Я не могу скрыть того, что шокирована.
– Ч… что? Нет, это ты меня приглашал.
– Ну, я передумал. Я отклоняю свое приглашение, лучше я останусь здесь. На всю ночь.
Чертов ублюдок! Я понимаю, что это манипуляция, причем такая красивая и элегантная, словно золотая цепочка, сплетенная из маленьких звеньев вручную. Но я не могу не злиться! Ненависть к этому человеку вдруг обрушивается на меня, буквально сбивает с ног! И это мешает мне контролировать эмоции, мешает мне думать.
– Ты что – сумасшедший?
– Смотря с какой стороны посмотреть.
– С любой стороны! – в ярости я подхожу к нему и становлюсь над ним, закрывая ему обзор на сад. Так забавно – я сейчас выше него, но даже в этом положении он смотрит на меня сверху вниз, это выражено в его взгляде и его насмешливо изогнутых бровях. – Ты сам попросил меня поужинать с тобой.
– И ты отказалась…
– Теперь я согласна!
– Но не согласен я.
Это детский сад.
Я злюсь и выгляжу, как психованная, а он сидит совершенно спокойный, кажется, наслаждается происходящим. Ему только попкорна не хватает.
Мне нужно успокоиться. Я убеждаю себя в этом, уговариваю, прошу…
Но пока Джек вот так вот смотрит на меня, я не могу.
Набираю воздуха в легкие и говорю, стараясь не звучать, как готовая взорваться идиотка.
– Ты не можешь остаться на ночь.
Джек опускает обе ноги на пол и чуть наклоняется вперед, явно заинтересованный разговором.
– Почему же?
– Потому что я этого не хочу.
– Ты же понимаешь, что я могу прийти сюда в любой момент? В любую секунду? Прийти и сделать с тобой все, что приспичит моей левой пятке?
От мыслей об этом меня мутит.
– Я… да, я понимаю.
– Так в чем проблема?
Набираю воздуха в легкие и медленно выдыхаю.
– Поужинай со мной.
Джек замолкает и смотрит на меня неверяще. Он выглядит так, словно я ошеломила его. Словно он этого не ожидал.
– Что? – произносит сухими губами.
– Джек, пожалуйста, поужинай со мной. Сейчас.
Это так унизительно. Я сама себе противна, но также я понимаю, что лучше спущусь вниз и выдержу час неловкого приема пищи напротив Джека, чем останусь с ним наедине на всю ночь.
Я не знаю, чего от него ждать.
Он чертовски умен и ужасающе зол. Он не знает, что такое человечность, мораль и принципы. Он показал себя во всей красе в первый день, и такого Джека я до ужаса боюсь.
Опускаю взгляд и молча жду, что же он решит. Сердце мое колотится, как ненормальное.
Когда он встает и проходит мимо меня, задев плечом, я вдыхаю его горьковатый запах в себя и чувствую головокружение.
– Хорошо, – говорит он, и я буквально слышу грохот, с которым падает с моей души огромный булыжник. – Я отправлю Марию, чтобы принесла тебе кое-какие вещи…
– У меня есть одно платье… – начинаю я.
– Нет! – рявкает он так грубо, что я вздрагиваю. – Подарки моего брата оставь при себе. Через полчаса жду внизу. Не опаздывай.
Когда за ним закрывается дверь, я опускаюсь в кресло, где он сидел, и медленно выдыхаю.
Глава 9
Мы никогда не покидали территории своей деревни.
Я росла с четкой уверенностью в том, что делать этого не стоит. Во-первых, потому что никто из известных мне людей не был за территорией, а во-вторых – границей деревни служила ультразвуковая сигнализация, которая срабатывала самым зверским способом.
Нам с Оливией было по девять, когда мы стали свидетелями попытки побега. Один старшеклассник пытался пройти через границу, и его тут же отбросило волной обратно на территорию деревни. Звук был такой, словно кто-то в полную силу дул в огромный тромбон или что-то вроде того. Я не знаю, с чем можно было бы сравнить это, но мы с Оливией, стоявшие на достаточном расстоянии, едва успели заткнуть уши ладонями, и то у меня два дня после этого болела голова.
Тот парень в ту же секунду потерял сознание. Когда мы с Лив подошли ближе, то заметили, что из ушей у него шла кровь.
Мы не знали, что там – за забором. До нас доходили слухи про оборотней, иногда мы слышали вой в лесах неподалеку, а бабушки и дедушки рассказывали нам легенды.
Но никогда еще легенда не была так близка ко мне, как сейчас.
Джек прислал для меня комплект одежды с Марией. Это невероятно красивая шелковая рубашка бордового цвета с жемчужными пуговицами и похожего оттенка укороченные брюки.
– Они с Ричардом что – подрабатывают стилистами на полставки? – удивляюсь я, когда мы с Марией оказываемся в комнате одни и запираем дверь.
Она сдержанно улыбается и помогает мне одеться. После чего усаживает напротив зеркала и собирает мои волосы в небрежный пучок.
– Ух ты, – восхищаюсь я, когда она заканчивает. Я и понятия не имела, что подобная прическа так сильно мне пойдет. Волнистые волосы, как пружинки, готовы вырваться наружу, но сила невидимок сдерживает их. Несколько непослушных прядей все-таки выбиваются из прически, и теперь кокетливо обрамляют мое лицо. – У тебя талант.
– Я хотела стать парикмахером до того, как… В общем, пока не попала сюда.
Я замечаю, как аккуратно она обходит тему своей покупки, и не развиваю ее, чтобы не тревожить девушку.