Только они собрались бежать прочь, попутно отстреливаясь, как монстры полностью завершили процесс формирования. Вокруг лежали обломанные кости с плотью, которые в некоторых местах были неправильно сформированы и сброшены, дабы не мешать создаваться новому. Дым рассеялся, и солдаты увидели того, в кого превращался Дайон - это была та огромная корова, которая убила Хуберта, ранила Софию и унесла Герду и его самого. Пазл полностью сложился.
Полицейские из одного отряда до последнего надеялись, что это неправда и что увиденное ими - какая-то иллюзия или обман врага. Но теперь всё стало ясно. Герда и Дайон изначально были предателями, которые скрывались в их отряде для того, чтобы организовывать свои операции, унесшие жизни уже более тысячи жителей. Они вдвоем часто уходили за пределы части. Все думали, что они просто любят друг друга и выходят гулять, но на самом деле они подготавливали почву: за несколько часов до высадки в Данциг они часто смотрели на время, а потом ушли куда-то. В самом Данциге их унесло существо, которое на самом деле дистанционно управлялось Дайоном, и унесло оно их, чтобы породить тот взрыв. Даже тогда полицейские ничего не поняли, а предатели продолжили свой план и смогли добиться того, что их напарники попали в Шертхальм, в итоге приведя всех туда, где они находятся теперь. Герда не смогла справиться со своей привязанностью к тем, с кем она росла все эти годы, и застрелилась на месте, а Дайон, скрывавший свой истинный характер и сущность, смог. Он смотрел прямо на бегущих от него полицейских и, похоже, выискивал Вальтера.
"Начинаем. Убьем Вильгельма и всех остальных, Вальтера либо похитить, либо убить, и сваливаем с этой грязной земли", - прошлась волна по земле, которую ощутили все, а Вальтер и Вильгельм распознали сообщение.
- Что на этот раз?! - спросила Рим, едва управляя испуганной лошадью.
- Они хотят убить нас всех, а меня либо похитить, либо тоже убить!
Вальтер сказал это, попутно смотря на Вильгельма прожигающим взглядом. От этого взгляда Брауну стало крайне не по себе, и он сам создал импульс с сообщением. Но волна от этого импульса была очень слабой, и другие не смогли её почувствовать, а Вальтер и предатели сзади прочитали его. "Если выживем, я всё объясню", - кратко и понятно ответил ему Браун, и Вальтер отвёл взгляд, смотря прямо на дорогу.
Все остальные были слишком заняты тем, чтобы сбежать отсюда вслед за Кольтом. Отстреливаться от существ, которые почему-то не бежали, а шли за ними, могли только София и Шарлотта (она умела стрелять из оружия). Оторвавшись от них на несколько десятков метров, Рим подбежала к Кольту, обгоняя Яна, и спросила его о том, как они будут действовать дальше.
- Операцию не отменяем. Мы либо спасём всех, кого сможем, либо нас раздавят в штабе, или казнит правительство. Сейчас нам надо объехать все оставшиеся деревни, а затем предупредить службы и население ближайшего города, чтобы те подготовили оборону. У нас уже кончается топливо для стрельбы, мы не сможем даже замедлить их... Все слышали?! Нам над...
Кольт не успел договорить, как птицеподобный, пробежав небольшое расстояние, взмыл в небо, как стрела. Его крылья были настолько широкими, что закрывали солнце, и на землю падала огромная тень. Он, как будто был не существом с размахом крыльев в 25 метров, высотой в 10-20 метров и весом в несколько тонн, а обычным ястребом, с большой скоростью полетел на них и начал пикирование, выставив лапы, похожие на человеческие стопы, но с когтями птиц, прямо на Вальтера. Сколько в него ни стреляли, перья из черной плоти полностью поглощали весь урон от выстрелов, и сейчас им могло помочь только чудо.
Понимая, в какой ситуации находятся они все, Вильгельм пошёл на рискованный шаг, раскрыв себя. Со всех четырех сторон, как несколько минут назад, к нему потянулись черные нити, и его рука стала настолько огромной, что одно предплечье было больше человека, а кисть могла обхватить и поднять несколько тяжело бронированных машин. Неизвестно как, но лошадь не прогибалась и не падала под тяжестью этой руки. В последний момент Вильгельм подскочил к Вальтеру и выставил конечность прямо над ним, создав на ней шипы по два метра каждый.
Птицеподобный не успел среагировать и напоролся брюхом на эти шипы, издав крик - смесь людского и птичьего. Его тело начало моментально регенерировать благодаря шлейфу черной плоти, тянувшемуся за ним даже в момент полета. Не снимая тушу птицеподобного с шипов, Браун направил руку в сторону тянущегося шлейфа и, как из пушки, выпустил несколько шипов, которые поразили шлейф, разорвав его. Существо моментально перестало дёргаться, а регенерация прекратилась. Кости, которые были видны сквозь чёрную плоть, вывернулись в обратную сторону, и туша с шипов на предплечье перешла в его кулак. Он сжал его и раздавил птицеподобному голову, а труп с невероятной лёгкостью отбросил на несколько метров в сторону, чтобы тело не мешало бежать своим.
Рука будто рассосалась, и появилась прежняя, человеческая. Подвигав кулаком и убедившись, что всё в порядке, он только сейчас понял, что на него с испуганными и удивлёнными взглядами смотрят абсолютно все, а София (которая приставила винтовку прямо к его затылку, так как сидела сзади) и Чарли направили на него оружие.
- Э-эй, я понимаю ваше удивление, но, пожалуйста, опустите винтовки.
- Что это только что было? - почти в один голос спросили солдаты.
- Я, конечно, попытаюсь объяснить, но вы вряд ли поверите.
- А как тут поверить, когда ты один из этих и раскрыл себя на месте?! - паникуя, спрашивал Ян.
Вильгельм попытался оправдаться, но его не слушали, все время задавая вопросы. Ян собирался отдать приказ об открытии огня, но это ему помешали сделать Вальтер и Зигфрид, подскочившие к нему и своими телами не дающие выстрелить Чарли, а также опустившие винтовку Софии.
- Стойте-стойте, мужики, вы чего? Он же только что Вальтера спас!
- Зигфрид, свали, пока тебя тоже не пристрелили! То, что он спас Вальтера, не значит, что он за нас, - сравнявшись с ними, сказал Ян.
- Если он не за нас, то что ему тогда мешает прямо сейчас раздавить нас всех своей рукой? Мы же сами видели, на что он способен. Почему он тогда убил птицеподобного и попытался оправдаться, а не просто перебил нас здесь? Пожалуйста, офицер Ян, пускай он хотя бы расскажет всё, что знает! Если он против нас, то вряд ли станет что-то рассказывать.
- Тогда и пристрелите его! - добавил Зигфрид.
- Мы не можем ему доверять, даже учитывая ваши аргументы. Он молчал все эти часы, хотя мог предотвратить трагедию. Я сейчас прикажу вас троих расстрелять!
- Герда и Дайон вообще несколько лет скрывались! Ладно, тогда...
Вальтер приблизился к лошади Вильгельма и, двигаясь с ней на одном уровне, уткнулся лбом прямо в дуло винтовки Софии. Следуя его примеру, Зигфрид сблизился с Чарли.
- Ну что, София, выстрелишь? Приказ же!
Такого поворота событий не ждал никто. Что София, что Шарлотта боялись стрелять, и от такого действия у них затряслись руки, а на лицах появился сильный страх.
- Стреляй, церковная собачка! - надавливал на Чарли Зигфрид.
Ян всё-таки сдался и отменил приказ, простив в том числе и Вильгельма:
- Вильгельм, если ты действительно за нас и хочешь жить - постарайся объяснить и рассказать всё, что знаешь, иначе я действительно приведу приказ в исполнение. Чарли, София, опустить винтовки.
Существа сзади не бежали за ними, а только шли быстрым шагом и, похоже, придумывали план, смотря на серьезные ранения своего товарища. Это позволило солдатам скакать в спокойном темпе и не повышать голос, дабы было слышно хоть что-то. Вильгельм знал очень много, но из-за страха не понимал, с чего начать. Несмотря на то, что он был за них, у него оставались причины скрывать некоторую информацию.
- Это, значит, они... Они...
- Что, пытаешься солгать? Мне ничего не мешает казнить тебя в случае неповиновения прямо здесь и сейчас, не дожидаясь момента.
- Ян, да ты уже надоел угрожать всем расстрелом! Как только кто-то делает не так, как ты хочешь, то всё, начинается. Слышали, ребят? Всем угрожает. Даже мне, когда на границе с коалицией были, пару раз угрожал за то, что забывала некоторые документы перенести. Ты совсем не видишь, что Вильгельм не знает, с чего начать? Помог бы ему, подсказал тему, с которой надо начать, серьезно. Эй, Браун, не слушай его, успокойся и начни с того, с чего считаешь нужным!
- Ян, Харнер права. Ты разбрасываешься своими полномочиями слишком сильно, и если бы за нами следило правительство, то тебя и весь Шертхальм уже под трибунал отправили бы.
Кольт замедлил ход и сравнялся с лошадью Вильгельма, у которого даже под шлемом с забралом был виден выступающий пот. В экипировке солдата Шертхальма отсутствуют шлемы с забралом, но Вильгельм надел его, потому что не нашёл нормальный головной убор. Боевая экипировка солдат выглядит следующим образом, и она разработана специально для борьбы против плоти. Абсолютно вся одежда, кроме камуфляжа, белая: солдатские брюки, рубашки и так далее. Организация воюет против чёрной плоти, а не людей, где нужна скрытность. Предполагается, что белый цвет дает понять снайперам и наводчикам издалека, что солдат не заражён, а также помогает легко найти своих. Бронирование тоже достаточно простое и лёгкое - шлем пикельхауб, наплечники, наколенники, налокотники, нагрудник и пластины на ноги, а также большое количество ремешков по всему телу.
Сделав глубокий вдох и наконец успокоившись, Вильгельм дал объяснение тому, что здесь вообще происходит. Начал он с того, кто их преследует и чего они могут ожидать уже совсем скоро.
- Те существа, огромные, бегающие за нами, все ещё являются людьми, но, можно сказать, перешедшими в другое состояние. Все раны, которые мы нанесём им и которые они не смогут исцелить, перенесутся на их реальные тела. Тот птицеподобный мёртв - это точно, я отрезал ему путь к восстановлению и раздавил мозг. Огромный вампир - как, думаю, вы поняли, это... Вампир. Стойте, погодите... Эээ...
Вильгельм запнулся, пытаясь сформировать мысль.
- Если тебе надо время на то, чтобы сформулировать мысль - мы подождём, - ответил на его беспокойство Кольт.
Долго ждать не пришлось, и Вильгельм продолжил свой пересказ:
- Эти черти берут свои формы, основываясь на реальных существах, и очень часто их особенности, сильные стороны и слабости соответствуют их нормальным аналогам. Вот тут и биологию вспоминать надо, хах...
Нервно шутил Вильгельм, не останавливаясь и попутно оглядываясь, будто ожидая увидеть то, как существа рванут с места, хотя они просто шли и уже были на достаточном удалении.
- Тот вампир - как и птицеподобный, умеет летать, но он абсолютно ничего не видит, и под воздействием лучей солнца чёрная плоть в некоторых местах плавится, поэтому от него идёт дым.
- Получается, надо его выманить на солнце?
- Рим, мы не должны вступать в бой, помни это!
- Кольт, я же не говорила про наш план действий, я просто уточнила... Даже убегать от них нам будет куда легче, зная их слабые места.
Аргументы Харнер были убедительными и имели свой вес, что заставило офицера замолчать и продолжить слушать Вильгельма.
- Д-да, на свету он достаточно слаб. Дальше - просто укреплённая форма. Хоть и выглядит куда безобиднее остальных, на самом деле она даже опаснее их, особенно в прямом столкновении. Способна с лёгкостью пробивать строения и доставать оттуда, где эти громадные твари не достанут в силу размеров. Если честно, то слабых мест я не знаю. Возможно, их и нет вовсе...
- Зубы не заговаривай. Сейчас водишь нас вокруг пальца, чтобы нас легко потом убить.
- Ян!
Хором, как дети в музыкальной школе, сказали все командующие, Чарли и несколько полицейских в ответ на очередную ядовитую фразу Пилсудского, которая всех уже надоела и вымотала.
- Последний, не считая Дайона - просто повторяет форму и внешний вид человека, но с очень большими деформациями, которые на самом деле сделаны под боевые. Его большие глаза служат приманкой, дабы в них выстрелили и раскрыли свою позицию, которую оно заметит своими настоящими глазами быстрее, чем это даже сделал бы птицеподобный. Его раздутые части тела сделаны специально так, чтобы могли принять в себя большое количество пуль, не давая повредить жизненно важные органы. А как вишенка на торте всего этого мракобесия - его форма черепа такая широкая и плоская, чтобы на нём могли перевозить группы, а самые извращённые устанавливали на них орудия: артиллерию, снайперские и пулеметные точки, бронебойные орудия и даже орудия кораблей.
Сейчас Вильгельм не выглядел как очередной оборванец, попавший в их отряд, как это казалось несколько часов назад, чисто ради забавы и за компанию с друзьями. Он казался рассудительным и здравомыслящим человеком, который даже под прицелом нескольких винтовок будет стараться оставаться хладнокровным и объяснит все, чтобы спасти свою шкуру. Больше всего этой необычной перемене удивился, конечно же, Зигфрид и в каком-то роде Вальтер, которые провели с ним больше всего времени и застали те моменты, когда он казался им частью их полицейского отряда.
Закончив свой рассказ, некоторое время никто из солдат не говорил - все переваривали информацию, которая поступила к ним. Тишину нарушил Ян, которого больше, чем кого-либо, интересовала ситуация и то, что вообще из себя представляет Вильгельм.
- Ты про Дайона не рассказал, хотя он меньше всех здесь выглядит как человек и формировался в куче дыма, а не этой черной дряни...
- Ох, точно, забыл, простите. Его существо, или, как я называю по-простому, корова - как понятно из моего названия, повторяет корову почти во всем. Рост почти со здание, высокая пуленепробиваемость, большая скорость и мощнейшие лапы с челюстями. Не дай Гиммлер выйти с ним один на один.
- Вильгельм, остальное, что ты можешь рассказать - будет полезно в бою?
Сейчас его начинали расспрашивать слишком сильно, и Брауну по своим причинам пришлось скрывать информацию, хотя его ложь могла стоить жизни всему Шертхальму, ради которого он предал своих товарищей, которые уже сами предали организацию.
- Нет, офицер Кольт, всё, что я знаю, особо не пригодится в бою.
- Раз уж Браун закончил, надо объяснить наши действия ещё раз - мы должны предупредить все оставшиеся деревни и город о надвигающейся опасности! Пока они далеко от нас и, наверное, не ускорятся, у нас есть время, чтобы это сделать и подготовить оборону в городе.
- Офицер Кольт, простите, что мешаю, но почему вы решили, что город, как и деревни, не заражены?
- Потому что, Вальтер, будь он заражён, мы бы видели огромное количество солдат и орудий, которые свозили сюда со всех частей, и даже у нас просили бы подкрепления. Как-никак, мы находимся очень близко к столице, и сообщения от города к городу на таком расстоянии очень быстры.
- Понял вас, Кольт!
Не останавливая лошадь, Вальтер отдал честь и вернулся в свою часть строя - к Зигфриду и Рудольфу.
- Понимаю, что это может прозвучать глупо и даже самоубийственно, но у нас нет варианта, как ускорить процесс эвакуации - нам нужно разделиться по 1-2 человека и быстро проверить все оставшиеся населенные пункты. Ты, Вальтер, и Вильгельм следуйте со мной и Чарли. София с Зигфридом, Ян с Рим, а Рудольф... Рудольф, тебе придётся пойти одному.
Здесь Рудольф проявил свою ленивую и беспечную натуру: он ожидал, что будет просто следовать за кем-то и кричать о начале эвакуации, а не делать это все самому. Он возразил, а следом за ним, чуть ли не умоляя, Рим и Ян начали проситься к Рудольфу, лишь бы не быть друг с другом. Кольт оценивал все риски, все за и против, как будет лучше, пока свою кандидатуру не предложила Чарли.
- Чарли, даже не думай об этом. Если ты погибнешь, то для всего Шертхальма это будет настолько большой потерей, которую мы точно не сможем пережить. Это даже не учитывая того факта, что от нас отвернётся церковь - единственный наш союзник.
- А какая польза от меня для Шертхальма, Кольт!? Единственная вещь, которую я сделала - узнала об эксперименте над плотью, и всё! Это всё, что сделала я за несколько лет.
- Почему ты думаешь, что твоя ценность измеряется в поступках? Из-за твоего присутствия здесь церковь стоит на нашей стороне - этого достаточно. А если ты погибнешь, то церковь отвернётся от нас. Теперь понятно, почему я не буду отпускать тебя?
- С чего ты взял, что я не могу постоять за себя? Я, как и вы все тут, проходила военную подготовку и стрелять из винтовки могу. Ты же сам говорил, что моё слово для тебя закон, который ты будешь выполнять в любом случае, так отпусти меня с Рудольфом!
- Говорил.
Как и в прошлый раз, от этих слов Чарли Рудольф испытал странное чувство, которое въелось в головной мозг и отдало ему приказ заступиться за неё и убедить Кольта позволить ей поехать с ним.
- Разве нет такой возможности, что если Чарли погибнет, то ответственность падёт полностью на меня? Я могу и в тюрягу сесть, если надо, да и на расстрел пойти, все равно не связывался с родителями уже несколько лет, и они вряд ли ждут меня живым.
- Руд, ты что такое говоришь? Ты нужен всем... Нам, да и твои родители точно тебя ждут.
- Да тихо, Вальтер, не об этом сейчас.
- Прости, Рудольф, но наказание за потерю Чарли распространится на весь Шертхальм. Мы не сможем доказать свою непричастность.
- Почему не сможем? А понятые? Вот ты, Вильгельм, только недавно знаешь нас - ты сможешь побыть понятым.
- Могу, почему нет.
Очень сильно Кольт не хотел отпускать Шарлотту с одним единственным, неопытным и разгульным членом отряда. Но свои слова он всегда держит, и аргументы, которые предоставил ему Рудольф, были достаточно сильными.
- Ладно, так уж и быть. Чарли - пойдешь с Бисмарком. Прошу, будь осторожнее.
Рудольф, который изначально хотел просто свалить с себя обязанность поисков людей, теперь, наоборот, был рад тому, что поведет за собой Шарлотту, а Ян и Рим, которые не добились своего, продолжили умолять Кольта разделить их. Но офицер был непреклонен и даже не реагировал на их мольбы, пока Харнер не использовала коронный аргумент: "Ну ты отправь кого-то к группе Чарли, это же для её безопасности. Что этот оборванец сделает? Он заведет себя и её в болото, из которого не выберутся, и вот тогда нам точно всем придётся отвечать. А другого переведи к себе, тебе точно нужна помощь, чтобы сохранить Вальтера".
Одних слов о том, что неопытный Рудольф сможет погубить их всех, было достаточно, чтобы Кольт отдал приказ о перераспределении групп, но Чарли ответила твердым "Нет".
"В смысле нет?" - уже повышая голос, спрашивал Кольт, поскольку вариант, предложенный Рим, был просто замечательным, и отказ казался очень странным, будто девушка что-то утаивает. Чарли продолжила использовать сказанное ранее Кольтом. Офицер пытался оспорить ее требование, но когда Рудольф в очередной раз вступился за неё, он сдался и разрешил ей поступать так, как она посчитает нужным. Риму и Яну Кольт приказал скакать с ним, и против такого варианта они не были и наконец замолчали.
Вдали близился лес, и была едва заметна протоптанная тропинка между деревьями, местами поросшая высокой травой и большими стеблями травы-жгуна - вида растений, появившегося после второго удара, с большими ветвями, на которых растут жёлтые цветы, контакт с которыми вызывает сильный химический ожог. Добежав до тропинки, группа Чарли разделилась, и на прощание Шарлотта помахала им рукой.
Появление деревьев и въезд в лесную зону дали им ложное ощущение спокойствия. Они считали, что в глуши леса им почти ничего не угрожает, так как их не видно и заражённым тяжело будет действовать здесь. Но Ян знал, что даже лес не спасёт их, и на него, ранее заряженного и готового сражаться до последнего, нахлынуло отчаяние. Его внимание рассеялось, и он чуть не сбился с курса, но Кольт привел его в чувство холодным: "Ян, ты куда скачешь?".
Выровняв курс, он, как казалось со стороны, говорил это остальным, но на деле разговаривал сам с собой вслух о своих проблемах и переживаниях. "А почему лес? Это место ещё опаснее, чем равнины. Там хотя бы ты и враг видели друг друга и, имея достаточную реакцию, ты победил бы, а здесь ты полностью беспомощен. Чем я думал, когда заводил своих людей сюда?"
Потеря шести солдат - личная потеря не только одного Яна, но и Рим, которая, как и он, дружила с ними ещё со времён службы на границе. Хоть что-то без обоюдной вражды их объединяло. И сейчас Пилсудский напомнил ей и всем остальным об этой потере. Она вспоминала все те минувшие дни, когда они были живы и были отличные отношения с Яном. Кольт, который практически не общался с ними и видел в них только сильных солдат, думал о том, насколько быстро Шертхальм возместит их потерю, а полицейские даже не обратили внимания на размышления белоруса.
Обстановка становилась всё более расслабленной, и, пока они окончательно не разделились кто куда, солдаты вели беседы, вообще не связанные с их текущей ситуацией, будто они просто отправились в другую часть, а не стоят на грани уничтожения и не имеют под боком того, кто может их раздавить одной рукой как букашек. Рим и Ян завели беседу о погибших друзьях, а Рудольф и Вальтер, а после и остальные полицейские заговорили о тех моментах в поведении Герды и Дайона, которые им казались странными, но теперь они знают, чем это было на самом деле. "Проклятые предатели" - все были единого мнения, и никто не задумывался, почему они и остальные их предали, а также откуда у них взялись все те же силы, что и у Вальтера.
Всё это время враг только и ждал момента, когда они зайдут в лес и потеряют бдительность, дабы неожиданно атаковать и убить их всех. Небольшие, одиночные деревья сменились вековыми соснами и елями, и на них военных ждал враг.
Пробегая по тропе, звук бурления отвлёк всех от своих мыслей, а затем по ним начался обстрел! Черные куски зубастой плоти падали вблизи и прямо на них, но благодаря комбинезонам, пошитым по специальной технологии, она, как что-то полужидкое, скатывалась вниз под копыта лошадей, давящих её.
"Это засада, всем осторожнее и валим отсюда!" - зная, что происходит, закричал Ян и, резко выбившись из строя, побежал вперёд, смотря на деревья по бокам и пытаясь найти врага. Лошади пробежали уже несколько поворотов и около ста метров после начала обстрела, но он всё не прекращался. Либо весь лес кишит ими, либо враг передвигается настолько быстро, что перегоняет лошадей и ему хватает времени на обстрел. Пытаться найти того, кто прячется среди тридцатиметровых сосен на ходу и в лесу, где тень от деревьев закрывает свет солнца, практически невозможно. Но ему удалось разглядеть одну странность, и после к нему пришло страшное осознание правды: нечто зелёное, едва заметное, как на канате, постоянно передвигалось по деревьям. Присмотревшись, он увидел, что это зелёное - именной комбинезон Шертхальма, а канат на самом деле - сгусток черной плоти, которая помогает быстро перемещаться.
Сбавив скорость и вернувшись в строй, Ян задал Кольту вопрос, проигнорировав его же приказ о докладывании обстановки.
- Сколько к нам сегодня новеньких заявилось?
- Пятеро. Один - это Вильгельм, а другие... Других ты сам знаешь.
- Хорошо, а сколько вообще согласилось служить в Шертхальме по твоему объявлению?
- Признаюсь, не помню, но вроде бы двадцать человек, из которых пятеро прибыло.
- Двадцать?! Мы в дерьме, мы в дерьме, мы в дерьме! Бежим зигзагами, не даём попасть в нас!
Ян снова прибавил скорости и начал следовать всему тому, что скомандовал сам, едва услышав встречный вопрос почти всех, кто скакал рядом: "Что вообще происходит?".