Завтра снова воскресенье

Глава 5. У кого наступил понедельник

Мартынова слушала, почти не перебивая. Когда Дарья рассказала, как держала Юлию за руку и вдруг оказалась в собственной постели, второй полицейский наклонился вперёд и спросил, не засыпала ли она перед этим.

— Нет.

— Хотя бы на секунду?

— Если человек заснул на секунду, он, наверное, не может вам этого точно сказать. Но я сидела, разговаривала и смотрела на часы.

Мартынова записала ответ. Её коллега откинулся на спинку стула.

— А сейчас вы себя как чувствуете?

Дарья посмотрела на него.

— Лучше, чем утром. Хуже, чем позавчера. Только я не знаю, какое из них вам назвать позавчера.

Он кивнул, принимая ответ, и представился: Илья. В городе он был с середины дня, приехал из Петербурга. До этого, объяснил он, видел только сообщения и разговоры в сети, которые очень быстро начали противоречить друг другу.

— У нас тоже противоречат, — сказала Дарья. — Одни люди помнят, другие нет. Я думала, дело в том, уехал человек или остался. Теперь сама уехала и вернулась.

Мартынова подняла глаза от блокнота.

— До этого вы когда-нибудь ночевали по этому адресу в Рощино?

— Никогда. Я с Антониной вчера познакомилась.

— Адрес запомнили?

Дарья назвала улицу и объяснила, как пройти от остановки, возле которой они вышли из такси. Илья записал в свой телефон. Она смотрела, как он набирает, и не могла избавиться от неловкого чувства, будто знает о его работе что-то унизительное, чего он пока не понимает.

— Утром это исчезнет, — сказала она.

— Возможно.

— У нас исчезло.

— Но сейчас можно позвонить и поговорить, — ответил он. — Раз утро ещё не пришло.

Дарья замолчала. Он был прав, и от этого стало легче признать собственную беспомощность. Она дала номер Юлии. На этот раз запись могла хотя бы успеть принести пользу.

Веня стоял возле навеса, притворяясь занятым проводами. Услышав имя матери, подошёл.

— Она к бабушке опять поехала. Сейчас там.

— Мы спросим, удобно ли ей говорить, — сказала Мартынова.

— Она расскажет то же самое.

— Хорошо.

Веня покрутил в руках моток провода.

— А вы сами помните?

Он обращался к женщине. Дарья поняла это раньше, чем та ответила.

— Да. Вчерашний день помню.

— Тогда чего вы нас спрашиваете?

Мартынова закрыла блокнот, оставив палец между страницами.

— Чтобы знать не только то, что было со мной. Я вчера в Рощино не ездила.

Веня кивнул и потащил провод обратно. Его успокоило простое «помню», которого взрослые почему-то не произнесли с самого начала.

Илья встал и отошёл позвонить Юлии. Дарья осталась с Мартыновой. Та заметила рисунок у неё на коленях.

— Это схема?

— Портрет.

Дарья развернула лист. Мартынова посмотрела на рисунок, потом на Петра, который нёс из мастерской пустую коробку.

— Узнаваемо.

— Вы первая так сказали.

Женщина улыбнулась краем рта и снова открыла блокнот.

— Если уедете ещё куда-нибудь, сообщите. Только не нужно делать ничего опасного, чтобы проверить, вернётся ли всё. Люди уже начинают.

— Что начинают?

— Пока спорят, куда можно залезть. Я бы хотела, чтобы на спорах и закончилось.

Дарья вспомнила Венины ладони на клавишах. Новая способность времени вдруг оказалась не только возможностью заново сыграть неудачный такт.

— А боль вернётся? — спросила она.

Мартынова посмотрела на её целый палец.

— Вы же её помните.

Илья вернулся к столу с телефоном и продолжил разговор сидя. Дарья слышала только его половину: сначала он уточнял слова Юлии, потом заново представлялся кому-то и объяснял, почему звонит. Закончив, он рассказал, что Юлия подтвердила свой вчерашний отъезд и возврат. Антонина тоже взяла трубку, но ни о прошлом приезде дочери, ни о гостевании Дарьи ничего вспомнить не смогла.

Дарья спросила:

— Что вы собираетесь делать ночью?

— Останемся здесь. Передадим, что узнали. Посмотрим, что будет в шесть.

— А если утром не вспомните?

Илья некоторое время молчал, потом записал на отдельном листе рабочий номер и протянул ей.

— Позвоните. Скажите, что мы договорились встретиться в десять возле вокзала. Я должен это хотя бы выслушать.

Дарья взяла листок.

— Его тоже может не быть.

— Тогда номер запомните.

Он произнёс цифры ещё раз. Мартынова ждала, пока Дарья повторит их вслух, и не торопила.

К воротам подошли мужчина и женщина с одинаковыми серыми рюкзаками. Дарья заметила их ещё во время разговора: они несколько раз собирались войти и возвращались на улицу. Теперь женщина решительно прошла во двор, а мужчина остался у ворот, скрестив руки.

— Мне сказали, здесь помогают, — произнесла она.

Греков пододвинул ей стул.

— Садитесь. Вода, чай?

— Мне надо, чтобы ему объяснили.

Она показала на спутника. Он подошёл, потому что после этого стоять отдельно уже не имело смысла.

— Я не против послушать, — сказал он. — Я против того, чтобы нас снимали.

Греков оглядел двор и попросил убрать телефоны тех, кто держал их направленными на новых людей. Пётр увёл Веню к инструментам. Дарья пересела ближе к Мартыновой, оставляя супругам место.

— Ольга, — представилась женщина. — Это мой муж Игорь. Мы из Петербурга. Я помню три воскресенья. Он помнит одно.

— Сегодня третье, — уточнила Дарья.

— Для нас — да. Для него каждый раз первое. И каждый раз он спрашивает, не переутомилась ли я.

Игорь посмотрел на жену.

— А что я должен спросить? Мы утром приехали гулять, ты начинаешь рассказывать…

— Я приехала в субботу! Ты в воскресенье. Я второй раз уже объясняю.

Он хотел ответить, но Мартынова попросила не спешить и задала Ольге вопрос о гостинице. Та достала телефон, показала бронь и переписку с мужем. На экране стояли субботние сообщения: она писала, что уже заселилась; он обещал приехать утром, когда закончит дела.

— Почему отдельно? — спросил Илья.

— У меня встреча с подругой была. Мы давно собирались. Игорь не мог раньше. Решили, я переночую, он утром подъедет и вместе погуляем.

— Сегодня вы тоже проснулись в гостинице?

— Да. И вспомнила, что вчера уже это делала. И позавчера. А вещи опять не собраны, и он пишет, что скоро будет.

Игорь взял телефон у неё из рук, посмотрел на свою переписку и вернул.

— Это я помню. Это было вчера. В субботу.

— А ссору из-за башни помнишь? — спросила Ольга. — Ты хотел туда идти, я сказала, хватит мне уже этих лестниц. Мы потом помирились в кафе. Ты мне ещё кофе заказал без спроса, а я не хотела кофе.

— Оля.

— Ладно. Другой вопрос. Ты вчера сказал, что хотел бы завести собаку.

Игорь открыл рот и посмотрел на неё почти сердито.

— Я тебе это давно говорил.

— Давно говорил, что не хочешь. А вчера согласился. Я полночи выбирала фотографии, чтоб утром показать. Теперь фотографий нет, и ты опять не хочешь.

Греков налил ей воды. Она выпила сразу полстакана и опустила голову.

Дарья смотрела на субботнюю бронь в телефоне. Женщина приехала из Петербурга и помнила. Значит, дело было не в том, где человек живёт. Муж появился позже и не помнил. Дарья пыталась совместить это с девочкой в электричке и взрослым, который отрицал вчерашнюю поездку.

— А во сколько вы приехали в воскресенье? — спросила она Игоря.

— После восьми.

— А в шесть где были?

— Дома. Собирался.

Мартынова повернулась к Дарье.

— Вы про то утро, которое до всех повторов?

— Да. Может, нужно спрашивать про него. Мы всё спрашиваем, местный человек или нет.

Илья вынул блокнот. Дарья назвала Веню, Юлию, себя и попросила Петра подойти. Она не знала, где он был в то первое утро, хотя уже несколько раз думала о нём как о человеке с точно такой же памятью.

Пётр сказал, что спал дома. Веня — что уже вернулся с ночной репетиции и собирался ложиться. Дарья вспомнила его мгновенный ответ на сообщение в шесть. Юлия в это время была у себя на кухне, готовилась ехать к матери; об этом она рассказала Илье по телефону. Ольга спала в гостинице. Игорь ещё не выехал из Петербурга.

— Мало людей, — сказал Илья.

— Да, — согласилась Мартынова. — Но теперь есть что спрашивать.

Она подняла голову и попросила Грекова найти в толпе тех, кто жил в городе, но ночевал перед воскресеньем в другом месте. Он тут же отправился к столу с играми. Через несколько минут с ним пришла женщина, которая весь день жаловалась, что её муж «ничего не признаёт». Он возвращался с дачи только утром. Дарья попросила прежде всего позвонить ему и спросить прямо, не пересказывая ответ за него.

Ольга сидела рядом, сжимая стакан.

— Так это не у меня?

— Мы пока не знаем, что это, — ответила Дарья.

— Я не про название. Я всё это правда прожила?

Дарья посмотрела на рисунок, который никак не удавалось ровно свернуть.

— Я свой день прожила. И тот, который вы тоже помните. У меня пока только это.

Игорь сел рядом с женой. Ему не стало понятнее, но спорить сразу он перестал.

— Про собаку мы можем ещё раз поговорить, — сказал он.

Ольга закрыла глаза.

— Только не соглашайся, чтобы я успокоилась.

— Не соглашусь.

Она посмотрела на него и неожиданно засмеялась. Игорь осторожно улыбнулся в ответ, словно соглашаться на смех тоже следовало постепенно.

В эту ночь Дарья легла дома. Она оставила телефон рядом, заранее запомнила номер Ильи и сказала матери, что пока остаётся в Выборге. Та попросила не сердиться, если утром спросит всё снова. За день ей прислали столько сообщений и объяснений, что она уже не пыталась выбирать между ними.

— Мам, ты ведь не обязана мне верить сразу, — сказала Дарья.

— Должна же я тебе хоть в чём-то верить. Ты сказала, что поела. В это верю.

Дарья посмотрела на пустую коробку от пирожных, которую зачем-то принесла домой вместе с рисунком.

— Поела.

Перед сном она прикрепила рисунок магнитом к холодильнику. Завтра он, вероятно, исчезнет, но несколько часов мог повисеть. На листе Пётр выглядел сердитым и немного кривым. Дарья поправила верхний угол, чтобы он держался крепче, и пошла спать.

Утром рисунка не было.

Она проснулась от знакомого будильника и впервые не вскочила. Посидела на краю кровати, проверила дату и набрала номер, который повторяла перед сном. Илья ответил после нескольких гудков.

— Это Дарья Рогова из Выборга. Мы вчера договорились встретиться у вокзала в десять.

Он помолчал.

— Кто дал вам этот номер?

— Вы.

— Вчера?

— Для меня вчера. Для вас ещё не было.

Она услышала шорох, какие-то голоса на заднем плане. Илья попросил подождать, отошёл и заговорил тише.

— Вы сейчас одна?

Дарья закрыла глаза. Вчера этот вопрос мог означать заботу. Сегодня он обозначал расстояние, на котором они опять оказались друг от друга.

— Сейчас одна. Вечером с нами были Регина Мартынова, Дмитрий Греков, Пётр Стрельцов. Вы разговаривали с Юлией Бажиной и её матерью. Собирались остаться в городе до шести и передать записи. Я не знаю, что у вас получилось.

Он выслушал её до конца.

— Я свяжусь с Мартыновой.

— Пожалуйста. Она помнит.

После разговора Дарья снова легла и некоторое время смотрела в потолок. Номер она запомнила правильно. Ей хотелось считать это успехом, но пока успех состоял в том, что теперь не надо было искать человека, который ничего не знает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.