварии, — подтвердил Энар.
— И от этих двадцати семи появились все наши семьи? — Кайр явно начал считать что-то про себя.
— Да, — кивнул отец.
— Это очень мало, — заметил юноша уже без прежней улыбки.
— Слишком мало, — согласился Энар.
Теперь они шли по более узкому коридору. Здесь свет работал хуже, и несколько участков приходилось проходить почти в полумраке.
— Первые поколения ещё надеялись отремонтировать корабль или восстановить связь. Потом стало понятно, что это невозможно, и они остались на острове, — продолжил рассказ Энар.
— Люди уже жили на острове, когда корабль упал? — спросил Кайр.
— Да, — ответил отец.
— И что сделали наши предки? — Кайр замедлил шаг.
— Сначала старались вообще не встречаться с ними. Потом это стало невозможно, — рассказал отец.
— Почему? — спросил юноша.
— Корабль был повреждён. Нашим предкам были нужны вода, пища, материалы… Люди острова в любом случае заметили бы чужаков, — пояснил Энар.
— Они не испугались? — Кайр представил такую встречу и усмехнулся.
— Конечно, испугались. И наши предки боялись их не меньше, — ответил отец.
— С копьями против корабля? — недоверчиво переспросил Кайр.
— К тому времени от корабля было значительно меньше пользы, чем ты сейчас думаешь, — напомнил Энар.
Он указал на очередную закрытую дверь:
— Большая часть оружия была уничтожена. Главный двигатель — уничтожен. Связь — неисправна. Медицинский отсек ты видел. Производственные комплексы почти не работали, — перечислил отец.
— Но всё равно наши предки знали намного больше, чем люди, — возразил Кайр.
— Именно поэтому им пришлось решать, что делать с людьми острова, — согласился Энар.
— Они их себе подчинили? — прямо спросил юноша.
— Не так, как ты сейчас думаешь, — после короткой паузы ответил отец.
— А как? — Кайр внимательно посмотрел на него.
— Первые встречи были тяжёлыми. Но постепенно люди поняли, что чужаки не собираются забирать их землю или убивать их. Вэллары лечили раненых людей, помогали им во время голода, предупреждали об опасной погоде. Потом жители острова сами стали считать вэлларов своими вождями, — объяснил Энар.
— Добровольно? — переспросил Кайр.
— Совершенно добровольно, — подтвердил отец.
— И так появились наши правила? — спросил юноша.
— Не сразу. Но постепенно стало понятно, что единственный способ не вмешиваться в остальной мир — это сделать остров закрытым, — пояснил Энар.
— Получается странно. Чтобы не вмешиваться в жизнь людей, наши предки вмешались в жизнь людей острова, — заметил Кайр после короткого раздумья.
— Именно, но так сложились обстоятельства. — Энар посмотрел на сына с одобрением.
— И их это не беспокоило? — спросил юноша.
— Очень беспокоило. Но идеального решения у них уже не было, — ответил отец.
— Ты обещал ответы, а пока вопросов становится больше, — усмехнулся Кайр.
— Значит, ты хотя бы внимательно слушаешь, — спокойно ответил Энар.
Они остановились перед ещё одной дверью. На этот раз Энар не сразу приложил ладонь к панели.
— Здесь ты уже был, — сказал он, посмотрев на сына.
Кайр перевёл взгляд на дверь и сразу понял, куда они пришли. Улыбка исчезла с его лица:
— Я не хочу туда входить.
— Я знаю, — тихо ответил отец.
— Тогда зачем мы должны это делать? — спросил Кайр, уже догадываясь, что Энар всё равно откроет дверь.
— Потому что без этого ты не поймёшь сегодняшнее утро, — объяснил тот.
Энар открыл дверь.
За ней находился короткий коридор с несколькими небольшими комнатами.
Кайр не был здесь почти десять лет.
Он сразу узнал первую дверь справа. Когда-то это была комната его матери.
Юноша остановился. В памяти неожиданно всплыло, как она сидела на кровати и расчёсывала волосы. Потом другая картина: младшая сестра забралась к ней под одеяло и отказывалась вставать. Старший брат смеялся у двери. Кто-то звал Кайра из коридора. Тогда здесь постоянно звучали голоса. Теперь было тихо.
— Зачем ты меня сюда привёл? — спросил Кайр уже без прежней лёгкости.
— Потому что сегодня ты спросил, почему нельзя было просто отпустить человека с пляжа, — ответил Энар, остановившись рядом.
— Я не спрашивал, — возразил Кайр.
— Но хотел, — спокойно заметил отец.
Юноша ничего не ответил.
Энар вошёл в первую комнату. Большинство вещей отсюда давно убрали, но на стене всё ещё оставалось небольшое изображение женщины с четырьмя детьми. Кайр узнал себя — совсем маленького, лет пяти или шести. Он отвернулся.
— Тринадцать лет назад произошло страшное землетрясение, — начал Энар. — Оно началось далеко к югу, примерно в тысяче километров от острова. Сейсмические датчики корабля тогда ещё работали достаточно хорошо и зарегистрировали первые колебания раньше, чем сильные толчки дошли до нас. Система определила, что под океаном вдоль существующего геологического разлома быстро распространяется разрушение пород морского дна — на север, в сторону острова, — и предупредила, что очень скоро к острову придёт огромная волна…
Энар на мгновение ушёл в воспоминания, а потом добавил:
— Твой дед успел заранее предупредить людей. Все ушли подальше от берега и поднялись на возвышенности, поэтому никто не погиб.
Кайр молча ждал, и отец продолжил:
— Потом цунами обрушилось на берега. Само землетрясение навсегда изменило остров: земля местами поднялась на метр-полтора, вода отступила, и часть коралловых рифов, которые раньше находились под водой, оказалась выше уровня моря.
Энар немного помолчал.
— Старейшины увидели в этом плохое предзнаменование. Они говорили, что после такого изменения острова обязательно придёт беда. Ни твой дед, ни я им тогда не поверили… — продолжил отец, всё ещё глядя не на сына, а на старое изображение.
— Но ещё через три года — десять лет назад — на остров пришли трое чужаков, — голос Энара стал совсем тихим. — Предыдущий вождь решил не убивать их.
— Дед? — Кайр снова посмотрел на отца.
— Да, — подтвердил Энар.
— Ты никогда мне про это не рассказывал, — тихо произнёс юноша.
— Потому что ты был слишком маленьким, — объяснил отец.
— И что сделал дед? — спросил Кайр.
— Эти люди пришли без оружия. Были испуганы. Говорили, что не хотят причинить нам вреда. Дед решил сделать то, чего сегодня хотел бы ты: проверить, действительно ли можно просто поговорить, — ответил Энар.
— И им позволили остаться? — спросил Кайр.
— Всего на три дня, — кивнул отец.
— А потом они ушли? — Кайр уже начинал понимать, к чему идёт разговор.
— Да, они ушли. И ушли живыми, — подтвердил Энар.
Он снова посмотрел на изображение семьи.
— А через несколько дней люди в деревне начали заболевать, — добавил отец.
Кайр опустил глаза.
Он помнил об этом… Высокая температура. Кашель. Красные, слезящиеся глаза. Потом пятна на лицах и сыпь, постепенно покрывавшая всё тело. Люди, которые ещё недавно ходили по деревне, через несколько дней уже не могли подняться с постели. Мать, лежавшая в этой комнате. Отец, который почти не спал. Младшая сестра, переставшая отвечать на вопросы. И тишина в комнатах потом…
Несколько секунд Кайр молчал, глядя в пол.
— Это чужаки принесли к нам болезнь? — спросил Кайр.
— Мы не можем знать абсолютно точно, но другого объяснения не было. Болезнь появилась сразу после их ухода и распространялась слишком быстро, — ответил Энар.
— Сколько людей умерло? — юноша задал вопрос, хотя явно боялся услышать ответ.
— Почти девять из каждых десяти жителей острова, — после паузы произнёс отец.
Кайр медленно поднял голову. Он знал, что погибло очень много людей, но ребёнком никогда не воспринимал число целиком.
— Девять из десяти? — переспросил он.
— Да, — тихо подтвердил Энар.
— Поэтому деревня такая маленькая? — спросил Кайр.
— Поэтому, — ответил отец.
Кайр посмотрел на семейное изображение:
— И мама? — спросил он почти шёпотом.
— Да, — кивнул Энар.
— И Лир? — Кайр не отрывал глаз от изображения.
— Да, — снова ответил отец.
— И Саэль? — спросил юноша уже без надежды.
Энар молча кивнул.
Кайр замолчал. Из четырёх детей Энара выжил только он.
— А другие семьи? — наконец спросил юноша.
— Почти все потеряли кого-нибудь. Некоторые — всех, — ответил отец.
Кайр долго смотрел на изображение. Теперь он вспомнил женщину, которая сегодня спросила Тара: «Всё закончилось?» И её лицо после ответа.
— Они не боялись человека на пляже. Они боялись того, что он может принести, — тихо произнёс Кайр.
— Да, — подтвердил Энар.
— Даже если сам здоров? — спросил юноша.
— Он может не знать, что болен. Или переносить в лёгкой форме то, что для его народа почти безопасно, а для нас окажется смертельным, — пояснил отец.
— Для нас? Или для людей острова? — Кайр нахмурился.
— Для всех. И мы, и люди на острове слишком давно живём изолированно от внешнего мира, — ответил Энар.
Кайр тяжело сел на край старой кровати:
— Значит, сегодня ты убил человека из-за того, что произошло десять лет назад.
— Нет. Сегодня я убил его из-за того, что может произойти завтра, — спокойно возразил Энар.
Кайр резко посмотрел на отца:
— Именно это я должен понять, если когда-нибудь стану вождём?
— Именно это, — подтвердил Энар, выдержав его взгляд.
— А если он ничего опасного в себе не принёс? — спросил Кайр.
— Тогда сегодня умер один невиновный человек, — ответил отец без попытки смягчить смысл сказанного.
Кайр явно не ожидал такого ответа:
— Ты так спокойно это говоришь?
— Нет. Я просто говорю правду, — тихо ответил Энар.
Он сел рядом с сыном:
— Если бы я знал наверняка, что этот человек безопасен, я бы отпустил его. Но такого знания у нас больше нет. И средств проверить это тоже нет, — добавил отец.
Кайр немного помолчал, обдумывая услышанное.
— Так почему нельзя было просто заставить его уйти? — спросил он. — Не приближаться к нему, держать под прицелом и заставить вернуться к лодке. Тогда бы он уплыл, и никто бы не заразился и никого не пришлось бы убивать.
Энар посмотрел на сына и не ответил сразу.
— А потом он рассказал бы другим, что высадился на нашем острове и спокойно вернулся живым, — произнёс он наконец. — Следом пришёл бы ещё один. Потом ещё двое и ещё пятеро… Каждый человек, которого мы отпустили бы невредимым, доказывал бы остальным, что сюда можно приходить.
Кайр нахмурился.
— Значит, чужаков убивают не только потому, что они могут принести болезнь?
— Не только, — признал Энар. — За долгую историю острова были и другие встречи с людьми внешнего мира.
Кайр вопросительно посмотрел на отца.
— Сотни лет назад к острову иногда приходили чужие корабли… — продолжил Энар. — Иногда люди просто искали воду или еду. Иногда им нужны были сами жители острова. В старых записях говорится об островитянах, которых чужаки схватили на берегу и увезли с собой. Никто из них не вернулся.
— Зачем им были нужны наши люди? — спросил Кайр.
— Точно никто не знал. Наши предки считали, что их увозили как пленников — заставлять работать или передавать другим людям в обмен на вещи.
Кайр нахмурился:
— Поэтому наши стали нападать на чужаков, которые высаживались на берег?
— Не сразу. Но они решили не ждать, пока чужак сам покажет, зачем пришёл.
Энар немного помолчал.
— А около ста сорока лет назад сюда приплыли чужаки на большом корабле и высадились на берег, — продолжил Энар. — Жители деревни спрятались в лесу, но чужаки нашли шестерых: двух взрослых и четверых детей. Их схватили и увезли с острова.
— Зачем? — с недоумением спросил Кайр.
— Наши предки этого не знали. Но через несколько недель чужаки вернулись и оставили на берегу четверых похищенных детей. Все они были очень ослаблены и больны. По их рассказам, взрослые, которых похитили вместе с ними, умерли в плену.
Кайр отвёл взгляд.
— И что было дальше?
— Детей приняли в другие семьи. Они были маленькими и остались одни. Через несколько дней заболели люди, которые за ними ухаживали. Потом болезнь появилась и в других домах.
— Значит, дети принесли на остров новую болезнь из внешнего мира? — тихо спросил Кайр.
— Мы не можем знать этого наверняка, — ответил Энар. — Но до их возвращения болезни не было. По записям наших предков, тогда умерла почти треть жителей острова.
Кайр некоторое время молчал.
— И после этого чужаков стали отгонять от берега копьями и стрелами?
— Не сразу всё стало таким, как сейчас. Но люди острова запомнили, чем иногда заканчиваются встречи с внешним миром, — ответил Энар. — А люди внешнего мира со временем узнали другое: этот остров опасен для тех, кто пытается на него высадиться. Поэтому большинство держится подальше. Эта дурная слава защищает нас от них, а их от нас лучше любой стены.
— А раньше мы могли проверять, безопасен ли чужой человек? — Кайр вспомнил разрушенный медицинский отсек.
— Когда-то давно — да, — подтвердил Энар.
— А теперь?
— Теперь нет, — ответил отец.
Они некоторое время сидели молча.
— Поэтому все возвращались такими… — наконец начал Кайр и не договорил.
— Какими? — спросил Энар.
— Как будто произошло несчастье, — пояснил юноша.
— Потому что оно и произошло, — ответил отец.
Энар поднялся первым.
— Осталось ещё кое-что, — сказал он.
Кайр неохотно последовал за ним.
Они прошли в конец жилого коридора, где находились ещё несколько комнат. Большинство дверей были закрыты.
— Здесь жили другие семьи вэлларов? — спросил Кайр, разглядывая помещения.
— Да, — ответил Энар.
— Сколько их осталось? — спросил юноша.
Отец остановился.
Кайр сразу понял, что ответ ему не понравится:
— Отец?
— После болезни выжили двое, — произнёс Энар.
— Кто? — нахмурился Кайр.
— Ты и я, — ответил отец, посмотрев сыну прямо в глаза.
Кайр несколько секунд молчал, будто смысл сказанного дошёл до него не сразу.
— А в других деревнях? — спросил он наконец.
— Нет других вэлларов, — ответил Энар.
— На другой стороне острова? — Кайр всё ещё искал простой выход.
— Нет, — покачал головой отец.
— Может быть, кто-то ушёл раньше? На другие острова? — продолжал юноша.
— Нет, — снова ответил Энар.
Кайр медленно оглядел пустой коридор:
— Значит…
— Мы последние, — закончил отец.
— Последние вэллары? — Кайр посмотрел на него уже совсем иначе.
— Последние, о которых нам известно, — уточнил Энар.
Юноша долго молчал, пытаясь представить тысячу лет, двадцать семь выживших после падения, последующие поколения детей… Семьи, которые когда-то заполняли эти коридоры, и теперь — только двух человек.
— Но я же когда-нибудь женюсь. Значит, всё может начаться снова, — наконец произнёс Кайр.
Энар отвёл взгляд.
Этого короткого движения оказалось достаточно.
— Что? — насторожился Кайр.
Отец ничего не ответил.
— Отец, что? — уже настойчивее повторил юноша.
— Ты должен был узнать это сегодня, — тяжело вздохнул Энар.
— Что именно? — спросил Кайр.
— Вэллары и люди слишком различаются, — ответил отец.
Кайр несколько секунд ждал продолжения:
— И… что?
— За тысячу лет было несколько попыток создать семьи с местными жителями. Детей не было ни разу, — пояснил Энар.
— Но раньше вэлларов было много, — возразил Кайр.
— Да, было достаточно много, — подтвердил отец.
— Значит, я мог жениться на… — начал Кайр и замолчал.
В памяти всплыло лицо девочки, которая десять лет назад бегала вместе с ним по этим коридорам.
— Да. Если бы Лэри выжила, — тихо закончил Энар за сына.
Кайр опустил глаза. Когда ему было шесть, ему никто тогда ещё не говорил, что однажды Лэри должна была стать его женой. Но теперь многое в поведении взрослых тех лет неожиданно стало понятным.
— Она была последней? — спросил он.
— Последней девочкой-вэлларом твоего поколения, — ответил отец.
— И она умерла тогда же? — спросил Кайр, хотя уже знал ответ.
— Да, — подтвердил Энар.
Кайр снова посмотрел на пустой коридор:
— Значит, когда ты говоришь, что мы последние…
— Я имею в виду именно это, — закончил отец.
— После нас никого не будет? — спросил Кайр.
Энар долго не отвечал:
— Скорее всего, нет.
Кайр провёл ладонью по холодной стене. Ещё утром ему казалось, что шестнадцатилетие должно означать начало взрослой жизни. Теперь выяснилось, что оно означало кое-что совсем другое.
Он оказался наследником корабля, который невозможно починить, народа, которого больше не существовало, и рода, которому, вероятно, предстояло закончиться вместе с ним.
— Поэтому ты сегодня взял меня на пляж? — тихо спросил Кайр.
— В том числе, — ответил отец.
— Чтобы я научился убивать людей и охранять тайну, которая всё равно умрёт вместе со мной? — спросил юноша, и в голосе впервые появилась злость.
— Нет, — резко ответил Энар.
Кайр удивлённо посмотрел на него. За весь разговор это было первое слово отца, сказанное с настоящей злостью.
— Тогда зачем? — спросил он.
— Чтобы ты защищал людей, которые живут наверху, — ответил Энар уже спокойнее.
Кайр нахмурился:
— Их?
— Корабль и наша история давно перестали быть самым важным. Люди острова приняли наших предков, когда тем больше некуда было идти. Они помогли им выжить. Потом их дети помогали нашим детям. Так продолжалось почти тысячу лет. Они доверили нам управление их обществом. Теперь мы отвечаем за их жизни, — объяснил Энар и указал куда-то вверх, туда, где над металлическими перекрытиями находились земля, джунгли и деревня.