Шанс для неудачника

– Твой недостаточный опыт ведения боя и агрессивная активность вражеского питомца не позволяет тебе провести обдуманную атаку. Единственная рекомендация – попытаться убежать с целью восполнения очков здоровья и сил в более спокойной обстановке.

– Тогда бежим обратно, – Эмиль устремился на север, позабыв смотреть назад, но успел взглянуть налево, чтобы удостовериться, что Порки не бежит за ним, а пока что лишь наблюдает.

Именно пассивность мальчика из семейства пастухов помогла нашему герою тем, что барашек перестал гнаться за почти поверженным противником, когда радиус удаления барашка Берни от хозяина по имени Порки стал превышать допустимую норму, после которой действие приказов владельца не достигало нужного эффекта. Именно поэтому барашек присмирел, как только цель его бодания исчезла за определённой границей, после чего вернулся к своему малолетнему хозяину.

А вот наш герой упорно продолжал мчаться в сторону горного хребта, чтобы возвратиться к пункту перехода.

– Светлячок, что нас теперь ждёт? – Эмиль резким поворотом головы назад дал глазам удостовериться, что за ним барашек не бежит. – Я могу немного отдохнуть?

– Убегая от противника – герой получает значительный урон выносливости. Если герой успел получить урон, то выносливость снижается в меньшем количестве, то есть лишь некоторой долью.

– Ну да, я понимаю: за синяки и раны – опыта прибавилось, – уже стоя на месте, рассуждал напуганный герой. – Если б я убежал раньше, то остался бы намного целее, но вынести ближайшей битвы не смог бы.

– Верное утверждение, быстроходный герой.

– О своей выносливости сложно думать, когда так трусливо убегаешь.

– Ещё одно верное утверждение, герой. Но твои верные догадки лишь усиливают общую печаль от вынужденного обстоятельства.

– Помолчи, светящийся дружок, – возмутился Эмиль обидным фразам, ведь от них совсем недостаточно поддержки для собственного ободрения. – Ответь только на вопрос: как он сумел к себе привлечь этого барашка?

– Яже об этом упоминал. Благодаря полученному навыку «Заводчик питомцев», которому его обучил другой герой. В его случае – это скорее отец, взрослый персонаж, относящийся к парнишке как самый верный союзник.

– А, ну да. Когда у тебя отец пастух, несложно подготовить для себя домашнего боевого зверька. Ох, плакали мои надежды на счастливое путешествие.

– Поделюсь с тобой собственным жизненным наблюдением. Первоначальные жители «Нетландии» могут плакать сколько угодно. А вот такие новоявленные гости этого мира, как ты, Эмиль, не могут себе позволить пускать слезу.

– Даже так? Странно.

– Только так. Странно, что тебя это сейчас волнует. Ты решил восстановить силы и здоровье для того, чтобы потратить их на плачь по своей слабости? Или по иной причине?

– Какой же ты суровый. Нет, конечно. Просто интересная информация. Пойми меня, безжалостная муха, ведь я из другого мира, где люди порой плачут по любому поводу.

– А у нас, в «Нетландии», все гости этого мира борются за выживание наравне со всеми. Это мне известно в точности. И что именно у тебя в прошлом связано с пролитыми слезами, сейчас вряд ли будет волновать хоть кого-то. Будет время – расскажешь это кому-то другому из здесь живущих. Первоначальные жители тебя обязательно поймут, я думаю. И если ты вызовешь сочувствие, то это может выгодно сыграть для вызова доверия к тебе и даже есть вероятность получить что-то хотя бы незначительное, но в целом – репутация твоя станет, если честно… подмоченная. С таким усиленным показателем жалости здесь не выживают.

Оказавшись снова на каменистом уступе перед мостом, Эмиль сделал вид, что по-новому разглядывает мост, хотя было заметно, что герою постоянно приходится оглядываться в сторону прохода между скал, будто в ожидании кого-то.

– Ты вернулся, чтобы ещё раз насладиться результатом моего любимого дела? – спросил у него огромный серокожий хозяин моста.

– Да и не только поэтому, – подтвердил Эмиль и с улыбкой помахал двум гномам наверху, пытаясь быть приветливым.

– Это сделано вместе с моими друзьями гномами. Здесь было самое удобное место для постройки. Другой подобный мост где-то поблизости вряд ли кому-то удастся организовать. Именно мы, пещерные тролли, самые надёжные строители мостов из обработанных камней. Нам чуточку проще передвигаться под лучами яркого светила, хоть и совсем ненадолго, в отличие от моих собратьев – горных троллей. Для большей скорости строить приходилось ночью. И только мы, пещерные тролли, знаем лучшие места, где возводить такие полезные постройки. За свою работу мы вправе получать половину всех выплат. Но я с удовольствием делюсь всеми сборами с моими лучшими друзьями. Их добрые напутствия и помощь были мне приятны. Их искреннее участие ласкает моё не остывающее каменное сердце. Они добрые и вежливые ребята, в отличие от моих несчастных собратьев, которым дневное светило запрещает всякую активность. Горные тролли лишь в некоторых случаях, когда тень падает на них, могут позволить себе размять свои конечности. Если Ксан стоит в зените, то горный тролль абсолютно неподвижен и молчалив. А вот мои маленькие друзья Тобас и Думлин всегда готовы со мной поговорить.

За всем этим разговором наблюдали оба гнома, при этом один не прекращал нацеливать дугу арбалета в сторону Эмиля с невозмутимым лицом, а второй с хмурой физиономией продолжал раскручивать пращу, в которую был вложен округлый каменный снаряд.

– Я заметил, что они очень милые ребята, – почти иронично сказал юноша и снова помахал наверх ладонью, пытаясь при этом улыбаться осторожно, чтобы это не выглядело сарказмом.

– Они строги ко всем иным расам, но вполне справедливы для каждого.

– А много ли таких мостов в «Нетландии»?

– Я знаю, что на западной стороне есть мост, построенный обществом таинственных архитекторов.

– А как же они охраняют его, если они такие таинственные?

– Они сами никогда не занимаются обыкновенными делами. Они поручают это нужным исполнителям. Им подвластны секреты строительства, а всю остальную работу за них делают другие. Поэтому определённая часть денег с оплаты за переход отходит к ним, а остальное забирают себе стражники. Тайные архитекторы получают не половину с каждого проходящего, а постоянную денежную сумму. Количество переходов там гораздо больше, чем на всех остальных мостах, поэтому архитекторам нет нужды контролировать каждый день число перемещений. Им достаточно получать каждый месяц немалую сумму, чтобы самим не стоять в охране. Люди они творческие, а не военные или ремесленные.

– Эти удивительные архитекторы меня начинают интересовать ещё сильнее. Что вы ещё можете рассказать про них?

– Ещё сильнее нас начинает интересовать плата за твоё любопытство, – вступил в разговор гном, который держал в руках арбалет, нацеленный на Эмиля.

– Мне кажется, Тобас, он нас дразнил, когда махал своей ручонкой, – поддержал своего собрата гном Думлин, что раскручивал пращу.

– Нет, что вы. Я отношусь к гномам по-доброму. В моём прежнем мире к вашему народу у большинства людей самое тёплое отношение. Я читал про вас в сказках. А рисуют вас всегда милыми и добрыми.

– Так оно и есть, – сказал гном Тобас, ещё пристальнее вглядываясь через прицел своего арбалета.

– Ты решил снова перейти мост? Быстро же ты закончил свои дела на полуострове, – вступил в разговор Думлин.

– Нет, уважаемые стражники, дело в том, что там я встретил такого же человека, как и я, но он начал знакомство с того, что натравил на меня своего боевого барашка. Я не нашёл ничего лучшего в тот момент и просто убежал сюда.

– Я вижу твоё глубокое огорчение, Эмиль, – пещерный тролль довольно сочувственно отреагировал на признание героя. – Ты считаешь, что потерпел неудачу в своём первом путешествии?

– Вы абсолютно правы, Ургас. Меня смог одолеть малолетний сорванец. И всё благодаря барашку, – с этими словами Эмиль сел на один из надёжно стоящих камней, что примыкали к краю пропасти. – Как я сумею одолеть этих героев, которые развиваются быстрее и становятся сильнее за счёт других?

– Сила воина в том, чтобы находиться над схваткой, – сказал гном с пращой, улыбнувшись сквозь густую рыжую бороду. – Используй энергию ярости врага против него самого. Это полезно, когда противник кажется сильнее тебя.

– Не совсем понял вас, – выражение лица парня стало удивлённым.

– Когда твоей силы мало, используй энергию противника против него самого, – дополнил своего собрата гном Тобас.

– Спасибо вам, конечно, – своего смущение Эмиль даже не скрывал. – А что вы можете сказать поконкретней?

– Ты же как-то добежал до нас живым, значит, смог убежать. Если бы твой враг с полуострова был умнее тебя, то вряд ли мы могли сейчас разговаривать с тобой снова. Впрочем, я и так много тебе сказал за твою вежливость. Ты умеешь быть воспитанным, – заметил гном Думлин. – Это хороший плюс к твоей репутации. Но любой мир учит тому, что излишняя мягкость приводит к смиренному поражению.

– Вы говорите как старец из дома на севере.

– Вероятно, мы общались с одним и тем же человеком. Именно от него мы набрались такой мудрости. Мы давно с ним не встречались. Прошло много времени с тех лет, когда наши пути пересеклись. В благодарность за его терпеливые напутствия и жизненные подсказки мы построили ему скромную хижину на холме. До неё он жил в нищенской лачуге. Мы с братом не могли это принять. Жить отшельником – это был его выбор. Но построить ему скромный дом на уединённом холме – стала нашей благодарностью за его мудрость, которую мы с удовольствием распространяем среди тех, кого сочтём достойным.

– Лишняя болтовня подпортит твою репутацию, герой, – с неожиданным суровым голосом вступил в разговор пещерный тролль. – Жизнь любого существа коротка. Надо успеть её наполнить чем-то важным. У каждого своё предназначение и судьба. Одна из наших забот – это мост, а твоя общая цель – прожить достойно подаренную жизнь. Если ты наполнишь её благородством, то наверняка проживёшь дольше.

– Всё, Эмиль, сворачивая свой язык. Нам уже открыто намекают, что мы получили сверх положенного за свою порцию комплиментов в их адрес. Не трать чужую симпатию к тебе в длинных расспросах. Начни сам соображать.

Наш герой с благодарностью отреагировал на тактичное предупреждение от тролля и встал с камня.

– Согласен с тобой, светлячок. Лучше нас самих никто не придумает решения для общей победы. Ко мне уже пришли кое-какие мысли.

Эмиль отошёл вглубь к расщелине, из которой он недавно вернулся.

– А что, если мы затянем сюда этого барашка и мальчишку? К примеру, подставим питомца под обстрел со стороны гномов?

– А почему им захочется стрелять по нему?

– Ну, барашек же атакует, опустив голову книзу, чтобы выставить вперёд рога. Может, он как-нибудь проскользнёт мимо меня и побежит по мосту без оплаты? Получит свою порцию урона и убежит вместе со своим хозяином. Как тебе такая идея?

– Согласен, я не заметил у барашка штаны с карманами, где была бы звонкая монета для оплаты прохода по мосту. Но навряд ли он далеко отойдёт от своего хозяина. Этот маленький пастушок явно скомандует не атаковать пещерного тролля и не бежать по мосту.

– Но как заставить барашка набежать на меня, чтоб сам тролль не обозлился на всю эту кутерьму вокруг него? Мы так можем и сами попасть под удар, ведь одного замаха такого огромного тролля хватит и на меня, и на кудрявого питомца одновременно. Нет, надо что-то придумать иное.

Эмиль смотрел то в сторону моста, то в глубину скального прохода.

– Что значит фраза «находиться над схваткой»? Гному легко так говорить. Или он шутливо хвалился своим удачным расположением? Вот уж кому удобно быть над схваткой, так это именно ему, когда он на вершине башни.

– Он ещё кое-что говорил, – напомнил ему светлячок.

– Я помню его совет на счёт использования энергии ярости врага. А как мне избежать атаки барашка при новой встрече? Его малолетний хозяин понимает, что меня легко уничтожить, и он теперь меня наверняка не спеша преследует, когда понял, что я не могу нанести его питомцу достаточный урон. Что мне делать-то?

– Я не обладаю достаточной информацией. И если ждёшь от меня постоянных слов утешения, то их я тоже скоро устану тебе давать, юный трусишка.

– Но… я всё же пойду на тот злосчастный берег, – говорил вслух самому себе Эмиль. – И, возможно, там найду предмет для вооружения.

– Допустимое утверждение, Эмиль. И решение достойное героя.

– Скажи, светлячок, а всегда ли можно убежать от противника?

– Ну-у… начинается. Рано я обрадовался. Отвечаю на вопрос: возможность избегания боя существует для каждого героя.

– И насколько это затратно для выносливости?

– В зависимости от опыта героя. Когда он у тебя изначально мал, то приходится развиваться пока что в чём-то другом, что не касается битв.

– А разве нападение на слабых – это не повод для наказания со стороны создателя этого мира? Не в пользу «Нетландии» такое дело, когда творится несправедливость.

– Осуществлённый побег с битвы снизит временно много очков выносливости, чем победа над очень слабым противником, но выносливость после любого боя всегда восстанавливается медленнее, чем простой побег. А ждать кары для своих врагов руками создателя этого мира не всегда полезно на короткий промежуток времени. Накопительный эффект отрицательной репутации героя может отразиться на снижение удачи у твоего врага, но нужно и самому развиваться в нужном направлении, чтобы не надеяться помощь создателя этого мира.

– Да, чем лучше я себя подготовлю к битвам с такими врагами, тем меньше меня будет заботить мысль о побеге. Попробую понять, в чём полезность совета гнома на практике и уже начну побеждать хотя бы некоторых из своих противников. Умереть здесь от трусости – это самый грандиозный позор.

– Вот только ты для того пастушка отнюдь не слабый противник. Просто у него есть боевой питомец, а у тебя – лишь я. Ему победить тебя – достойная награда.

– Именно поэтому нужно попытаться разыскать подходящие предметы для вооружения.

– Если долго идти до берега, то ловкость твоя будет падать из-за долгого пешего хода, поэтому надо как-то избегать атак барашка или этого малыша.

– Жаль, что у меня нет хорошего транспорта для долгих путешествий.

– Если выживешь, то наверняка со временем найдёшь питомца, который будет тебя на себе катать. С хорошим и крепким питомцем можно думать не только о транспортировке себя, своих вещей, но ещё в придачу использовать для подавления своих противников. Но в самое ближайшее время вряд ли что-то такое у тебя появится. Зная твои слабые стороны на данный момент, на скорейшее получение дополнительного помощника можно не надеяться.

Что двигало Эмилем сильнее: обида на самого себя или решимость доказать, что он не трус? Перед дорогой на прежнее место своего позорного бегства герой дал своим жизненно важным характеристикам восстановиться до нормы, а затем совершил большой путь, находя удобный маршрут, огибая уже известные трудные географические препятствия, чтобы экономить затраты сил для преодоления сложных участков ранее изученной территории.

Постоянно опасаясь наткнуться на того же малолетнего пастушка, наш герой скрытными перебежками добрался до прибрежной зоны, скрытой за густой линией из лиственных деревьев. Само побережье не отличалось от любой картинки тех пляжей, которые Эмилю доводилось видеть на плакатах или по интернету. Подходить близко к воде наш новичок не стал, но обратил внимание в восточном направлении на отдалённую полосу из высоких пальм, которая шла вдоль всего берега, пока не прекращалась у каменного мыса. На том месте, где он стоял, по всему берегу, от линии морских волн и до границы заросшего зелёного участка, было примерно двадцать шагов расстояния.

– О, кокос валяется! – Эмиль приблизился к объекту, который попробовал на ощупь, как только поднял его с земли. – Какой же он твёрдый. Не разбить и не съесть, а сил-то моих навряд ли хватит, а тяжёлого предмета под рукой не вижу.

Пока юный герой разбирался с находкой, из-за кустарников выскользнул низенький зверёк с закрученными рожками, между которых торчали яростные глазки, что прямёхонько нацелились на Эмиля.

– Тревога, Эмиль! Противник возле тебя! Прояви свои способности, чтобы нейтрализовать или уничтожить врага.

А вторым после светлячка прокричал явившийся хозяин барашка:

– Ага-а, вернулся дылда за добавкой! – этот противный голос не спутать с другими. Он принадлежал пастушку, который пускал вперёд своего питомца.

– А вот и барашек. Надо опять убегать, – встревоженный герой не стал рисковать с броском кокоса в сторону барашка Берни, чтобы вовсе не разозлить его сильнее, а оставил на земле свою находку. – Плевать, залезу на пальму поскорее и буду там держаться.

– Ты серьёзно?! Мы шли сюда разве за этим? – отреагировал светящийся подсказчик.

Мальчишка-пастушок подходил медленно и при этом наблюдал за испуганным Эмилем с умилением, не торопясь питомцу отдавать команду на атаку. Наш герой замер

– Ты прав, мой светлячок, бессмысленно лезть по стволу на пальму. Совет гнома, наверное, не в этом заключался. Скорее к берегу, там подберём чего-нибудь. И этот твёрденький орех в придачу, – с этими словами он устремился к волнам тревожного моря.

Пока пастушок не видел для себя опасности и своему питомцу, поэтому не отдавал команды на атаку, а только чуточку подбадривал идти по следу убегающего героя.

Никаких орудий для самообороны не было замечено на видимом участке пляжа, но неожиданно предстало множество обрывков парусов, раскиданных по белому песку в излишке. Эмиль, как в лихорадке, бегал возле синих волн неспокойного моря, всматриваясь под ноги и периодически взглядывая на приближающегося пастушка. Под руку среди мелкой рвани взялась довольно широкая парусиновая ткань, в которой не было крупных дырок, хотя концы материи со всех сторон ободраны. Когда найти что-нибудь по-настоящему ценное не оставалось надежды, Эмиль направил свой взгляд на подступы к другому отдельно стоящему посреди белых песков островку из зелёных пальм. Оценив расстояние до барашка, а потом и до своей новой цели, Эмиль сообразил, что сможет успеть домчаться до качающихся деревьев с кокосовыми плодами наверху.

Наблюдавший за попытками Эмиля спастись маленький пастух Порки уже подначивал своего боевого питомца к активным действиям:

– Берни, приготовься забодать этого смешного неудачника.

Поняв всю бессмысленность залезания по стволу, на котором нет веток, Эмиль продолжил рыскать взглядом землю под собой. И первой же находкой стал серый камень, что размером был с четыре кулака героя. Бросать в барашка этот снаряд он не решился, а ранее прихваченный кокос сразу откинул в сторону. Тревожных пары секунд хватило, чтобы юного героя озарила новая мысль:

– Придумал! Я сделаю из парусины и камня кистень, но не как у рыцарей в приключенческих романах, чтобы к палке цепью крепить шипастый шар, а попроще, – бросив короткий взгляд в сторону барашка и маленького пастушка, Эмиль приступил к укладке камня в центр ткани, а затем схватил четыре кончика и соединил их по-быстрому на расстоянии пары десятков сантиметров от камня в один узел, за который взялся правой рукой и начал махать. – Вполне одной рукой могу орудовать.

Потеряв несколько секунд за этим приготовлением, Эмиль и не заметил, что Порки дал команду на атаку. Барашек ринулся бежать вперёд рогами на врага, но и герой к этому моменту догадался скрыться за стволом высокой пальмы. В его руке уверенно держалось самодельное оружие. Но пастушок мало обращал внимания на приготовления героя.

– Эй, дурачок, я тебя заставлю пострадать за своё появление здесь. Моему барашку нужен опыт хорошеньких сражений, – с этим заявлением мальчишка захлопал в ладоши, подначивая своего питомца атаковать. – Берни, забодай этого глупца!

– Мне лезть на пальму незачем, я ею буду прикрываться, – с ликованием от своей задумки рассуждал герой. – Давай, кудрявый сгусток шерсти, попробуй напади!

– Эй, Берни, не жалей его. Сразу со всей мощи бей наглеца, – поддерживал боевой настрой своего питомца низенький пастушок.

И вот первый яростный набег барашек совершил с наскока прямо на Эмиля, но тот ловко увернулся, устремившись к пальме. Питомец Берни шаркнул о песок передними ногами, разметав песчинки, а затем по новой траектории накинулся на место, где стоял Эмиль. Наш герой недолго прислонялся к пальме спиной, а мгновенно свернул за ствол, как только настырный враг стремительно приблизился к нему. И вовремя произошёл удачный финт, ведь закруглёнными рогами боевой питомец врезался в стоящий ствол. Раздалось два разных треска: первый громкий – от рогов барашка о ствол дерева, а второй скрипучий – с вершины длинной пальмы. Эмиль сразу посмотрел наверх, чтоб убедиться в том, что крепкие орехи сейчас упадут не на него. И более того, кокосы всецело опрокидывались на участок его врага, а некоторые попадали по его корпусу.

– Не забывай, что ты и сам должен наносить удары. Орехов может не хватить на пальме, а сама она ещё долго не рухнет на этого барана, – влез в ситуацию светлячок.

– Ай, молодец, дружок, ведь я совсем забыл, – Эмиль припомнил, что в своей руке держал странное подобие кистеня, который совсем не походил на оружие из средневековья. – Сейчас он у меня отведает добавки.

И закружилась правая рука, как мельница, а в ней потрёпанная парусина с запрятанным внутри камнем. Видя, что питомец пастуха начинает отходить для нового разбега, Эмиль сразу же отбежал назад, чтобы стволом пальмы прикрывать свой отход. Корректировке боя с барашком способствовал светлячок, который подсказывал выкриками: «меняй позицию», «теперь ударь», «беги за пальму», «подбеги быстрей», «рази его», «возвращайся под укрытие». Кистень из ткани и камня вышел намного полезней, чем если кидать одни лишь камни и подобранные с земли кокосы в голову чужого питомца. Ручным оружием куда успешнее наносить удары, чем пытаться попасть на расстоянии простым броском. Таким оружием парень-новичок стал бить по голове барана, когда тот попадал рогами в ствол дерева и на мгновение останавливался, прежде чем начинал по-новому разбегаться для удара.

Теперь бой приносил Эмилю удовольствие: герой ждал промаха в пальму от барашка, а потом подбегал и с размаху ронял сверху-вниз тяжёлый камень, спрятанный под тканью. Этим он доставлял дополнительный урон барашку. Но потом следовало отбегать назад, за пальму, которая до сих пор сдерживала все удары, но не свои кокосы, которые постоянно падали на тело глупого барашка. И боевой питомец, вместо отскакивающего героя, бился головой о пальму так, что с каждым ударом с неё падал очередной спелый кокос, который разбивался о спину питомца, если попадал прямо по нему.

Обескураженный пастушок Порки постепенно замолк и теперь отдалённо с тревогой наблюдал за битвой, получившей неожиданный поворот.

Эмиль держался за ствол левой рукой, а правой не переставал раскручивать своё оружие, чтобы не снижать уровень ударной силы в очередной подходящий момент. И барашек неизменно ударялся в пальму своим лбом. Питомец понемногу, но терял по несколько порций очков здоровья и крепости своего покрытого кудряшками тела с каждым щелчком кокоса о свою тушу и мощного удара кистеня по круглой голове. Но барашек всё так же невозмутимо разгонялся раз за разом и бежал на Эмиля, но попадал лишь в высокий ствол пальмы и даже не подумывал о прекращении атаки, тем более когда команда об её прекращении от пастушка даже и не думала прозвучать.

Наступил момент, спустя пару минут, когда всё боевое рвение барашка начало сбавляться, а уровень его атак – снижаться. В это мгновение светлячок счастливо просигналил:

– Уровень его здоровья намного уступает твоему. Ты меньше устаёшь от борьбы, чем он получает урона от падающих кокосов и твоих ударов по его тупой башке. Ты молодчина, мой друг Эмиль! Не бойся тратить силы и здоровье, их у тебя теперь намного больше, ведь ты уходишь от его атак. У барашка ловкость явно не была прокачана, а была развита только сила.

– Ага, я тоже вижу, что он теряет силы, светлячок, – с таким же упоением поддержал Эмиль восторг своего подсказчика. – Ему теперь ещё словить хотя бы парочку моих ударов промеж его рогов и тогда с ним покончено.

И вот барашек замертво свалился не от очередного расколотого кокоса о свою кудрявую спину, а от получения мощнейшего удара кистенем промеж рогов на затылке. А его хозяин Порки, выпучив глаза, как девочка из японских мультиков, лишь на две секунды замер, а потом – помчался в противоположный островок зарослей в западной стороне, чтоб затеряться в них. Самому сражаться ему не захотелось. Он явно побежал домой.