Путь повара. Я стану Легендой!

Глава 5

Я проснулся в своей каморке, которую староста выделил мне вчера поздно вечером. Комната была совсем крошечной, однако она радовала меня долгожданной сухостью и приятным теплом. После того, как я оказался на блюде драконов это скромное место казалось мне настоящим королевским дворцом, где можно было наконец-то расслабиться. Я с удовольствием потянулся на кровати, медленно разминая уставшие с непривычки мышцы. Моя новая одежда приятно прилегала к телу, а штаны и рубаха пахли травами и мылом, что было в тысячу раз удобнее той сползающей скатерти, в которую я был замотан изначально, словно античный философ. Я чувствовал себя отлично отдохнувшим, полным сил и готовым к новым кулинарным свершениям в этом мире.

Умылся холодной водой из ведра, которое стояло в углу комнаты, затем вышел в коридор и направился на утреннюю разведку. Мой путь лежал прямо на кухню местного деревенского трактира, который носил гордое название «Солёный жёлудь». Знаете, я искренне ожидал увидеть здесь вполне базовые условия для нормальной готовки, наивно надеясь на чистые разделочные столы, целые котлы и хотя бы сносно заточенные ножи. Однако суровая реальность этого магического мира с размаху ударила меня невидимым половником по голове, заставив стремительно спуститься с небес на землю.

Кухня трактира оказалась настоящей зоной стихийного бедствия, где в углу сиротливо стояла разбитая печь на дровах, коптящая настолько сильно, что потолок полностью зарос слоем липкой сажи. На покосившихся полках грустили треснувшие глиняные горшки разного размера, а из нормальной посуды здесь присутствовал только один помятый котёл откровенно сомнительной чистоты. Пол покрывал слой въевшейся грязи и застарелого жира, отчего мои ботинки слегка прилипали к доскам при каждом шаге. Поварская гордость забилась в истерике, ведь готовить еду в таких условиях было настоящей пыткой. Моё потенциальное рабочее место откровенно оскорбляло чувства, вызывая непреодолимое желание немедленно взять в руки швабру и ведро с кипятком.

В дверном проёме внезапно показался владелец этого заведения, являвшийся пожилым полутроллем по имени Борр, который обладал толстой серой кожей, обвисшими плечами и депрессивным взглядом, где читалась усталость от всего сущего. За ним безмолвной тенью следовала его жена Хильда, выглядевшая как смертельно уставшая от жизни и ежедневных забот гномиха. Эти двое просто хотели кое-как пережить ещё один день без шума и суеты, поэтому они давно привыкли монотонно выполнять свою работу и безвольно плыть по течению, напрочь забыв о радостях жизни.

– Доброе утро, уважаемые хозяева, нам нужно срочно организовать здесь генеральную уборку. Печь требует капитального ремонта, а всю эту сколотую глиняную посуду пора выбросить на свалку.

Я бодро и громко поприветствовал их, внимательно осматривая этот кухонный кошмар.

Борр тяжело вздохнул, задумчиво почесал своё выпирающее пузо и предельно мрачно посмотрел на меня.

– Парень, ты слишком много суетишься из-за обычной дневной похлёбки. Нам не нужно ничего убирать и тем более чинить. Просто кидай нарубленные куски мяса в этот котёл, заливай всё водой и иди спокойно отдыхай. Наши посетители всё равно съедят всё, что мы им нальём в миски.

Полутролль недовольно проворчал и лениво махнув своей рукой в сторону остывшего очага.

Хильда молча и покорно кивнула, полностью подтверждая слова мужа, и снова тяжело вздохнула, обречённо сложив руки на груди.

– Истинная правда, Лекс. Не трать свои молодые силы зря. Мы всё равно никак не сможем прыгнуть выше своей головы. Наша стряпня просто утоляет голод, а большего в этой забытой богами деревне никому давно не нужно.

Их непробиваемая апатия начала меня раздражать, откровенно зля таким равнодушным и наплевательским отношением к продуктам и к гостям заведения. Но я быстро взял себя в руки, глубоко вдохнул и воспринял их слова как свой личный профессиональный вызов. Если они разучились верить в чудеса кулинарии, я обязательно заставлю их поверить в магию вкуса, изменив этот трактир до неузнаваемости. Но для реализации моих планов требовалось нормальное оборудование, а местная глина мне совершенно не подходила, так как она моментально впитывает посторонние запахи, часто лопается от жара и совсем не держит нужную температуру. Мне срочно нужен был качественный и надёжный металл.

Я оставил трактирщиков наедине с их унынием и вернулся в свою каморку, где сразу сел за шаткий деревянный стол. Невольно вспомнил свою прошлую жизнь на Земле, когда до обретения своего призвания у плиты я успел поработать простым монтажником. Нашёл в углу комнаты кусок пергамента и небольшой кусок обугленной ветки из печи, после чего на мгновение закрыл глаза, представляя перед собой кухонную утварь. Моя рука начала быстро и плавно выводить линии на бумаге, рисуя без лишних изысков, но уверенно. На пергаменте постепенно появлялись понятные схемы сковородок с толстым дном, которое просто жизненно необходимо для равномерного распределения тепла. После я добавил эскизы жаровен для стейков, старательно указывая все допуски для толщины металла, правильные углы наклона бортов и точную длину рукояток.

Иногда в жизни полезно иметь за плечами реальный опыт работы руками, ведь высокое поварское искусство крайне тесно связано с физикой и правильными инструментами. Физически невозможно приготовить соус в треснувшем горшке, тогда как хороший инструмент делает ровно половину работы за повара.

Спустя час сосредоточенной работы мои чертежи были готовы, и я аккуратно свернул пергамент в трубочку, сунул его под мышку и вышел на улицу, где утро в Сумеречной Лощине выдалось туманным и зябким. Я направился прямо в сторону местной кузни, будучи полным энергии и твёрдой решимости получить свой инвентарь.

Громкий ритмичный звон молота по наковальне служил отличным звуковым ориентиром в тумане, и вскоре я подошёл к открытому навесу, под которым усердно трудился минотавр Рун. Огромный кузнец стоял ко мне спиной, уныло и монотонно ударяя молотом по куску раскалённого железа, откуда летели искры во все стороны, но в его механических движениях не чувствовалось абсолютно страсти к своему ремеслу.

Я подошёл немного ближе и внимательно посмотрел на результаты его труда, заметив на верстаке целую груду кривых подков, которые выглядели так ужасно, словно их делал неумелый новичок в первый день обучения. Рун явно находился в депрессии, его тусклая серая аура пульсировала тоской и безнадёжностью, показывая, что он определённо потерял всякий интерес к искусству ковки металла.

– Приветствую, мастер Рун. Я пришёл к тебе с очень интересным деловым предложением.

Минотавр лениво повернул ко мне рогатую голову, вытер выступивший пот со лба и посмотрел на меня пустым и потухшим взглядом.

– А, это ты, чужак. Чего тебе нужно с утра пораньше в моей кузне? Если ты хочешь заказать боевой меч или крепкую броню, то ты явно ошибся дверью. Я давно кую только эти проклятые подковы, и больше ни на что я не гожусь.

Я проигнорировал его пессимизм, молча развернул пергамент и положил его прямо на наковальню перед самым носом минотавра, крепко прижав края бумаги пальцами, чтобы их не сдуло ветром.

– Мне не нужны мечи и доспехи, Рун, ведь я обычный повар, а не воин. Мне нужна идеальная кухонная утварь для работы, поэтому посмотри внимательно на эти схемы. Здесь подробно изображены сковороды, вок и жаровня. Если ты выкуешь мне всё это по моим размерам, я обещаю тебе щедрую награду.

– У меня нет на это ни времени, ни сил, ни малейшего желания, человек, – мрачно буркнул он, отворачиваясь к жаркому пламени горна.

Но я не собирался так просто сдаваться и отступать, ведь я знал, чем именно можно зацепить этого сломленного мастера. Повар всегда знает, как подобрать ключик к голодному желудку и уставшей душе любого клиента.

– Я предлагаю тебе честную и взаимовыгодную сделку, Рун. Ты делаешь мне эти сковородки, а взамен я готовлю для тебя одно особенное блюдо. Такое блюдо, которое гарантированно разбудит твою уснувшую душу, вернёт тебе былую жажду жизни и настоящее вдохновение для работы. Ты снова почувствуешь себя великим кузнецом, а не простым ремесленником на побегушках.

Мой голос звучал твёрдо, спокойно и максимально уверенно.

Я смотрел прямо в его глаза, открыто бросая вызов его унынию, потому что точно знал, что моя еда способна творить чудеса.

Рун медленно перевёл свой взгляд на наковальню, долго и мрачно разглядывая мои схемы. Его ноздри заметно расширились, с громким шумом выпуская струйки горячего воздуха, а в глазах на одну секунду мелькнула слабая тень сомнения и интереса, но она тут же погасла. Многолетняя депрессия оказалась сильнее мимолётного любопытства.

Минотавр резко протянул руку и скомкал мой пергамент, а затем швырнул его в дальний угол кузни.

– Проваливай отсюда, человек. Мне не нужна твоя магия еды, мой металл больше не поёт, и никто не сможет заставить его звучать снова.

Он отвернулся и снова с силой ударил по остывающей подкове, отчего оглушительный звон железа прозвучал как окончательный приговор моим надеждам на получение инвентаря.

Но я не запаниковал и не расстроился, просто оставшись стоять на месте и молча глядя в напряжённую спину минотавра. На моём лице медленно появилась предвкушающая улыбка, ведь этот упрямый рогатый кузнец сам пока не понимал, с кем именно он связался и кому решил отказать.

Вызов был принят, а значит, пришло время показать этому миру настоящую кулинарную магию.

Я шагал по улице, мысленно переваривая разговор с упрямым минотавром. Знаете, на любой кухне всегда найдётся такой парень. Обычно он стоит на мойке, чистит картошку в углу или таскает мешки с овощами. Он вечно всем недоволен, бурчит себе под нос, ненавидит окружающий мир. Но стоит угостить его куском мяса с правильным соусом, как он расцветает, начинает работать в два раза быстрее. Кузнец ничем не отличался от таких ребят. Ему просто не хватало встряски и еды, которая пробудит его таланты. А для приготовления такого блюда мне были нужны ингредиенты из леса. Обычной капустой минотавра не проймёшь, здесь нужен подход с огоньком. Может быть, удастся отыскать дикий чеснок или местный аналог розмарина. Хороший стейк требует уважения и правильной подготовки. Если я смогу приготовить для Руна что-то вроде говядины по-бургундски из местных продуктов, он расплачется от счастья прямо на своей наковальне. А ради такого зрелища стоило рискнуть и прогуляться по лесу.

У ворот деревни я заметил старого знакомого. Корг откровенно изнывал от скуки, подпирая спиной столб и лениво ковыряя в зубах щепкой. Его фигура казалась обмякшей, а кожа тускло блестела на солнце.

– Доброе утро, – бодро поприветствовал я здоровяка, подходя поближе к воротам. – Снова скучаешь на посту?

Полуорк недовольно насупился, сплюнул щепку на землю и посмотрел на меня исподлобья.

– Тебе чего надо, чужак? – буркнул он, поправляя пояс с оружием. – Иди куда шёл, не мешай нести службу. А то я могу рассердиться, тогда тебе мало не покажется.

– Да вот думаю пойти в лес за травами, – я остановился напротив него, хитро прищурился. – Но перед походом предлагаю тебе пари. Видишь вон тот пень у забора? Спорим, я попаду в него камнем с десяти шагов три раза подряд. А ты так не сможешь. Я готов поставить свой завтрак против твоей гордости.

Стражник моментально подобрался. Его лицо исказила гримаса обиды, ведь он помнил свой проигрыш с пьяным жёлудем. Тогда я легко обошёл его в меткости.

– Иди к лешему со своими камнями, Лекс, – отмахнулся он, скрестив руки на груди. – Знаю я твои фокусы. У тебя руки заговорённые. Но ты не думай, что ты здесь самый умный. Я обещаю, что скоро придумаю новое состязание. И в нём я гарантированно оставлю тебя в дураках. Понял? Ты ещё поплачешь, когда я выиграю.

– Ловлю тебя на слове, приятель, – снисходительно улыбнулся я, поправил лямку сумки на плече и уверенно шагнул за ворота. – Только в следующий раз ставь на кон что-то более существенное, чем пустые угрозы. Например, парочку медных монет или информацию о местных монстрах. А то мне скучно просто так выигрывать.

Корг недовольно фыркнул мне вслед, снова привалившись к своему столбу. Он начал что-то бормотать себе под нос, наверное, вспоминая все ругательства на языке орков.

Оставив деревню позади, я углубился в заросли Сумеречного леса. Это место полностью оправдывало своё название. Кроны деревьев переплетались так плотно, что почти не пропускали свет. В воздухе висел запах сырости, мха и прелой листвы. Под ногами мягко пружинила земля, где-то вдалеке ухала птица.

Я шёл осторожно, внимательно смотрел под ноги. Мой системный навык «Так вот оно что…» работал на полную катушку. Перед глазами то и дело всплывали подсказки. Вот этот куст отлично годится для маринада, а вон те ягоды лучше не трогать руками без перчаток. Лес оказался кладовой для повара, нужно было только уметь выбирать продукты. Я чувствовал себя ребёнком в лавке, хотелось сорвать каждую травинку и проверить её вкус. Система заботливо подсвечивала съедобные растения зелёным цветом, а опасные помечала тревожным красным. Я срезал пару грибов, которые напоминали наши земные лисички, и аккуратно убрал их в сумку. Запах от них исходил потрясающий, словно кто-то смешал орехи и свежее масло.

Я так увлёкся чтением сводок от Системы, что потерял бдительность. Знаете, это как листать ленту новостей в телефоне на ходу. Рано или поздно ты обязательно врежешься в столб или споткнёшься о бордюр. В моём случае столбом оказался пульсирующий клубок из плетей, который затаился на земле под слоем листьев.

И я неосторожно наступил ногой прямо в центр. Поющие Лозы (как подсветила мне Система) моментально отреагировали на прикосновение. Они издали звонкий звук, резко взвились вверх, пытаясь опутать мои лодыжки. Но реакция, выработанная на десятках различных работ, спасла меня. Я ловко отскочил назад. Плети со свистом рассекли воздух прямо перед моим носом, злобно щёлкнув кончиками.

– Ого, а вы ребята с характером, – усмехнулся я, разглядывая дёргающиеся лозы. Они извивались словно змеи, ожидая ещё одной моей ошибки.

Именно в этот момент кусты за моей спиной громко затрещали. Из зарослей пулей вылетела Милли. Та самая застенчивая девушка-овечка с рожками. Видимо, она всё это время тайком кралась за мной от ворот деревни, прячась за стволами деревьев. Её волосы растрепались, а сама она тяжело дышала.

Она увидела лозы и, видимо, в панике решила, что я попал в беду. Оттого самоотверженно бросилась на помощь, не задумываясь о последствиях.

– Господин Лекс, держитесь, я сейчас вас спасу! – тонко пискнула она, отчаянно размахивая руками и бросаясь вперёд.

Но героизм и неуклюжесть редко ходят парой. От волнения Милли нелепо споткнулась о корень, который выступал из земли. Она взмахнула руками, попыталась удержать равновесие, но рухнула прямо в центр зоны.

Коварные лозы мгновенно среагировали на движение. Они молниеносно подхватили пискнувшую девушку за лодыжку, рывком вздёрнули её вверх тормашками. Милли повисла на ветке дерева, раскачиваясь из стороны в сторону как маятник на часах. Она беспомощно барахталась, пытаясь освободиться.

Подол её платья сполз вниз к талии. Моему взору открылась пикантная картина. Я увидел бёдра, простое бельё и дрожащий хвостик. Ситуация стала комичной и неловкой одновременно.

Милли моментально залилась румянцем от кончиков ушей до шеи. Она отчаянно пыталась одёрнуть ткань платья, тихо поскуливая от смущения.

– Не смотрите туда! – пищала она, закрывая лицо руками. – Пожалуйста, отвернитесь немедленно! Ой, как мне стыдно! Земля, разверзнись и поглоти меня!

– Спокойно, Милли, не паникуй, – ответил я, сохраняя хладнокровие. – Я повар, а не маньяк из подворотни. Сейчас мы тебя аккуратно снимем, всё будет хорошо. Просто постарайся не дёргаться, чтобы лозы не затянулись туже.

Я подошёл ближе к болтающейся девушке. Честно признаюсь, я старался не разглядывать открывшийся вид, хотя про себя отметил изящество её фигурки. Но сейчас меня больше интересовала физика работы этой ловушки. Мне нужно было освободить её до того, как растение решит переварить добычу.

Внимательно проанализировал ритм сжатия лоз. В памяти сразу всплыли знания с работы монтажником. Я вспомнил правила распределения нагрузки, натяжения тросов. У любой подобной системы всегда есть одна слабая точка. Ключевое сплетение, которое отвечает за натяжение конструкции. Если его нарушить, механизм развалится.

Я обошёл лозу кругом и вычислил нервный узел растения. Он находился у основания, ритмично пульсировал, сжимаясь и разжимаясь при каждом движении девушки. Я встал поудобнее, рассчитал траекторию падения Милли, после чего нажал большим пальцем прямо на узел, вложив в движение свой вес.

Растение издало скрип, мгновенно ослабило хватку, а Милли с писком полетела вниз. Я ловко подхватил её на руки, смягчая падение. Она оказалась на удивление лёгкой и мягкой. Девушка была красная как помидор, тяжело дышала, уткнувшись носом в моё плечо. От неё пахло ромашкой и сеном. Этот запах странным образом успокаивал, напоминая о лете и спокойствии.

– Ну вот, мягкая посадка прошла успешно, – сказал я, аккуратно ставя её на землю. – Ты как, кости целы? Ничего не повредила? Лодыжка не болит?

Милли судорожно начала поправлять помятое платье. Она прятала щёки, сбивчиво заикалась, не решаясь поднять на меня глаза. Её руки дрожали, она постоянно теребила край подола.

– С-спасибо вам огромное, господин Лекс. Я просто хотела извиниться за тот случай у ворот в первый день. Я так неловко на вас тогда упала. Вы, наверное, подумали, что я совсем глупая и неуклюжая. Я шла за вами следом, чтобы набраться смелости, а тут эти лозы. Вы мне жизнь спасли! Я даже не знаю, как вас отблагодарить. Если бы не вы, меня бы точно съели эти растения. Я могу постирать вам одежду или помочь на кухне, только не прогоняйте меня.

Она торопливо тараторила без остановки, переминаясь с ноги на ногу, но вдруг резко замолчала на полуслове. Её рожки задрожали, а глаза округлились от ужаса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.