Истина в бутылке

― Она не пьёт, и пока мы только присматриваемся друг к другу. Но если что-то произойдёт, ты узнаешь первым. Выздоравливай, ― он отключился. Поехать куда-то вдвоём с Мирославой будет приятно, однако в первую очередь следует думать о работе. Прийти к ней сейчас было совершенно нормально ― Илья взял ежедневник с ручкой и двинулся в кабинет начальника юридического отдела. Рассказал Мире, что случилось, послушал сочувствующие охи-вздохи. Когда она успокоилась, принялся спрашивать и уточнять. Решили, что сначала будут действовать порознь, а потом вместе. В юридических тонкостях Мирослава разбиралась более чем прилично и в самом деле не уступала Косте. Пожалуй, через пару лет Круглова и Иволгин могут стать конкурентами… Он представил её с гладкой причёской, в строгом костюме и очках без диоптрий ― вышло красиво и до невозможности соблазнительно. А уж если под этой униформой окажутся чулки и чёрное кружевное бельё… Рядом с ухом громко щёлкнуло, он вздрогнул и посмотрел вниз.

― Что с вами? Вы уставились в стену и не моргаете, ― она потеребила краешек его пиджака. ― Если мы всё обсудили, надо расходиться. Я ещё не обедала.

― Я тоже. Вместе сходить не хочешь?

― Мы договорились с девочками. Извините.

― Нет проблем. До завтра, ― уже у себя он осознал, что номер забронирован один на двоих. Сказать Матвею или сделать вид, что не вспомнил в запаре? Наверное, лучше промолчать ― ничего не случится, если два взрослых человека проведут две ночи в одной комнате. Кровати наверняка окажутся узкими и продавленными, ванная тесной, ковровое покрытие на полу грязным ― не будет ни единой возможности предаться разврату. И прекрасно ― деловая поездка не должна превращаться в свидание. Илья успокоился, досидел до конца рабочего дня, с боем прорвался через заторы и посвятил огрызок вечера сборам. Вставать пришлось в пять, завтракать в аэропорту и за бешеные деньги. Мирослава приехала впритык ― таксист заблудился и прибыл на Сухаревскую с большим опозданием. В самолёте она не спала, но как только они сели в междугородний автобус и пристегнулись, прислонилась к его плечу и отключилась. В Тобольск прибыли к половине седьмого, до гостиницы добрались на такси. Девушка-администратор заикнулась о номере с двуспальной кроватью, однако Илья мягко настоял на первоначальном варианте. Она пожала плечами и выдала две карточки:

― Комната двести три. Ресторан работает до восьми, поэтому если вы желаете поужинать, заказ лучше сделать прямо сейчас.

― Пожалуй, так и поступим, ― в меню были как обычные блюда, так и сибирские деликатесы. Илья выбрал строганину из муксуна, уху и отбивные, Мира ― тёплый салат и шницель. Пока еда готовилась, поднялись в номер. Он оказался довольно просторным, светлым и чистым. Кровати выглядели широкими ― метр сорок, не меньше, уборная радовала сияющими белыми поверхностями и шикарной глубокой ванной. Разобрав вещи, он сменил пуловер на джемпер с молнией и оглядел свою спутницу:

― Тебе не холодно в одной блузке?

― У меня под ней термомайка из синтетики ― тонкая, но греет прекрасно. Если начну замерзать, надену тёплую кофту. После ванны буду в пижаме и носочках, чтобы вас не смущать. А вы во что переоденетесь?

― Футболка и домашние брюки.

― О-о-о… Даже не знаю, смогу ли воспринимать вас серьёзно, если увижу в таком виде, ― говорила она задумчиво, однако глаза у неё смеялись. За ужином оба перебрасывались необидными колкостями, после ещё раз обсудили, как будут вести себя завтра, по очереди сгоняли в душ и легли. Долгая дорога и сытная еда подарили им глубокий спокойный сон. В восемь к гостинице подъехала машина ― чёрный «мерседес» представительского класса. Водитель вежливо поздоровался, сказал, что дорога займёт минут двадцать, и, как только выехали из города, уверенно набрал скорость. Лететь по подмёрзшей трассе было страшновато ― когда автомобиль на полсекунды занесло, Мира побелела и обеими руками обняла Илью за руку. Он тихо объяснил ей, что бояться не следует, но не попросил отцепиться. Справа мелькнул знак «Дикие животные», машина замедлилась и минут через пять затормозила перед контрольно-пропускным пунктом. После оформления бумаг их пустили на территорию. Мирославу завели в низкий административный корпус, Илью проводили до цеха. Стоящий у ворот инженер-технолог кивнул в ответ на приветствие, протянул каску с наушниками ― от грохота они защищали слабо, однако для короткого визита этого было достаточно. Илья осмотрел заглушенную установку и контроллер. Защитная плёнка была везде, кроме передней панели. Выйдя на улицу, он тут же спросил, почему полиэтилен до сих пор не сняли.

― Обычно мы оставляем плёнку, пока она не начинает рваться. На работоспособность это не влияет, а панели дольше остаются чистыми.

― Понятно. Скажите, последние месяц-полтора не случалось резкого похолодания? А может, ворота цеха долго оставались открытыми?

Технолог опустил голову:

― Было такое. Несчастный случай в ту пятницу. А перед тем как раз на зиму повернуло.

― До этого момента, полагаю, никаких трещин заметно не было.

― В точку.

― Выходит, невидимое глазу и пропущенное контролёрами микроскопическое повреждение от резкого перепада температуры и влажности перестало быть микроскопическим. Внутрь контроллера проник пар, плюс сильная непрерывная вибрация… Скорее всего, повреждена одна из микросхем. Сейчас пойдём в корпус администрации, я заберу свою коллегу, посмотрю чертёж и напишу вам, что стоит проверить. Нужны будут грамотные ремонтники с оборудованием.

― У нас заключён контракт с хорошей фирмой. Они всё переделают.

― Прекрасно. Ещё мне надо поговорить с тем, кто принимал контроллер, и с водителем. Грузовик осматривать не буду, но хотел бы ознакомиться с данными тахографа и блока управления двигателем. Это возможно?

― Да, наверное. Для чтения данных требуется специальная карточка, я уточню, где она может быть…

― Давайте чуть позже. Пока мне нужны только люди. Пожалуйста, не говорите им, зачем их вызывают.

― Какая конспирация. Хорошо, я вас понял. Подождёте в кабинете?

― Без проблем.

Его завели в небольшое помещение на первом этаже. Через пару минут пришла Мирослава.

― Я справилась. Теперь договор такой, как нам надо.

— Это очень здо́рово. Костя может тобой гордиться, да и я в восхищении. Устала?

― Совсем немножко. Сейчас я не пользовалась способностями. Что вы обнаружили?

― Снятую плёнку. К нам приведут двоих, я буду спрашивать, ты ― определять, кто врёт.

― О’кей. Правда ― локоть, ложь ― предплечье?

― Да, как в тот раз.

― Только не забудьте, что мне надо настроиться.

― Тогда сделаем вот что, ― Илья наклонился к её ушку. Кожи не касался, но один раз прихватил губами длинную золотую серёжку. Мира на мгновение замерла, затем улыбнулась краешком рта:

― Если вы её снимете и проглотите, придётся покупать мне новый комплект. Всё, хватит заигрываний ― сюда идут.

В дверь постучали, потом открыли. Немолодая женщина в форменном тёмно-синем халате приблизилась, положила на стол большую тёмно-синюю тетрадь, наклонила голову:

― Здравствуйте. Я Елена Сергеевна, контролёр.

― Добрый день. Меня зовут Илья, а это Мирослава. Мы…

― Из Москвы, верно? Тут все по имени-отчеству представляются.

― Да, вы правы, ― его телефон завибрировал. Илья принял вызов, бросил «алло», отодвинул смартфон от уха и прикрыл динамик. ― Прошу прощения, у меня важный звонок. Я выйду на минутку.

― Конечно-конечно, ― Елена Сергеевна расположилась на стуле и заинтересованно посмотрела на Миру. Он выбрался в коридор. Походил туда-сюда, изображая переговоры, потом заглянул в туалет ― любому может приспичить после беседы с начальством. Через четверть часа вернулся ― Мирослава и контролёр самозабвенно трепались о пустяках.

― … и если добавить гвозди́ки ― пару штук, не больше, варенье выйдет отличное. Чтобы сделать соус, надо положить чуть меньше сахара и загустить крахмалом.

― А как это ― загущать?

― Потихонечку подсыпать в кастрюльку, размешивать ― очень интенсивно, а не то слипнется, ― Елена Сергеевна плавно покрутила кистью. ― Ой, вы уже вернулись. Мирочка, я тебе потом напишу рецепт.

Женщина говорила охотно и радостно ― похоже, Мире удалось на неё настроиться. Он занял своё место, повернул руку так, чтобы её удобно было трогать сзади.

― Рад, что вы не скучали без меня. А теперь давайте вернёмся к рабочим вопросам. Это вы принимали контроллер?

― Осматривала перед передачей в заводскую лабораторию. Вот журнал, в нём всё написано.

― Хорошо, я посмотрю. Скажите, на передней панели была голубая плёнка?

― Конечно. Её до последнего не сдирают.

― Да, я видел. На ней были какие-нибудь дефекты?

― Вот вы спросили… Разве ж я вспомню... ― она подпёрла рукой подбородок и задумалась. ― М-м-м… А, точно! Водитель ко́цку оставил ― он сам мне показал.

― Что, простите?

― Коцку. Это даже не царапина ― след от ногтя. У него на мизинце ковырялка выращена, вот ей и задел. И ещё… Я вспомнила ― после осмотра этот кусок сняли. Думаете, контроллер роняли? Но тогда на панели была бы заметная вмятина, ― четыре лёгких щипка за локоть подтвердили, что женщина не врёт. Раз так, надо поскорее её отпустить и заняться водителем. Илья задал несколько вопросов, прочитал записи, поблагодарил контролёра за беседу. Второй подозреваемый ехал из дома, и им предложили сделать перерыв. Он с удовольствием влил в себя две кружки горячего чёрного чая с мёдом, Мира выпила травяной и угостилась вареньем из кедровых шишек. Потом оба достали ноутбуки: она начала писать отчёт, он нашёл нужный чертёж, составил перечень деталей, которые могли испортиться, отыскал кое-какие сведения, способные помочь в расследовании. Около двух часов было тихо, затем явился водитель ― немолодой грузный мужчина в свитере и джинсах. Ноготь на мизинце у него действительно был выдающийся ― Илья с трудом заставил себя не морщиться. Поздоровался, представил себя и Миру, повторил трюк с телефоном. Водитель оказался сдержаннее контролёра, однако втянуть его в беседу ей всё же удалось ― когда Илья вернулся, они обсуждали условия труда на предприятии.

― Пытаешься завербовать сотрудника? ― пошутил он, усаживаясь. ― Что ж, если вы готовы, можем начать разговор.

Мужчина выпрямился и сцепил пальцы:

― О чём вы хотите узнать?

― Два месяц назад вы привезли из Подмосковья в Тобольск оборудование. Как был закреплён ящик?

― Как в бумаге было написано. Паллет, стяжки. По кузову не мотался ― некуда было.

― То есть всё время поездки оставался неподвижным, верно?

― Да.

Мира тронула Илью чуть выше запястья. Он, не меняя интонации, спросил:

― В машине ведь есть тахограф?

― Должен быть. А зачем вам? Никаких аварий не было, я даже скорость не превышал.

― Вы могли резко затормозить. Правда, это можно определить, только если сопоставить график остановок с показателями активности двигателя.

― Для такого нужна особая карта. Она лежит у меня в квартире, ― снова неправда. Но как это доказать? Посылать мужчину «домой» нельзя ― он обязательно сломает или потеряет карточку, поскольку прекрасно знает, что без неё не выйдет расшифровать данные. Что же случилось по пути? ДТП? Тогда бы оформили протокол. Заснул за рулём? Машина начала бы вилять, и повредилось бы другое место. Сбил кого-то и пытается скрыть? Нервничал бы сильнее. Да и когда это могло случиться? Водитель выехал засветло, прибыл в запланированный промежуток ― на третьи сутки, около пяти утра. В такое время на дорогу выходят только лесные жители… Стоп! Он вспомнил о знаке, и всё встало на свои места. Что ж, осталось добиться признания.

― Разве на предприятии нет дубликата? Надо бы уточнить. Кто у вас отвечает за транспорт? Но, честно говоря, я бы предпочёл обойтись без привлечения третьих лиц. И вы, полагаю, тоже. Бесконечно скрывать косяк не выйдет. Или вам нужна лишь короткая пауза, чтобы сбежать на другой завод? Думаете, нынешний работодатель вас не найдёт? По мне, лучше заплатить штраф, чем вылететь с нового места службы из-за плохой рекомендации.

― Не понимаю, о чём вы, ― глаза у водителя забегали вправо-влево. Каяться он определённо не хотел. Неужели придётся сидеть тут до ночи, пока не снимут показания? Надо сменить тактику. Как заставить человека расколоться? Чем шокировать? Разве что угадать… Илья набрал сообщение для Миры, получил в ответ картинку и, не задумавшись ни на секунду, ляпнул:

― Вы пытались её уберечь, верно?

― Кого?

― Лису. Дорога на завод прорублена прямо через лес, и утром рыжая бестия вполне могла выскочить из чащи. Вы заметили её слишком поздно ― экстренное торможение ничего не дало, верно?

― Откуда? ― водитель охнул, закрыл рот рукой, но тут же понял, что попался. ― Я ведь никому не… Её по касательной задело. Крови не было, лежала клубочком, как будто уснула. Я положил тушку в коробку, оттащил в лес и закопал поглубже. О сохранности груза не подумал, но как подъехал к КПП, вспомнил, что слышал звук удара. Когда разгружал, увидел порванные стяжки. Контролёр ещё не подошёл ― я убрал все. Потом помог вытащить прибор из ящика ― заметил царапину раньше Леночки, хватанул и сказал, что случайно провёл ногтем. Боялся, как бы лаборатория не нашла повреждения, но пронесло. Решил, что всё в порядке и аппаратура выдержала. Хотел доработать полгода и по-тихому перейти в автоколонну, да не срослось… Теперь буду жить на минималку, пока долг не уплачу.

― Возможно, платить придётся не так много, как вы думаете. Если позову руководство, расскажете о своей ошибке?

― Куда я денусь…

На предприятии пришлось задержаться до половины шестого: директор захотел убедиться в искренности водителя. Как и предполагал Илья, карта была у него с собой. Всё совпало в точности, плюс удалось определить, где конкретно произошёл наезд. Троих рабочих послали ковырять замёрзшую землю ― они обнаружили останки животного и куски картона. Отчёт о командировке был заполнен и подписан обеими сторонами, москвичей поблагодарили за содействие и привезли ко входу в гостиницу.

― Поедим здесь или попробуем найти в городе заведение, работающее до ночи? ― он достал телефон и загрузил карту Тобольска. Мирослава покачала головой:

― Мне нужно немного полежать. Выдержите час-полтора?

― Пожалуй, нет. Давай я поужинаю в гостиничном ресторане, а тебе закажу что-нибудь в номер.

― Я и сама могу. Наверное, так и поступлю. Заберёте пакет у курьера?

― Без проблем.

Илья ел не торопясь, после трапезы прогулялся, однако еду для Миры всё равно пришлось ждать. Около девяти он поднялся в номер. В комнате было тепло и немного душно, Мирослава полулежала на кровати и заплетала влажные волосы в косу. На ней была уже знакомая Илье пижама приятного фисташкового оттенка.

― О, вы вернулись. Спасибо, что принесли еды. Я ужасно голодна. Оказывается, магия ― весьма энергозатратная штука.

― Об этом говорится в каждой третьей фэнтези-истории, ― он выложил контейнеры на стол. ― Я мыться. Когда ты хочешь лечь?

― Около двенадцати.

Илье хотелось спросить, чем Мира намерена заниматься как минимум два часа, однако он решил не разочаровываться раньше времени. В ванной вкусно пахло фруктовым шампунем, на полочке стоял полупустой дорожный флакончик. Илья свой гель забыл ― вскрыл фольгированный пакетик, выдавил на ладонь жидковатую белую субстанцию с ароматом алоэ и безысходности. Смывалась она долго и неохотно. Он высушил волосы, почистил зубы, натянул мягкую домашнюю одёжку и пошёл в комнату. Мирослава уже доела ― на столе ничего не лежало, пакет стоял у двери.

― Было не слишком вкусно, но съедобно. Надеюсь, не помру ночью от кишечной инфекции.

― Не умрёшь, потому что я буду рядом. Кстати, как у тебя с несчастными случаями?

― По-прежнему. Пока шла к юристам, кувыркнулась с лестницы. Хорошо, что не расстегнула куртку: полы у них чистые, но на белой блузке была бы заметна любая пылинка.

― Кошмар. Твой куратор ничего не говорил о том, как продвигаются поиски преступника?

― Его ещё не начали искать. Камер в доме нет, лицо я не помню.

― А должна?

― Да. Когда я рассказывала вам о встрече со старым знакомым, мне было тяжело выловить из памяти наш разговор. Потом поняла ― я вообще ничего не помню о том, что происходило с семи утра до часа дня субботы. Скорее всего, в это время ко мне приходил убийца. Возможно, через месяц или два блок ослабнет, и я обрету утерянное. Если сможем составить портрет по моим мыслям ― найдём гада.

― Было бы замечательно. Я могу включить телевизор? Планирую потупить немного в экран и лечь.

― Честно говоря, я бы хотела немножко вами попользоваться.

― В смысле? ― неужели она созрела? Как хорошо, что он переложил пакет из машины в сумку!

― Я выучила несложное заклинание, которое воздействует на человека. Станете моим подопытным? Обещаю, больно не будет.