Векторение по подлёту

— У нас полно еды, — проворчал Фок, но автопилот все-таки подправил. Последний раз в названной забегаловке он был много лет назад, когда еще на Мирре жил. Хотелось попробовать снова, а еще — что угодно, лишь бы отсрочить безумный план с энерпультами. Как его выполнять, Фок даже представлять не хотел, но решил заранее озвучить главное: — Что бы ты ни задумал, имей в виду: я не буду участвовать, если потребуется убивать, грабить или делать еще что-нибудь ужасное!

— А если просто ка-а-апельку подыграть?

— И никто не пострадает?

— Разве что твоя гордость.

— Этим можно пренебречь, — отмахнулся Фок. — Но я хочу заранее знать весь план, чтобы без сюрпризов! А если ты меня подставишь, я буду так ругаться, что весь эфир скиснет, понял? Будешь потом есть и морщиться.

Кайто расхохотался, но кивнул.

::::

В миррийском прошлом меню «Кварки-шкварки» было как-то повкуснее. Сейчас же Фок лучше бы форисцианских блинчиков поел еще раз, там хоть специи на зубах не скрипели. Еду они заказали на вынос, расположились на собственной кухне и сгенерировали план, иллюстрируя его фастфудом, словно фигурками на генеральской карте.

Концепция была простая: сломать «Творожок» возле трассы для крупных кораблей, дождаться, когда кто-нибудь пролетит мимо, и попроситься на борт для починки. А пока Фок будет отвлекать экипаж и ремонтироваться, Кайто по-быстрому сгоняет посмотреть их энерпульт. Никаких грабежей или чего похуже, даже обмана минимум. Что может пойти не так?

— Это чистое безумие! — бубнил Фок, выстукивая по заваленному брендированными пакетиками столу траурный марш. — Абсолютное сумасшествие!

— Хватит обзывать мой гениальный замысел, — подал голос Кайто, продолжая изучать чертежи «Творожка». — Скажи лучше, вот это очень нужная штука? Если я ее немножко уберу…

Фок взглянул и схватился за голову.

— Не вздумай!!!

— Чего орешь-то, — поковырял в ухе Кайто. — Нужная так нужная.

— Великий космос, дай терпения! — Фок вырвал инфокно и смахнул оттуда схемы от греха подальше. — Мы не будем ломать корабль ради всей этой затеи, Кайто!

— Но ты сам сказал, что исправному никто помогать не станет!

— Перефразирую! — Фок правда старался успокоиться, но креативная логика форисцианина косила его нервные клетки как плазменный луч. — Мы не будем непоправимо ломать корабль. Сломаем что-то не очень нужное. То, что не приведет к расщеплению на атомы в случае неправильной сборки!

— И что же это, умник?

Фок покосился на потолок, где на днях снова проступило ржавое пятно. Пока не очень большое, но, кажется, искусственная кожа начинала понемногу пропускать воду.

— Ради труб нас на борт не пустят, — печально отмел он собственную идею. — Нужно что-нибудь критически важное, но чтобы быстро потом починить.

— Можем поломать тебя.

— Че?! — Фок на всякий случай отодвинулся.

— Мы немножко. И я быстро починю.

— Так, никого живого мы тоже ломать не будем! — внес Фок в план еще одну коррективу. — Важное, простое в починке и обязательно неодушевленное!

— Сдаюсь, — развел руками форисцианин. — Какой ответ у этой загадки?

— Да если бы я знал! — горько вздохнул Фок.

Ломать «Творожок» вообще было жалко. Неизвестно как поведет себя этот старичок при выходе из строя какой-нибудь системы. Может, совсем развалится!

Фок вернул инфокно с чертежами, вытащил из него объемную модель кораблика и стал прокручивать над столом, рассматривая что куда там тянется. «Ашки10» на простую неисправность отвлекаться не станут, в лучшем случае помогут ремонтников вызвать и полетят себе дальше. Чтобы вынудить такой корабль пустить на борт чужака, нужна очень веская причина. Межгалактический устав Фок помнил смутно: свод скучных длинных строк подернулся забвением еще до того, как сменился пиратским кодексом. Но пункт про «оставление в опасности» там точно был. А значит…

— Давай сломаем систему жизнеобеспечения?

Кайто с хрустом откусил пластиковую вилку вместо наколотой на нее рисовой клецки.

— Кх? — выдал он очень вопросительно.

— Понарошку, конечно! — тут же дополнил задумку Фок. — Выломаем датчики, которые передают данные о воздухе в помещениях.

— А сработает? — Кайто отплевался от вилки и тоже раскрутил модельку корабля. — Где эти датчики?

Фок показал блямбочки в каютах.

— Но ломать, наверное, лучше всего в рубке. Тогда тут все будет мигать и создаст нужную суету… Что?

— Здорово придумал! — похвалил Кайто, смутив Фока до розовых ушей. — К делу!

::::

Рубка мигала, как праздничная гирлянда: свет — оранжевыми сполохами, энерпульт — разноцветными лампочками. Музыка тоже была, хоть и своеобразная. Солировала, конечно, аварийная сирена, но запертые в каютах Лас и Айвори тоже очень старались: первый самозабвенно выл, вторая задавала ритм, тявкая и курлыча. Фок прыгал посреди всей этой красоты, сбивая дыхание для правдоподобности, и следил за инфокном связи. В голове билась только одна мысль: лишь бы не флиберийцы! Кто угодно, только не они. Договариваться с этими ребятами он был точно не готов.

Взывать к всеобщему эфиру под канонаду хорового пения пришлось довольно долго. Поток кораблей здесь был куда реже, чем у трасс для «мелкоты». Фок аж вспотеть успел, не то что запыхаться. И вот наконец на лидаре показался большущий диск.

— Косморовер «Творожок», — раздалось неожиданно участливое, стоило только подключить связь, — что у вас случилось?

— Пожалуйста, помогите! — включил остатки миррийца Фок, задыхаясь уже в динамик. — Прошу! Только не бросайте нас! Умоляю!

— Спокойно, спокойно! — В инфокне отобразилась статная шиприанка, с розовыми, как лепестки, глазами. — Постарайтесь собраться и объяснить проблему. Мы обязательно вам поможем.

Фок судорожно сглотнул, и вправду чуть не кинувшись целовать инфокно. Ура, не флиберийцы! Хоть в этом повезло!

— У нас! На н-нас… Пираты нап-пали! Они что-то сделали, и теперь воздух кончается!

— Пираты?! — опешила шиприанка, но быстро взяла себя в руки: — «Творожок», вы можете передвигаться? У вас работают двигатели?

— Не знаю, ничего не знаю! — схватился за голову Фок. — Прошу, помогите, не оставляйте нас!

Шиприанка повернулась куда-то вбок и быстро заговорила на родном языке. Фок успел разобрать только «подхватить» и «Мирра». Кивнув, она снова повернулась к инфокну:

— «Творожок», мы вас подхватим. Нужно будет поставить фиксирующий якорь. Я сейчас позову нашего пилота, и он объяснит, как это сделать. Хорошо, милый?

— Да, да! Спасибо! Спасибо огромное!

Пилот действительно подошел и скрупулезно объяснил, как заставить корабль стоять прямо. Фок и ему отсыпал благодарностей — жалко, что ли? Пусть порадуется. Шиприанка вернулась ненадолго, пообещала, что все будет хорошо, и посоветовала пойти в каюту и пристегнуться. Почему не в рубке, Фок не стал уточнять и послушно пришел… в медблок.

— Я свихнусь щас, — честно прокомментировал он свой полнейший шок от доброжелательности каких-то левых шиприан. — Они даже не сомневались, представь!

— Потому что ты — славный миррийский мальчик, который поразительно прекрасно врет.

— Поживи с пиратами, еще не так научишься, — польщенно отмахнулся Фок. — Нас сейчас подхватят и затянут в ангар. «Творожок» просканируют и поймут, что нас тут двое, животные не в счет. Так что, наверное, тебе лучше показаться им разок, чтобы стало понятно, что ты не прячешься или типа того. И пожалуйста, не делай ничего странного при них!

— Считается ли странной попытка скопировать эфир их энерпульта?

— В твоем случае считается все! Так что просто не делай ничего, чего бы я не сделал. Вернее, делай, но незаметно. Понял?

— Как скажешь, капитан.

— И не называй меня так! Скажем, что наш капитан погиб. Героически. Спасал нас от пиратов.

— Ври, что хочешь, — милостиво позволил Кайто. — Я все равно не собираюсь с ними общаться.

— За сколько ты управишься? Долго мне их отвлекать?

— Затягивать не буду, а там как пойдет. О, а вот и наши спасатели!

Фок и сам уже почувствовал давящую громаду чужого корабля, которая в сопровождении испуганного лязга «Творожка» надвинулась на них со всех сторон. В маленький иллюминатор медблока видно было немного, но и так понятно, что их кораблишко проглотила настоящая махина. Линкор? Или лайнер. Для крейсера у шиприан было маловато вооружения. Или оно просто умело пряталось…

— Надо было поискать другие способы, — сглотнул уже по-настоящему подступающую панику Фок. — Мы буквально в пасти врага!

— Толку с пасти, если в ней нет зубов? — усмехнулся Кайто. — Это мы тут хищники.

Межгалактический линкор «Бэйрум»

Фок, честно отыгрывая роль чудом спасенного сиротинушки, выпал из собственного шлюза прямо на руки местным техникам. Кайто тоже не сплоховал: показался, сообщил, что от всех этих переживаний у него прихватило живот, и, извинившись, скрылся в санузле. Фок мысленно поаплодировал и даже поклялся сделать это не мысленно, но только если форисцианин так же виртуозно воплотит оставшуюся часть плана.

Капитаном оказалась та самая шиприанка, которая первая вышла на связь. Она лично спустилась в ангар поприветствовать «Творожок», чем застала Фока врасплох. Чтобы Сергей сам поперся кого-то встречать? Да залети к нему какие-то незнакомцы, будь они хоть трижды в беде, это было бы последнее их мгновение!

Шиприанка представилась просто Тэйтэй, даже без приставки «капитан». Фок с некоторой опаской пожал ручку, украшенную характерными для расы пигментными пятнами, и на всякий случай снова рассыпался в благодарностях. Те были благосклонно приняты, а сам Фок и его спутник приглашены на завтрак: по времени «Бэйрума» было утро. Отходить от «Творожка» Фок не собирался и начал было отбрыкиваться от щедрого предложения, но тут увидел кое-что, от чего душа уперлась в копчик.

В ангар, озираясь, зашла самая настоящая флиберийка. Углядев капитанские нашивки, она прямым ходом направилась к Тэйтэй.

— Капитан, вас-то я и ищу! — объявила она, не обращая на остальных никакого внимания. — Никто не может объяснить мне, почему «Бэйрум» встал на якорь, а ведь мы должны уже к таможне подлетать!

— А вы, простите?.. — с недоумением повернулась к ней та.

— Эверин, — представилась та, будто это все объясняло, но, видя полное непонимание на лице капитанши, все же добавила: — Я пассажир, лечу на Шипру.

— А-а, понятно, — наконец разобралась Тэйтэй. — К сожалению, обстоятельства крайней необходимости вынуждают нас немного задержаться.

Флиберийка с отвращением покосилась на «Творожок».

— Ну и рухлядь у вас в ангаре…

— Проявите немного такта. Это не наш корабль.

— Вот как? — Флиберийка наткнулась взглядом на Фока, который мечтал стать невидимым. — Чего уставился, Мирра?

Прозвище вообще-то не считалось оскорбительным, но всколыхнуло такую волну воспоминаний, что Фок предпочел бы удар под дых. Он поспешно опустил глаза и будто воочию снова увидел горелый ангар, сожженную спину Поля, красно-черное месиво на лице Райна и трупы, трупы везде. Почуял запах паленой плоти, крови и пластика. Ощутил этот ужас, сковывающий, стылый, несмотря на жар вокруг.

Тэйтэй сдвинулась, будто невзначай вставая между ним и флиберийкой.

— Этот мальчик пережил нападение пиратов и едва спасся, ваш тон совершенно неуместен. Если вы не извинитесь, я направлю замечание в Межгалактический альянс касательно вашей расовой нетерпимости.

Фок обреченно зажмурился и вжал голову в плечи. Да разве можно так с флиберийцами? Это же прямая угроза, повод атаковать! Сейчас она рассвирепеет, сожжет самоуверенную капитаншу, а потом начнет палить тут всех подряд. Как бы успеть до трюма добежать и задраить шлюз? Фок весь подобрался, понимая, что сейчас снова придется выживать. В прошлый раз непосредственно бой с флиберийцами он пропустил — и вот, гляди ж ты, где догнало!

— Вы правы, прошу прощения, — внезапно выдала флиберийка, да еще так запросто, будто поджигать никого и не собиралась. — Я раздражена из-за простоя, мне очень важно успеть на Шипру вовремя.

— Тогда вам следовало вылетать заранее.

— Я и вылетела! Экзамен перенесли, когда я уже была в пути. Но я даже так еще успею, если мы продолжим путь в ближайшее время!

— Вы вольны подобрать себе другое судно.

— Да где я его возьму? — Флиберийка раздраженно взмахнула руками, заставив Фока сжаться в комок. — Мы что, в космопричале, по-вашему?!

— Прекратите повышать на меня голос, я капитан, а не ваша подружка! — осадила Тэйтэй. — Мне жаль, что вы опаздываете, но это не дает вам права вмешиваться в работу моего корабля! По плану Шипра у нас завтра, завтра мы туда и прилетим.

— Но мы должны были прибыть рано утром, я подсчитала! И каждый час задержки здесь…

— Часы прибытия не регламентируются, и вы это прекрасно знаете, — строго прервала Тэйтэй. — Это межгалактический линкор, а не ваше личное такси. Мы отправимся, как только сможем, и на планету прибудем согласно расписанию. Если ваш экзамен важнее чьей-то жизни…

— Это вовсе не так! Но…

— Надеюсь, — коротко бросила Тэйтэй и повернувшись снова к Фоку, мило улыбнулась: — Вы точно не хотите перекусить?

Фок смотрел на нее и просто не верил, что такие люди существуют. Откуда в ней столько отваги и… добра?

— Я лучше посмотрю, что там сломалось у нас. Не хочу вас еще больше задерживать.

— Я помогу! — тут же вызвалась флиберийка, приближаясь. Давящая аура жара вынудила Фока против воли снова склонить голову.

— Не стоит, — выдавил он. — Справлюсь сам.

— Да ты хоть энерпульт от тумбочки отличишь?

— А вы, раз пассажиром летите? — Фок на секунду поднял глаза, желая, чтобы эта девица захлебнулась в плещущемся в них океане ненависти. И сразу опустил их долу, но этого хватило, чтобы она озадаченно хмыкнула.

— У Мирры зубки есть, что ли?

«Ты смотри, какие зубы отрастил…».

— Эверин! — простонала капитанша, снова вклиниваясь между ними. — Я сейчас прикажу запереть вас в каюте!

— Да я просто хочу помочь, это же в моих интересах! Быстрее разберемся — быстрее продолжим путь, мы все!

— Вы просто средоточие альтруизма, — саркастически восхитилась Тэйтэй и уверенной рукой увлекла Фока прочь: — Пойдем, милый, расскажешь мне все за чашкой чая. Я поручу механикам все осмотреть, они справятся быстрее. Не волнуйся, ты нас совершенно не задерживаешь. А если кто-то вообразил, что мы обязаны поминутно следовать какому-то выдуманному расписанию, то это не наши проблемы.

Последним, что увидел Фок, были светло-желтые очи флиберийки, вспыхнувшие недобрым огнем.

Часом позже пресыщенный гостеприимством Фок, которого все местные норовили угостить и расспросить, вернулся на «Творожок». Пришлось плести с три короба, значительно расширяя легенду о нападении пиратов. Но в последних Фок был экспертом, так что накидать подробностей не составило труда.

Теперь легенда об отважной капитанше Айвори, ее вражине Окее и бедных-несчастных Ласе и Кайто, которые едва спаслись на каком-то драндулете, будет долго преследовать здешние умы. Может, и до самого Окея дойдет, вот будет прикол!

Разумеется, Фок очень «удивился», когда «узнал», что воздуха им хватало, а сломались только датчики. Он же прямо чувствовал, как стало тяжело дышать! Да-да, наверняка это просто от испуга! Ах, как же он, такой растяпа, сразу этого не понял? Тогда бы, конечно, не стал отнимать время у таких занятых людей! О, как же ему жаль! Простите-извините!

Фок клятвенно заверил, что на «Творожке» вполне способен доколдыбать до ближайшей станции галаполиции. Там сразу же, вот прям тут же, потребует всех пиратов поймать. И документы восстановит, и конечно, вернется домой. На Мирру, само собой, куда же еще?

В общем, от вранья язык чесался. А еще было неловко, потому что во всю эту чушь и правда верили. Сочувственно кивали. Сетовали, что не могут подбросить до галаполиции — и так ведь задержались, а это приличный крюк. Один сердобольный даже предложил было подвести их на саму Шипру, но тут уже Тэйтэй идею отклонила. Ввоз пассажиров без соответствующих документов приравнивался к контрабанде, так что сочувствие сочувствием, а закон есть закон.

Это были не миррийцы, с их культом чистых помыслов и непринятием всего, что за эти рамки выходит. Это было что-то иное, совсем не знакомое и очень напрягающее. Поэтому, когда Фок взошел по трапу и обнаружил там помимо механиков «Бэйрума» еще и Эверин, даже как-то взбодрился. Хоть кто-то тут враждебный и понятный!

— Слышь, Мирра, а кто у тебя там так воет? Справа холодом веет, как из морозильника.

— Собаки, — не вдаваясь в подробности, ответил Фок. Пройти мимо нее на кухню было, признаться, тем еще испытанием: ужасно не хотелось поворачиваться спиной, но не пойдешь же задом наперед.

— Ты с собаками от пиратов бежал?

— Это капитанские.

— М-м, — проклятая флиберийка увязалась следом, грея спину. — Очень предусмотрительно. И дружок твой все в туалете торчит, ни звука от него.

— Вы прислушивались? — ехидно уточнил Фок.

— Прислушивалась, — не смутилась девица. — И знаешь, что? Сдается мне, его там нет.

— А вы принюхайтесь, вдруг почуете.

В глазах флиберийки полыхнуло, но сразу же погасло пламя. Она сделала шаг вперед, но Фок уже обогнул ее и сердито вышел, принявшись барабанить в дверь санузла.

— Кайто! У нас тут гости, очень тебя видеть хотят. Кайто!

«Пожалуйста, вернись уже, Кайто!» — Фок сжал медальон на груди, надеясь, что форисцианин почувствует призыв хотя бы так и явит уже свои бесстыжие, вконец опоздавшие очи.

— Да иду, иду, — буркнуло из туалета, и, к восторгу Фока, дверь наконец открылась. — Кто там по мне скучал? Ты, что ли, красавица?

— Убедились? — рыкнул Фок «красавице», чтобы не задавалась. Внешность у флиберийки была самая обычная, типичная для расы: высокая, подтянутая, белые волосы в пучке. Еще совсем молодая — если не высчитывать разницу на миррийские годы, конечно. В общем, ничего интересного или примечательного.

Флиберийка не ответила, что-то пристально разглядывая в кухне. Фок переглянулся с озадаченным Кайто и хотел было проверить, но тут вмешались корабельные механики:

— Первый раз такое видим, датчики будто телепортировались! — удивленно констатировали они. — Мы вам переключили систему в обход, чтобы аварийка их игнорировала, и на всякий случай перепроверили: утечек нигде нет.

— Спасибо вам огромное! — от души поблагодарил Фок. — Извините, что отвлекли вас и задержали из-за такой ерунды.

— Космос большой, где-то убыло, где-то значит прибудет.

Денег за помощь с них никто не взял. Механики пожелали удачи с поимкой пиратов и потянулись на выход. Флиберийка тоже убралась с «Творожка», напоследок так внимательно оглядев Фока, будто сканировала себе в память его портрет.

Уже в космосе, распрощавшись с гостеприимной «ашкой», Фок вытер пот со лба и отправился на кухню запить стресс. Первым, что он там увидел, были забытые на столе пакетики из «Кварки-шкварки».

Косморовер «Творожок»

Форисцианин возник из воздуха как раз в том месте, где пробегал Фок, и никто из них не успел среагировать.

— Во имя хаоса, что стряслось?! — пошатнулся он, потирая ушибленный подбородок. — Чего ты носишься тут и орешь?

— Пусти меня немедленно! — заверещал Фок, чувствуя, что ноги увязают в пластике пола, будто в болотной жиже. — Не смей никогда так делать! Кайто! Я капитан!

— Вначале угомонись, капитан.

Фок с силой дернулся, задыхаясь от нерастраченной злобы, но только увяз еще больше. Вдобавок Кайто подошел и прямо ногой опрокинул его на спину. Еще и наступил, чтобы не рыпался.

— Сам успокоишься или вколоть тебе что-нибудь занимательное?

Фок сообразил, что сейчас его и вправду отправят в наркоз на пару дней, и постарался отдышаться, чему стоящий на груди ботинок отнюдь не способствовал. Кайто не давил, но и подняться не позволял. Вот и командуй им после этого!

— Все, успокоился я.

— А почему так агрессивно дышишь?

— Потому что ты топчешь меня своей подошвой!

— Справедливо. — Кайто убрал ногу. Пластик тоже держать перестал, вытолкнув Фока, как поплавок. — Ну?

Фок приподнялся на локтях, продолжая отдыхиваться на полу. Черт бы побрал всех флиберийцев и этого форисцианина до кучи! Впрочем, последнему надо отдать должное: собраться с мыслями он очень даже помог.

— Мы прокололись. Та девчонка, флиберийка, заметила у нас пакеты из «Кварки-шкварки».

— И что? — Кайто присел рядом на корточки.

— Я им наплел, что мы из глубокого космоса сиганули от пиратов по первым попавшимся координатам и вылетели прямо к трассе «ашек» возле Анкайя. А так получается, что мы по пути еще поесть заскакивали!

— Пираты пиратами, а обед по расписанию, — фыркнул Кайто.

— Не смешно! Что нам теперь делать? Эта флиберийка сразу что-то заподозрила, а теперь у нее есть подтверждение! Она заложит нас капитанше, и нас повяжут!

Кайто закатил глаза и, обойдя Фока, вздернул его с пола за подмышки, повернул к себе и отвесил щелбан.

— Это тебе за панику на пустом месте, — пояснил он, пока Фок осмысливал этакую вольность. — А теперь подумай немножко: за что нас вязать? Что мы такого им сделали, а?

— Мы! Это… — растерялся было Фок, но тут же нашел причину: — Мы их задержали!

— О да, аж на час — какая огромная разница! Это «А»-класс, они неделями зависать могут.

— Там было дольше часа! — возразил Фок, хотя и сам понимал, что это роли не играет. Суда, следующие между дальними секторами, расписание сразу в оборотах записывали: стоянка планируется на третий оборот, вылет — на девятый. Никто и не заметит, что шиприане капельку отстали. Кроме одной очень недовольной особы, разумеется. — Но мы все равно их обманули! И как только это станет ясно, «Творожок» объявят в розыск!

— Даже если объявят, хотя тоже не понятно за что, сейчас это не «Творожок», а «тэшка» с «Бэйрума».

— Э?

— Я подумал, будет странно, если маленький корабль вроде нашего будет подавать сигналы, как целый линкор. Так что скопировал энерпульт поменьше, от джампера, который у них в ангаре стоял. Сгодится же?

Кайто горделиво приосанился, всем своим видом требуя: «похвали меня». Фок хотел сбить с него спесь — джамперы тоже отличались от их ровера, просто в меньшую сторону. Но в условиях космоса чем больше корабль, тем пристальнее к нему внимание. Класс «С» почти не проверяли, а о «тэшках» и вовсе нечего говорить. Планетарный контроль с живыми операторами им проходить не придется (Кайто же обещал, верно?), а для окружных сканеров разница между линкором и ровером куда существеннее, чем между тем же ровером и джампером. Малые корабли — они малые корабли и есть, а размер — величина вариативная.

— Ты молодец, — похвалил в итоге Фок, сам немного расслабляясь. — Правда, отлично придумал.

— А то! — хвастливо подтвердил форисцианин, улыбаясь от уха до уха. — Это я только выгляжу как юная бестолочь, а на самом деле неглупый дед.

Фок не нашел, что на это ответить.

::::

Границы шиприанского сектора были невидимы глазу, но ярко светились на лидаре. Приближаясь к ним на маневровых, Фок на нервах весь перепотел. Энерпульт одно за другим высвечивал предупреждения, общий смысл которых сводился к «мы тут не любим залетных, гребите прочь».

Кайто тоже присутствовал в рубке. Стоя рядом и держась за энерпульт, он сосредоточенно смотрел в одну точку. Точка, скорее всего, была где-то в межпространстве, но Фок не стал уточнять, чтобы не отвлечь ненароком.

Преодолевая внутренний мандраж, Фок медленно подвел корабль к освободившемуся сканеру. Очень хотелось просто его облететь, но тогда уже точно только бежать и останется. Количество мигающих проблесков галаполиции на квадратный сантиметр иллюминатора здесь просто зашкаливало. Яркие светяшки по краям бокса сменились с оранжевых на синие, разрешая пролет сквозь рамку, и Фок направил «Творожок» внутрь.

— «Т-240-А1-Шипра», назовите цель прибытия, — раздалось механическое в динамиках.

— Встреча с материнским кораблем в порту приписки, — отозвался еле живой Фок, гипнотизируя выход из бокса: опустится силовое поле или нет?

Сканер задумался, заставляя каждую нервную клетку гореть огнем.

— «Т-240-А1-Шипра», запрещенных к провозу предметов не обнаружено. Зарегистрировано два биологически активных груза с типами «Гипадера марийская» и «Неизвестный вид». Выявлены неисправности: маяки энерпульта с первого по четвертый, атмосферные датчики в кластере один-один, водопроводная система в кластере три-один-правый. Рекомендовано техническое обслуживание в порту приписки. Пролет разрешен.

Фок чуть на пол не сполз от облегчения. Пробкой выпрыгнув из сканера, он отвел корабль от проблесковых огней, прямо к огромному рекламному щиту «Галадевочки» и, шумно выдохнув, в щенячьем восторге выскочил из кресла.