происходит и подошёл к нему проверить. Секундное удивление сменилось
облегчением. "- Фух, это люди" выдохнул Рудольф, пока Вальтер не понимал, почему
он так спокоен. Голубоглазый продолжал молчать и держать руки поднятыми - он был
безоружен.
—. Рудольф, ты чего?
— А что такое? Не видно, что это мирняк? Спрятался, наверное, когда солдаты
ходили. Так, значит.
Рудольф повернул свою голову обратно к голубоглазому и опустив рукой поднятую
винтовку Вальтера, сам приподнял руки, показывая, что он не держит оружия,
заговорил с ним:
— Мы не собираемся причинять вам вреда, а с точностью наоборот. Мы, на самом
деле... Немного не Вальтеристы и мы здесь как раз чтобы спасти вас.
Голубоглазый молчал, а Рудольф, не видя реакции, продолжал:
— Если мои слова не аргумент, то вот вам даже Вальтер! Мы создали коридор
безопасности, по которому смогли вывести из деревни несколько десятков мирных
жителей и готовы показать вам его. Оставаться здесь я вам не рекомендую, потому что
тут такое скоро начнётся..
— Кхм.
Вальтер прервал Рудольфа и начал сам:
— Да, мой "напарник" прав. Вам стоит лучше уйти отсюда, иначе вы можете попасть
под огонь и тогда точно погибнуть. Мы не хотим причинять вам зла, просто покиньте
деревню... Вы согласны?
Голубоглазый продолжал молчать, но уже отпустил руки и начал помогать снимать
баррикады из коробок. Перед этим, он махнул головой, показывая согласия. Рудольф
не понимал, почему он молчит, точно так же как и Вальтер до какого-то времени. Видя,
что он молчит как рыба в воде, Вальтер начал понимать, что к чему:
— Простите, но вы немой?
Голубоглазый прервался от дела и выпрямившись, махнул своей головой.
— Ох, простите, мы не знали.
Немой не обиделся, он выставил свою ладонь вперёд, закрыл глаза и махнул рукой,
показывая, что не надо волноваться по этому поводу и что он согласен на то, чтобы
уйти отсюда.
Разгребая баррикады из коробок уже все втроём, в ходе этого они смогли узнать от
немого ещё немного информации: он живёт один, узнал о том, что начинается этот
кошмар по тому, что солдаты начали заводить людей в сарай и что к нему заходили
солдаты и найдя только одежду на вешалках, ушли, больше не возвращаясь.
Услышав, что Вальтер и Рудольф услышали его деятельность в доме, он заново
спрятался в своём укрытии, но его рассекретили. К счастью, это оказались не
Вальтеристы. В темноте они не могли разглядеть в его внешности почти ничего, кроме
того, что его глаза были ярко голубыми и не было даже понятно, какого оно пола. Но
выйдя на свет, Вальтер и Рудольф поняли, что это обычный пожилой человек мужского
пола, ведущий достаточно отшельнический образ жизни. Он был очень высокого роста,
выше их обоих почти на две голове с достаточно длинными(как это полагается
отшельникам), белыми волосами и точно такой же бородой. Создавалось впечатление,
что он персонаж фольклора Империи Нордланда, государства, принимавшего участие
в Первой Европейской войне на стороне Вегиммии, но перейдя после ошибок
варлордов Киевской Руси на сторону Гипербореи, Франции и Венгрии. Удивительно,
как он вообще смог вместиться в эту небольшую комнату!
Сделав всё, что они хотели, настало время показать немому тот самый коридор
безопасности, о котором они ему рассказывали. Рудольф вызывался сделать это за
Вальтера, но сам Вальтер предложил сделать наоборот, чтобы мирняк, запертый в
сарае прожил подольше. Они не понимали, что попытки затягивать неизбежное только
продлевают их страдания. Многие там уже просто хотели, что бы это чёртово здание
сожгли и они перестали жить в ожидании этого часа. Смысла спорить Бисмарку не
оказалось и он согласился, махнув головой и пойдя на выход в сторону одной из
нескольких дверей, забыв, из какой именно они зашли сюда и что здесь не одна дверь,
а несколько. Выйдя из одной двери, он тут же оказался на стороне, ведущей прямо к
Вальтеристам и они увидели, как он выходит из здания. Ничего не сообщив Вальтеру,
он молча закрыл дверь и пошёл ко всем остальным. Похоже, свои Чарлисты понимали,
что совсем скоро, начнётся основная часть операции и поэтому, они начали немного
разбредаться по территории, но так, чтобы это не было слишком заметно, но и не
оставаться в самой гуще солдат. Они пытались разбредаться не куда глаза глядят, а
туда, где они смогут быстро перебежать в безопасное место, либо сразу оказаться в
этом же безопасном месте. К примеру, сюда можно отнести танки. Местность хоть и
была свободна от зданий и обзор от дома немого отшельника до сарая ничем не
закрывался, но чуть дальше местность была разнообразной и очень удобной для
ведения боя. Там были низменности, которые можно было использовать как окопы и
скрыться, лесопосадка и несколько разбитых, старых зданий, а ещё чуть
заканчивалась деревня и начиналась дикая природа. Преимущественно, это была
полу - открытая местность, где пехота могла легко укрыться,
но ходить танкам колоннами было затруднительно, что создавало странную ситуацию
и непонимание того, куда им предстоит двигаться после начала операции. Рудольф
последовал примеру своих союзников и пошёл не к основной толпе солдат, а к танкам,
в которых уже сидел экипаж и ожидал момента, чтобы завести эти гробы на колёсах с
пушками.
Дверь закрылась и Вальтер остался один с немым отшельником в здании. Между ними
создавался контраст: высокий, голубоглазый, худой, заросший и старый мужчина на
фоне молодого и среднего роста юноши. Находясь в полумраке, это создавало
достаточно жуткую картину, будто отшельник - это монстр людоед, но он был самым
обычным, безобидным местным жителем. Подождав некоторое время после того, как
из дома вышел Рудольф, Вальтер махнул рукой отшельнику и подошёл к одной из
двери. Стоя перед ней и уже собираясь открыть, Вальтер остановился и обернулся в
сторону стоящего сзади отшельника и спросил: "Есть ли что-то ценное дома, что могло
бы задержать тут?". С намёком на то, что дома осталось что-то символически важное
для него спросил Вальтер и тут же получил ответ - он помахал головой, символизируя
нет. Почему-то, Вальтер другого не ожидал. Подобных людей как этот немой отшельник
в мире много. Возможно, если бы он мог разговаривать, он бы поведал свою историю
жизни и мог бы оказаться очень начитанным и умным человеком, но из-за своего
недуга не может этого сделать. Не всё должно упираться в то, что вы увидели самым
первым и будет неверным относить кого-то из-за этого к "умным" или "глупым".
Конечно, есть исключения, но и систематически относить всех к нему так же нельзя и
будет глупым.
Вальтер потянул за ручку двери и старая, прогнившая дверь открылась, а в лица
ударили лучи солнца, появившегося на несколько секунд. Из-за него всё, что было
дальше 20 метров превращалось в слишком яркое, белое, слепящее пятно. Возможно,
если бы лучи солнца не слепили их, то они могли бы заметить, что происходит чуть
дальше, но солнце не дало этого увидеть. Немой также ничего не увидел из-за
описанных причин и потому что он был ещё и слабовидящим в силу возраста. Следом
за Вальтером, из дома вышел немой и они встали на одном месте. Солдат посмотрел
вбок - там была пустая улица с домами по бокам, от туда они пришли с Рудольфом,
значит, там же и можно найти то место, куда они выводили всех найденных. "-
Смотрите сюда.. Сейчас все уже находятся возле сарая, в деревне больше никого не
осталось и вы можете просто пойти по улице, но я бы на вашем месте, на всякий
случай, всё равно передвигался более скрытно. Вы можете выйти из любой части
деревни, но я не знаю, что там будет, поэтому, рекомендую вам пройти в коридор,
через который проходили все остальные. Там будет небольшая лесопосадка, как
пройдёте через неё, то там будет равнина с протоптанными дорогами до ближайших
населённых пунктов. Понятно?" Сказал Вальтер и посмотрел снизу вверх на немого
отшельника; он кивнул головой, показывая свое согласие с планом Вальтера и ожидал,
что будут ещё какие-то указания и поэтому, стоял на месте. Но Вальтер ничего не
собирался ещё указывать и они просто стояли молча в тишине, ожидая, пока кто-то
что-то скажет или пойдёт. "- Ах, нет, больше ничего не надо! Вы можете идти,
берегите себя и пожалуйста, не пытайтесь спрятаться или укрыться на другом конце
деревни, это небезопасно... Если вы хотите вернуться, то сделайте это дня через два-три,
так будет безопасно для вас". Сказал Вальтер и указал рукой на улицу. Немой понял,
что никаких указаний больше не будет и последовал совету и направился на встречу
неизвестному. Жизнь ему как и всем людям в принципе была дорога и следуя прошлым
словам, вместо того, чтобы пойти прямо по дороге, он начал прислоняться к стене
домика и перейдя к его середине, только тогда пошёл по улице, при этом потом немой
зашёл за стоящие по бокам здания и скрылся за ними. Теперь, в деревне точно никого
нет. Осознание того, что он и все Чарлисты здесь спасли жизни людей ободряло его и
появлялось мнение, что этого достаточно, чтобы искупить все его грехи, связанные с
прошлыми убийствами мирняка в Кракове, Чарвоном и других операций.
Проследив за немым до того момента, как он скрылся за зданиями, Вальтер сам
развернулся и пошёл к сараю, там, где были все остальные. За всё это время, как они
были в здании и выйдя из него, Вальтер не задумывался о том, что все двери, которые
вели наружу могли вести прямо к Вальтеристам и что он мог оказаться с немым прямо
на их глазах. Он не задумывался об этом, пока не прошёл 10 метров в сторону сарая и
наконец, не поднял свой взгляд в сторону них. Увидев, что там происходит, он
моментально остановился, а его тело будто бы сковало: прямо на него смотрели почти
все, а впереди них был Алексей, также смотрящий прямо на него. Ему не нужно было
много времени, чтобы понять, что произошло и как же он ошибился, не проверив, куда
ведут все эти чертовые несколько дверей. В воздухе повисло жуткое молчание,
казалось, что даже крики и плач людей в сарае смолкли. Выглядело это так, будто они
стоят на дуэли и доля правды в этом была. Все солдаты, даже Чарлисты,
в отличие от Вальтеристов стоящие в более укромных местах и за техникой(для чего -
было сказано ранее), направили прямо на него свои винтовки, а некоторые даже
ручную артиллерию и они явно были готовы выстрелить и разнести его, если такой
приказ был отдан. На его лбу выступил пот и он снова осмотрел всех своих, чтобы
понять, смогут ли они среагировать и оперативно всё сделать в случае чего: София
стояла за танком, находясь в слепой зоне Вальтеристов, Рим находилась за стеной
разрушенного здания в окружении других солдат, а Рудольф был где-то в другом
месте, но точно не среди врагов. Всё же, в случае чего, они смогут быстро
среагировать и за счёт грамотной расстановки сил полевых командиров быстро
ликвидировать цель. Успокоив себя этой мыслью, Вальтер ещё не терял надежды на
то, что ему удастся всё объяснить и дипломатически вырулить ситуацию, а затем
подловить удачный момент и начать операцию тогда, а не прямо сейчас. Стоило ему
сделать несколько коротких, медленных шагов в сторону Вальтеристов, как солдаты
показательно сильнее прижались к прицелам винтовок, а Алексей крикнул ему:
"- Стой где стоишь, сучий потрох!"
"Ох, дерьмово, они не очень готовы вести переговоры... Это, получается, надо
начинаться сейчас?" Подумал Вальтер и поставил свою правую ногу немного вперёд в
колене, а левую оттянул назад, тем самым приняв положение, похожее на стойку
бегунов на марафоне, готовящихся рвануть с места. Судя по своему опыту
метаморфоз, эта стойка - наиболее оптимальная, потому что при полном превращении
не нужно будет тратить время и можно будет сразу переключиться на бег, а враги даже
не успеют ничего сделать. Пока солдаты не понимали, к чему это было сделано,
Алексей всё прекрасно знал и понимал, несмотря на то, что его форма рыцаря не
приспособлена на быстрый и манёвренный бег. Поняв, что он собирается
превращаться, его зрачки расширились от страха и он хотел зачем-то подбежать к
нему, чтобы остановить его(хотя логичнее было бы просто выстрелить), но
вовремя понял свою тупость и сделал только несколько быстрых шагов. Резко
остановившись, он закричал: "Стой!". Вальтер, уже готовый начать метаморфозу,
остановился, хотя это явно того не стоило и даже поменял свою стойку на самую
обычную стойку стоящего прямо человека и спросил:
"- Разве вы не собираетесь меня убить прямо сейчас?"
— Ещё как собираемся! Дай нам волю и здесь бы все тебя забили ногами и руками, а
голову отрезали ржавым, тупым и раскаленным ножом.
— Так чего вы стоите? Вы что, даёте мне фору? Забавно..
— К тебе точно такой же вопрос: если ты собираешься нас здесь убить, то почему ты
отвлекаешься?
— Ладно, я тебя понял, Алексей. Что тебе надо? Говори быстрее, иначе я раздавлю
абсолютно всех вас!
— Не тебе это ставить условия, когда на тебя направлено несколько десятков винтовок
и пушек ручной артиллерии!
— Да? Тогда почему ты так сильно хотел меня во Францию забрать? Тебе просто не
выгодно убивать меня и если убьют меня, то ты сам можешь не возвращаться во
Францию по той же причине, а всю твою семью, запертой в концлагере для немцев
ждёт такая же участь. Я прав, Алексей?
— Заткнись и слушай: ты сейчас находишься не в том положении, что бы ставить нам
условия и это не тебе говорить о том, что нас ждет за твое убийство. Поверь, даже
если мы сможем доставить хотя бы волосок в Париж, то этого будет достаточно, а
полностью доставить тебя - это роскошные, хоть и вполне полезные излишки. То, что
ты не собирался сотрудничать с нами было видно с самого начала, ты так
легко согласился на моё предложение, хотя зная тебя, ты бы сто раз задал какой
нибудь вопрос, а не согласился, когда я огласил всего несколько предложений.
Конечно, когда ты начал убивать своих же и согласился на предложение Бориса
изменить план действий в Кракове, то мы начали тебе верить, но в последние недели
ты слишком сильно себя выдавал. Это знали все, только ты один тупой малолетка не
понимал того, насколько ты просто и очевидно выдаёшь сам себя. А ведь ты мог
просто следовать нашему плану и ты был бы буквально богом для всей Вегиммии.
— Богом для Вегиммии?
Спросил Вальтер.
— Ты же несколько предложений назад сказал, что вам хватит доставить и моего
волоса в Париж. На месте переобуваешься, или что?
— Тебе какая разница, Вальтер? Не в твоём случае пытаться пререкаться. Мы все знали,
что ты собирался сделать и вот, наконец, ты выдал сам себя полностью. Ты можешь
спросить: почему тогда тебя просто не застрелят? А ответ прост - мы знаем, что здесь,
среди нас, есть твои пособники и нам точно известно, что среди них есть София. Это
же та баба из элитных войск, которую ты должен был переманить на нашу сторону и
заставить добить Рим и Ян, но она свалила и ты даже не попытался её догнать, да?
Впрочем, кто она, прямо сейчас не важно, но важно то, что таких как она среди нас
очень много. Ты прекрасно понимаешь, что мы можем тебя застрелить и также
прекрасно понимаешь, что тебя ждёт в том случае, если каким-то чудом тебе удастся
со своими союзниками выжить и выбраться отсюда - тебя просто
расстреляют, тебя никто, кроме нас не простил бы за всю ту грязь, что ты натворил.
— Да к Гиммлеру всё, что ты тут несешь?! Хватит тянуть резину, я будто сам не
понимаю, что прямо сейчас, где-то в слепой зоне нас пытаются обойти твои солдаты,
чтобы пустить мне пулю в лоб тогда, когда я этого не буду ожидать. Говори уже и
покончим с этим дерьмом навсегда.
Не выдержал и закричал Вальтер, при этом осмотревшись по сторонам. Он сказал
спонтанно, даже не задумавшись о том, насколько это вообще возможно и реально.
— Какой же ты упёртый баран всё таки! Но ладно, ты прав, уже давно пора нужно
было сказать это. Ты не в том положении, чтобы ставить условия точно также, как и
мы. Я предлагаю сделку..
Алексей сделал паузу, смотря на реакцию Вальтера - он всё продолжал стоять не
двигаясь.
— Так как тебе всё равно не жить в любом случае, мы даём тебе возможность уйти и
даю слово, тебе никто не навредит, мы сдадим почти все оружие и оставим только то,
что будет способно лишь замедлить тебя, но не убить. Надеюсь, понимаешь, для это
для того, чтобы ты, как это любишь, уже не предал нас, как это когда-то сделал с
Чарлистами. В ответ на то, что мы даём тебе уйти, ты выдаёшь нам всех своих
союзников. Повторюсь ещё раз: они союзники тебе только на эту операцию, или что
это у вас там. Потом они тебя расстреляют, ты просто рискуешь лишний раз ради того,
чтобы умереть. Это лучший из возможных вариантов, который можно предложить,
Вальтер! Покажи же, где настоящие предатели и уходи, мы и Франция забудем тебя
навсегда как страшный сон.
От волнения, Алексей сделал шаг вперёд и сжал руки в кулаки, смотря за тем, что
сделает Вальтер.
— Говоришь, показать, где прячутся предатели?
Вальтер немного отпустил взгляд вниз, смотря в землю.
— Да! Так ты согласен?
— Да, я согласен, Алексей..
Холодный, зимний ветер задул сильнее, создавая ещё более некомфортную и
страшную обстановку. Прошло несколько секунд после последних слов Вальтера
до его следующего действия, но для Алексея, солдат и Чарлистов это длилось как
целый час и в голове звучало тиканье секундной стрелки: тик - так, тик - так. После
нескольких секунд ожиданий, Вальтер медленно, непонятно зачем положил кисть на
сердце, будто собирается отдавать воинскую честь, указал пальцем прямо на Алексея
и резко поднял свой взгляд прямо на него:
"- Вот они, предатели. Самые настоящие и главные враги всей Вегиммии!"
Операция начинается!
ПРЯМОЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ ГЛАВЫ В СЛЕДУЮЩЕЙ ЧАСТИ
Глава 33. Последнее вторжение, ч.6(последняя)
Вальтер, вслед за своими словами, начал процесс метаморфозы в Зубастого. Чёрная плоть, в отличие от прошлых превращений, распространялась куда быстрее. Солдаты и Алексей не успели вовремя среагировать. Они не поняли, почему Вальтер указал на них, а когда осознали, было поздно: его тело успело превратиться в жидкое сознание на немалый процент, что делало попытку расстрелять его из винтовок почти бесполезной (с момента, как Вальтер указал на них и начал метаморфозу, прошло меньше двух секунд). Град пуль полетел прямо в него, в самое сердце - никто не додумался стрелять в голову. Но даже если бы они попали точно в цель, ничего бы не произошло, так как оно уже было сжижено и к тому же заблокировано кистью, которую он специально подставил, чтобы принять удар на себя. Несмотря на боль от прошитой свинцом руки, Вальтер продолжал стоять на ногах, и трансформация продолжалась. Винтовки были однозарядными, и после каждого выстрела требовалось выпускать специальным механизмом лишний пар, что занимало от двух до четырёх секунд. За это время Вальтер бы полностью скрылся в коконе, и пробить его стало бы невозможно.
Вслед за Вальтеристами пошли Чарлисты. Они поняли, что начинается операция и на них прямо сейчас лежит огромная ответственность - защитить Вальтера в процессе метаморфозы.
"Открыть огонь!" — отдали приказы группам солдат София и Рим.
После команды бойцы направили оружие на Вальтеристов и открыли ответный огонь, а вслед за первым залпом завелись танки и остальная техника. Вальтеристы не ожидали получить пулю в лоб и оказались не готовы к этому. Первые выстрелы начали достигать целей. В стартовые секунды сражения град пуль убил несколько вражеских солдат, а некоторых ранил. Несмотря на локальный успех, большинство стрелков промахнулось: пули, лихорадочно пущенные в Алексея, со свистом пролетели мимо, даже не подобравшись к нему. Безвозмездно расстрелять и добить врагов вторым ударом было невозможно - это вам не войны времён позднего варлорда, когда огнестрел и артиллерия только появились, а стороны стреляли чуть ли не по очереди. Настал момент выпускать лишний пар, и за это время Вальтеристы успели перегруппироваться, начав занимать боевые позиции. Хотя они определенно находились в менее удачном положении, ведь их единственным укрытием оставался тот самый сарай. К тому же буквально за их спинами Вальтер уже превращался в Зубастого, что загоняло их в ловушку - план Чарлистов шёл строго по задумке. Судя по описанию, можно было подумать, что прошло несколько минут, но всё происходило за очень короткий промежуток времени - всего за несколько секунд. Однако даже их хватало, чтобы появились первые мёртвые и раненые, а солдаты начали совершать манёвры.
Вальтеристы, можно сказать, были заперты в котле, но в тактическом, а не стратегическом масштабе. Большинство из них уже перебежали за стену сарая, часть других только начинала движение, попутно отстреливаясь. Особенно быстрые и способные бойцы, к примеру София и остальная элита, выпустили лишний пар за секунду и открыли повторный огонь, но точно прицелиться и поразить цель им мешала вражеская стрельба на подавление. Они не могли высунуться, чтобы не поймать пулю в лоб, поэтому стреляли вслепую и тут же прятались. Таким образом им не удалось даже ранить врага, в то время как Вальтеристы преуспели - следующий раненый оказался на стороне Чарлистов, в группе солдат Рим Харнер. Снова всё произошло крайне быстро, и это было только начало.
Вальтер всё прекрасно видел. Глядя на то, что враги ничего не могут ему сделать, и игнорируя боль от попадания прямо в кисть (её изрешетили настолько, что остались лишь лоскуты кожи, обломки костей, торчащие нервы и порванные в клочья куски безобразного мяса), он ухмылялся, осознавая свою победу. Он внимательно смотрел на Алексея, и именно его действия казались ему наиболее смешными, хотя в них не было ничего комичного.
"Глупцы. Сами себя в ловушку заводите, я вас просто раздавлю, а наши не дадут вам проскочить из-под моих ног", - подумал Вальтер и краем глаза заметил странную активность с другого конца сарая.
"Солдаты?" - задался он вопросом. Присмотревшись, Вальтер понял, что это действительно был боец, но немного другой... Это был Борис! Весь его рот и подбородок, а дальше по шее, заходя на ключицу и грудь, были залиты тёмно-красной кровью, а сам вид казался болезненным и взъерошенным. Похоже, его настолько сильно поразило осколками во время перестрелки с крейсером, что пришлось экстренно проводить операцию. На корабле, ожидаемо, средств для обезболивания и тем более погружения в наркоз не оказалось, и ему пришлось испытать боль в полном объёме, чуть ли не сойдя из-за неё с ума. Спросите: ну раненый Борис, и что с того? Вальтер подумал так же, пока не увидел, что тот делает и что держит в руках. Борис буквально вывалился из-за угла здания и грохнулся животом на землю, удерживая нечто очень длинное и, судя по труду, с которым он это перемещал, крайне тяжёлое. Много времени на то, чтобы понять суть происходящего, Вальтеру не потребовалось, он быстро узнал знакомый силуэт - это была бронебойная винтовка, и Борис целился из неё прямо в него! Метаморфоза всё ещё не была завершена и даже близко не подходила к финалу, когда тело полностью сжижается и прячется в коконе. Большая часть туловища сохраняла привычную оболочку, но из-за сжижения критически важных для передвижения мышц, сухожилий и костей он не мог сдвинуться с места. Ему оставалось только смотреть, как совсем скоро его разорвут на куски. В отличие от обычного оружия, работающего на принципе сгорания дышащей плоти, бронебойные винтовки использовали иной метод - отвод пороховых газов. Проще говоря, применяли порох для стрельбы, что куда мощнее энергии пара. Такой мощи хватало, чтобы пробить железную броню на танковых червях вместе с кожей и внутренностями, а про тело человека и говорить нечего - от него оставались лишь ошмётки. Наблюдая за этим, Вальтер вспомнил, почему испытал сильное дежавю немного ранее: несколько месяцев назад, за пару часов до десанта в Данциг, ему пришлось убить выстрелом в голову человека, попытавшегося ликвидировать Барнса, когда тот пришёл помочь разгонять митинг юным, недавно выпустившимся кадетам. Он оказался полностью прав - история повторялась, но теперь в роли человека, покушавшегося на легендарного офицера, выступал он сам. Тогда ему казалось, что убийство - это что-то непостижимое и глубоко презираемое, а сам он считал, что не бывает плохих людей, есть лишь те, кто следует своим принципам морали и идеологии. Вальтеристы разве могли назвать себя плохими? Нет, они считали себя освободителями и строителями новой, Великой Вегиммии, хотя другие думали иначе. А Чарлисты? Тоже нет, они видели себя спасителями и теми, кто возродит страну, хотя те же Вальтеристы презирали их, считая предателями и отступниками. Сам Вальтер начал мыслить подобным образом, и от прошлой наивности, будто можно всех понять, у него осталось мало чего. Появился другой Вальтер, для которого лишение жизни зачастую становилось просто насущной необходимостью, о которой он мог пожалеть, а мог и нет.