Четырнадцатый архидемон 3

Глава 22. Неожиданная встреча.

Выдохнув и оглядевшись по сторонам, Вален понял, что стал предпоследним победителем этапа. В группе Нельды борьба продолжалась. Кроме неё самой остался ещё рослый ученик в белом, постоянно державший левую руку сложенной в замысловатый знак. Лерия явно подкинула опасного противника.

Взгляд по сторонам сообщил Валену, что Гелат тоже вышел в четвертьфинал. Однако. Костлявый резко налёг на алхимию после того, как боевые искусства не оправдали его надежд? Или всегда был в ней хорош, просто ему не хватало воображения?

— Приветствую моего соперника на следующем этапе.

Вален поглядел на подошедшую к нему невысокую девушку-гуайшу с зелёными кошачьими глазами и ушами рыси, украшенными кисточками. Он пару раз видел её в Зале прежде.

— И я тебя приветствую. Прости, что не знаю твоего имени.

— Не за что извиняться. Меня зовут Миран Чеен. Будем знакомы и пусть в нашем состязании победит тот, кто этого достоин, — она чуть поклонилась.

Вален фыркнул:

— Говоришь ты вежливо, но в лице у тебя, в мелких движениях твоих мышц под кожей, в ритме сердца, я чувствую злобу. Прорвись сперва на внутреннее единство, а потом берись меня обманывать. Думала разговорить, а потом смутить мой разум перед состязанием? Или просто пользуешься шансом познакомиться с парнем, который носит одноцветный халат? Извини, рядом с моей будущей женой ты слишком невзрачна.

Выражение строгого лица гуайши не изменилось, но бледноватая кожа чуть покраснела:

— Мерзавец!

Но Вален уже не обращал внимания ни на неё, ни на злой взгляд служителя Зала, как раз проходившего мимо, ни уж тем более на прочих учеников. Он помахал рукой своим и подумал было, что стоит сесть помедитировать, как очередная трель указала, что последний соперник Нельды выбыл. Этап завершился.

Ладно. Надежда, что её помотают подольше, а он успеет передохнуть, не сбылась. Четвертьфинал, где предстоит опознание и анализ на чистоту трёх выданных пилюль, вероятно будет проходным и для него, и для Нельды. Благодаря исключительной остроте своего духовного зрения, Вален чувствовал себя более чем уверенно. Даже если его текущая соперница, эта Миран, сохранит спокойствие и сравнится с ним в точности анализа, она проиграет в скорости, что тоже учитывалось. Но и Нельда, признанный гений молодого поколения, должна легко победить.

*****

И вправду, не прошло и получаса, как Лерия огласила результаты четвертьфинала:

— В полуфинале Вален Вен встретится с Нельдой Нан. А Майрана Нард станет противницей Гелата Зота! Нечасто увидишь, как в обеих парах мужчина состязается с женщиной. Только что вы четверо доказали свою способность установить точную долю загрязнений в пилюлях, созданных другими. А теперь вам предстоит показать, насколько чистые пилюли можете выплавить вы сами! Каждый из вас создаст по пилюле Сращивания Костей, а затем я и уважаемые гости оценим ваши творения. Перед началом следующего этапа перерыв пятнадцать минут!

Однако, либо Гелату сегодня непомерно везёт, либо его талант к алхимии лишь казался заурядным на фоне Нельды. Вален не испытывал желания пересекаться с ним на турнире, и Лерия запихнула его в группу подальше, чтобы пересечься они могли не раньше финала. А ведь теперь возможность их столкновения реальна! Если, конечно, план Валена сработает, и он выбьет из состязания Нельду…

— Ты как? — пока Вален думал, к нему подошла Люме.

— В порядке. Люме, извини, но ты здесь ничем не поможешь. Я лучше пущу эти четверть часа на медитацию.

— Нуууу… я могу покрасоваться рядом с тобой, чтобы у завистников желчь разлилась. Могу плечи тебе помассировать.

— У всех на виду? — усмехнулся Вален.

— Ой, можно подумать я предложила что-то непристойное. Кому не нравится, тот пусть не смотрит.

Валена подмывало поймать её на слове. Но нет, сейчас не время.

— Спасибо, но нет. Но я всё равно рад, что ты подошла. Болейте там за меня. А теперь иди.

Валену было плевать на ненавидящие взгляды минимум половины зала. Иначе бы он уже давно потерял концентрацию и выбыл. Но и у него на сердце стало теплее от напоминания о том, что хоть кто-то его искренне поддерживает.

Весь перерыв он просидел в позе лотоса, очищая и успокаивая разум. А поднимаясь заметил, что Нельда его примеру не последовала. Она беседовала с родичами и знакомыми.

В тот момент, когда Вален глянул в их сторону, один из сопровождавших Нельду в свою очередь поглядел на него. Высокий юноша в халате с фиолетовой вышивкой приёмного ученика, с банданой, закрывающей волосы по обычаю южных владений Секты Шести Печатей.

Будь на месте Валена кто-то самую чуточку менее хладнокровный, он непременно выдал бы себя в тот же момент, как их глаза встретились. Вален же скользнул взглядом по молодому практику, словно тот не заслуживал внимания, чуть дольше глядел на Нельду, после чего сделал вид, будто его куда сильнее занимает алхимическая утварь на своём столе. Оставалось надеяться, что Нельда с компанией стояли достаточно далеко, а в зале сейчас было достаточно шумно, так что поверхностной демонстрации спокойствия хватит для обмана.

Вален знал этого приёмного ученика. Да, лицо показалось ему незнакомым, когда он заметил его в первый раз. Косынки или шапочки носили многие практики из тех, кто считал сложные причёски и уход за волосами бесполезной потерей времени, так что скрытые волосы не вызвали подозрений. И не привлекли внимания к тому, что цвет кожи и глаз, форму щёк и носа можно изменить неволшебным гримом. Который, в отличие от волшебного изменения внешности, не подаст сигнал всем опытным практикам вокруг, а будет замечен только если кто-то решит тебя тщательно разглядеть. Ауру Вален тем более не узнал. Аура вообще выделяла практика меньше, чем внешность. Тем более, что этот конкретный практик со времени их последней встречи поднялся на третий цвет. А на третьем цвете уже можно изучить технику её подделки, которая могла даже маскировать реальный объём духовной энергии, не то что менять её индивидуальные особенности.

Но одного этот урод не учёл. Необычайного духовного зрения Валена. Он подошёл достаточно близко, чтобы его циркуляция стала различима, даже в толпе. Как можно не узнать меридианы практика, дважды пытавшегося тебя убить, пусть тот и поднялся по цветам! Интересно, как этот Ваннан мог оказаться в свите Нельды Нан, несмотря на то, что его публично казнили?

Вопрос риторический, конечно. Злобный призрак в чужом теле был бы сто раз замечен. Последствия одержимости простыми демонами и духами такие, что даже смертный не проглядит. Да и вообще, меридианы принадлежат телу, а не душе. Значит, клан Нан казнил ненастоящего Ваннана. Подставного смертника или безвольную куклу. Сам Вален на казнь не ходил, но эшафот — это тебе не собрание почтенных практиков, там всякие странности внешнего вида и поведения можно объяснить методами допроса…

Ладно, обо всём этом — потом. После состязания будет достаточно времени обдумать, что означает чудесное спасение Ваннана и как им воспользоваться. Сейчас сердце должно биться ровно и разум должен быть холодным. Иначе Нельда в два счёта возьмёт верх.

Очередной громовой хлопок в ладоши заставил всех поглядеть туда, где среди почётных гостей сидела Лерия:

— Полуфинал сейчас начнётся. Всех, кроме участников, прошу разойтись — у нас не командное состязание.

Вален ещё пробежал глазами по набору ингредиентов на своём столе. Бутылочка с плавающим в ней бутоном рассветной орхидеи, высушенный корень девяти жизней, сброшенная чешуя ясновидящей змеи и это только три основных…

Именно в ингредиентах пилюли Сращивания Костей была вся соль его плана. Победа на состязании в целом не слишком манила Валена. Он по-прежнему опасался, что такой большой успех может навлечь лишние неприятности. И наполовину ожидал нового покушения, которое не позволит состязанию завершиться спокойно. Но вот Нельду он твёрдо желал победить. И не просто победить, а унизить. Если она и есть его тайный враг, то она питает к нему огромную, иррациональную ненависть. Чтобы такая ненависть вышла из-под контроля и заставила совершать глупости, может хватить одного сильного толчка. А он, увы, в положении, когда до врага не доберёшься, если та сама не сделает глупость.

— Кто-то, помнится, говорил, что мне на Состязании Благоухающей Пилюли не место, — окликнул он её, так чтобы слышали многие. — Кто-то сомневался, что мне смелости хватит сюда выйти. А у тебя как, хватит смелости при всех извиниться за свои слова, когда твоя пилюля окажется грязнее моей?

Вален нахамил Миран перед четвертьфиналом не просто так и даже не потому, что действительно чувствовал в ней скрытую злобу, а ради того, чтобы сейчас его вызов звучал естественнее.

Нельда поглядела на него через плечо и ответила со спокойным презрением:

— Неплохая попытка смутить мой ум перед состязанием, но увы, она не сработает.

Прежде чем они продолжили обмен выпадами, Лерия снова хлопнула в ладоши и взмахнула рукой, заставляя волшебные песочные часы появиться в воздухе:

— Время пошло!

Первым делом, Вален потянулся к корню девяти жизней. Да, суть плана, который позволит ему одолеть Нельду, несмотря на разницу по таланту, цветам и опыту — в ингредиентах. Все основные ингредиенты пилюли Сращивания Костей были проблемными. Для обычных алхимиков, но не для него! Он-то уже видел в корне замысловато извивающиеся полосы внутреннего света, указывающие, где сосредоточена духовная эссенция. Отрезать ровно столько, сколько ему нужно, нетрудно, в процессе можно даже подумать о сторонних вещах.

А вот Нельде придётся попотеть, выбирая дозировку. Обычно при изготовлении пилюль Сращивания Костей алхимики компенсировали неточность количеством попыток — её ингредиенты были сравнительно дёшевы. Но на состязании такой возможности нет! Хранительница Лерия подыграла Валену именно в этом. Потребовав изготовления именно этой пилюли. Пришлось рассказать ей о своих способностях, чтобы её убедить — будем надеяться, что результат оправдает нарушение тайны.

Вален аккуратно сложил нужный объём корня в чашку. Теперь пора обработать чешую ясновидящей змеи. Которая постепенно теряет чудотворные свойства, если нагреть её на открытом воздухе. Избыток эссенции — немногим лучше, её недостатка. Чем точнее баланс, тем выше чистота пилюли. Идеально точным его сделать нельзя, пока не понимаешь всей сути происходящего в печи. Но этого никто здесь не понимает. И никто кроме него не может просто видеть то, что другие распознают за счёт опыта с интуицией.

Вален лишь из хитрости пару минут приглядывался и принюхивался к полупрозрачному «чулку» из сброшенной змеиной кожи, прежде чем щелчком пальца зажечь горелку, стоявшую на столе и протянуть его к огню.

А уличить Валена и Хранительницу в грязной игре почти невозможно. Согласно духу состязаний практиков, Вален совершенно честно использует своё уникальное преимущество. Так что его и ловить-то не на чем. Вот Лерию будут ждать неприятности, если клан Нан поймёт, что она подыграла Валену с распределением участников по группам, и, главное, выбором пилюли для полуфинала. Но как им это понять? На предыдущих этапах он выступил не фантастически, но весьма достойно, показав, что является квалифицированным алхимиком…

Так, пора снимать змеиную кожу с огня. Ну а бутон рассветной орхидеи обрабатывать нельзя, он очень быстро теряет свои свойства если нарушается целостность лепестков. Вся сложность и состояла в том, чтобы подогнать два других капризных ингредиента к тому объёму полезной эссенции, который окажется в бутоне….

Значит, выступил он достойно и победа в состязании, где важны такие качества алхимика, как интуиция, наблюдательность, тщательность — менее зависящие от числа цветов ядра — не будет выглядеть невероятной. С другой стороны, эту победу недоброжелатели могут отнести на счёт везения — дескать, мальчишка рискнул, подобрав соотношение наудачу.

Сперва, конечно, надо победить. Ингредиенты подготовлены, пора помещать их в печь. Нельда, вон, уже начала переплавку.

В некотором смысле состязания алхимиков не менее суровы, чем поединки. Пусть тут не бьют того, кто слабее — но попробуй-ка, сохрани абсолютную концентрацию на процессе переплавки, когда не уверен в своих силах. Попробуй-ка восстановить спокойствие, если мысли хоть раз сбились и ты понимаешь, что переплавка уже наполовину испорчена. Даже Вален, когда от печи разошлась волна энергии, указывающая на готовность пилюли, обнаружил, что потерял счёт времени. А со лба у него капает пот.

— Для того, кто так хвастал перед всеми, ты возился довольно долго, — донёсся голос Нельды.

— Настоящий алхимик не возится. И не спешит. А тратит ровно столько времени, сколько ему нужно, — не глядя ответил Вален.

— Чем спорить, лучше несите нам свои творения, — Лерия снова оборвала их препирательства голосом, который прозвучал резко, как взрыв. — Настоящий алхимик шпильки использует только чтобы закалывать волосы. А соперников уязвляет превосходством своих пилюль.

Конечно, ни у Валена, ни у Нельды не вышло благоуханной пилюли. Но узоры из завитков и спиралей, бегущие по блестящей бело-розовой поверхности их пилюль Сращивания Костей, однозначно указывали на их высокое качество. Лерия сперва взяла подушечку с лежащей на ней пилюлей у Нельды. Пригляделась к ней, попробовала на ощупь, замерла на несколько секунд, проверяя духовной энергией, лизнула. Потом предложила на проверку почётным гостям.

— Ваше мнение?

— Около пятнадцати сотых долей загрязнения, — сухо ответил старейшина Рамалкан, возвращая пилюлю. — Если вам нужна более точная оценка, почтенная Лерия, то я могу достать свои инструменты.

— Четырнадцать долей, на мой взгляд, — сказала Лерия. — Нет, если не потребуется разрешить кажущуюся ничью, то обойдёмся без инструментов.

По залу пробежал шёпоток. Высокое качество — это между четвертью и одной десятой загрязнений. На такой сложной для ученика пилюле не просто еле дотянуться до него, а приблизиться к качеству высшему — воистину признак незаурядного таланта.

— Что ж, показывай свою, — Лерия протянула руку к Валену, напустив на себя пренебрежительный вид. Ещё бы — куда уж ученику, известному среди товарищей только хитростью и жадностью, побить такой результат.

Вален и сам почувствовал, что сердце замирает в его груди — но подал пилюлю, не изменившись в лице.

Если Лерия лишь изображала изумление — то она была первоклассной актрисой. Едва она начала проверку, как её брови резко взлетели вверх, а зрачки расширились. Она поспешно обернулась к коллегам-алхимикам.

— Мне точно ничего не чудится?

Их скучающе-скептические выражения лиц тоже вмиг сменились удивлением.

— Госпожа Лерия, мне хочется проанализировать эту пилюлю по всем правилам, — алхимик Глорстар покачал седой головой. — Но без сомнения она ещё лучше предыдущей.

— Я бы сказала, что в ней лишь двенадцать долей загрязнения. Что ж. Если у вас, почтенные, нет возражений… — она обернулась к залу. — В финал выходит Вален Вен!

— Ну что? — Вален не мог так усиливать свой голос, как это делали старейшины, но в наступившей тишине его слова разнеслись далеко. — Хватит у тебя смелости извиниться при всех, Нельда?

Глава 23. Приманка и тень.

Вален ожидал безумной вспышки гнева, если его подозрения верны, или язвительного, резкого выпада, если на самом деле Нельда не хранит никаких тёмных секретов. Чего он не ожидал, так это того, что она спокойно кивнёт и скажет:

— Я признаю, что твои знания как алхимика глубоки, а умения достойны похвалы. Прошу прощения, что не распознала их сразу, — она отвесила изящный поклон. Ещё сердце билось ровно, взгляд был бесстрастным и ни один мускул в её теле не дрогнул. Конечно, она уже на внутреннем единстве, но способность идеально контролировать тело не поможет, когда в смятение приведён разум.

Она улыбнулась самыми краешками губ, заметив, что в смятении оказался сам Вален. Даже если бы он сам достиг внутреннего единства, она не упустила бы этого всё равно. Нельда обладала меткой Носа Зеффара, которая позволяла чуять эмоции и настроение, ощущать запах твоей души, как бы хорошо ты ни контролировал тело и ауру.

— И ещё я должна сказать тебе спасибо за то, что ты честно одолел меня. Очень неудобно было бы встретиться в финале с Гелатом.

Гелат и его противница как раз подходили к судьям, держа готовые пилюли. Он наверняка услышал последние слова Нельды.

Вален кивнул и сказал, так чтобы Гелат услышал:

— Хорошо. Пусть и в будущем нашу вражду разрешают состязания.

Он уже справился с изумлением и отошел прочь к своему столу без излишней поспешности. На ходу окинул взглядом трибуны. Мать Гелата была чуть в стороне от маленькой свиты Нельды. Гелларе Зот не сиделось спокойно, сейчас её пальцы комкали полы халата. Может ли быть, что именно она — тайный враг Валена? Втайне ненавидит сына от нелюбящего и нелюбимого Наставника, и всех товарищей сына заодно? Довольно натянутый мотив, но больше кандидатов не остаётся. К тому же, именно Геллара дала сыну пилюлю, которая должна была убить и его, и Валена — спасибо Кантосу, что разузнал от отца все подробности. Если она ни при чём — то приходится предположить, что настоящий враг очень хорошо её знал, знал когда она пойдёт на чёрный рынок, чтобы устроители торгов вовремя их свели… сложная, ненадёжная схема.

А не может ли быть так, что он, Вален, изначально запутал сам себя? Пошёл по ложному следу, который оставили те же культисты Зеффара, пока ещё старались действовать скрытно? Среди тех, кто пожертвовал собой ради попытки убить его и Вальтию были и практики из рода Зот. Они могли следить за небогатой талантом, умением и умом Гелларой. Организации куда проще подстроить кажущиеся совпадения, чем одиночке… Но не слишком ли беспомощным получается Наставник Закаро, если он упустил такое у себя под носом? И почему последователи Зеффара вдруг так резко перешли от хитроумных комбинаций и тщательного перевода стрелок на других, к массовому самопожертвованию? Не может ли быть, что их истинный руководитель остался скрытым?

Погружённый в напряжённые размышления, Вален лишь краем уха слушал, как Гелата называют вторым финалистом. Как Лерия объявляет завершающий этап турнира. Все уже знали, что она заменила вольную демонстрацию искусства алхимика на создание пилюли второго ранга по выбору из особого списка. С использованием ингредиентов, предоставляемых Залом. Чтобы некий богач, ободравший товарищей-учеников, не смог своим богатством воспользоваться. А сама Лерия смогла бы этим явным свидетельством своей пристрастности — пристрастности не в пользу Валена — отвести от себя любые вопросы.

— Так какую же пилюлю вы выбираете для завершающего испытания своих умений?

— Я выбираю пилюлю Ночного Ветра, — не колеблясь ответил Гелат.

Пилюля, делающая ауру менее заметной. Требует очень тщательной переплавки, но без капризных ингредиентов. Хороший выбор.

— Пилюлю Голодных Искр.

По залу пробежал шёпоток. Те, кто разбирался хотя бы в основах алхимии, сообразили сразу — Вален назвал самую сложную пилюлю второго ранга в списке. Пилюля Голодных Искр была изобретена больше тысячи лет назад, тогдашним хранителем Зала, известным своими неортодоксальными взглядами и любовью к опасным экспериментам. Проглотивший её, через несколько секунд выплёвывал рой летучих огненных насекомых, которые жили очень недолго, зато сами искали врага и взрывались пылающим ядом, коснувшись его. Поразительный, хотя и неудобный в настоящем бою эффект для низкоранговой пилюли! Вот только малейшая ошибка при переплавке вела к самым фантастическим последствиям, от фейерверков, до самозарождения обычных, но весьма кусачих, насекомых.

«Выделывается,» наверняка подумали даже те, кто не испытывал к Валену особой вражды. Но у такого выбора, который Вален с Лерией обсудили заранее, была совсем иная причина.

И стоило Валену поглядеть своим духовным зрением на ингредиенты, которые принёс хмурый служитель Зала, как эта причина резко всплыла у него в голове, разом сметая все терзавшие его сомнения. Он осмотрел ингредиенты тщательнее. Потом даже принюхался к ним по очереди. Навёл на себя неуверенный вид. Но ошибки быть не могло. А ведь он почти не надеялся, что у кого-то в самом деле хватит дерзости на такое!

Один из ключевых ингредиентов Пилюли Голодных Искр — кусок рога гигантского жука-бомбардира, довольно неприятного бессмертного зверя третьего поколения. Причём строго определённого подвида: болотного жука-бомбардира. А вот тускло светящийся внутренним красным светом отросток, который лежал в принесённой Валену шкатулке, принадлежал к другому подвиду. Скорее всего, пустынному жуку-бомбардиру. Не обладая духовным зрением как у Валена заметить эту, с позволения сказать, ошибку, было бы сложно даже матёрому алхимику. Сама Лерия могла бы не справиться без взятия пробы. Незаметное для обычного ученика изменение в характере огненной эссенции приведёт к…

*****

Гелат потёр длинные пальцы, ещё раз оглядел выданные ему ингредиенты. Признаться, он удивился больше других, обнаружив себя в финале. В анализе пилюль он всегда был хорош, но и тогда, и при создании максимально чистой пилюли ему казалось, что победа — не плод его усилий, а результат ошибок противниц.

Он поглядел в сторону Валена, казавшегося совершенно поглощённым изучением собственных ингредиентов. И правильно делающего. Нечего глазеть по сторонам в преддверии решающего момента. Почему же он, Гелат, глазеет? Из-за своего поражения на арене? Из-за своего провала в Трёхсотлетнем Чистилище? Или потому что он привык оглядываться на Валена с той поры, когда они ещё были детьми, игравшими друг с другом, но оба уже понимали, что один из них сын наложницы, а другой — сын Наставницы?

Потом Валена сильно придавило случившееся с его сестрой, достаточно сильно, чтобы почти забросить тренировки. Потом он, Гелат, прорвался на первый цвет. Хотя за это и пришлось заплатить изуродованным телом, но он возмечтал, что теперь уже Вален будет ему завидовать. Разве важно твоё происхождение, когда у тебя есть врождённый талант и упорство?