И солнце взойдет
Пусть лучше его застрелят, забьют насмерть, но он не даст воткнуть в него это...
Джим боднул инструктора в подбородок и бросился бежать. Второй настиг его сразу же, навалился всем телом и придавил к полу кабины. Джим извивался, пинался, кусался, но хватка не ослабевала.
— Не рекомендую тратить силы, они тебе понадобятся. – равнодушно бросил доктор Публий. – Принесите кресло.
Джима схватили за плечи и усадили. Руки тут же прижали к подлокотникам, и ремни автоматически затянулись на запястьях, щиколотках, груди, бедрах. Джим забился в ремнях так, что кресло заскрипело.
Полуошейник поднесли к его затылку. Одним плавным, уверенным движением доктор Публий вонзил иглу.
Джим дернулся. Не больнее уколов стимулятора, только холодок пополз от затылка к голове и шее.
Боль нарастала постепенно, как гул вентиляции, внутри его черепа. Казалось, кто-то взял его мозг и начал медленно, методично протыкать его спицами со всех сторон сразу. Слезы брызнули из глаз.
Доктор Публий что-то говорил. Джим, кажется, кричал. Он не слышал. Все звуки слились в один – высокочастотный, вибрирующий прямо в его мозге.
Импульсы пошли по нервным окончаниям. Он чувствовал каждую свою мышцу по отдельности. Пальцы левой ноги горели. Икры сводило. Поясница пульсировала болью, хотя никто к ней не прикасался. Джим и рад бы умолять, унижаться, просить прекратить, но челюсти свело, и он не мог их разомкнуть.
В какой-то момент Джим перестал понимать, где он находится.
Он видел Дафни. Она стояла в белой комнате, такая же худая, как всегда, с растрепанными волосами, и плакала. Он хотел протянуть к ней руку, но руки не было – была игла, раскаленная игла, которая держала его голову на месте, не давая повернуться.
— Джим! – кричала она. – Джим, ты меня слышишь?!
Он не мог ответить. Не потому, что не хотел. Потому что его рот был открыт в беззвучном крике, и это все, на что он был способен.
Дафни растаяла.
Вместо нее появились другие лица – люди, которых он знал: Бо, Куинн, соседка тетушка Лу, Салливан с его масляной кожей. Они смотрели на него без жалости, с каким-то холодным, изучающим интересом, как на кролика под микроскопом.
Он не помнил, когда боль прекратилась.
Просто в какой-то момент он понял, что может дышать. Не судорожно, не всхлипывая – нормально, ровно. Грудная клетка поднималась и опускалась без помех. Слез больше не было, только сухие, воспаленные глаза, смотрящие в никуда.
Игла вышла из его головы так же медленно, как вошла.
— Синхронизация прошла успешно, поздравляю. – сообщил доктор Публий. – Обычно на этом этапе мы теряем около пятнадцати процентов новобранцев. Еще каких-то полвека назад отсеивались тридцать.
Должно быть, на лице Джима он прочитал нежелание выслушивать историю этой пыточной машины, и махнул инструкторам:
— Возвращайте в казарму. Дайте отлежаться до завтрашнего утра.
Его взяли под локти и вытащили из кресла. Он позволил вести себя, потому что идти самостоятельно не мог. Ноги плохо слушались, подкашивались, и он несколько раз спотыкался о металлические решетки пола.
Джима оставили на койке в пустой казарме. Он отвернулся к стене и пролежал в забытьи до вечера.
Когда Бо и Куинн осторожно поинтересовались, как он, Джим подтянул колени к груди и заплакал – тихо, сухо, без звука, как человек, у которого уже не осталось сил даже на крик.
Глава 4. Ригель
Ригель лежала в липкой луже. Тупая боль пульсировала над виском. Ее голова разбита, вот незадача. Несмотря на редкую красоту, Ригель считала именно голову своим главным активом.
Она приподнялась, очень медленно, но к горлу все равно подкатило. Проверила ноздри и уши – пальцы не нащупали засохших кровяных дорожек, и Ригель понадеялась, что отделалась поверхностным повреждением.
Она не помнила, как контейнер приземлился. Как только клешни выпустили металлический ящик в пропасть, воспоминания обрывались.
— Ригель? Это ты? – зашептала Индра.
Ригель едва не подскочила от радости, кровь прилила к голове, и ушибленное место зажгло с удвоенной силой.
Она не представляла, как боялась остаться одна, погребенная в железной коробке.
— Я надеялась, ты свернула себе шею. – прошипела из темноты Сечиль.
— Поллукс? – позвала Ригель.
— И не рассчитывай. Я жив, чтоб тебе жизнь лунным светом не казалась. Как это вообще возможно?
— Амортизация. – ответила Ригель с плохо скрываемым торжеством. – Система торможения. Сплав недостаточно прочен, чтобы не разбиться и не деформироваться при падении с такой высоты. Каждый контейнер оснащен этой системой. Иначе мы бы добили токсичными отходами все, что осталось после Инсоляции.
Она была права. Пекло, это было лишь предположение, шальная мысль, навязчивая идея, заставившая ее поверить, что в мусорном контейнере у них больше шансов выжить, чем если бы они предпочли сожжение в лжекриокамере. Но Ригель попала в цель, выстрелив наугад.
Она упала на колени и рассмеялась. Стенки контейнера подхватили ее безумный хохот и задребезжали.
— Ригель? – встревожилась Индра.
— Оставь ее. Окончательно тронулась. – Поллукс отыскал ее в темноте и за шкирку поставил на ноги. Как бы он ни был худощав, все же ростом превосходил Ригель на две головы. – Откуда тебе вообще все это известно?
— Дед Юстиций плохо хранил государственные тайны.
Она подмешивала ему снотворное в вечернюю чашечку чая, и рылась в отчетах под аккомпанемент самозабвенного храпа.
— Замечательно, ты невероятно умная, Ригель. – произнес Пол, брызжа ядом. – Ты ведь придумала, как нам выбраться отсюда? Или ты хотела вместо быстрой смерти обречь нас на гниение в металлической коробке?
— Люк, в который мы вошли, должен открываться изнутри по технике безопасности. На случай, если сборщик закроет себя в контейнере.
— Ригель права. – подала голос Индра. – Я нашла рычаг.
Брут не отключил торможение. Не сломал люк. Он намеренно дал им возможность выжить. Брут – не безмозглый прихлебатель Августа, он и правда верил, что спасает Церреру-3, что магистрат позволит полису уцелеть в обмен на гибель неудобных родичей.
А значит, когда они вернутся, Ригель сможет переманить Брута на свою сторону.
Стоит поразмыслить о союзах и победах после. Когда они переживут первые сутки. Или хотя бы вырвутся на поверхность.
Люк был обнаружен. Поллукс осмотрел рычаг и объявил, что он цел и работает. Открывать люк и высовываться наружу никто не спешил. Если там день... если солнце не ушло за горизонт... лучше бы им оставаться в заточении.
— Поллукс, иди проверь. – скомандовала Ригель, устав от тишины, дрожащей от ожидания.
— Почему я?
— Побудь мужчиной раз в жизни.
— Я тебя придушу. – проворчал Пол.
По тому, как удалялся его голос, Ригель поняла, что он послушался.
Громыхнуло металлом, и в контейнер пролился мягкий лунный свет. Спасительный, а не смертоносный. Четверых изгнанников объединил отчетливый вздох облегчения.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов