Источник света - Черная Звезда.

— Уважаемый, а духовных ядер не находили? — игриво спросила Эмиль, пробежавшись по мне волной силы уровня Святого (8). Тон был лёгкий, почти кокетливый, но в самой этой проверке сквозила привычка не доверять никому.

— Нет, — ответил я сухо. В костюме Шрууфа она меня ещё не знала, и раскрывать карты раньше времени не стоило.

— В газете писали, что Гари захотел спариться с Гризой, но потом передумал — и съел её вместе с зоотехником! — она чуть наклонила голову, будто сама не верила в эту дикую историю, но ей нравилось произносить её вслух.

— О, а Гриза уже имела Духовное Ядро? — удивился я. Новость звучала как дурной анекдот, но в этом мире даже самые нелепые слухи нередко оказывались чистой правдой.

— Она не имела мозгов связываться с таким дегенератом! — в разговор резко вмешался Мига, плавно вынырнув из машинного отделения: услышав женский голос, он не смог устоять.

Он и правда был самым привлекательным из членов команды — с точки зрения женского пола. Высокий, стройный, с кубиками пресса на животе, он словно сошёл с рекламного плаката «Идеальный помощник капитана». Вот только в духовном плане он был слабоват — уровень полусвятого (7). Для Сии это даже отличный результат, а вот для Селура — так, чуть выше плинтуса. Ему не тягаться с Просветлённой пассажиркой, да ещё и с ридикюлем, в котором, возможно, спрятано чтото куда опаснее любого ядра.

— Ха, если бы ты, хамло, её увидел, так не говорил! Гриза была посвоему прекрасна! — Эмиль вспылила, и эта вспышка выдала её с головой: она оттолкнула Мигу не просто ладонью — а волной силы, резкой и точной, как удар хлыста.

— Понял! Чего тут не понять! — Мига тут же попятился, уходя на полусогнутых, будто боялся, что эта волна вернётся и ударит сильнее.

«Ха, а она прокололась… Спасибо, Мига… Просветлённая (9)», — поразился я. В порыве гнева дама несколько переусердствовала, не понимая, что на этом корабле найдётся тот, кто заметит и поймёт, что за маской кокетства прячется сила, которой не место на тюремном баркасе.

— Уважаемый, не переживайте, я могу за себя постоять! — снова улыбнулась Эмиль, на этот раз спокойно, будто и не было вспышки. С лёгким поклоном она развернулась и ушла в свою камеру — туда, где в углу притаился соседпаук, похожий на чёрную бархатную ежевику.

«Что же у неё такого в том ридикюле?» — подумала моя оцифрованная часть сознания. Она работала отдельно, холодно и расчётливо, пока я продолжал тереть трап, делая вид, что меня волнует только чистота.

Да, я активно занимался своим развитием. После последнего апгрейда, благодаря Креоне и, хаха, очередной жене Васаль Ангур, я стал гораздо сильнее. Конечно, до Обожествления ещё далеко, но, думаю, ста лет хватит, чтобы получить вторую звезду. Мне, собственно, и не нужно уже торопиться: размеренной жизнью я смогу прожить тысячу лет, а там каждое Возвышение Звёздности добавит ещё по столетию. Оптимально иметь две звезды: тебя уже практически никто не тронет, а в сумме потеряешь только одну сотню лет. Какая, в сущности, разница — умереть в 1700 или в 1800? Конечно, с высоты моих 265 лет (если считать по рождению души) кажется, что её нет.

Естественно, свой возраст я считаю по рождению Души. Если брать в расчёт физическое тело, то мне только годик исполнился. Нет, конечно, есть ещё тело в анабиозе в камере на Луре, с оплаченным проживанием сроком в триста лет. Илаем зовут. Но зачем оно мне? Так, только для размножения. Существовать я буду в этом телеартефакте 13го уровня. Да, это и не предел: придумаю или найду чтонибудь, чтобы сделать артефакт сильнее.

«Однако поживём — увидим!» — мысленно усмехнулся и вернулся к работе.

Пока мы прошли проверку военного флота и покинули сектор Сии, прыгнув поближе к Луне Меркури. Этот сектор выглядел особенно красиво: тёмное, как сажа, пространство и неоновое, будто догорающее солнце создавали странный, почти театральный контраст. Яркие соседние звёзды, словно прожекторы, выхватывали из тьмы отдельные участки космоса, делая их похожими на сцены, где вотвот начнётся представление. Чувствовал: это представление будет кровавым.

Я уже практически домыл пол, как вдруг заметил в углу приоткрытый ридикюль красотки. Только хотел его осмотреть, прикинуть, что там может прятаться, как вновь, будто из ниоткуда, проявился Мига — и со своим вечным словесным поносом он сразу пошёл в атаку:

— Ты, падла, раб! Как на меня посмел посмотреть, да ещё и перед дамой!

Мне было фиолетово на его слова. Но вот что он прошёлся по чистому, только что вымытому полу, оставляя за собой масляные следы от ботинок, — это уже бесило. Хотелось его физиономией эту палубу отдраить. Я слегка толкнул его духовной силой — так, чтобы сбить с ног, не ломая костей.

Но до удара дело не дошло.

Гари както ловко освободил свой хвост и сделал всё за меня. Рога, изогнутые, как трезубец, взметнулись в сторону Миги — и в одно мгновение насадили его, будто на вилку. Крокодил даже намордник скинул — молниеносно, одним резким движением головы. А потом, не теряя ни секунды, отправил караульного прямиком в свою громадную пасть.

Я стоял, зачарованный этим развитием событий, и только потом заметил маленькую обезьянку — она мелькнула в тени, крошечным ножом быстро и точно резала канаты, освобождая другие конечности Гари. Тонкие лезвия сверкали в полутьме, будто вспышки молний.

Со скоростью света я дёрнул за сознание остальных членов команды и спрятал их в машинном отделении — просто чтобы не мешали и не погибли по глупости. И тут же понял: мы попали в чёткий, выверенный план ограбления. Просчитали всё до мелочей. Не успел я только спасти капитана…

Эмиля Сону, бросив короткий взгляд, прошептала: «Дедушка, прости» — и воткнула тонкую спицу прямо в правый глаз Крага. Без пафоса, без криков — холодно и точно. А ведь только из рубки капитана можно было открыть грузовой люк. Крагу не повезло. Совсем...

Обезьянка дорезала последний канат, окончательно освобождая земноводного, и тут же нырнула обратно в ридикюль, будто её и не было.

«Охуген… мартышка уровня Святого!» — вновь поразился. Вот уж не думал, что такая кроха может быть настолько опасной.

Гари теперь представлял угрозу для всех, кроме меня. Я спокойно стоял, уперевшись в ручку швабры, и смотрел прямо в его безумно красные глаза. Тварь вновь опорожнилась — и Мига, похоже, ускорил её пищеварительный процесс.

Красотка прискакала в трюм, лёгкая, будто и не было убийства, с той же кокетливой улыбкой, ожидая открытия люка. По звуку швартовки я понял: к нам прибыли гости. Я попрежнему держался под прикрытием тела Шрууфа и не показывал всей своей силы. До этого момента я даже не мог подумать, что нас уже ждали именно в этом месте. Но в том, что увижу старого друга класса «Дракон», я ни секунды не сомневался.

«Ха, Трон 17… а имя у корабля прикольное!» — пронеслось в голове, когда в открывающемся люке проступила эта надпись.

Эмиля почти не обращала на меня внимания. На ней появились космодоспехи, гладкие и тёмные, будто отлитые из ночного неба. Коротко взмахнув кортиком, она вскрыла чёрный большой пакет, который нашла прямо в испражнениях Гари, предварительно накинув на него странный артефакт. Глаза земноводного тут же потухли, и он, словно теряя волю, начал медленно сворачиваться, выдавливая из себя ещё три таких же пакета.

— Уважаемый, как люк откроется, вы погибнете. Рабов мы не убиваем. Уходите! — спокойно сказала она, будто предлагала мне чашку чая, а не шанс сбежать перед катастрофой.

Я снова изумился. Из пакетов медленно, будто преодолевая невидимую тягу, поднимались к потолку большие кристаллы Пра — они уже имели собственную гравитацию, искрились и тянули за собой воздух. А рядом, наоборот, к полу прижимались чёрные, как уголь, кристаллы Смерти — они словно поглощали свет и испаряли вонючую жидкость вокруг себя.

«Ха… груз с потерянного транспорта. Крокодил — хороший живой контейнер!» — мелькнула мысль.

И ещё раз я удивился: главным призом оказались именно кристаллы Смерти. Они были невероятно ценны. Изза своей энергетической силы их невозможно спрятать в подпространство — это вызовет ядерный взрыв критической массы. А такое большое количество кристаллов Смерти опасно держать вместе, поэтому их разбавили кристаллами Пра. Бедный Гари… Он так долго терпел эти энергетические «метеоризмы», чтобы не выдать груз раньше срока.

«Как чётко всё спланировано!» — с уважением, почти с восхищением я подумал.

Подождал, пока корабли полностью состыкуются и люк откроется до конца. И только тогда, усмехнувшись, ответил красотке:

— Девочка, мне не страшен открытый космос! — и проявил силу ступени Просветлённого.

— Ты… ты не он! Ты главный? — она несколько напряглась, но в транспортном туннеле уже стояли трое её компаньонов — такого же уровня Просветлённых, как и тот, что я только что показал.

— Сону, малышка, не переживай, я с ним разберусь! — крикнул довольно молодой и красивый парень, размахивая коротким мечом, и ринулся в мою сторону.

Я лишь махнул рукой, запечатывая Эмилю в сеть Фиолента. «Мало ли — ещё убежит», — промелькнуло в голове.

Красотка хотела чтото сказать, но я мягко, но твёрдо заткнул ей рот — для меня Просветлённая первой ступени сейчас была не опаснее комара.

«Бе… гиии… тттт…» — она духовно подвывала, пытаясь вырваться из сети.

Тогда я проявил свою настоящую силу — Вознесение первой звезды.

Парень замер на полушаге. Чёрная Звезда моя сабля, безжалостно пробила броню на его груди. Его товарищи мгновенно сориентировались и телепортировались на свой корабль. Мало того — они взорвали транспортный шлюз.

Я еле успел поставить барьер, чтобы не растерять кристаллический приз и не разнести на куски «32 Лок». «Собирай потом запчасти по космосу!» — пронеслась язвительная мысль.

Может, я и остановился, не добив парня, — но меня отвлекли взрывом. Тело паренька быстро сгорало в чёрном пламени моего клинка.

«Краг, я за тебя рассчитался!» — мысленно произнёс, глядя на эту картину.

Девушкаубийца со слезами на глазах смотрела на всё это, будто только сейчас поняла, во что ввязалась.

Щёлкнул пальцем — и реактор на «Троне 17» уже как десять секунд находился под моим хаотическим контролем. Взрыв корабля, к тому моменту успевшего достаточно далеко удалиться, подкинул и «Лок 32», швырнув его в сложном волнении гравитационного поля. Я сам не выжил бы, находясь на борту «Трона»: термоядерный реактор Пра — отличная бомба, если знаешь, как её активировать.

— Простите. Вы узнали мою тайну — и должны умереть! — прозвучало где-то на периферии, но я уже закрыл люк, отсекая лишние слова.

Чёрная Звезда яростно поглощала кристаллы Смерти — без моего разрешения, по собственной прихоти. Для неё это было лучшее угощение, и спорить с клинком сейчас не хотелось. Кристаллы Пра я забирал сам. Вторая червоточина вышла из подпространства и начала медленно наполняться. В мелком торнадо, сформированном формацией конденсации, на залитом кровью полу кристаллы Пра медленно таяли, растворяясь в вихре энергии.

Как ни в чём не бывало, я дистанционно принял управление кораблём на себя. Щиты уже страдали от обломков «Трона 17», сыпавшихся на нас, словно град из раскалённого металла. Нужно было убираться. Мы медленно, но уверенно плыли к Луне Меркури. Гдето за час я разберусь с кристаллами Пра, а благодарный Чёрный клинок, уже насытившись, спрятался в подпространстве, не оставив мне ни крошки кристаллов Смерти для продажи.

— Уровень Вознесения? Меч уровня Верховного Бога? — Сону, едва освобождённая от сетей, тут же засыпала меня вопросами, будто надеялась найти в ответах лазейку к спасению.

— Сабля. Чёрная Звезда. Так будет правильнее. И пока, видишь, вторая звезда ещё не кристаллизовалась, — я снял сети Фиолента и подошёл ближе, не торопясь, чтобы она успела прочувствовать каждый шаг, перед тем как задать вопрос, — Сону, ты хочешь жить?

— Я его, наверное, любила! — прошипела она, собираясь с силами. Гдето на подсознании она всё ещё хотела превратить меня в такую же кучу пепла, как я того парня. Но сейчас, в безнадёге, она тихо сползла на пол, пятясь к стене, будто надеялась, что тень скроет её от моей воли.

— Жизнь пирата коротка, как полёт мотылька. Вы сделали ставку и проиграли. Меня не стоит винить. Тем более вспомни ту женщину с транспортника «ЛЛону 109». Он убил её просто так, ради забавы.

Я показал ей отрывок воспоминаний души Маррса — той, что проникла в Чёрный Алтарь. Я мог бы её сохранить, но после увиденного точно не стал бы этого делать.

— Марр сказал, что женщин и детей на транспорте не было…

— Ха! Двадцать три человека — и всё ради тридцати миллионов Гао. О, ещё и Мигу забыл посчитать… — я подошёл к крокодилу. — Гари, ты как — жив? Бедняга, и тебя они мучали…

По его сонному, чуть мутному взгляду я понял, что да. Он был жив, просто оглушён всем этим хаосом.

— Вот что с ним делать? Он тоже всё видел, но доставить его в Зоопарк всё равно нужно.

— Ему память по-любому сотрут — изза убийства зоолога, — прохрипела Сону.

— Сотрут, не сотрут… зачем рисковать? Гари, прости… — я немного надавил на его мозг, сжигая пласты синапсов последнего месяца жизни. Не жестоко — но достаточно, чтобы он не вспомнил ни имён, ни лиц, ни приказов.

— А можно и меня так же? — Сону вдруг выбрала жизнь, а не гордость. — Я поняла: ты стёр память крокодилу.

Убивать красивую авантюристку не хотелось. Для неё это была игра, ставка, где жизнь людей — просто фишки на столе. Может, это и норма в её мире: побеждает сильнейший. Но мне нужно было быть менее меланхоличным — а то скоро начну плакать над раздавленным жуком.

«Чтото в последнее время действительно стал страдать высокой эмоциональной чувствительностью, особенно к отрицательным событиям!» — мысленно усмехнулся я над собой.

— Как тебя действительно зовут?

— Я представлялась своим именем…

— Эмиля Сону. Я дам тебе шанс искупить смерть капитана. Будешь моей служанкой двадцать лет, а там я тебя отпущу.

— Десять. Только согласна…

— Хахе. Капитан был, конечно, сволочью и алкоголиком, но он только бил плетью и пил, а не тыкал острыми предметами в глаза людям.

— Тринадцать…

— Почему бы его просто не оглушить? Он для тебя просто младенец! Зачем убивать?

— Пятнадцать!

— Двадцать пять! — мне надоело торговаться.

— Может, всётаки шестнадцать? Я умная, уже первая ступень, могу готовить, стирать… но…

— Двадцать три. Окончательно и бесповоротно.

— Двадцать было лучше… но есть ли ещё варианты?

— Ха. Это ему решать! — я вытащил душу Крага из алтаря на волю.

Это вызвало в глазах Эмилии жгучий страх. Она затряслась, увидев призрака. Капитан был в ярости и чтото кричал, но его душа ещё не до конца сформировала духовное тело — он мог существовать в таком виде лишь десяток минут.

— Согласна, согласна… — голос снова потерял уверенность, и убийца невинного капитана вновь зарыдала, давя на мою меланхолию.

Я попрощался с капитаном Крагом и конвоиром Мигу. Их ждал путь перерождения. Пожелал им не встретить на пути подобную красотку в следующей жизни. Они развеялись гдето под потолком, оставляя тонкий энергетический след на корпусе корабля.

Только сейчас я окончательно понял: Эмиля была для банды мозговым центром. Её отец, капитан Мужоор, умирая, оставил ей этот коллектив разбойников в наследство. Теперь я хозяйничал в её голове, просматривая воспоминания и попутно прицепив печать Кровавой Девятки на её душу. Они действительно базировались на планете ИН и достаточно давно. Чёрный Алтарь требовал жертв, и все восемнадцать бармалеев были переработаны в энергию. Мне досталось от такого количества лишь капля, хотя среди них было несколько человек уровня Просветления. Я осудил их быстро. Убить ребёнка для меня — путь к исчезновению без права перерождения. А что они творили на родной планете, вырезая деревни за связь с властями… В данный момент алтарь и без моего желания собирал все души в радиусе действия — а судя по тому, что с «Трона» все попали в него, радиус был огромен.

— Марр, вы его тоже отпустили?

— Нет. Его больше не существует в бесконечном цикле.

— Почему? Почему вы не соврали!

— Зачем? — я перевоплотился на её глазах в капитана Крага, выделяя три кристалла Пра для её восстановления сил. — Поглоти. Я привык заботиться о подчинённых.

Фантастически быстро она извела кристальный бонус. Пока я наводил порядок в трюме, используя полную силу, на это ушло три минуты. Служанка, теперь уже официально моя, притащила тело бывшего капитана в трюм и вновь привязала канатами Гари, сняв под конец парализующий медальон — артефакт среднего класса Селура.

Оставшаяся команда так и не поняла, что произошло. Я объяснил только первому помощнику Пиге, что крокодил вырвался и съел Мигу и раба Бреса, когда тот, убираясь, случайно повредил канат. Тело Крага я тоже скормил крокодилу, заметая следы.

Все помянули Мигу, хотя оказалось, что он как раз и приковывал рогатого при погрузке. Не поленился бы взять цепи — может, и жил бы до сих пор.

Через сутки мы были практически в точке назначения. Гари выдал непереваренные останки. С честью погрузив их в один цинковый гроб, Мигу и Бреса мы отправили в бескрайний космос, соблюдая обычай. Вся команда выстроилась у шлюза, прощаясь.

«Космос прекрасен. Его необъятные просторы и миллионы мерцающих звёзд, разбросанных по чёрному полотну Вселенной, открывают величие и бесконечность…» — я на мгновение удивился этой холодной, равнодушной красоте.

Естественно, как капитан, я произнёс речь и сфотографировал два непрожёванных черепа для отчёта об происшествии — на фоне крокодила и толпы свидетелей. Только никто не будет разбираться в подробностях: смерть в этом мире — обычное дело. За раба придётся раскошелиться: по договору я констатировал пятьдесят Гао убытков.