Бродяга начало. Книга первая

Глава девятая. Эксперименты

— Что ты предлагаешь, Зануда?

— Я предлагаю небольшой тест с нашим питомцем.

— С нашим кем?

— С артефактом, капитан.

— Ну ты и выразился.

— Мне пришла идея: так же, как вы его накормили в пещере, попробовать активировать его здесь, на корабле. И посмотреть, что будет.

— А как ты представляешь себе активацию?

— Так же, как вы делали раньше: с помощью ладони. Кстати, она зажила?

— Да, ладонь вроде в порядке.

— Главное — больше не совать её в печь.

— Именно. По моим наблюдениям, после активации артефакт сделает запрос: либо попросит корм для субстанции, либо предложит другую функцию. Для начала предлагаю дать ему немного старых запчастей. благо, у нас их навалом. А дальше посмотрим, что он напишет.

— Согласен, капитан?

— Зануда, первая часть плана, думаю, удастся. Скорее всего, так и будет. Но что делать потом, когда он поест и начнёт задавать вопросы?

— Антон, это артефакт. По сути, он запрограммирован на стандартные запросы, тесты систем и выполнение своей работы. В чём бы она ни заключалась.

Раз он деактивировался в пещере, значит, условия для деактивации были выполнены полностью. Это мы уже знаем.

Теперь нужно понять, как его включать и как с ним взаимодействовать дальше. Если даже научимся включать — это уже прогресс.

— Ну хорошо. Я тоже так считаю.

На планете слишком рискованно: не хочу привлекать внимание. Давай попробуем здесь. Для начала — на поверхности астероида.

Поднесём запчасти поближе, скормим их и посмотрим.

— Согласен, — сказал Зануда.

Ремонтный бот вынес ящик на поверхность и поставил его в ста метрах от корабля. Туда же принесли несколько кусков старой обшивки, предварительно разрезанных на части.

Я подошёл, уже понимая, что делать, и приложил ладонь к выемке. В тот же миг надписи на ящике вспыхнули насыщенным жёлтым светом.

На экране крышки появился вопрос.

И три варианта ответа.

— Зануда, ну давай, читай. Что теперь делать будем?

— Капитан, предлагаю первый вариант. Это «обед для субстанции». Он вписывается в логику артефакта.

А вот два других мне непонятны. Возможно, это запуск теста системы. А возможно — что-то гораздо хуже.

Судя по запредельным технологиям, возможен любой вариант. Вплоть до уничтожения нашего корабля.

— Да уж. Умеешь ты приободрить.

— Я стараюсь быть точным.

— Ладно. Давай я сначала попробую дать ему еду без нажатия символов.

Я положил на крышку кусок старой брони. Ящик не среагировал. Экран продолжал мигать, ожидая выбора.

Зануда подумал и выдал:

— Как я и думал, это запрограммированный артефакт, и он подчиняется своей программе. Питание, скорее всего, доступно только после подтверждения команды. До этого, в анабиозе, он, умирая от голода, съел бота, минуя программу. Чтобы выжить. А теперь ждёт подтверждения.

— Давайте, как и в прошлый раз, нажмём левый символ.

— Хорошо. На свой страх и риск жму.

Кто меня надоумил идти в бродяги? Ведь жил же как-то без постоянного риска для жизни.

Немного побоявшись и набравшись храбрости, я нажал левый символ. Что бы он ни значил. Субстанция внутри засветилась синеватым.

— Похоже, мы её активировали, — сказал Зануда.

— Согласен. И, похоже, она готова к обеду.

Надпись всё ещё горела. Теперь на экране были уже два варианта.

Я положил на крышку запчасть. В ту же секунду она провалилась внутрь и начала растворяться в мерцающей субстанции.

Зрелище завораживало.

— Вы правы, капитан. Это удивительно.

Мы молча наблюдали. Через восемь минут всё закончилось.

— Интересно, — сказал Зануда. — Сколько ему нужно материалов, чтобы наесться?

— Думаю, много.

— Судя по свечению, оно всё ещё бледное. До сильной яркости ему далеко.

— Если, конечно, сильная яркость вообще предусмотрена создателем.

— Верно.

— Итак, первая команда установлена. Это успех.

— Предлагаю сразу узнать вторую.

— Как думаешь, Зануда?

— Капитан, повторюсь: следующая команда может быть куда опаснее. Мы даже не представляем, что нас ждёт. Судя по тому, что перед нами живой организм из технологий, может быть всё что угодно.

— Но вы правы. У самурая есть только путь, вперёд.

— Вот ты философ, доморощенный, на мою голову. Ладно. Жму второй символ.

На экране загорелся целый каскад символов. Они менялись, мелькали, складывались в новые сочетания. В конце концов ярко светились только четыре.

Ещё четыре десятка остались тёмными. Итого: у нас был выбор из четырёх светящихся символов.

— Капитан, думаю, нам дают выбор. Пока не нажмём — не поймём.

— Да, Зануда, я вижу.

— Но что за выбор — неясно.

— Знаешь, интуиция у меня молчит. Как будто артефакт сейчас не ощущается угрозой. Ну что, жму?

— Жмите, капитан. Самурай готов к смерти.

— Хорошо тебе самураем-то быть. А я вот жить хочу.

— Понимаю.

— Жму первый левый символ.

Крышка засветилась ярким синим. И открылась.

Субстанция внутри взмыла вверх, переползла через край и оказалась рядом со мной. Буквально в тридцати сантиметрах от ноги. Я перестал дышать.

На мне был скафандр, но я хорошо помнил, с какой скоростью она ела броню. Восемь минут. Я помнил. Но, как ни странно, что-то хрюкнув, субстанция поползла к кораблю. Причём очень быстро.

Мне пришлось бежать за ней.

— Зануда, что делать? Она сейчас сожрёт корабль!

— Антон, срочно перекрываю доступ на мостик и во все каюты. Но шлюзовые ворота закрыть не успею. Она уже внутри!

— Срочно перекрывай все коридоры! Всё, что можно!

— Принято, капитан. Входы заблокированы.

Субстанция добралась до технического коридора и остановилась перед дверью в техническое помещение.

Она ждала.

— Зануда, ты тоже это видишь?

— Да, Антон. Она ждёт.

— Похоже, у неё нет агрессии. Видимо, артефакт не агрессивный, и мы выбрали очередную программу. Она должна что-то сделать.

— Давай откроем дверь и посмотрим. Раз уж взялись за этот эксперимент.

— Открывай.

— Принято, капитан. Доведём эксперимент до конца.

Искин разблокировал дверь. Субстанция поскакала дальше, перепрыгивая с места на место.

Остановившись посреди помещения, она повертела головой — или тем, что можно было так назвать, — и остановила взгляд на генераторе щитов.

Задумалась секунд на двадцать-тридцать. А потом быстро сиганула на него.

И растворилась внутри шкафа с проводами.

— Ну вот и всё, — сказал я. — Доигрались.

— Сейчас наши щиты, похоже, схарчат.

— Зануда, что делать будем? Зануда, ты здесь?

— Да, Антон, здесь.

— Думаю, не всё так просто. Еда была отдельной командой. Мы выбрали другую функцию. Это точно. Я изучил несколько символов, но мне не хватает опыта и времени. Мало тестов. Нужно больше. Я начинаю серию тестов со щитами. Попробую в реальном времени понять, что там происходит.

— Хорошо.

Через три минуты Зануда снова заговорил.

— Стоп. Меня выкинуло из системы управления щитами.

— Как это?

— Как будто кто-то главный, выше меня по допуску, указал мне место и сказал: не мешай.

— Это как?

— Сложно объяснить. Прямой команды не было. Но я точно знаю: если ещё раз сунуться туда, получу по шапке.

— То есть тебя выкинули, даже не спросив разрешения? Как такое возможно? Ты же искин этого корабля. Все системы подчиняются тебе, разве нет?

— Системы по-прежнему работают штатно. Меня не выкинули. Мне отказали в доступе и попросили не мешать. Как будто идёт экзамен, а преподаватель просит тишины.

— И ты не будешь вмешиваться?

— Боюсь, если вмешаюсь, испорчу что-то важное. Дождёмся результата.

— Вот и приплыли.

Хотели теста — получайте и распишитесь.

— Ну, лишь бы на пользу. Остальное не страшно. Зануда, я в душ. В скафандре упарился. Будут изменения — сообщай.

— Принято, капитан.

Прошло четыре часа.

Я принял душ, поел, даже полчаса повалялся в кровати. Переоделся, выпил кофе и сел в кресло на мостике — решать, как лететь мимо чужака.

Как вдруг:

— Капитан, вы не поверите что случилось!

— Внимательно слушаю.

— Артефакт закончил работу со щитами. И могу утверждать однозначно: вы чертовски удачливый парень, капитан.

— Взгляните на щиты.

Я открыл отчёт.

И мои глаза чуть не вылезли из орбит.

— Как такое возможно?

Щиты стали на порядок лучше. Щиты 40/100.

Это были лучшие щиты из доступных для малого класса кораблей.

— Капитан, я тут изучаю наш артефакт. Взгляните.

Я сорвался с мостика и помчался по узким коридорам к шлюзу. Надел скафандр и прошёл в техническое помещение, где стоял ящик. От него к генератору щитов тянулись силовые провода.

Субстанция вылезла обратно. И была явно уставшей. Это было видно по свечению: оно потускнело и почти не блестело.

Она медленно поползла обратно к ящику. Я шёл следом, размышляя о перспективах и дальнейших планах.

Доползая до ящика, субстанция заползла внутрь. Символы, которые раньше горели ярко, теперь были тусклыми и почти не светились.

Крышка закрылась. Ящик погас.

— Капитан, вы поняли, что произошло?

— Да, Зануда.

Мы выиграли джекпот.

— Верно, капитан. И главное — теперь мы уверенно знаем: две команды отвечают за еду и ремонт.

А третья команда, на моё личное мнение, — это оружие либо лечение.

Но, как стало понятно, на ремонт щитов артефакт потратил все накопленные силы. Без них он больше ничего не сможет.

Помните, большинство символов не подсвечивались? Горели только четыре.

— Да, Зануда, помню.

— Значит, артефакт нужно накормить до отвала, чтобы все символы светились. Тогда он, скорее всего, починит часть нашего оборудования. А с высокой вероятностью — ещё и улучшит его.

И сервис для этого больше не нужен.

Представляете наши возможности?

— Ещё как представляю.

Можно сэкономить на покупке новых запчастей. Не только отремонтировать старые, но и улучшить их.

— Зануда, давай кормить. Продолжаем тест. Пробуем накормить его до отвала и пусть отремонтирует что-нибудь на корабле. Благо, у нас полно ремонтно-пригодного оборудования.

— Согласен, капитан. Я сам в предвкушении.

Следующие восемь часов мы скармливали артефакту всё, что у нас было. Он ел всё. Но предпочитал энергоёмкие вещи: батареи, аккумуляторы, генераторы. До отвала наполнить его мы так и не смогли.

Зато после подтверждения второй команды на экране появилось уже не четыре, а четырнадцать светящихся символов. Все еще мало, но уже лучше.

— Похоже, накормить артефакт — дело серьёзное. У нас просто нет столько мусора и времени.

— Выяснить, что он будет чинить в этот раз, можно только опытным путём.

— И я, как в прошлый раз, жму следующий символ.

Ящик открылся.

Субстанция вылезла и поскакала в сторону корабля. Весело так поскакала, быстро. Видно, что энергия появилась. В этот раз двери мы не закрывали: решили всё увидеть и зафиксировать.

— Зануда, ты пишешь?

— Конечно, капитан. Фиксирую всё, вплоть до малейших деталей.

Субстанция допрыгала до шлюза, подползла к силовому шкафу, долго присматривалась, скрутилась — и прыгнула внутрь. Растворилась.

— Зануда, похоже, мы его направили в шлюз. Но что здесь можно ремонтировать или улучшать?

— Капитан, улучшить можно многое. Я даже не берусь предполагать возможности артефакта.

Что касается ремонта — сейчас узнаем: тупит механизм закрытия ворот шлюза. Закрытие занимает сорок секунд, хотя по нормативу должно быть двадцать. Искин шлюза устарел, начинка требует замены. Главную балку тоже нужно ремонтировать: её механизм изношен на пятьдесят процентов. Зарядные станции для ботов устарели, работают на износ и долго заряжают ботов. Горнодобывающий комплекс, запитанный от корабля, не получает нужного количества энергии: идут потери в соединениях проводов и шлангов. В нескольких местах перебиты силовые провода.

— Понял, Зануда понял. По мелочи здесь полно работ.

— Так точно, капитан. Поэтому я даже не решаюсь предположить, что здесь можно улучшить.

— Ладно, подождём. Может, в этот раз будет быстрее.

Прошло два часа ожидания, я уже сидел, прислонившись к стенке.

— Зануда, я тогда спать. Раз, похоже, всё надолго.

Кстати, как там наш чужак?

— Всё так же на месте, капитан.

— Хорошо. Разбуди, когда артефакт переползёт в ящик. И поставьте его обратно в каморку на корабле.

— Есть.

Проснувшись утром, я выпил кофе, позавтракал, оделся и пошёл на мостик узнавать новости.

— Доброе утро, Антон. Новости хорошие.

— Докладывай.

— Во-первых, с артефактом всё прошло штатно. Это уже повод для радости. Поэтому будить вас не было необходимости. Теперь мы знаем о нём немного больше.

Во-вторых, я долго думал и понял: когда артефакт наполнен энергией, он творит чудеса. Думаю, наш щит мог стать ещё лучше. Но это проверим потом.

Так вот: все поломки, о которых я знал и не знал, артефакт отремонтировал. И даже выдал отчёт.

Я вам его скидывать не буду: там сплошные символы.

Но мы смогли взаимодействовать с ним.

Не как с оборудованием или программой. Скорее — на глубинном уровне. Он доносит до меня свои… мысли. А я их понимаю.

Сам я объяснить это не могу, поэтому не спрашивайте.

— Продолжай.

— Когда он показал мне поломки, я увидел, сколько в шлюзе недочётов и недоработок. Всё настолько примитивное, что он не понимал, с чего начать.

Для него наш шлюз — как жилище из палок в лесу, которое нужно переделать в тёплый кирпичный дом в городе. И даже это сравнение будет неточным.

Но суть, думаю, вы уловили.

— Подожди, Зануда. Получается, наша технология настолько примитивна, что он даже не понимает, что именно ремонтировать и улучшать?

— Да, Антон. Именно так. Он получает команду найти и отрегулировать нужный отсек, прибор, агрегат или оборудование. Что-то, что заложено в его программу.

Он находит. И дальше у него начинается ступор. Потому что то, что он нашёл, не соответствует протоколу. Вроде то. А вроде и близко не то.

— Да, похоже, понимаю.

То есть мы не просто отстали в технологиях. Мы хуже аборигенов в пещерах.

— Да, капитан.

Он даже спросил у меня помощи: как находить нужное оборудование после ремонта шлюза?

Теперь я буду направлять его, показывая, где и что находится.

Он оставил во мне часть себя — примерно одну миллионную долю — чтобы нам было проще взаимодействовать.

Благодаря его ресурсу у меня прибавилось мощности.

— Вот это да, Зануда.

А это не опасно? Он не захватит весь корабль?

— Нет, капитан. Этот артефакт не захватывающий. Это рабочий модуль.

И он в шоке от наших технологий. Если так можно выразиться.

Я не почувствовал желания захватить корабль.

Ведь тогда ему придётся погибнуть, улучшая всё, что он видит, до приемлемого качества.

— Понял тебя, Зануда. Я на мостик. Давай скорректируем наши планы.

— Прежде чем взлетать с планеты, Зануда, нам нужно обсудить последние новости.

— Слушаю, капитан.

— Мы выяснили, что наш артефакт работает по заданному шаблону. Умеет ремонтировать и улучшать наше примитивное оборудование. Верно?

— Да, капитан. Верно.

— Также мы установили с ним связь. Теперь можем быть уверены, что понимаем друг друга на глубоком уровне. Так?

— Да, Антон. Хотя сарказм я чувствую.

— Хорошо, дальше.

— Помимо взаимопонимания, мы знаем, что артефакт способен улучшать искины, так?

— Да, капитан. Но не уверен, что он пойдёт на это снова.

— Почему?

— По сути, это живой организм. Если образно, он оторвал от себя живую часть и интегрировал её в меня. А это было больно даже мне.

Зануда сделал паузу.

— Не представляю, что испытывал он сам. По сути, это было сделано от безысходности и от шока перед нашими технологиями.

— Хорошо, принял. Другие искины не улучшаем. Только тебя.

— Да. Но не потому, что я хочу быть уникальным, а это был сарказм, я понял.

— Вот и ладно.

— Далее. Мы начали понимать его письменный язык?

— Капитан, не скажу, что не понимаю — это будет неправдой. Скорее, я нащупал ключ к пониманию языка. Через некоторое время загадкой он быть перестанет.

— Принято. А сколько, по-твоему, потребуется времени?

— Дайте мне неделю и два-три теста. Тогда я начну не читать, а подбирать аналоги на нашем языке. Слова и смыслы различаются.

— На примитивный, ты хочешь сказать.

— Именно поэтому и возник симбиоз между мной и артефактом. Он поможет мне обучиться. Я помогу ему освоиться.

— Партнёрство.

— Хорошо, принято. Даже интересно, во что выльется подобный симбиоз.

— Для меня это тоже новый опыт, капитан. Такому не обучают в академии искинов.

— А-а, чувствую сарказм теперь в твоём голосе.

— Да, Капитан. Ну не всё же вам меня подкалывать.

— Хорошо. Остался последний вопрос по артефакту. У него остались скрытые возможности. Что это может быть, Зануда?

— У нас нет необходимых средств, чтобы это проверить. Дайте время и достаточное количество ресурсов — и тогда раскроем его третью функцию.

— Мы ещё даже со второй не разобрались, сказал я.

— Этот артефакт глубже, чем мы думаем. По сути, когда будем его использовать, то задействуем, возможно, десять процентов его настоящих возможностей.

— Хорошо, принято. Кормим, изучаем, используем.

Я подошёл к обзорному экрану. Вдали, за пылевой дымкой, находилась отметка чужого корабля.

— Теперь по нашему чужаку. Как и договорились ранее. Первое: взлетаем, встаём на курс и летим в его сторону. За десять минут до подлёта сканируем. Если нужна помощь — оказываем.

— Второе: если он мирный, то мы такие красивые, грациозно пролетаем мимо. Может, общаемся. Узнаём новости. Но, честно говоря, я сомневаюсь в этом варианте.

— Третье: если он проявит агрессию, но окажется слабее нас — свяжем боем и накажем.

— Четвёртое: если он сильнее нас, и мы оба это поймём — валим к планете со всех ног. Как ты тогда говорил?

— Как носороги, Капитан, сшибая булыжники на своём пути. Как говорится: если ты носорог, и у тебя на пути булыжник, то это проблема булыжника.

— Принято, Зануда. Действуем!

Двигатели проснулись с низким гулом. Планета дрогнула под посадочными опорами, и груженый корабль оторвался от поверхности.

— Взлёт.

Глава десятая. Во всем должен быть баланс

— Капитан, стоп.

— Что случилось? Проблема? Поломка?

— Нет, Антон. Меня зовёт артефакт. Он спрашивает, можно ли ему расположиться здесь, рядом со мной. На капитанском мостике.

Я замер.

— Это что сейчас происходит, Зануда? Может, лучше поломка, а? В смысле — расположиться на мостике? Он тут что, берлогу свою сплести хочет?

— Капитан, он нас слышит. Он как бы это словами выразить… Его функция — ремонт и улучшение. Он не нуждается в убежище. Да, именно в убежище. Этот ящик — это убежище.

— Стазис, законы пространства, что-то с триллионами лет — я не понимаю. Он передаёт: нет, не так. Он видит направление в сторону мостика. Да! Точно — направление. Он предназначен для мостика. Верно.

— Находясь здесь, он всегда реагирует на изменения и способен выполнять свою функцию. С направлением. Не до конца понятно, но, похоже, в нашей команде прибыло.

— Слышу сарказм, Зануда.

— Я задумался. Знаешь, давай попробуем. Я уже перестал чему-либо удивляться. Если говорящий артефакт из забытой эпохи будет нас учить жить, отлично. Хочет на мостик? Вперёд, пусть ползёт. Только пусть ничего здесь не трогает. А то будем ещё сутки ждать нового ремонта. Потом уже тесты проведём на планете.

— Хорошо, капитан. Без команды он ничего не сделает. Сейчас он растворился внутри моего шкафа с кабелями. Ему там комфортнее. Он передаёт мысли: питается энергией, и ему там тепло. Он показывает мне своё место, капитан. Как его обустроить, где всегда есть энергия и комфорт.

— И знаете, капитан, я даже не буду говорить, сколько это будет стоить.