Тёмное наследие

— Следили, — выдавила Барбара, нервно теребя край мантии.

Майкл издал нечленораздельный звук и густо покраснел.

— Это была идея Майкла! — Барбара кивнула так, будто это само по себе всё оправдывало.

— О чём вы ещё знаете? — Эва скрестила руки на груди.

— Ну… — Барбара покосилась на Майкла, — у него хоть зрение и острое, но слух как у глухаря. Ничего путного он не услышал!

— Я пойду, — Майкл сорвался с места, но, сделав пару шагов, передумал.

Тихое хихиканье вырвалось из груди Эвы. Горечь в груди утихла на несколько секунд.

— Я рада, что вы у меня есть.

Барбара обняла её:

— Всё обязательно будет хорошо.

И резко повернулась к Майклу. Брови её сошлись на переносице.

— Майкл, ты хотел уйти? А ну объяснись сейчас же!

Пока они яростно спорили, Эва проскользнула в помещение Башни. На подоконнике лежал букет свежих белых роз, перевязанный зелёной лентой.

День осеннего бала начался. У входа в Главный зал толпились парни в праздничных пиджаках — они то и дело поправляли галстуки, ожидая своих дам. Одиночки же, не зная, куда себя деть, кучковались по углам.

Столы, украшенные белыми скатертями, были полны еды и напитков. У стены с портретами разместились музыканты, наигрывая весёлую музыку. Старосты и дежурные с усердием отлавливали младшекурсников, которым было запрещено посещать мероприятие.

Эва в последний момент решилась пойти с Теодором.

Том отрешённо наблюдал за веселящейся толпой. У стола профессоров он заметил Рика Лэствуда; тот бросил на него короткий взгляд и отвернулся, натягивая улыбку директору Уитману. Уитман был разодет в золотистую мантию, рядом с ним чернела фигура Роберта Ричардсона. Том погрузил руки в карманы, его внимание привлекло другое: Эва появилась в зале, держась за локоть Теодора Промалетти; она выглядела ослепительно: белое платье с пышной юбкой до колен и струящимися рукавами, ниспадающими до кончиков пальцев. Волосы были собраны в изящный пучок, лишь несколько прядей обрамляли лицо.

Созерцание картины времён великой войны не помогла Тому отвлечь внимание. И вот он уже наблюдал, как она смеётся с Теодором. В груди колыхнулось неприятное чувство ревности, которое сменилось стыдом. Он твёрдо решил, что не имеет права чувствовать что-либо к ней… предал… не отступил…

Рука Теодора легла на открытую спину Эвы; Том вступил в схватку со жгучим желанием ворваться в их круг. В этот момент рядом возник Фред Болтон.

— Том, какой-то ты взвинченный. Хочешь расслабиться? — Фред оглянулся на стол профессоров и протянул фляжку. — Виски пронёс.

Том выхватил ёмкость и жадно отпил.

— Э, полегче, он крепкий! — предостерёг тот.

Слова Фреда звучали отдалённо, будто из дна глубокого кувшина. Глаза устремились по залу, ища знакомый силуэт. Заметив её в танцующей толпе, Том сделал ещё глоток и стремительно направился к выходу, боясь окончательно потерять контроль над собой.

— А виски? — растерянно пробормотал Фред и махнул рукой. — Да ну тебя.

Белая рубашка Тома мелькнула у выхода; Эва заметила её и обернулась к Тео. Тот всё понял, и грузно выдохнул.

— Тео, прости, мне нужно отойти.

Сумерки за окном сгущались, погружая коридоры во мрак. Услышав удаляющийся заливистый смех в коридоре, она остановилась и припала спиной к холодной стене. Идти дальше сквозь этот узкий тёмный проход, или вернуться к друзьям в зал? Она обречённо взглянула в темноту. Но там Том… она точно знала, что он на балконе. Как назло, вокруг ни души. Нужно сделать всего лишь десяток шагов, дальше винтовая лестница и балкон. Сделав глубокий вдох, Эва нерешительно шагнула в сторону прохода. Сейчас, или… закрыв глаза, она побежала. Позади послышались быстрые шаги. Ей почудилось, что монстр уже здесь: вот-вот его мерзкие пальцы сомкнутся на её локте, рот накроет потная ладонь, и её уволокут в темноту.

— Эва!

Она распахнула глаза и уткнулась в холодный взгляд Тома.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он.

Крупная дрожь била её тело.

— Искала тебя, — пролепетала она.

Том перевёл взгляд на тёмный проход, затем снова на неё.

В распахнутых дверях балкона она заметила продолговатые колбы над каждым горшком.

— Ты… укрыл их.

— Они замерзают, — раздался в ответ его тихий голос.

— Белые розы, — пробормотала Эва, вспоминая букет в Башне.

Том направился в проход. Она вздрогнула, представив, что останется здесь одна, но он остановился и, обернувшись, протянул ей руку. Готовая разрыдаться от облегчения, Эва подскочила к нему и вцепилась в его пальцы.

— С-спасибо.

В темноте его лица было не разглядеть, он молчал. Но в груди Эвы разлилось тепло, и проход перестал казаться пугающим. Он не отпускал её руку до самой двери зала.

— Том… — начала она.

— Тебе пора, — он разжал пальцы.

— Поговори со мной, — предприняла она отчаянную попытку. — Прошу, ведь между…

— Как мне жить дальше? — перебил он дрогнувшим голосом. — Ты забрала мой покой, Миллер.

Боясь упустить минуты его откровенности, она затараторила:

— Ты будто пытаешься поступить правильно, борешься с собой. Я хочу понять тебя… очень хочу, но ты постоянно замыкаешься!

— Я потерял смысл, — Том отвернулся. — Я не ожидал, что влюбиться в тебя будет проще всего на свете…

Внутри Эвы зажглись тысячи огней, устраивая фейерверк, но следующие слова Тома, остудили её пыл:

— Я прошу тебя, Эва: не ходи больше за мной. И не шатайся одна по тёмным коридорам.

Она смотрела ему вслед, борясь с желанием броситься за ним.

Зима окончательно вступила в свои права. Том стоял в зимнике для птиц. В углу помещения на длинном шесте сидела Лейла, сверля его подозрительным взглядом. Том хмыкнул и вышел. Он остановился под навесом, засматриваясь на заснеженные крыши Тортона. Пар, слетевший с его губ, тут же загустел. Внизу бесцельно слонялись студенты.

Том больше не ходил в Башню и избегал встреч с Эвой. И она беглым шагом проходила мимо, заметив его, а в иной раз вовсе разворачивалась. Каждый раз он останавливал себя, убеждая, что так правильно и это спасёт её. Хотя в глубине души он знал: если она и есть тот потомок Суллы Соглии, то…

Послышался скрип снега, кто-то поднимался по ступеням. Том поспешно стал спускаться, и на лестнице столкнулся с отцом. Лицо Грегора Рэйда было пугающе бледным.

— Какого Мерлина ты игнорируешь мои письма? — процедил он.

Том промолчал.

Нервно оглядевшись по сторонам, Грегор понизил голос:

— У тебя новое задание. Ты знаешь, от кого. Кровь подтвердила: эта девчонка — потомок Суллы Соглии. До новолуния девятнадцать дней. Ты должен доставить её в наше имение.