Осколки купола. Часть 1.

Соберись. Думай логически. Выход есть всегда! - приказала я себе, впиваясь ногтями в ладони до боли.

Я посмотрела на тяжелый браслет из черного титана на левом запястье. На тусклом дисплее мигали системные символы. Никаких данных о местонахождении. Лишь красная точка на карте и таймер, отсчитывающий время: 167 часов и 24 минуты.

Семь суток.

- Семь дней? Что это вообще значит? - мысли лихорадочно метались в раскалывающейся голове, пока я пыталась сообразить, как сюда попала. - Я же помню эту местность! Видела ее на лекции профессора...

Страх сковывал дыхание, но внутренний голос требовал главного: как я оказалась в центре кошмара, который вчера существовал лишь на презентациях?

Успокойся. Паника снижает когнитивные функции. Кислородное голодание приведет к потере сознания, а здесь это смерть. Осмотрись. Просчитай варианты, - эта мантра с уроков тактической логики медленно возвращала контроль над телом.

Я глубоко выдохнула воздух, заставила замереть дрожащие колени и оперлась испачканными в грязи руками о бетон.

Из-за рухнувшей балки донесся резкий шорох и металлический лязг.

Я замерла, едва дыша. Сердце ухнуло вниз.

За обвалившейся стеной, в пятнадцати шагах от меня, показались две фигуры. Мужчины. На них были черные комбинезоны, а на запястьях такие же черные титановые браслеты. Но они смотрели не на меня. Они смотрели друг на друга с оскалом зверей.

- Отдай рюкзак! - прошипел один, сжимая кусок арматуры с заточенным концом.

- Пошел к черту! Кто первый поднял - того и рюкзак!

Драка завязалась мгновенно - жестокая и смертоносная. Они сцепились на бетонном полу с глухим треском. Арматура вошла во что-то мягкое, раздался захлебывающийся крик, и на серый бетон брызнула темная кровь.

Меня обдало ледяной волной ужаса. В Академии учили теории конфликтов, но никто не показывал, как человек забивает другого ради рюкзака. Сейчас здесь не было законов и страж порядка.

Бежать.

Мысль смела остатки выдержки.

Я попятилась, нащупала опору и поднялась на дрожащие ноги. Перешагивая через завалы бетона, бросилась прочь от драки - в лабиринт полуразрушенных зданий.

Подошвы ботинок скользили по влажному бетону. Легкие горели от сырого воздуха, дыхание срывалось на сип. Я бежала вслепую, огибая скелеты домов и обрывки кабелей.

Каждый звук - стук капли, шорох ветра, треск ветки - казался шагами преследователя.

Завернув за угол полуразрушенного павильона, я оступилась. Нога поехала по мху, и я со всего размаха полетела вперед, задев кучу металлических труб.

Они со звоном покатились по полу, эхом отдаваясь в пустотах улицы.

Я замерла на коленях и зажала рот руками. Сердце колотилось как бешеное. Шорох. Кто-то приближался сзади - быстро и почти бесшумно, на звук металла.

Попыталась отползти в щель между бетонными блоками, но силы окончательно оставили меня.

В этот момент из темноты выскользнула тень. Все произошло мгновенно: сильная рука рывком потянула меня на себя и прижала спиной к земле.

Прежде чем я успела вскрикнуть, чужое тело навалилось сверху, а ладонь с силой впилась в мои губы, заглушая крик.

Я забилась, но хватка незнакомки оказалась стальной.

- Тихо, - раздался над ухом сухой женский шепот. - Заткнись и не дергайся, если жить хочешь. Они идут на шум.

Нападавшая двигалась с грацией хищника - быстро, бесшумно и расчетливо. Четким, отработанным до автоматизма движением незнакомка грубо заломила руку за спину, а к открытой шее тут же прижался холодный край тяжелого боевого ножа.

Я задохнулась от неожиданности и страха, но заложенный на моих редких тренировках инстинкт самосохранения заставил меня вскинуть свободную руку, отчаянно пытаясь перехватить вооруженное запястье нападавшей.

- Дернешься хоть на миллиметр - и этот нож перережет тебе горло, поняла? - прошипела девушка, тяжело нависая надо мной.

В тусклом свете заката я смогла разглядеть её лицо. Это была девушка чуть старше меня, но из совершенно другого мира. При всей своей опасности она была красива: резкие черты лица, россыпь золотистых веснушек на щеках, темные волосы и поразительно яркие голубые глаза. На ней был потертый черный комбинезон. На скуле чернела свежая царапина, а короткие пряди сбились набок. В ее взгляде читалась железобетонная решимость убить без колебаний.

Незнакомка уже хотела отшатнуться, как ее взгляд упал на мое запястье. Она замерла, рука с ножом зависла в воздухе, а зрачки расширились.

- Твой номер - голос потерял угрозу, сменившись шоком.

Она перевела взгляд со своего запястья на мое. На обеих руках, подсвеченные синим свечением диодов, горели одинаковые номера: 089.

Два идентичных номера.

Я лихорадочно соображала. Догадаться, где я нахожусь, было несложно - местность выдавала закрытый сектор «Полигон-09». Но почему всё это происходит здесь и сейчас? На лекциях говорили, что испытания на арене прекратили двадцать лет назад, законсервировав объект. Откуда на моем браслете номер участника? И как я вообще оказалась в этой точке, отрезанная от привычного мира? Ответов не было.Если я действительно каким то образом оказалась участницей испытаний на полигоне, то у меня должен быть порядковый номер. И он точно не должен совпадать с номером другого участника. Значит я здесь по ошибке?

Внутри всё сжималось от глухого, леденящего ужаса. Я панически нервничала, не в силах заставить себя успокоиться и собрать разлетевшиеся в разные стороны мысли в единую кучу. Пальцы дрожали, холодный пот катился по спине, а реальность вокруг казалась жутким кошмаром, от которого никак не удавалось проснуться.

Незнакомка медленно, с явным нежеланием убрала нож от моего горла, но дистанцию сокращать не стала. Она резко поднялась на ноги, отряхнула пыль и неожиданно протянула мне руку - из сострадания или внезапно проснувшейся доброты.

- Вставай, куколка, - бросила она коротко и жестко. - Если мы сейчас же не уберемся с этой открытой местности, нас обеих прикончат до того, как закончится первый час турнира. Меня зовут Мишель.

Все еще сильно дрожащими пальцами опираясь о чужую мозолистую ладонь, я с трудом поднялась на ноги. Земля буквально уходила из-под ног, но разум уже работал на предельных оборотах.

- Элизабет, - выдавила я пересохшими, потрескавшимися губами.

Мишель профессионально, цепко окинула меня взглядом - белый, грубый комбинезон Верхнего Купола, в который меня кто-то облачил без моего согласия пока я была без сознания, превратился практически в лохмотья и испачкался в грязи. Бледное лицо, наверняка испуганные глаза. Мишель смотрела так, будто мгновенно просчитала меня: передо ней стояла тепличная девчонка из высшего общества, которую выбросили на этот смертельный полигон на заклание. По крайней мере, в ее глазах читался именно этот холодный, расчетливый диагноз.

Девушка из Нижнего Купола прекрасно знала изнанку этого жестокого мира. Она знала, что в одиночку здесь не прожить и суток. А если в голове этой резкой незнакомки действительно крутились прагматичные мысли о выходе из ситуации, то мои возможные связи, техническая эрудиция или тот самый сбой с одинаковыми номерами... всё это теоретически могло стать нашим общим билетом к спасению.

- Слушай меня очень внимательно, Эл, - жестко сказала Мишель, оглядывая темнеющие, зловещие руины вокруг. - На этом полигоне ровно сто участников. Пощады не будет ни для кого. И если система выдала нам один номер на двоих, значит, кто-то наверху очень сильно облажался, и они будут намеренно заметать следы. Но мы можем повернуть это в свою пользу.

Я замерла, ошеломленно глядя на нее, и переспросила, чувствуя, как внутри холодеет:

- Сто участников? Откуда ты знаешь, сколько здесь людей? Ты знаешь, что здесь происходит?

Мишель криво и горько усмехнулась, перехватив нож поудобнее.

- У нас в Нижнем Куполе об этом судачат годами, - бросила она. - Ходят жуткие легенды о том, куда бесследно исчезают те, за кем приходит система. Забирают всегда молодых - парней и девушек от восемнадцати до двадцати пяти, самых крепких. Отбирают регулярно, циклами: примерно раз в квартал или сразу после крупных сбоев систем. И каждый раз ровно по сто человек. Все знают, что их увозят в один конец, только мало кто понимает куда. Я просто сложила два и два.

- То есть ты хочешь сказать, что людей постоянно забирают и привозят сюда? - мой голос сорвался на шепот, в котором смешались ужас и неверие. - Но... этого просто не может быть! Нам в Академии четко говорили, что подобные испытания закрыли много лет назад, еще двадцать лет назад! Это запрещено, это негуманно, это...

- Очнись, Эл, - резко перебила меня Мишель, в ее глазах блеснул холодный огонь. - Ты до сих пор не поняла, для чего мы здесь? У меня уже есть несколько догадок... И главная из них - что мы угодили в какие-то смертельные игры, где из нас делают живые мишени. На меня за этот неполный час уже успели напасть, и пришлось отбиваться.Я молчала, сглатывая ком в горле, а в голове со страшной скоростью начали всплывать обрывки из презентации профессора.- Биолаборатория... - прошептала я побелевшими губами, чувствуя, как земля уходит из-под ног. - Это не арена для смертельных игр. Я видела презентацию на лекциях в Академии. Нам рассказывали, что в прошлом проводились эксперименты по выживанию людей в экстремальных условиях для поиска особых генных маркеров... Но я думала, это давно в прошлом. Совет просто использует Полигон-09, как гигантскую клетку. Они загоняют ровно сотню отобранных людей - идеальную математическую выборку для моделирования замкнутой экосистемы. Радиация, яд, холод... Им плевать на жизни. В моменты предельного, нечеловеческого стресса они выслеживают у выживших скрытые мутации, иммунитет к вирусам и редкие маркеры ДНК. Мы для них даже не подопытные крысы - мы просто расходный материал!

Мишель внимательно, с неожиданным уважением посмотрела на меня, оценивая масштаб осознания.

- Ну вот, видишь, - тихо произнесла она. - Ты знаешь изнанку этой лживой науки, а я знаю изнанку другого мира. Вместе мы хотя бы понимаем, с чем имеем дело. А теперь нам нужно уходить отсюда, пока сюда не нагрянули новые санитары этой клетки.

Прежде чем я успела ответить хоть слово, из-за обломков соседнего бетонного блока раздался грубый, издевательский смех.

- Смотрите-ка, какие у нас тут милые гости! Две крысы забились в одну нору! - разнесся неприятный, сорванный голос.

Из тени разрушенной железобетонной стены уверенно шагнул крупный, мускулистый парень в тяжелой штурмовой броне. В его руках был армейский карабин, дуло которого смотрело прямо на нас. На запястье отчетливо горел порядковый номер - 014.

Выглядел он как один из профессиональных бойцов, выращенных силовыми структурами для операций в Нижнем Куполе. Их отбирали и тренировали с самого детства - безжалостные машины, для которых не существовало сомнений и жалости, важен был только приказ. И теперь этот хищник выбрал нас своей новой мишенью, начиная собственную кровавую охоту.

Понимание ситуации ударило под дых, мысли пронеслись в голове с бешеной скоростью, отсчитывая секунды до неизбежного столкновения.

- Диего лично приказал мне вас найти! - ухмыльнулся амбал, делая широкий шаг вперед и с легкостью перекладывая палец на спусковой крючок. - И за вас мне заплатят щедрую премию. Руки за голову, обе, живо!

Я сглотнула подступивший к горлу ком. Пересиливая липкий страх, застрявший в ребрах, я расправила плечи и бросила вызов собственному голосу, заставляя его звучать твердо:

- Диего? Кто такой Диего? - набираясь храбрости, уточнила я, не сводя глаз с черного дула карабина.

Боец презрительно хохотнул, тяжело переступая по битому бетону.

- Мертвецам до этого уже нет никакого дела, - процедил он сквозь зубы, резко выставляя оружие прямо напротив меня и натягивая металл приклада к плечу.

Внутренний мир сжался в тугую пружину. Страх на долю секунды парализовал волю, но Мишель действовала с молниеносной. Не раздумывая ни секунды, она толкнула меня за массивную бетонную колонну, одновременно с этим выхватывая из-за пояса пистолет.

Завязалась короткая, но яростная схватка. Амбал открыл плотный шквальный огонь, оплавляя бетон крошкой, искрами и удушливым дымом. Мишель ловко ушла с линии огня, отвечая резким выстрелом, но противник был слишком силен, хорошо защищен броней и явно имел больший боевой опыт. Он приближался к ней все ближе, оттесняя ту в угол плит. Видя, что Мишель зажали в смертельном углу, я пыталась перебороть парализующий страх. В голове выстраивался приблизительный маршрут и вариант действий.

Не долго размышляя, я с отчаянным криком бросилась вперед, подхватила с земли тяжелый обломок ржавой арматуры и со всей накопившейся яростью ударила нападавшего прямо по коленному суставу. Амбал взревел от неожиданной боли, на секунду потеряв равновесие. Этого мгновения хватило с лихвой: Мишель мгновенно сократила дистанцию, сбила его с ног и в доли секунды прижала дуло пистолета прямо к его виску, готовая спустить курок.

- Нет, не убивай его! - выдохнула я, резко вскинув руку.

Мишель замерла на мгновение, тяжело дыша, и бросила на меня изумленный, полный недоумения взгляд. Но в ее глазах я не увидела спора - только прямой вопрос.

- Не надо, - тверже ответила я, переводя дух.

Мишель криво усмехнулась, но послушалась. Вместо смертельного выстрела она с глухим звуком вогнала пулю ему в ногу, заставив захлебнуться новым криком боли, а затем со всего маху рукоятью карабина врезала ему по виску.

Он моментально потерял сознание.

Когда грохот боя окончательно стих, мы обе тяжело, со свистом дышали, прислонившись спинами к холодному бетону.

- Неплохо для девчонки из парниковых условий, - выдохнула Мишель, стирая тыльной стороной ладони кровь со лба и поднимая с земли трофейный карабин убитого мародера.

- Ты меня спасла.

- Ты меня тоже, получается.

Я смотрела на свои мелко дрожащие ладони, впервые в жизни ощутив липкий, осязаемый привкус приближающейся смерти. Переводя дыхание, я посмотрела на оружие в руках напарницы, и в голове вдруг всплыло несоответствие, зудящее набатом.

- Откуда у тебя оружие? - хрипло спросила я, поднимая взгляд на Мишель. - Насколько нам рассказывали, проносить вооружение было категорически запрещено. Его можно добыть только случайно или найдя в тайниках по карте. Но у него был полноценный штурмовой карабин, у тебя - пистолет и нож... Я не понимаю, откуда оно у вас.

Мишель криво усмехнулась, передергивая затвор и проверяя магазин.

- Правила существуют для того, чтобы их обходили те, у кого есть связи или деньги, Эл. Если очень сильно хочется жить и победить, всё можно найти. Главное - вовремя подкупить нужных людей в распределительном центре еще до начала, - коротко бросила она.

Я отвернулась, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Перед глазами пронеслись годы моей сытой и спокойной жизни в Верхнем Куполе. Я никогда не одобряла те действия, которые тут происходили ранее - физически претило всё, что было связано с жестокостью этих испытаний.После той лекции, где нам впервые открыли правду об испытаниях, вернувшись домой, я сразу попыталась выплеснуть это матери, выговорить всё, что кипело внутри, но она лишь побледнела. Оборвав меня на полуслове, она категорически запретила даже произносить это вслух, а потом испуганно перевела разговор на совершенно постороннюю тему, делая вид, что ничего не произошло.

Какая же жестокая ирония судьбы: всё то, что я всю жизнь так яростно отрицала, к чему испытывала глубочайшее презрение, в одночасье стало моей новой реальностью. Я оказалась заброшена в самый эпицентр этого кошмара, и теперь, чтобы просто выжить, мне самой пришлось взять в руки металл и обагрить пальцы кровью. Сбежать от системы не получилось - система просто затащила меня внутрь, заставив играть по своим самым бесчеловечным правилам.

Немного переведя дыхание, мы начали стремительно отступать вглубь руин, уходя как можно дальше от открытых пространств.

- Про какого Диего шла речь? - спросила я.

Мишель нахмурилась, уверенно перепрыгивая через торчащие пучки арматуры.

- Диего - один из главных палачей в Нижнем Куполе и видимо его забросили сюда с нами. Наемник из высших кругов, которому поручено зачищать неугодных и подчищать хвосты. Но меня сейчас волнует совсем другое... - Мишель остановилась на секунду, бросив на меня тяжелый, испытующий взгляд. - Мне нужно найти моего старшего брата. Алекса. Нас раскидало по разным секторам при приземлении. Мы должны прорваться на северную сторону полигона.

- Твой брат? - я удивленно посмотрела на нее. - Значит, ты здесь не одна?

- Нет, не одна, - голос Мишель слегка дрогнул, в нем прорезалась сталь. - Мы всю жизнь выживали в Нижнем Куполе вместе. Мне нужно, что бы ты рассказала, что еще знаешь об этом месте, и за что именно тебя сюда скинули.

И пока мы осторожно продвигались по запутанному лабиринту мертвого мегаполиса, я выложила ей всю правду: рассказала про отчеты разведки, про реальную жизнь за куполом, про чудовищное предательство родного дяди и про то, как система попыталась избавиться от меня за одну страшную ночь.Мишель слушала молча, плотно стиснув зубы и крепко сжимая рукоять оружия.Наверное, стоило промолчать, соврать, прикрыть хотя бы часть информации, - пронеслось в голове с удушливой волной тревоги. - Слишком многого я вывалила на незнакомку.

Но тут же холодный рассудок оборвал эти сомнения: уже поздно. Она только что вытащила меня и спасла от тех парней. Если сейчас не доверять ей - то кому вообще можно верить? Больше у меня не было никого здесь.

- Значит, мы обе здесь не по случайности, - тихо произнесла Мишель, когда мы наконец благополучно укрылись в тени полуразрушенного промышленного ангара, чтобы перевести дух перед новым тяжелым переходом. Она прислонилась спиной к бетонной колонне, тяжело дыша, но ее взгляд оставался ледяным и сосредоточенным. - Нас здесь ровно сто участников. Хотя... возможно уже меньше, это только наши сведения.Мишель резко оттолкнулась от стены, и посмотрела мне прямо в глаза:

- Но правила Совета меня не волнуют. Сначала я найду Алекса - чего бы мне это ни стоило. А потом мы найдем способ вытащить наружу всю эту грязь и заставим ответить каждого ублюдка в белых халатах, кто решил, что имеет право запереть нас в этом аду. Ты со мной?

Я тяжело выдохнула, чувствуя, как холодный рассудок берет верх над паникой, и покачала головой:

- Я с тобой, но героические планы придется отложить на потом, если мы умрем от голода или обезвоживания в первый же день. Я предлагаю сначала найти тайник со снаряжением и припасами. Без еды и воды мы долго не протянем, а сколько продлятся поиски твоего брата - никому не известно. Нам нужно свериться с картой на браслете, найти метки возможных тайников и выдвигаться к самому ближайшему. Это сейчас вопрос нашего выживания.

Мишель на секунду замерла, оценивающе глядя на меня, а затем кивнула:

- Разумно. Открывай карту.

- Погоди, - сказала я, нахмурившись. - Почему ты уверена, что твой брат именно на севере?

Мишель обернулась, тяжело опираясь на ствол карабина, и в ее глазах мелькнула мрачная тень воспоминаний.

- Самый первый парень, который на меня напал, едва я приземлилась на этот проклятый полигон... Это он сказал. Перед тем как я убежала, проболтался, что часть участников мужского пола сбрасывали дальше, на севере. Других ориентиров у нас все равно нет. Либо он там, либо...

Она не договорила, но мне и не нужно было продолжение. Я кивнула, принимая этот довод. Северный сектор оставался нашей единственной и последней нитью.

Глава 4.

27 июля 145 года Н.Э. Три года назад.

Воздух в салоне пах дорогой кожей и свежестью. Мы с Дином ехали на заднем сиденье бесшумного такси, проносясь по верхним эстакадам, а раскинувшийся на десятки километров мегаполис за окном всё не кончался.

Наш город был колоссален - настоящий гигант, соизмеримый размерами с крупными городами-миллионниками старой эпохи. Мы ехали уже больше двадцати минут. За окном сменяли друг друга ярусные сады, раскинувшиеся прямо на крышах небоскребов, прозрачные пешеходные мосты, струящиеся медиафасады и белоснежные жилые кварталы. Скоростные магистрали уходили куда-то вниз, разветвляясь на десятки линий общественного транспорта и подземных веток метро, окутывающих этот огромный живой организм.

Мы наперебой спорили о последней лекции по государственному управлению.

- Да не мог профессор быть прав! - Дин с азартом жестикулировал, откинувшись на мягкое кожаное кресло. - Полный контроль Совета над городом невозможно удерживать одними лишь законами. Нам просто недоговаривают!- Но система работает без сбоев уже десятки лет, Дин, - с улыбкой возразила я, глядя на его взъерошенные волосы. - Профессор приводил реальные цифры и отчеты. Если бы всё строилось на тайных сговорах, а не на четком управлении, Купол давно развалился бы изнутри. Ты просто не хочешь признать, что проспал половину лекции.

- Я не спал, я анализировал! - усмехнулся он.

В пятнадцать лет, сразу после окончания школы, мы вместе поступили в Академию. В Верхнем городе всё было подчинено строгой системе: школа давала базовые дисциплины, а уже с пятнадцати лет из нас начали выковывать управленческую элиту. Учеба в Академии была жесткой и всеобъемлющей. Два года нас обучали всему - от политологии, высшей математики и биотехнологий до психологии и права. Система стремилась сделать из нас универсальных винтиков, способных управлять этим миром.

Но теперь, на рубеже третьего курса, перед нами встал выбор. Переходный момент, определяющий всю дальнейшую жизнь, где наша Академия требовала выбрать узкую специализацию - от биоинженерии до государственного управления.В других же учебных заведениях - учили совершенно другому: там готовили геологов, инженеров-механиков, специалистов по синтетическому топливу и еще более пятидесяти различных направлений во всех сферах жизнедеятельности.

- Лиз, мы ведь никогда не были у самого края. Давай доедем до границы Верхнего Купола?

Идея казалась ребячеством, безумным и заманчивым. Лишь спустя еще полчаса пути пейзаж за окном начал постепенно меняться. Окраина Верхнего города встретила нас той же безупречной архитектурой: даже здесь, на самом краю элитной зоны, стояли белоснежные аккуратные коттеджи, обрамленные пышными садами.Мы отпустили такси и дальше пошли пешком.

Чем ближе мы подходили к границе города, тем сильнее казалось, что впереди - лишь бесконечный горизонт. Из центра Купол казался огромной защитной полусферой, но здесь, вблизи, глаза отказывались фиксировать хоть какую-то преграду. Воздух был прозрачен. Перед нами простиралась лишь тихая, покрытая редким кустарником равнина.

- Смотри, - Дин остановился у самой линии, где ровный газон сменялся сухой ничейной землей. - Ничего нет. Внешне - абсолютно ничего.

Он нагнулся, поднял с земли сероватый камень и, прищурившись, бросил его вперед.

Камень пролетел пару метров, и прямо в воздухе от него в разные стороны побежала едва заметная, призматическая рябь - словно по поверхности тончайшего прозрачного стекла. Пространство на мгновение исказилось, выдавая присутствие невидимой преграды, а затем камень спокойно упал на ту сторону.

Мы видели его. Он лежал всего в трех шагах от нас, за невидимой чертой - четкий, реальный, на той самой внешней земле.

- Судя по всему, через него можно просто перешагнуть, - тихо сказал Дин, подступая ближе. Он протянул руку, но замер в миллиметре от того места, где только что прошел камень. - Физического барьера нет. Воздух проходит, предметы пролетают... Ты видишь, что там за ним? Никакого пепла, никакой ядовитой гари. Просто земля.

Меня обдало неожиданным липким страхом.

- Дин, не надо, - я схватила его за рукав, оттаскивая назад. - Не заходи за черту. Правила безопасности…- Да я и не собирался, - он повернулся ко мне, и в его глазах больше не было привычного азарта. Лишь глубокая, взрослая задумчивость. - Просто подумай, Лиз. Если бы там, снаружи, была безопасная жизнь… мы бы, вероятнее всего, уже давно все были там. Ведь так?