Художественная литература

Золотые ножницы

Котёнок – насколько же прелестное, пахнущее беззаботным детством, милейшее существо. Держа его на руках трудно не задуматься о прошлом. Даже самый ворчливый и хмурый дед задумается о временах, когда он был ещё совсем маленьким, казалось бы, почти таким же как и котёнок.

И насколько же может быть ужасным, если животное попадает не в те руки.

Давайте эта история начнётся так, как обычно начинаются сказки... Жил-был однажды в одной сибиркой деревушке котёнок. Его недавно приютила семья Карасевых. Карасевы были достаточно странной семейкой: из их дома часто были слышны крики. Те, что по утрам и, порою, вечерам, проходили мимо их жилища, могли быть свидетелями самых ужасных сцен. Но все боялись что-то с этим делать. Тем более, раз Карасевых всё устраивает...

«Да и зачем что-то делать, когда меня не касается» – думало глупое, безответственное большинство.

И потому котёнок остался совсем один в этой борьбе.

Однажды к ним в гости заехал их средний сын, Толик. Толик был добрым мужчиной немного полного телосложения. Он был добродушным, уступчивым, и, казалось, и мухи бы не обидел! Вернее, конфликтовать-то он мог, но вот зачастую смысла в этом нет. Потому любой конфликт с Толиком для окружающих мигом преображался в бестолковую попытку разбить стену о лоб – конечно же, разобьётся именно лоб.

Вот такой вот темпераментный, чрезвычайно светлый человек приехал.

Конечно, родственники мигом начали прятать все проблемы под кровати и столы, под ковры и стулья – уговорили пьяниц не пить, драчунов не драться, а бездельников хотя бы встать с дивана уже наконец.

— А котёнка?

— Что котёнка.

— Вдруг он нагадит где? — сказала сестрица с таким удивлением, будто её действительно поразило, что дома была именно живая, настоящая кошка, а не какая-то игрушка.

— Да выкинуть его пора! — прошипела миссис Карасева. — Зачем он нам тут сдался? — На самом деле, такой семейке даже игрушку трудно было бы доверить...

— Нет! Не выкидывайте! Это моё! Это мой подарок! — оживился ленивый худенький паренёк, разложившийся неподалёку на печи. Он вообще оттуда слезает?

— Ладно. Тогда запрём её на чердаке. — бессердечная женщина схватила котёнка.

Животное, в надежде, что его наконец погладят, радостно начало располагаться на руках у женщины, но не тут-то было. Котика отнесли в тёмный подвал и выбросили туда, надёжно закрыв дверь – чтобы не посмел выбираться.

Котёнок сел в самый краюшек и по его мордочке покатились слёзки.

К приезду, собственно, подготовились. Ждут. И тут дверь отворяется и перед ними предстаёт Толик, держащий в своих руках гостиницы и подарки. И тут же весь фальшь разрушился на глазах: вся лживая сдержанность прекратилась звериным визгом, а культурность разбилась вдребезги с криков «Мне!».

Дети буквально накинулись на подарки, начав их делить и даже драться. Началась ругань, истерика. Взрослые же просто сделали вид, что ничего не происходит...

— «Дисциплинированностью, хотя бы базовой, тут и не пахнет» — с другой стороны, а что уже может удивить Толика. Столько лет тут жил. И как человеком стал? Непонятно.

Конечно он больше обдумывал вопрос дисциплинированности самих родителей. И то, как они тут их... воспитывают. А вернее – собираются ли воспитывать.

— Вы заходите, заходите. — сказала миссис Карасева, натянув улыбку на своё лицо. — Проходите пожалуйста.

Видимо, она искренне полагала, что ничего не чувствуется. Что ж, там стояла такая атмосфера, что чувствовалось всё. Как и... запах кошки? Они завели кошку?

Они?!

И куда же они её запропастили. Толик обошёл, кажется, весь дом. Он чуял запах, но не видел её. Смотрел под кроватями, пока миссис и мистер Карасевы были на что-то отвлечены. И тут он понял – чердак! Неужели чердак?

Но как пройти на чердак так, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания? Он всё же был готов рискнуть. Скажет если что, что направился посмотреть на свои старые коллекции фигурок и на отправленные на чердак старые вещи. Всё же, повспоминать приехал!

А коль и будет скандал, он стоил спасения котёнка. Пускай ненавидят сколько хотят. Люди в целом любят это чувство – ненависть. Зачастую им и причина не нужна.

И да, на чердаке он нашёл котёнка. И что делать? Надо спасать животное! Здесь он мог и вовсе... замёрзнуть... Этого кошмара Толик бы не допустил. Ему уже выделили отдельную комнату мистер и миссис Карасевы. Когда все отвлеклись, Толик тихо перенёс туда котёночка.

— Мяу. — благодарил котёнок своего спасителя, будучи у того ещё на руках.

— Тихо, тихо. Всё хорошо. Давай чтобы тебя не нашли.

И, словно поняв человеческую речь, котёнок умолк и послушно уставился на своего нового, более любящего и доброго, хозяина.

Кажется, ещё он хотел есть.

Толик приказал котёночку сидеть тихо и не выбегать из комнаты никуда, закрыл дверь на всякий случай (вдруг котёнок сильно любопытный, а так рисковать он не мог) и ушёл проведать, нет ли в доме где-то кошачьей еды.

Он надеялся, что хоть её не успели убрать к его прибытию.

И всё же он раздобыл еды. Не успели, то и хорошо. На всякий случай взял всю – чтобы каждый из членов семьи решил, что это другие постарались и спрятали «улики». А на деле они достались Толику, вернее его новому другу.

Мужчина с видом победителя зашёл в комнату, закрыл дверь чтобы никто не вошёл, и наконец покормил котёночка.

Вдруг в коридоре послышался какой-то резкий стук. Котёнок дёрнулся и уставился на закрытую дверь. Бедный котёночек... Он боится. Сильно боится.

Настолько зашугали.

Надо было что-то придумать. Хотелось бы отвлечь котика на что-то. Например, на игрушку. Но откуда ей взяться? Денег у Толика почти не было – тот потому и приехал, что уволили с работы и нечем стало платить за аренду. Конечно, вопрос решаемый и скоро он найдёт новую, но игрушка же нужна здесь и сейчас. И как успокоить нового друга?

Котёнок посмотрел на доброе лицо Толи, словно учуяв душевные метания и неразбериху в его голове и будто говоря:

— Ты мне и так сильно помог.

Заметив этот взгляд на себе, мужчина выдохнул и успокоился.

«Придумал!»

Он вспомнил, что его жена в последнее время сильно увлекалась шитьём. И как раз что-то из этого всего и было в его сумке! Открыв сумку и вытряхнув оттуда всё, тот внимательно осмотрел вещи. Оттуда из полезного для такого дела вывалились разве что ножницы, мячик, парочка ниток, веревочек, и несколько тряпок. Разве недостаточно?

Быстро смастерив игрушку, Толик показал её котику.

Котёнок заметил мячик на верёвочке и сразу заинтересовался им, моментально поняв, что нужно делать. Им было весело. Они игрались с этим мячиком, Толик гладил котёнка, обнимал, потом они вновь играли и...

Котику, конечно, мячик был безразличен как таковой. Котёнок был счастлив, потому что впервые за очень долгое время почувствовал себя любимым.

Почувствовал себя не «помехой», не «игрушкой», не «подарком», а просто... котёнком. Простым. Милым. И желающим нежности.

И вот настало время уезжать. Миссис Карасева видимо побывала на чердаке и радостная оттуда спустилась. Судя по лицу у неё в мыслях было что-то вроде: «Помеха исчезла!». Теперь можно было спокойно заявить своим детишкам, что котёнок пропал и больше не вернётся, а самой забить на всё это и жить дальше себе припеваючи. И зачем ей была нужна кошка? Чисто забавы ради, или ради забавы безответственных детей? В целом, «яблоня от яблони»...

А значит, это отличный повод забрать котёнка с собой!

Уезжая, тот в машине показал котёнка жене и рассказал всю историю: как нашёл бедное животное на чердаке, и остальное... Конечно, жена одобрила идею мужа забрать к себе столь милейшее создание, с которым так несправедливо обходились.

Через неделю вновь случился финансовый кризис в семье Толика. Тот уже не знал, куда и деваться. С горя перебирая вещи в своей сумке, тот заметил кое-что блестящее на самом дне.

Это были те самые ножницы, благодаря которым он сделал там игрушку котёнку. Но они... изменились. Они превратились в чистое золото. Золотые ножницы! Даже представить трудно, сколько они стояли! Это моментально бы спасло всё их положение.

Тем же временем к Толику на коленки сел сам котёнок.

— Золотые руки у тебя, Толик. А золотые руки пропадать не должны. — промурчал тот. — Продай золотые ножницы, открой мастерскую, и не будете больше вы ни в какой беде...

С тех пор в городе появилась новая мастерская игрушек. Великий мастер производил там свои игрушки, их любили дети, а порой мастер даже развозил их по детским домам, чтобы каждый ребёнок имел возможность получить радость от доброй, милой куклы...

— Вот и история наша подошла к концу. Мур.

Зайчик по имени Рит

Ненависть окружает нас везде. От самых потаённых уголков леса до шумных городских шоссе. Везде люди умудряются пускать в воздух это проклятое, дикое ощущение ненависти.

Но раз в мире есть яд, то есть и противоядие. Любовь.

То, что лечит от ненависти. То, что исцеляет раны. Прекрасное ощущение, что дарует силу всем любящим и любимым. Но прекрасная, но чужая любовь, даже она может вызвать ненависть у окружающих людей.

Прежде всего в ненависти зарыты страхи, сомнения, и просто – зависть. Люди не знают, как ещё проявить эмоции, боятся их, и потому используют самое простое, самое животное ощущение, что проще всего показать. Им является ненависть. Проявление ненависти можно увидеть и у животных. И даже там оно означало то, что зверь хочет защититься. Хищник, следующий за добычей, не ненавидит её, он просто безумно голоден или отстаивает свою территорию. А добыча сильно ненавидит хищника.

А люди, что за долгие столетия и тысячелетия должны были вырасти из этого животного мира, на самом деле просто выдумали для ненависти больше оправданий. И сами в них поверили.

Петя шёл из школы, вытирая слёзы. Одноклассники его ненавидели. За каждый успех, за каждое достижение, за каждый шаг. Пётр очень хотел поскорее вырасти и найти работу, как можно скорее приняться за взрослую жизнь, чтобы получить ресурсы. Он мечтал стать преподавателем литературы, и невольно представлял на уроках себя перед классом, рассказывающим о скрытом смысле произведений поэтов серебряного века...

Сегодня его побили за то, что тот получил первое место в конкурсе стихов. Парень полагал, что на этом всё закончится: ему выдадут диплом и он пойдёт и покажет его маме с папой. Но не ожидал, что придётся выступить перед всем классом и этот стих прочесть...

Где-то к середине чтения по классу прокатился шквал усмешек, от этого его голос стал совсем мямлящим, что только усилило старания юных критиков. Под конец половина одноклассников и одноклассниц ехидно улыбались, глядя ему в глаза. Преподаватель, решив, что они просто рады за одноклассника, ушла в коридор и там началось обсуждение. Там стоял ещё один учитель?

Идя к своей парте ему и ставили подножки, и позади него лились оскорбления. В общем, окружению эта «минутка творчества» не понравилась. Парень терпел. Почему терпел? Может, стоило ответить? Но тогда началась бы драка. Как будто только этого ещё не хватало...

— Вот бы оказаться в каком-нибудь другом мире...

Это кто сказал?

— ... без ненависти и насилия.

Кто это сказал?

Петя посмотрел под ноги. Речь шла откуда-то оттуда. Стоп... чего?

Там был... зайчик? Обычный заяц. Смотрел на него своими глазками-бусинками и, видимо, внимательно рассматривал Петю. Буквально «пожирал» его взглядом.

— Ты, конечно, тупенький, но точно не глухой. — пробормотал заяц.

Чего?! Это сейчас что было?

— «Свихнулся» — подумал Петя.

— Покушать есть чего? — сказал заяц.

— Ты кто? — сказал удивлённо Петя, надеясь, что где-то позади него это не видят одноклассники. Благо, тот ушёл за двадцать минут до окончания уроков, чтобы те не застали его – насмешек было бы точно не избежать после того казуса.

— Я Ричард. Друзья зовут меня Рит. — заяц шмыгнул. — Можно просто Рит.

— Кролик по имени Рит... Я точно сошёл с ума... — казалось, вот-вот Петя упадёт к обморок.

— Да не кролик я! А заяц.

Как оказалось, заяц Ричард пришёл к Пете не просто так. От Пети исходило настолько много обиды и горечи, что лес не мог его так оставить и послал своего стражника – в виде милого зайчика, конечно же, чтобы не спугнуть. Оказалось, лес слышит нас. Но не наши слова, а наши эмоции, то, что мы чувствуем.

Эта мысль казалась настолько же прекрасной, как и пугающей.

Ричард отвёл Петю к речке. Мальчик смотрел на прекрасный вид снежного хвойного леса, обворожительную заледеневшую речку, красота которой так и тянула, так и манила к себе... Звала.

Звала?

Это был совершенно другой мир. Беззаботный, полный чудес и прекрасного. Полный приятных ароматов, удивительных воспоминаний в виде заснеженных пейзажей – бери любое и рисуй, – и конечно, волшебства!

Снег, будто стильная шубка на плечах элегантной девушки, придавал лесу свой особый шарм, характер. Пете хотелось лечь на него и смотреть в небеса, погрузившись в мечты и никогда больше не пуская печаль в своё сердце.

И сердце растаяло в блаженстве.

Ему было так хорошо, и оттого – так непривычно. Словно он нашёл давно утерянную игрушку, которую так любил и берёг когда-то, и что внезапно куда-то запропастилась со взрослением. Тяжело это, взрослеть... Да и судя по поведению многих, коих можно было бы назвать взрослыми, часто это взросление и незаметно – просто дети будто меняли облик.

Ведь будем честны, нам всем хочется побыть иногда чуть-чуть детьми.

А вот и последняя остановочка: заяц Ричард показал Пете целое снежное королевство. В снежных домах жили гномики, что были в два раза ниже парня, а вокруг царила гармония и слышалось пение птиц.

— Располагайся поудобнее! Ты можешь здесь пожить какое-то время. Отдохни.

— А можно... можно я сюда маму с папой приведу? — сказал мальчик ошарашенным голосом. После увиденного тяжело быстро прийти в себя.

— Нет. Это единственное условие, никого сюда приводить нельзя. — сказал зайчик, к слову, достаточно недобрым голосом. По крайней мере, не таким добрым, как до этого. — Никого. Забудь.

— Но... мои мама с папой... Им бы тоже не помешал бы отдых. Хотя бы какой-то!

— Ты думаешь, что им бы это помогло?

Петя задумался.

Он спустился к речке и смотрел на лёд. На льду показалось его отражение. Настолько кристально чистым он был? Действительно сказочное место.

— И что мне выбрать? Как мне быть? Там, вдали, меня ждут как мои родные, так и мои недруги. Как те, что меня любят, так и те, что ненавидят. Как быть?

— Конечно же иди к родным! — сказало отражение.

— Но я боюсь... Здесь тихо и так сказочно, мне хочется оставаться тут... — Петя разрывался. И, кажется, вот-вот заплакал бы, если бы не диалог с отражением.

— А с родными не тихо и сказочно? — удивленно произнесло оно.

— Они часто ссорятся.

— М-м-м... — Петя по ту сторону льда видно приуныл. — Знакомо.

— Ещё и эти одноклассники... И что же мне делать?

— А где твоя любовь?

— Я люблю одноклассницу.

— Не про эту. Я про твоё сердце. — ухмыльнулось отражение. — Где оно? Ты любишь родителей?

— Да.

— Даже несмотря на их ссоры между собой?

— Конечно. Я люблю родителей. И поэтому беспокоюсь за них...

— Ты ненавидишь людей. Но знаешь, гораздо легче... ненавидеть сам грех. Не родителей, за то, что ссорятся, а сами ссоры. Не одноклассников за то, что злятся, боятся, завидуют, а саму злобу, сам страх, саму зависть. Ненавидь грех, совершаемый ими, ведь ты заслужено ненавидишь грех. Но люди... они...

— Они...

— Они куда сложнее, чем может показаться. Они молчат, потому что боятся остановить несправедливость. Они боятся, а потому и ненавидят. Они завидуют, а потому и злятся. — отражение засмеялось. — А потому только сам грех заслуживает лютой ненависти.

И на душе у Пети стало спокойнее. Он ушёл от реки и повстречал зайку.

— Домой? — спросил тот.

— Домой.

На следующий день он не обижался на проделки глупых одноклассников, не замечал язвительных разговоров за спиной и сплетен, и если что говорил прямо, что ему что-то не нравится. Учитель начал обращать внимание на проблему, вступаться за него.

Дома он поговорил с родителями и спокойно обсудил с ними проблему их ссор. Поначалу они вновь хотели перевести и этот разговор в ссору, взвалив груз ответственности друг на друга (эх, как малые дети!), но потом прислушались к мальчику и даже начали договариваться.

И, казалось, и лес успокоился. Петя был рад, что всё начало налаживаться. Главное: семья и близкие рядом. Через остальное можно пройти.

— А снежные замки я как-нибудь и сам построю! — смотрел мальчик в небо, лёжа на снегу.

Но на следующий день на доске объявлений появилось уведомление: «Внимание! В городе начали пропадать дети...». А точно ли это был стражник?..

В волшебной стране однажды…

Алиса сильно болела. Саше было трудно смотреть на больную сестру: та была очень слаба, еле держала веки открытыми, с трудом выговаривала слова. В голову так и лезли воспоминания, когда всё было иначе. Он не знал, что сказать, чтобы поддержать её. Было трудно подобрать нужные слова.

Такое чувство, что он остался совсем один в этом мире.

Но нет. Рядом была мама. Она также беспокоилась и волновалась за дочь. Ей было страшно, женщина с мольбами глядела то на сестру, то на медицинский персонал.

— Её можно спасти? — женщина надеялась услышать что угодно, кроме злосчастного «нет».

К сожалению, её надежды не оправдались:

— Не думаю... — сказала медсестра. — У нас практически нет нужных для лечения медикаментов. В стране война, сами понимаете...

— «Война... Взрослые люди променяли здоровье своих детей на гордыню и смерть. Интересно, насколько большим будет чек на том свете за эти грехи? Очень... Думаю очень большим. Незавидно» — внутри брата кипела ненависть. Он старался отгонять злые мысли, но не понимал... как... Как можно променять...

Нет целей, которые бы стоили здоровья детей.

Почти всю следующую неделю он не мог ничего, кроме как лежать на кровати и смотреть в потолок. Голову наполняла только одна лишь мысль: «А как там Алиса». Было ли девочке сейчас плохо? Даже думать о таком больно, страшно и в целом неприятно. А может, с ней всё хорошо и она уже идёт на поправку несмотря ни на что? Эта мысль спасала, будто ставя психику снова на ноги. Вселяла веру и надежду.

Однажды к нему подбежал его серый, немного толстенький кот Барсик и тихо шепнул:

— Ты хочешь спасти Алису?

— Да... Да, конечно... — а про себя подумал «Ну всё, окончательно чокнулся тут».

— Ты не сбрендил. Мы, коты, в целом неразговорчивы. Но вот тут усидеть не мог. Ты уже неделю лежишь и только и делаешь, что плачешь. Так не пойдет, Сашенька. — кот довольно ухмыльнулся. — Узнал я про всё. И знаю того, кто помочь бы мог.

— И кто это? — Александру, всё же, пока было трудно признать, что коты умеют разговаривать, а не только мяукать. — И кто этот прекрасный целитель?

— Не целитель он. Но повелитель. А повелевает он своим сказочным королевством. — Кот подошел поближе. Продолжил, будто шепча: — И знает место, где есть волшебное лекарство. Оно и поможет твоей сестрёнке!

У Саши не было варианта не верить и отказаться от такой возможности. Всяко лучше, чем лежать на кровати и страдать. Он был в деле!

— Ну тогда пойдём. — сказал кот, будто прочитав мысли мальчика.

Если коты ещё и мысли читать умеют, то вообще...

Перед Сашей открылся портал и туда мигом проскочил серый кот. Сделав несколько шагов вперёд, перед парнем показался целый сказочный мир...

— Нам нужно найти короля. — кот повёл растерянного Сашу за собой.

— Короля?

— Саша, давай подумай на секундочку. Я кот. Мы в королевстве котов. Это королевство. А королевством правит кто?

— Король?

— Правильно.

— И мы к нему идём?

— Да, ведь только он знает, где лекарство.

— А почему ты раньше мне... нам... ничего не показывал?

— Ох, показывать людям лишний раз это место опасно. Вы немного... безумные, что ли. То, что вы в учебниках биологии назвали себя разумными, далеко не делает вас таковыми.

— Да... — через какое-то время Саша добавил: — Согласен...

Почему-то пареньку казалось, что за ним с Барсиком кто-то следит. Кто-то невидимый. Или это его психика пыталась адаптироваться к новой, достаточно странной обстановке и шокирующим обстоятельствам?