Бесолов

— Чего мы ждем?

Каноник яростно потер нос, видимо, испытывая похожие чувства.

— Мой фамильяр должен заманить бесов.

— Ты так уверен, что у него получится?

— Более чем.

Я сорвал травинку и сунул в рот. До полуночи оставалось минут двадцать, а значит, ждать оставалось недолго.

Минут через пятнадцать я и каноник синхронно повернули головы в сторону парка. Кто-то вполне натурально звал на помощь, подвывая от «ужаса». Крики очень быстро приближались и я почувствовал оголтелый голод трех бесов. От «запаха» впитавшего силу трех молодых женщин Ури адским тварям самым натуральным образом сорвало крышу, так что обычно осторожные бесы на этот раз полностью отдались погоне, забыв о маскировке.

На поляну выскочила девушка — точная копия той самой русоволосой кухарки, проявившей завидный скептицизм. Точнее, Ури, принявший образ девушки. Перескочив через заросли чертополоха, инфер бросился к начерченному сегодня днем силовому рисунку. Он успел отбежать буквально на несколько шагов, как на поляну выскочили трое. Все в цветах гвардии герцога.

— Все таки солдатики... Готовьтесь, святой отец!

Добежав до начерченного на земле рисунка, Ури «споткнулся» и упал, позволив бесам немного сбавить ход и насладиться удачной охотой. Так что троица ничего не заметила, вступив в границу ловушки.

Я вскочил, в три прыжка оказался недалеко от не успевших ничего понять бесов и вонзил один из керамбитов в чертеж-активатор. Грани скрытого в траве рисунка, густо замешанные на жизненной силе девушек и моем даре, вспыхнули ярким лимонным светом и вся троица с визгами упала на колени. Заклятие спеленало их по рукам и ногам, заморозило саму адскую суть, лишило возможности двигаться. Но при этом не сковало волю — твари быстро смекнули, что к чему, и начали отчаянно вырываться. Слишком уж успели отожраться до моего прихода.

— Быстрее, святой отец! Я не удержу их надолго!

Подоспевший отец Тито преклонил оба колена, размашисто перекрестился и, глядя на пытающихся вырваться бесов, затянул Vade Retro. Его руки начало медленно охватывать бледно-белое жемчужное сияние. Сначала кончики пальцев, затем кисти, потом предплечья.

Дева Мария, что ж так медленно-то! Фигура, сковывающая силу демонов, с катастрофической скоростью жрала мой невеликий запас сил.

Чувствуя, как по лбу льется пот, я спросил:

— Святой отец, не хочу показаться занудой, но нельзя ли побыстрее?

— Делаю все, что могу! Готовься пустить клинки в ход!

Один из бесов смог повернуть голову в мою сторону. Раззявил пасть так, как никогда не смог бы обычный человек и попытался ударить струей холода. Я мигом продрог до костей, но нити управления рисунком не выпустил.

Кажется, пора переходить к плану "Б". Задрав голову, я громко произнес:

— Ваша Светлость, не могли бы вы к нам присоединиться?

Каноник поднял на меня удивленные глаза:

— В каком смысле Ваша Светл... Герцог?!

Проследив за моим взглядом, он увидел, как облаченный в темные штаны и черный камзол с капюшоном герцог Ариминский выходит из под прикрытия деревьев. Сильный, уверенный в себе.

Не глядя в нашу сторону, ди Саккре подошел к одному из бесов, небрежно отмахнулся от атаки холодом и схватил за горло. Медленно, с чувством, сдавил. Раздался громкий хруст и обмякшее тело упало к его ногам.

— Точно не хочешь сам, бесолов?

Я отрицательно покачал головой, чувствуя, как разом снизилась нагрузка на удерживающий рисунок.

— Ну, как знаешь.

Меньше чем за минуту он, словно курят, передавил отчаянно взвывших бесов. Все было кончено.

— Благодарю, Ваша Светлость. Помощь оказалась очень кстати.

— Признаться, я не думал, что она понадобится. Кажется, отец Тито сегодня не в форме.

Каноник, вытирая платком взмокшее лицо и тонзуру, счел за лучшее промолчать. Вышедшие из-за деревьев сын и дочь герцога в сопровождении пятерки наемников потрясенно оглядывали все еще светящуюся ловушку.

Ди Сакрре обвел руками поляну и спросил:

— Ты говорил, что у приготовил сюрприз. Это и есть он?

— Ну что вы, Ваша Светлость. Самое интересное я оставил на закуску.

Взяв клинки в обе руки, я провел кончиком лезвия себе по ладони, дождался, пока несколько тяжелых капель упадет на землю.

Земля под ногами каноника вспыхнула. Стена пламени взвилась на четыре метра вверх и из нее появились красные, лишенные кожи руки с длинными черными когтями. Они вцепились в каноника, потянули вниз, к земле. Тот нечеловечески зарычал и попытался вырваться, но «Сковывающие длани» держали крепко.

А затем произошло то, отчего все, кроме герцога, вздрогнули. Пламя устремилось вниз, и руки, удерживающие рвущегося каноника, вместе с ним. И кожей лже-священника. Сначала она лопнула на макушке, потом на плечах, а затем упала к ногам, оставив стоять на земле омерзительную тварь. Черный, словно ночь, отвратительно воняющий, с четырьмя золотистыми рогами, тремя красными глазами. Он был на две головы выше невысокого каноника и оставалось лишь гадать, как подобная махина поместилась в шкуре небольшого человечка.

— Ну надо же, демон. И кто ж тебя такого убогого, призвал? — с наигранным сочувствием спросил ди Саккре.

— Не тебе говорить со мной в таком тоне, мясо! Я призван в этот мир, чтобы вволю полакомиться человечиной и теперь буду возвращаться, когда заблагорассудится!

В его руке появился устрашающих размеров пилообразный меч, но герцог даже бровью не повел. Смело шагнул вперед, голой ладонью отбил страшный косой удар и в одно мгновение принял демоническое обличье.

До этого момента я считал, что знаю, как должен выглядеть боевой облик потомков Сакра Короны. Читал пару фолиантов в библиотеке прелатуры. Однако увиденное вызвало стойкое желание вернуться в Риету и первым делом выбросить все книги к чертовой матери. За недостоверность.

В одно мгновение у меня перехватило дыхание от могучей давящей ауры, что волнами распространялась от этого существа.

Три метра ростом, с ярко-алой, покрытой мелкими костяными шипами кожей, буграми стальных мышц, широченными плечами и рудиментами крыльев за спиной. Монстр, еще пару секунд назад бывший человеком, вырвал из рук черного демона клинок, отшвырнул в сторону, а затем огромными ладонями схватил за голову.

Золоторогий демон схватился за руки герцога, попытался разжать хватку, начал дергаться в тщетных попытках освободиться, а затем завизжал, да так, что все, кроме герцога, попадали на землю, закрыв уши руками.

— Здесь только я решаю, кто из вашей братии может приходить на мои земли, а кто нет! Мой покровитель — сам Астарот, что поделился своей кровью с Сакра Короной. Ты мне не ровня, червь! Поэтому умрешь здесь и сейчас!

А через секунду голова золоторогого разлетелась, словно перезрелая дыня. Герцог отбросил обезглавленное тело в сторону, повернулся ко мне и вновь превратился в человека. Я прочистил горло:

— Впечатляюще, Ваша Светлость.

— Очень немногие могут похвастаться, что видели меня в боевом облике и остались живы. Поскольку я обязан тебе за поимку демона — считай, что тебе крупно повезло. Я распоряжусь, чтобы тебе выплатили оставшееся вознаграждение, но забудь об обещанном долге. Я заменяю его на твою жизнь.

— И на том спасибо, Ваша Светлость.

Не очень-то и хотелось.

— Кстати, как ты понял, что в Тито вселился демон? Он постоянно был возле меня и ни разу ничем себя не выдал.

Я вздохнул.

— Можно было бы сказать, что священники не потеют в прохладе церкви, смахивая пыль с алтаря. Что шишки в этом парке имеют чуть золотистые края, явно указывая на присутствие крупной нечисти. Что настоящий священник вряд ли стал бы выгонять бесолова из церкви. Учитывая, кому он служит. Вообще, было несколько моментов, когда демон слишком уж переигрывал. Но на самом деле его прокол куда проще.

Я сделал широкий жест рукой, показывая на границу поляны. Видя, что герцог не понимает, пояснил:

— Чертополох.

— Какой еще, к дьяволу, чертополох?

— Вы видите его здесь?

— Конечно нет!

— И я не вижу. Потому что кустов чертополоха тут нет. Легенды о том, что чертополох отпугивает нечисть, появились не на пустом месте. Раньше, когда Разрывы происходили куда чаще, чем сейчас, ангелы, что помогали закрывать бреши и устранять последствия, принесли с собой кусты небесного чертополоха. Он действительно отпугивал многих бесов и даже некоторых демонов, поэтому его высаживали в местах крупных врат. Подобных тем, что были здесь. Однако небесный сорняк не мог распространяться на земле. Его семена не давали всходов. Так что уже к следующему году от божественных колючек осталось лишь знание о его свойствах, которое со временем превратилось в легенду.

— И как эта легенда помогла вычислить беса?

— Легенда — никак. Однако у этого чертополоха обнаружилось любопытное свойство. Там, где он рос, осталось что-то вроде магической проекции. Любое существо ада видит призрак тех самых растений. Призрак, неотличимый от реальности. А остальные существа — не видят. Даже вы не видите. Да и я смог увидеть краем глаза лишь потому, что недавно поглотил силу беса.

Герцог долго смотрел на меня, видно, решая, издеваюсь я над ним или говорю правду.

— Тогда, быть может, ты скажешь, кто его сюда призвал?

Теперь настала моя очередь хранить тяжелое молчание.

— Вы действительно хотите это знать?

Боковым зрением я увидел, как зашевелилась группа людей, пришедших с герцогом.

— Конечно, дьявол тебя забери!

— Пусть будет по-вашему.

Еще не успевшее остыть тело демона все еще несло на себе изрядную долю ауры, так что вызванный мной «Волчий след» сразу же нашел сначала призванного, а затем и призывателя. Тонкая бирюзовая нить вылетела из груди поверженного демона, немного покрутилась в воздухе, определяя направление, а затем стремительно дернулась в сторону людей, пока не оказалась в руке сына герцога.

— Риккардо?!

Возможно, юнец смог бы сохранить лицо и даже выпутаться из ситуации, обвинив меня в клевете, разыграв праведное возмущение, или еще каким другим способом. Но он выбрал самый неудачный из всех возможных — бросился бежать.

— А ну стой! — взревел ди Саккре и вытянул руку вслед убегающему сыну. Сжал ладонь и отпрыск, словно глупый щенок на цепи, резко остановился и, сделав кульбит ногами, рухнул на землю.

Балансируя на грани трансформации, разъяренный герцог Ариминский медленно повернулся ко мне.

— Дай мне клятву крови, бесолов, что никому не расскажешь о том, что видел и слышал в Палаццо Сакра Короне.

Понимая, что возразить ему сейчас сродни экзотическому способу самоубийства, я повторно за ночь полоснул себя клинком по руке и произнес:

— Клянусь кровью и силой!

Набухшая на пальце капля взмыла на уровень моего лица, стремительно просветлела и взорвалась маленьким красным облачком.

Герцог удовлетворенно кивнул:

— А теперь тебе лучше покинуть Ветецию.

И против этого я тоже ничего не имел. Почесал за ухом подошедшую песчаную лисицу:

— Пойдем, дружок. Пора собираться домой.

***

— Ты думаешь, она придет?

Я сидел на пустом перроне вокзала, с наслаждением вдыхая ночной воздух с чуть горьковатым запахом нагретых за день шпал. До отправления скорого на Риету было еще четыре часа, так что, кроме меня и Ури, тут не было ни единой живой души. Впрочем, как и мертвых.

— У меня нет точного ответа на твой вопрос. Но есть варианты.

— Интересно послушать.

— «Да, придёт, потому что слишком глупа». И «Да, придёт, потому что далеко не так глупа, как кажется». Выбирай любой. И кстати, я еще три минуты назад просил тебя исчезнуть. Она не должна почуять твое присутствие.

Ури фыркнул. Вообще, это была его любимая реакция:

— Почаще бы ты проявлял подобную осмотрительность. Ладно-ладно, ухожу.

Я услышал ее приближение минут через двадцать, когда полная луна уже начала потихоньку бледнеть, а небо на востоке — розоветь.

— Вот уж не думала увидеть тебя вновь, Лоренцо. Решил не уезжать, не попрощавшись?

Грация, окатив меня запахом своих духов, села рядом.

— Можно и так сказать. Хотел рассказать тебе кое-что.

— Ты смог меня заинтриговать. Именно поэтому вызвал на этот вонючий перрон? Туда, где никто не подслушает?

Все таки второй вариант — не так глупа, как хочет казаться, подумал я, на секунду усомнившись в том, что собрался сделать.

— Именно. Ты ведь понимаешь, что теперь герцогство достанется тебе?

Она с интересом посмотрела в мою сторону:

— Интрига продолжает накручиваться. Впрочем, кажется, я догадываюсь, что последует дальше. Это ведь только затравка для основного действа?

— Конечно. Ведь все могло быть иначе, укажи «Волчий след» на всех, кто участвовал в призыве демона.

— На что ты намекаешь, бесолов?

— На то, что твой брат слишком слаб, чтобы призвать демона в одиночку. Ты помогла ему, поделилась силой, а твой отец не знает об этом лишь потому, что я посчитал неуместным оставлять род ди Саккре без наследников.

Она понимающе усмехнулась:

— Интересно, а что мешает мне убить тебя на месте и разом закрыть вопрос?

— Мой инфер, конечно. Ури почувствует мою смерть и весьма убедительно расскажет герцогу недостающую правду. С доказательствами.

— Как предусмотрительно. Под благодарностью ты вряд ли имеешь ввиду деньги или жаркие ласки?

Вместо ответа я протянул ей небольшой серебряный медальон:

— Достаточно этого.

— Тратта. Чего-то иного от сукина сына вроде тебя не стоило ожидать. Будь по твоему, бесолов.

Грация нажала на едва заметный выступ и центральная часть медальона отскочила в сторону. Девушка оцарапала палец об острую грань и оставила кровавый отпечаток на полированном серебре. Медальон мелодично тренькнул, подтверждая принятый долг.

— Одна услуга.

Она протянула мне тратту и, перехватив руку, притянула к себе и смачно поцеловала:

— А это бесплатный бонус. Бывай, Лоренцо.

— Бывай, Грация.

Она ушла, а я так и остался на перроне, встречать стремительно набухающий рассвет. Выспаться и в рельсовозе можно.