Истина в бутылке
Неделя вышла суматошная и загруженная. Обязанности Бориса Денисовича временно исполнял один из инженеров, а его проекты перекинули Илье. В пятницу удалось немного расслабиться: бар оказался заполнен под завязку, к ним подсадили двух барышень, и он всласть пофлиртовал с обеими. До постели дело не дошло: не было ни сил, ни желания. Половину субботы Илья продрых, воскресенье посвятил телу ― напряг, выгулял, накормил. Вечер провёл на кухне за готовкой: пожарил индейку на два дня, потушил фасоль, прокрутил смесь говядины и курицы, налепил котлет и сунул их в морозилку. На гарнир была куплена пачка цельнозерновых макарон ― её должно было хватить как раз на пять дней. Одинаковые основные блюда его не смущали ― к ним он собирался добавлять простые овощные салаты. Болгарский перец и ошпаренный фиолетовый лук, помидоры и огурцы, капуста и морковка… Заправить маслом или дополнить орехами ― то что надо для изголодавшегося за день мужчины. Спать ложился уставшим, но довольным. Под конец месяца задачи полились непрерывным потоком, разбираться с ними требовалось вчера, и общаться с Мирославой получалось только в мессенджере. Илье очень хотелось её увидеть, однако ни свободного времени, ни повода для встреч не имелось. Поздним субботним утром он решил позвонить. Мира подняла трубку после первого же гудка:
― Здравствуйте, Илья. Вы как нельзя кстати, ― сказала она мрачно и неприветливо. Он напрягся:
― У тебя проблемы? Я могу что-то сделать?
― Только если вы не заняты.
― Совершенно свободен. В чём дело?
― Я не могу собрать кровать. Это ужасно. Всё разваливается, непонятно, какой болт куда вставлять, вдобавок я уже два раза упала глазом на отвёртку, ― послышался короткий всхлип. ― Чувствую себя полной идиоткой и неудачницей. Вы умеете обращаться с мебелью?
― Я умею читать чертежи и инструкции. У тебя есть шуруповёрт?
― Да, папа привёз чемоданчик с инструментами. Они с мамой на даче, он уже выпил пива, поэтому не сможет приехать.
― Тебе незачем оправдываться. Я буду часа через два. Постарайся не убиться в третий раз.
― Это не всегда зависит от меня. Что вам приготовить? Или хотите, чтобы я расплатилась иначе?
Илья едва не ляпнул «отдашь натурой», но в последний момент прикусил язык.
― Не откажусь от куриного филе с плавленым сыром, сливками и гавайской смесью.
― О, я знаю этот рецепт. Приправить карри?
― Так точно. На запивку сок ― ты знаешь, какой мне нравится.
― А десерт?
― Сегодня мне не хочется сладкого. Всё, до встречи, ― он отключился и пошёл в ванную. Провёл рукой по щеке, укололся, но к бритве не потянулся ― пусть она увидит его не при параде. Даже парфюмом можно не пользоваться, хотя… После душа он всё-таки снял с полки флакон, но пшикнул всего один раз. Подсушил волосы, выбрал удобную и немаркую одежду. Сумку брать не надо, только паспорт и ключи… Когда обувался, ожил дверной звонок. Илья потянулся к глазку и громко выругался.
― Здрасьте, ― Женя посмотрел на дядю и втянул голову в плечи. На этот раз от него воняло горелым пластиком. ― Не кричите, пожалуйста.
― Не могу этого обещать. Что у тебя?
― Пожар. В студии был бэушный холодильник, и из-за скачка напряжения загорелся старый провод. К счастью, соседи быстро учуяли вонь и вызвали спасателей. Они вскрыли дверь и залили всё пеной. Я в тот момент сидел в универе, поэтому не пострадал. У хозяина есть страховка, но сразу ремонт не начнут, а жить в квартире нельзя.
― Боже, ― он потёр переносицу, прикрыл глаза. Послать племянника ко всем чертям или проявить милосердие? Но его уже ждёт Мира… Видимо, придётся тащить Женю к ней. ― Идём. По пути я подумаю и решу, куда тебя сплавить.
― Я могу подождать вас тут, ― начал парень, но Илья перебил:
― Я не стану рисковать своей норой. Сейчас мы поедем к Мирославе, поможем ей, а потом будем разбираться с тобой. Надеюсь, тебе можно поднимать тяжести?
― Да, я здоров. А Мирослава ― это та красивая девушка, которую я видел в прошлый раз? Типа коллега?
― Без типа.
― То есть она вам ещё не отдалась? Офигеть… Никогда бы не подумал. За вами, наверное, куча девчонок бегает, а вы выбрали ту, которой плевать. Почему? Эта Мирослава какая-то особенная?
― Не твоего ума дело, ― он отодвинул племянника и хлопнул полотном о косяк. За рулём угрюмо молчал, но, съехав с Садового, слегка повеселел. Место у площадки пустовало, Илья припарковался в два движения и строго уставился на Женю.
― Чего? Я не дурак, стебаться и пускать слюни не буду. А поесть нам дадут?
― Может быть.
В маленькой квартире пахло специями и новой мебелью. Везде валялась плёнка, картонки и перерезанные пластиковые ленты. Растрёпанная Мирослава металась между кухней, спальней и гостиной.
― Добрый день. Вы вдвоём? Это хорошо. Женя, последи, пожалуйста, за едой. Перемешай, а через пять минут выключи плиту. В раковине куча посуды, её надо вымыть и переложить в сушилку. Илья, вы нужны мне в спальне, ― она подмигнула ему, высунула кончик языка, скрутила волосы и закрепила объёмный пучок резинкой. Евгений вытаращил глаза, но от комментариев воздержался. Мира потащила «просто коллегу» за собой, плотно прикрыла дверь и беззвучно расхохоталась. Он улыбнулся в ответ:
― Это было на грани, но забавно. Давай, показывай инструкцию.
― Вот, ― она подняла с пола тонкую брошюрку. ― На той неделе я сама собрала компьютерный стол и решила, что с кроватью тоже совладаю. Увы, ничего не получилось.
― Не переживай. Вдвоём как-нибудь справимся. Основание ты худо-бедно скрутила ― надо довернуть болты и поставить ламели. Каркас, как я вижу, только распаковала. Где будет стоять постель?
― Изголовьем к правой стене.
― Уверена? Может, лучше к левой? Тогда в комнату влезет шкаф.
― Здесь не будет шкафов ― только спальное место, тумбочки и передвижное зеркало. В крайнем случае, узкий книжный стеллаж. Для хранения есть кладовка, гарнитур и ящики в диване.
― Ну, тебе виднее. Кстати, как всё это подняли? Основание и матрас в лифт не засунешь.
― Я справилась сама, ― Мира подошла вплотную, встала на цыпочки, зашептала в подставленное ухо. ― На той неделе мне передали учебники, и я сразу начала заниматься. Разобралась, как поднимать предметы силой мысли, заказала ночную доставку, чтобы никто ничего не увидел. Сначала «зацепила» матрас: добралась с ним до четвёртого этажа, отдохнула, потом пошла дальше. Железки получилось поднять без перерывов. Детали каркаса сумела-таки запихать в кабину, вытащила, но на этом силы закончились, и пришлось поработать ручками. восстанавливалась два дня, потом освоила ещё одну хитрость. Когда закончим, устрою вам нечто вроде битвы экстрасенсов в реальном времени.
― Уверена, что это не запрещено?
― Вы посвящены в тайну, а Женя ничего не заподозрит. Я сказала что хотела, можем приступать к делам.
― Погоди, ― Илья выпрямился, забрал у неё книжечку, раскрыл на середине, но к чтению не приступил ― скользил невидящим взором по странице. Как только в голове прояснилось, изучил схемы, просмотрел перечень комплектующих и уверенно выбрал один из пакетов. С прикручиванием деталей разобрались быстро ― один держал, второй орудовал шуруповёртом. Каркас и основание заняли свои места, Мира собрала мусор и пропылесосила, Илья с Женей приволокли и уложили матрас.
― Какая красота! Теперь будет где разгуляться. И вдоль, и поперёк, и руками на изголовье… Спасибо вам огромное, ― Мирослава ласково погладила мягкую серую обивку. ― Надо хорошенько умыться и поесть. Может, мне сбегать в магазин и взять каких-нибудь салатов? Или купить ещё одно горячее? Вы оба наверняка голодны как волки.
― Давай я схожу. Напиши мне, чего вы хотите, ― он развернулся и выскочил в коридор. До ближайшего приличного супермаркета было довольно далеко, и Илья успел остыть. «Разгуляться» для Миры ― это спать во всех мыслимых и немыслимых позах, она не имела в виду ничего непристойного. И губами к его мочке прикоснулась случайно: увлеклась рассказом и не заметила, как придвинулась чересчур близко. Смартфон завибрировал ― прислали список продуктов. Он быстро наполнил корзинку, расплатился и поплёлся обратно. Женя с Мирославой сидели на кухне и о чём-то разговаривали. Увидев дядю, племянник раскраснелся и вскочил с табуретки:
― Это не то, о чём вы подумали!
― Я вообще ни о чём не думал. Разбирай пакеты, ― Илья сполоснул руки, разложил по тарелкам рис с курицей, включил чайник. Основного блюда и сырной тарелки хватило, чтобы насытиться ― салатами заинтересовался только Евгений. Он же уничтожил половину сладкого пирога и сто граммов трюфелей. Мира необидно пошутила по этому поводу, дядюшка хотел устроить племяннику выволочку, но внезапно догадался: Женя не халявщик, он попросту недоедает. Сердце кольнула жалость, Илья неохотно признался себе, что уже не испытывает неприязни к родственнику и не бросит его на произвол судьбы. Поселит в гостиной, потерпит две-три недели, а потом…
― Жень, вынесешь мусор? Он меня бесит, но я так устала, что не в состоянии передвигаться, ― Мирослава звучно зевнула. Племянник угукнул и, переваливаясь, вышел в коридор. Она тут же подобралась, а едва в замке повернулся ключ, обратилась к Илье:
― У меня для вас кое-что важное. Во-первых, я была права ― с Женей в прямом смысле неладно.
― В плане?
― Если я напрягусь, могу увидеть ауру человека и понять, что он чувствует. Хотела сегодня удивить вас именно этим, но пока болтала с вашим племянником, случайно взглянула на него как надо и заметила… Больше всего это похоже на тёмную липкую кляксу. Мне уже известно, что означают такие следы. Женю кто-то проклял. Не так сильно, как меня ― возможно, это бытовая порча вроде «чтоб ты подавился». Так могут навредить люди со слабым непробуждённым даром, начинающие волшебники или лишённые магии преступники. Судя по сведениям, которые я из него вытянула ― как только Женя начинает считать комнату или квартиру своим домом, случается какая-нибудь неприятность, и он остаётся без крыши над головой. Ваш щит может его уберечь, но вы же не будете таскать племянника за собой…
― Что предлагаешь сделать?
― Я кажусь ему привлекательной, но вам он доверяет. Сейчас Женя сыт и доволен ― попробуйте его заболтать. Надо выяснить, с кем он поссорился перед изгнанием из общаги.
― Это обязательно делать при тебе?
― Да. Порча реагирует на имя хозяина. Когда мы его узнаем, то отыщем и заставим снять наговор.
― А вдруг его проклял сильный маг?
― Я свяжусь с куратором и попрошу помочь. Нет, сразу звонить не следует ― незачем беспокоить занятого чел… волшебника. Вдруг Женю сглазила недалёкая, но способная одногруппница? Илья, ну пожалуйста!
― Не строй мне глазки. Сейчас он придёт, и я его обработаю. Только… Ты сказала «во-первых», значит, есть и «во-вторых». Признавайся, что припасла на потом?
― У вас такой тон, будто вы ожидаете услышать какую-нибудь гадость, ― Мира притворно надулась. ― Ладно, не буду тянуть кота за бубенцы. Я хотела сделать комплимент. Вам очень идут джинсы, клетчатые рубашки и щетина. Почему вы никогда не приходили в офис в таком виде? По пятницам ведь можно.
Глава 11
Такого Илья не ожидал. Ему, конечно, говорили, что он умеет одеваться и прекрасно выглядит, однако это касалось официального, офисного стиля. А тут простецкие штаны и поношенная рубаха… Может, она шутит? Но по лицу не скажешь. Уточнить не вышло ― в квартиру вернулся Женя. Илья прекратил думать о шмотках и взглянул на племянника.
― Ты будешь ещё чай?
― Буду. На улице похолодало, надо бы согреться. Кто-нибудь хочет пирог?
― Нет. Можешь доесть.
Когда на блюде остались лишь крошки, а парень, сыто икнув, откинулся на стенку, Илья приступил к мягкому допросу. Начал с себя ― сдержанно пожаловался на возросшую нагрузку, поинтересовался у Жени, кем работает он. Оказалось, племянник трудится на складе одного из маркетплейсов:
― Тяжело, платят так себе, зато график гибче некуда ― легко совмещаю смены с парами.
― Это уже неплохо. А учиться нравится?
― Пока да. Только дорого очень. Наверное, в магистратуру не пойду.
― Можно сделать перерыв в пару лет, подкопить и поступить куда надо. Служба в армии, насколько я знаю, тебе не грозит?
― Ага. Одна из маминых клиенток сделала мне справку. Якобы у меня есть какие-то неврологические отклонения. Я же родился совсем чахлым, недоношенным, с диагнозом ― сочинять почти ничего не пришлось. Но на самом деле у меня всё в порядке, не сомневайтесь, ― он покосился на Миру. Она мило улыбнулась и кивнула. Женя зарделся, начал ковырять пальцем клеёнку.
― Я рад, что ты здоров. Не зря твоя мать таскала тебя по массажистам и реабилитологам. Ты давно с ней связывался?
― Мы переписываемся. Если вам хочется узнать, как у неё дела, вы можете ей позвонить.
― В конце года позвоню, как обычно. Ты, кстати, поедешь домой на праздники?
― Если наскребу на билеты. Сами знаете, как всё подорожало.
― Я могу докинуть, но не больше трети. Будешь отмечать новый год с семьёй или в компании?
― Посижу за столом с родными, потом пойду тусить с бывшими одноклассниками.
― А здесь друзей нашёл?
― Пара приятелей есть.
― А девушка?
― Какая может быть девушка с вот этим вот? ― племянник ткнул себя в щёку. ― Родители говорят, само пройдёт, но оно не проходит, а с конца августа ещё хуже стало!
Мирослава вскинула голову:
― То есть раньше у тебя не было прыщей?
― Были, но только на лбу ― там кожа жирная. А к осени обсыпало, будто я сожрал разом пять кило апельсинов. Может, это из-за ситуации с общагой? Типа стрессанул, вот и бомбануло…
― Такое вполне возможно, ― вмешался Илья. ― Либо вылезла какая-то аллергия. Ты ничего экзотического не пробовал?
― Арбуз ел в начале августа.
― Не подходит: иммунный ответ возникает быстро. Стиральный порошок менял? С соседом конфликтовал до того случая?
― А это тут причём?
― Есть масса химических веществ без вкуса и запаха, которыми можно обработать ткань. Эффект моментальный, лечить повреждённую кожу долго и сложно. Точно никому не переходил дорогу? Хулиганы, заносчивые преподаватели, отвергнутая поклонница?
― Дядя Илья, у нас тут не сериал, а обычная жизнь. Я никого не обижал.
― Судя по тому, что с тобой происходит, обижал. Сам посуди: за два с половиной месяца тебя выгнали из общаги и двух квартир. Подстроить залив сложно, не спорю, но договориться с твоим соседом или испортить проводку ― раз плюнуть. Да и проблемы с лицом не возникают мгновенно… Не сглазили же тебя, в конце концов?
Мирослава сделала страшные глаза. Илья отмахнулся от неё и продолжил давить:
― Вспоминай, Женя. Кому ты грубил? С кем отказался идти на свидание? Какого мажора сдал декану?
― Не надо меня прессовать. Я понял, что вы от меня хотите. Дайте подумать хоть минутку, ― парень запустил обе руки в волосы, сгорбился, застучал ногой по полу. Спустя несколько минут выпрямился и робко хмыкнул.
― Что, снизошло озарение?
― Не уверен. Но больше я ни с кем не ссорился. Это случилось в общаге, дня за два до того, как началась вся фигня. Летом народу мало, оставшимся скучно ― меня и соседа позвали играть в карты третьекурсники. В комнате была одна девчонка ― некрасивая и очень плохо одетая. Она переборщила с пивом и начала ко всем цепляться. Я не реагировал на подколы, но эта дура выведала, что я из многодетной семьи, и начала говорить гадости о моих родителях. Спрашивала, знают ли они о существовании контрацептивов. Я не сдержался и сказал, что её предкам эта инфа тоже пригодилась бы. Она побелела, прошипела что-то вроде: «Будь ты проклят, урод прыщавый», ― и убежала. Думаете, все мои проблемы из-за какой-то перепившей девки? Но она бы не смогла пробраться в комнату ― такую стрёмную сосед ни за что бы не впустил.
― Если есть у бабы рот… Ты знаешь, как зовут эту грубиянку?
― Кажется, Зина. Нет, Зоя. Фамилию я вроде слышал от одной из её подружек. Какая-то простая… Иванова? Портнова? Кулакова? А, точно! Попова!
― Повтори полностью, ― громко сказала Мира. Женя вздрогнул:
― Вы чего так орёте? Ну, Зоя Попова. Попова Зоя. Достаточно?
― Да, ― выдохнула она. ― Теперь я уверена. Только как это провернуть?
― Организацию я возьму на себя, ― Илья встал с табуретки. ― Напишу, когда всё выясню. А сейчас нам пора домой. До свидания, Мирослава.
― До встречи, Илья. Спасибо ещё раз. И тебе, Женя. Береги себя.
― Я ничего не… ― начал племянник, но он не дал ему договорить ― взял за свитер и мягко, но уверенно потянул к выходу. Женя что-то неразборчиво бурчал себе под нос, однако не вырывался. В машине нахохлился, сунул руки под мышки, глянул исподлобья. Илья беззлобно хмыкнул и снизошёл до объяснений:
― Я попробую решить вопрос с Зоей и встретиться с комендантом общежития. Если всё сложится, тебе разрешат вернуться. До этого момента будешь гостить у меня. Правила совместного проживания могут показаться тебе странными, но пренебрегать ими нельзя. Во-первых, без меня ты в квартире оставаться не будешь. Во-вторых, помни, что моё жилище ― не твой дом и никогда им не станет. Это очень важно. В-третьих, не бери мою зубную щётку, расчёску и парфюмерную воду.
― Звучит чудно́, но других вариантов, как я понимаю, нет.
― Совершенно верно.
― Тогда я со всем согласен. Когда можно будет привезти вещи?
― Завтра вместе заберём. Потом закупим продукты, я пойду в зал, а вечером буду думать. Ты умеешь готовить?
― Только самое простое. Щи могу сварить, мясо пожарить, макароны по-флотски. И замороженное всякое.
― Значит, перед полным холодильником от голода не умрёшь. Отрадно. Не возражаешь, если по пути будем молчать и слушать музыку?
― Ваша машина ― ваши правила, ― Женя вытащил свой смартфон и недорогие наушники. Илья включил себе инструментальный фолк и сосредоточился на дороге. О предстоящем визите принципиально не размышлял. Размещение племянника в квартире, возня с переездом и бытовуха сожрали остаток выходных, и к разработке плана получилось приступить лишь в понедельник днём. Он выяснил всё о правилах и порядке восстановления в общежитии, заглянул в группу университета в социальной сети. Зою Попову тоже отыскал ― её страничка не была закрыта. Скинул Мире ссылку, спросил, как она намерена действовать. Ответ был кратким и легкомысленным: «По обстоятельствам». Илья сочинил длиннющий спич, но так и не отправил его ― если Мирославе понадобится совет, она его попросит, а собственный интеллект и проницательность можно продемонстрировать в другой ситуации. В пятницу после обеда Мира сообщила, что Попова нейтрализована. Тринадцатого числа Илья взял отгул на полдня, заглянул в алкомаркет и отправился на рандеву с комендантшей. Две бутылки хорошего коньяка, полкило заграничного пармезана и пара обольстительных улыбок сделали её сговорчивой ― Женю восстановили в правах. Через день племянник убрался из квартиры. Без него стало проще и свободнее, однако вечером Илья поймал себя на мысли, что в доме чересчур тихо. Включённый через колонки белый шум решил проблему ― он прекрасно выспался, встал до будильника и отлично провёл рабочий четверг. Ровно в шесть выключил компьютер, и в тот же миг экран смартфона засветился: Мирослава прислала какую-то картинку. Илья разблокировал телефон, зашёл в мессенджер, пригляделся ― сердце ухнуло вниз, как при прыжке с тарзанки в реку. Негнущимися пальцами набрал: «Поздравляю. Теперь ты официально свободна. Что чувствуешь? Отмечать будешь?». Секунду спустя поступил входящий вызов:
― Я чувствую себя замечательно. А вот вы как будто не рады ― ни одного смайлика не поставили.
― Я миллениал, мне можно. На самом деле я рад, просто собирался уходить и поэтому ответил сухо. Так что насчёт вечеринки?
― Пока у меня нет денег на кафе или дружеские посиделки. Завтра после работы зайду в магазин, куплю себе бенто-торт и съем его с чаем. Надеюсь, не подавлюсь первым же куском.
― Звучит не очень. Если хочешь, могу составить тебе компанию. Я ещё успею сделать заказ в той кондитерской, ― он замолчал и перестал дышать. В трубке послышалось шуршание, потом задумчивое мычание.
― В принципе, я не возражаю, но… О! Придумала! Вы же по субботам ничего не делаете, значит, можете развлекать меня хоть всю ночь. Прокатите свежеиспечённую разведёнку на машине?
― По Москве? В пятницу вечером? Соберём все пробки и возненавидим друг друга. Давай ты задержишься или погуляешь по ближайшему торговому центру часов до девяти, пока на дорогах не станет свободнее, а потом мы поедем куда глаза глядят. Будем разговаривать или молча слушать музыку, и как только тебе надоест, я отвезу тебя на Сухаревскую.
― Отличный план. Так и сделаем. До встречи.
К этой поездке он готовился тщательнее, чем к первому свиданию с Ритой. Интуиция подсказывала, что ничего эдакого не случится, однако в бардачок на всякий случай был положен плотный непрозрачный пакет с влажными салфетками и прочими нужными вещами, а на заднее сиденье брошен тонкий тёплый плед и маленькая подушка. Плейлист был подобран в соответствии с их общими вкусами ― русские романсы с хорошим вокалом, медитативный рок, фолк и немного металла. Одежду Илья привёл в порядок прямо на работе ― в инженерном отделе имелся купленный в складчину ручной отпариватель. После шести он взялся за расчёт, закончил без четверти девять и выдвинулся к метро. Мира ждала недалеко от перехода ― стояла под зонтиком, переминаясь с ноги на ногу. Оказавшись в салоне, довольно охнула:
― Как тепло и сухо! ― повернула голову, пронзительно свистнула сквозь зубы. ― Вы специально для меня так оделись? Ещё и рукава закатали до локтя ― Костя что, рассказал вам о моих слабостях? Нечестно.
― Он ничего мне не говорил. Если тебя смущают открытые предплечья, я накину куртку. Куда изволишь отправиться?
― Минское шоссе. Там вроде нормальный асфальт и не особо много машин. Есть и пить я не хочу, в туалет сходила, так что часа три-четыре мы можем провести в дороге. Если начнёте засыпать, скажите сразу. Не желаю, чтобы вечер закончился в кювете.
― Перед уходом я выпил кофе, поэтому буду бодр довольно долго. С чего начнём развлекательную программу?
― С болтовни. Я так и не рассказала вам про встречу с Поповой.
― С удовольствием послушаю, только дай мне выехать на дорогу, ― пару минут спустя автомобиль занял место в нужном ряду. Мирослава кинула сумку назад, вытащила руки из рукавов куртки, отрегулировала кресло под себя и начала вещать:
― Когда вы переслали мне ссылку, я нашла эту девушку в других соцсетях и выяснила, что она репостит и оставляет комментарии к записям о розыгрышах косметики. Написала Зое со своей второй страницы, сказала, что она выиграла бьюти-бокс и мерч от известной блогерши. Чтобы его забрать, нужно встретиться со мной и дать небольшое интервью. Девица мне поверила ― ей явно не читали лекций о кибербезопасности. Рандеву я назначила в пафосной кофейне с кабинками, угостила Зою кокосовым рафом и без особого труда расположила к себе ― она не заметила, как формальная беседа превратилась в исповедь. Оказалось, родители девушки погибли в аварии, когда ей не было и десяти лет. До совершеннолетия она жила у тётки, после переехала в общагу. Слова Жени её задели, поэтому она мысленно пожелала ему, чтобы у него никогда не было дома. Я уговорила Попову простить дурака, она произнесла нужные слова, и проклятие исчезло. О своём даре Зоя не знает. Я позвонила куратору, всё ему объяснила, и он сказал, что девушку надо лишить способностей ― дальше будет только хуже.
― А её родные, случайно, не…
― Да. Зоя разозлилась на предков и подумала: «Чтоб вы сгорели». Через день её родители поехали куда-то по делам, и в их автомобиль врезалась машина, потерявшая управление. От удара оборвался какой-то провод, возникла искра, всё запылало. Девочка не поняла, что катастрофа произошла из-за неё, а магическое сообщество не вмешалось: от порчи не осталось следов.
― Жуткая история. И насколько часто такое случается?
― Крайне редко. Одарённых в человеческой популяции мало ― сотые доли процента. Почти все начинают активно проявлять способности в восемь-десять лет. Этих детей находят и забирают учиться. Попову не нашли, потому что она выдала себя только один раз, в большом городе, полном волшебников. Кстати, наведённую на Женю порчу кто-то заметил. Обращение зафиксировали, но такие случаи расследуются в порядке очереди ― ему бы помогли в лучшем случае через полгода.
― А если бы мимо проходил колдун? Он бы не снял чары?
― Скорее всего, снял бы. Это не запрещено. Более того, если человеку грозит опасность ― маг обязан вмешаться. Убивать, калечить и пытать нельзя, но это и людям запрещено. А вот с лёгкими телесными попроще…
― Они допустимы?
― Если волшебник докажет, что без оплеухи или несильного тычка было не обойтись, наказывать не станут.
― Но можно же соврать.
― Не имеет смысла. При допросе на мага надевают артефакт, улавливающий ложь, а в сложных случаях могут прочитать мысли. Есть и более суровые методы, однако их применяют к рецидивистам или особо опасным преступникам. Смертная казнь не запрещена, и мне кажется, это правильно. Незачем оставлять в живых того, кто никогда не раскается и точно знает, что после смерти ответит за содеянное.