Два сердца и мир

Время неумолимо отделяло Диану от её прошлой жизни. Но воспоминания были живы, иногда проявлялись ужасными кошмарами по ночам. Она переживала за маму и молилась, чтобы с ней ничего не случилось.

Независимо от предложенной ей безопасности, девушка побаивалась команду этого корабля, замечая пересуды за спиной и косые язвительные взгляды в её сторону. Но духота каюты заставляла её выходить на палубу, особенно в солнечные дни.

Ричард стоял на полуюте и глядел вдаль горизонта, одновременно поглядывая на Диану, стоящую на палубе у перил.

— На редкость тихий и солнечный день, — проговорил Герман, подходя к капитану, и тоже обратил внимание на девушку, а потом добавил едва слышно, — Она такая хрупкая и беззащитная, никогда бы не подумал, что она способна кого-то убить.

— Чувство мести сильнее человека, — ответил капитан.

— Некоторым не по душе, что вы взяли её на борт, — так же полушёпотом проговорил помощник. — Я не уверен, но думаю, что-то назревает.

— Кто? — резко последовал вопрос.

— Пока не знаю. Возможно, это только глупая болтовня.

— Ни один волос не должен упасть с её головы, — прозвучал приказ Ляруза. — Она гостья на моём корабле.

— Только ли гостья? — ляпнул Герман, но тут же пожалел о сказанной фразе, и оценив грозный взгляд капитана, проговорил, — Не волнуйтесь, я всё выясню. Прошу меня извинить.

— Я самолично каждого вздёрну на рее, если это окажется правдой, — яростно прошипел капитан и направился к своей каюте.

— Из-за женщин всегда одни неприятности и не только на корабле, — вздохнув, тихо пробурчал себе под нос Герман, смотря на Диану.

Зайдя в каюту, Ричард сел в кресло и задумался. Он действительно сделал ошибку, взяв её на борт. Но пути назад нет и теперь надо защитить это милое создание, ведь она так беспечно отдала свою жизнь ему в руки. Она околдовала его ещё тогда, когда он увидел её впервые в своей каюте, это милое лицо растрогало его до глубины души. Он видел в ней себя — чистая, невинная душа, совершившая страшное преступление — и в целом мире никого, кто смог бы помочь. Перед ним также проваливался мир, но, превозмогая всё, он разбивал руки в кровь, цепляясь за каждую соломинку, и в итоги пустился во все тяжкие, уничтожая прошлое и топя его в крови. Словно страшный монстр, вырвалось из тени могильных плит его прошлое — когда-то он был счастлив, опьянён безоблачным счастьем, но стоило кому-то отдать приказ, как тут же настал мрак.

Он не хотел для неё такой жизни. Он искренне желал ей помочь, но вот как, пока не знал. Он попал в некую ловушку, эта девушка притягивала его к себе со страшной силой. Он приказал Джаваду приколотить щеколду, чтобы она могла запирать дверь своей каюты изнутри, а также наказал следить за ней днём и ночью, он и сам тайно вёл дозор. Однажды ночью он оставил под её дверью книгу. Диана настолько глубоко засела в его сердце, что весь мир казался ему иллюзией с мелочными опасениями и призрачной злопамятностью.

Прошло ещё три дня. И уже неделя была позади.

Днём Диана приняла приглашение от капитана о совместном обеде. Он вновь задавал кучу вопросов о её семье и о графе де Виле, и сказал только то, что он передавал графу письмо. Она пожалела, что не отказалась от этого рандеву, и весь оставшийся день был испорчен. От воспоминаний кружилась голова и болело сердце. Лучше бы она провела время в компании Джавада, а не этого напыщенного чурбана. А ещё, она поняла то, что он тут хозяин, и ему всё подчиняются, не задавая лишних вопросов.

Ночь была тихая и спокойная. На небе горели звезды и светила луна. Диане не спалось.

«Если он хочет, чтобы я ему принадлежала, — думала она. — Он здорово ошибается».

Диана была вне себя от этого разговора и весь сон куда-то улетучился. Ей надоело сидеть в каюте, и она вышла на верхнюю палубу, остановившись у перил правого борта. Насыщенный влагой холодный ветерок дул на неё, но она его не чувствовала, гнев и возмущение достаточно её согревали.

— Что вы здесь делаете? — спросила темнота голосом капитана.

Диана вздрогнула и обернулась. Висящие на мачтах фонари, плохо рассеивали тьму, но ей удалось разглядеть человека, стоящего у основания грот-мачты. Меньше всего на свете она сейчас хотела его видеть.

— Что вы здесь делаете? — вновь спросил он, подойдя к ней.

— Мне запрещается быть на палубе? — резко спросила она.

— Нет, но в ночное время это опасно, — ответил он.

— У меня бессонница, — несколько мягче ответила она и отвернулась.

— Что-то случилось? — старался понять он. — Днём вы вели себя как-то странно.

— Странно? — удивилась она и посмотрела на него, решив высказать всё, что не давало ей покоя. — Я ненавижу, когда меня оскорбляют.

— Я вас оскорбил? — удивился он. — Чем же?

— Вы сказали, что вы полновластный хозяин и все подчиняются только вам.

— Это так, — он пытался понять ход её мыслей.

— Но не я, — выпалила она. — Я выброшусь за борт, если вы прикоснётесь ко мне. Вы не священник, чтобы я рассказывала вам всю свою жизнь. Я вас совсем не знаю и не намерена открывать тайны своей души. Вы заставляете меня вспоминать то, чего я хочу забыть, — она отвернулась. — Я сделала ошибку, я не должна находится здесь. Я совершила то, за что моя душа вечно будет гореть в аду. Я попыталась воспротивиться судьбе и она…

— И она дала вам второй шанс, — оборвал он её слова и взял за руку.

Диана со страхом устремила на него взгляд. И вот произошло то, чего она подсознательно боялась. Он привлёк её к себе и сжал в железных объятиях. При этом, он заставил её сделать шаг назад, и она прижалась спиной к перилам борта.

— Нет, отпустите, — вырывалась она.

— Чего вы боитесь Диана? Меня? — он наклонился почти к её губам. — В мои планы также не входило перевозить такой груз.

— Грубиян, вульгарный пират. Отпустите, — всё презрение она вложила в эти слова.

— А вы говорили, что ничего не знаете обо мне? — ухмыльнулся он. — Поверьте, на берегу куда опаснее, чем на моем корабле.

Произносившие эти слова губы, были опасно близко к её губам. Она старалась вырваться, но он лишь сильней сдавил её талию. Диана вытащила из волос гребень и прислонила зубья к его шее. Такая форма защиты однажды не подвела.

Ричард не ожидал такого, но не ослабил хватку, хотя довольно острый гребень врезался в кожу, но поранить его не мог. Он запросто скрутил бы ей руки, но предпочёл ничего не предпринимать.

— Именно так я убила графа, — злобно выговорила она, смотря ему в глаза. — Вам, наверняка, интересно это узнать — вонзила ему в шею золотой гребень. Подарок тайного гостя оказался хорошим оружием.

— Золотой гребень с рубинами? — удивлённо спросил он. — В маленькой резной шкатулке?

— Да, — Диана потупила взгляд и ослабила руку, услыхав такие подробности. — Откуда вы знаете?

Ричард схватил её руку и отвёл от своей шеи в сторону. Она не сопротивлялась, уронив гребень, и озадаченно смотря на него.

— Это был мой вам подарок на свадьбу, — пояснил он.

Ляруз разжал руки и отпустил её, отступив на шаг. Какое чудовищное совпадение — они оба виноваты в смерти графа де Виля!

Диана, не раздумывая, бросилась прочь, её каблучки простучали по деревянному настилу и вскоре, едва слышно хлопнула дверь.

Ричард вздохнул и потёр шею. Он поднял с палубы гребень, задумчиво вертя его в руке. Вероятно, судьба дала второй шанс не только ей. Знать бы, к чему всё это приведёт?

Залетев в свою каюту, Диана заперла дверь на щеколду и села на диванчик. Её трясло от страха, по щекам побежали слезы.

— О боже, — прошептала она, — Помоги мне.

Она сбросила туфли и улеглась на диванчик, уткнувшись лицом в подушку.

«Что ему от меня нужно? — спрашивала она себя. — Такое спасение теперь не в радость».

Она пыталась вспомнить человека, который подарил ей шкатулку, перед отъездом в загородный дом графа, но в голове всё путалось. Было темно и она не видела лица. Но голос? Тот вежливый голос?.. Да, это был он. Это был капитан Ляруз.

«Может это действительно шанс? Шанс вновь начать всё заново?»

У неё до сих пор болели ребра от его объятий.

«Я женщина, а он мужчина — вот и вся суть, — решила она. — Но я буду бороться за свою честь».

Она подняла голову и стерев с глаз слезы вздохнула, и потушив свечу вскоре уснула.

Почти весь следующий день Диана провела в каюте. Одна мысль о том, что он где-то там, бросала её в дрожь. Не помогли даже уговоры Джавада и сияющая на солнце гладь воды, которая через окно, манила её выйти на палубу.

Ричард напрасно простоял на полуюте пол дня, надеясь её увидеть. Он здорово её напугал и теперь придётся очень постараться, чтобы вновь завоевать доверие, хотя, возможно, его никогда и не было.

Раздался стук в дверь.

— Кто? — спросила Диана.

— Я, Джавад, — отозвался голос.

— Входи, — облегчённо ответила она.

Джавад вошёл в каюту и протянул ей свёрнутый листок.

— Что это? — спросила она.

— Письмо от капитана.

Диана развернула письмо:

«Я прошу у вас прощение Диана. Произошедшие события всего лишь стечение обстоятельств, над которыми мы не властны. Я помог вам, потому что хотел этого. Сейчас только дружба между нами может сгладить разногласия. Приглашаю вас на обед».

Диана опустила листок и задумалась, отвернувшись к окну. Потом вновь глянула на ждущего ответа Джавада и проговорила:

— Передай господину Лярузу, что у меня болит голова, и я хочу сегодня побыть в одиночестве.

— Хорошо, — ответил юный доктор.

Джавад ушёл и Диана с сильным биением сердца, ждала конца этой истории. Отказ означал начало военных действий, а это очень рискованная операция, особенно, после ночного приключения, воспоминания о котором бросали её в дрожь.

Вскоре пришёл Джавад, держа в руке небольшую плетёную корзинку с яблоками.

— Я думаю, это поднимет вам настроение, — он протянул ей фрукты.

— Благодарю. А что сказал господин капитан? — с опаской спросила она.

— Что бы я позаботился о вас.

Диана с облегчением вздохнула.

После обеда она совершенно не знала, что делать. Читать надоело, яблоки были наполовину съедены. Она принялась перешивать одно из платьев, которое было ей велико, но и это занятие валилось из рук. Она не привыкла сидеть в четырёх стенах, без свежего воздуха она чахла, как цветок без воды.

— Погуляйте по палубе, — предложил в очередной раз Джавад. — Головная боль в миг пройдёт.

— Нет, не хочу.

— Господина капитана там нет, — парень понял, что она его боится. — Мне Герман сказал, что он у себя и что-то чертит на карте.

Диане казалось это очень соблазнительным. Она уже не могла сидеть взаперти.

— Я подумаю, — вздохнула она.

Джавад ушёл, оставив её наедине со своими мыслями.

Подумав, поразмыслив, и в конце концов поборов свои страхи, она оставила надоедливое шитье и вышла на палубу. И как только лучи солнца и тёплый ветерок коснулись её лица, она ощутила бодрость, и прилив сил.

Ей на встречу шёл Герман.

— Добрый день, мадемуазель, — он приветливо улыбнулся. — Прекрасная погода, не правда ли?

— Да, вы правы, — она кивнула и посмотрела на небо. — С севера плывут тучи и ночью возможно будет шторм.

— Вы хорошо разбираетесь в погоде, — удивился он.

— Меня отец учил, — ответила она. — Дочь рыбака должна это знать.

Герман чуть улыбнулся и оставив её, направился по своим делам.

Диана осталась одна. Хотя, нет, слышались разговоры на мостике, там был штурвальный и двое матросов. Она положила руки на перила, вспоминая своего отца. Он, наверняка, хотел сына, но родилась она, и поэтому морское дело вошло в её обучение по полной программе. В детстве её все принимали за мальчика, она даже хотела обрезать волосы, но мама не позволила. Непоседа, озорница, она была готова к продолжению дела отца. А теперь: ни дела, ни отца, ни мамы, ни родного дома, ни прошлой её, больше нет.

Она вздохнула, вернувшись из воспоминаний на грешный кусочек плавучей суши. Корабль, словно большая утка, быстро продвигался по воде, оставляя мелкие гребни, которые светились и переливались в лучах солнца.

Она повернулась спиной к перилам, её взгляд остановился на статной фигуре, стоявшей на полуюте, и как видимо, наблюдавшей за ней.

Ричард не спускал с неё глаз, надеясь поймать её взгляд. И вот, она смотрит на него.

Диана отвела взгляд и тут же поспешила уйти с палубы в каюту. Спасение от ненужных мыслей она нашла в книге, где описывалась жизнь Рима. Диана раскрыла книгу и села на диванчик.

Спустя некоторое время раздался стук в дверь.

— Входи Джавад, — ответила она.

Скрипнула дверь и взгляд Дианы остановился на высоких сапогах. Она медленно подняла испуганные глаза, перед ней возвышалась высокая фигура Ричарда. Книга чуть было не выскользнула из её рук.

Ричард закрыл за собой дверь.

Диана отложила книгу и встав на ноги, боязливо отступила на шаг в сторону.

— Джавад опасается за ваше здоровье. Как вы себя чувствуете? — спросил он.

— Спасибо, хорошо, — ответила она.

— Я рад это слышать, — он достал из кармана гребень и подойдя, протянул ей. — Хочу вернуть вам.

Диана взяла гребень и отложила его на столик, при этом, чуть не упав, потому что усилилась качка. Тучи неумолимо приближались, подул сильный ветер.

— Надвигается, предсказанный вами, шторм, — проговорил он, не сводя с неё глаз.

— Вы боитесь шторма? — она гордо взглянула на него.

— Море — мой дом, но погода, иногда, преподносит сюрприз.

— Значит, вы ничего не боитесь?

— Я многого боялся в своей жизни. Чудом избежал виселицы. Наши судьбы невероятно похожи.

— Что же вы совершили такого ужасного? — вновь спросила она.

— Меня втянули в авантюру, а потом предали, — вздохнул он. — Я встретил графа де Виля случайно, я спас ему жизнь. В то время он ещё не был губернатором. Мы наткнулись на тонущее судно и подняли на борт шестерых человек, среди них был граф. Он посулил мне крупное состояние, если я доставлю его в Лондон, он плыл из Франции в Англию, а на корабль напали пираты. И мы никогда не были друзьями.

— Зачем вы мне это рассказываете? — спросила она.

— Я хочу, чтобы вы доверяли мне.

Волны усиливались, нещадно колотя в борт корабля. Не удержав равновесие, Диану качнуло, и она оказалась лицом к лицу с Ричардом, который не дал ей упасть, обхватив за талию.

— Мне казалось, я умею стоять на ногах в шторм, — смущённо проговорила она.

— Говорят, обезьяны тоже падают с деревьев, — ответил он.

— Правда? — улыбнулась она, подняв глаза и смотря ему в лицо, которое так близко оказалось к ней, как и в прошлую ночь.

Его фраза рассмешила её, но ей не давали покоя его руки, которые всё крепче сжимались, но на сей раз, это не было так пугающе. Что-то тёплое и доброе было в этом человеке, его напускная надменность была только мишурой. Диане вспомнились нежные руки отца.

— Отпустите меня, — жалобно прошептала Диана, отведя взгляд в сторону, стараясь отстраниться от него, но была словно в железном обруче.

Эти несколько секунд, прежде чем она заговорила, показались ему вечностью. Милое улыбающееся личико заставило капитана прирасти к полу, не ощущая ни волн, ни ветра, ни качки.

— Я уверен, вы не броситесь за борт, — он провёл рукой по её спине и коснулся волос.

— Вы так думаете? — она медленно и гордо подняла глаза, стараясь показать своё превосходство. — А если всё же?

— Я прыгну за вами, — ответил Ричард.

— Уходите, — проговорила она. — Пожалуйста, уйдите, я прошу вас.

Ричард отпустил её и не сказав ни слова, вышел из каюты.

Диана закрыла дверь на щеколду и прислонилась к ней спиной. Её сердце бешено колотилось, а тело до сих пор ощущало тепло его объятий. Мнения об этом человеке менялись, как погода. Галантность, светская манерность не могли сочетаться со званием пирата и разбойника.

«Здесь что-то не так, — поняла она. — Он не тот, за кого себя выдаёт».

Ричард сидел в кресле в своей каюте. На его память пришло много событий прошлых лет.

«Как же она похожа на тебя, — думал он. — Тот же характер, та же гордость и неприступность. Моя милая Кара, ты воплотилась в этой девушке».

Кара де Бодрикур была фрейлиной вдовствующей королевы. Он так любил её, что назвал в честь неё корабль. Он рассказал ей, что против короля готовится заговор и, что он втёрся в доверие братства. Кара решила предупредить короля, но кто-то из заговорщиков узнал о том, что в их рядах предатель. Тело убитой фрейлины было найдено в бассейне королевского сада, а Ричарду пришлось, как можно скорей бежать из страны. Он отправляется в Шотландию, пишет письмо королю, уверяя в своей непричастности, и передаёт его через брата, вместе с бумагами, выкраденными у заговорщиков…

Воспоминания прервал свист ветра в парусах.

— Шторм… — сказал Ричард вполголоса, но снова лавина воспоминаний затмила его сознание.

Его корабль носило из одного конца Средиземного моря в другой. После этого ужасного кошмара прошло два года. Боль по любимой девушке немного утихла и жизни вошла в новое русло. Он здорово разбогател, исколесив Карибское море, занимаясь поисками затонувших кладов. Он отыскивал на дне сокровища испанских галеонов, потопленные в этих широтах флибустьерами, свирепствующими тут более ста лет. А также сумел добиться соглашения с небезызвестными пиратами, которые получили от него по нескольку редких монет со дна моря, и оставили его в покое.

Однажды они наткнулись на тонущее судно, на котором находился будущий губернатор Ла-Рошели. Корабль потопил пират Фипс. В целости оказалось около десяти человек. Граф вёз письмо английскому королю, которое срочно надо было доставить.

Ричард соглашается отправиться в Англию. Высадившись на знакомый берег, он решает навестить родную могилу Кары. Но скрывшиеся, год назад, от солдат короля, несколько человек, узнают, что Ляруз в городе и устраивают засаду на монастырском кладбище. Его ранят в бок и за ним сначала ухаживают монахи, а потом он знакомится с доктором Абдулой аль Мехара и его учеником Джавадом, которых он приглашает на свой корабль. Также он узнает, кто убил Кару и кто устроил ему засаду. Это был некий герцог де Грод, чьё имя не фигурировало в списках заговорщиков, но именно он стоял за всем этим братством. Ричард знал, что он богатый судовладелец. Львиная доля поставок кофе, ценной древесины, тканей и специй в его руках. И чтобы разозлить и выманить герцога из мягкого кресла в его замке, Ричарду стоило всего на всего потопить пять его кораблей.