Перерождение. Серия «Синдикат». Книга 4
— Я пытался. Безрезультатно. Они в защитных костюмах, и ни одна из камер не сумела зафиксировать его лица.
— Ясно. Ты молодец.
Куратор одобрительно хлопнул сотрудника по плечу. Он редко хвалил своих подчиненных, тем не менее иногда можно использовать не только кнут. Главное — соблюсти баланс.
Куратор сделал два шага в сторону, выходя из рабочего закутка специалиста. Теперь предстояло принять важное решение. Информации очень мало, что добавляло ответственности. Как поступить? Проигнорировать очевидное нарушение и дать борту Красного Креста улететь из «Аль-Джазиры» или же вмешаться? Его должность подразумевает быстрое, скорее даже молниеносное принятие решений. Иногда даже секунда промедления имеет значение. Куратор знал об этом. Потому, делая третий шаг, он уже понимал, какое примет решение.
***
Шестьдесят второй день после инцидента в Хьюстоне
Соединенные Штаты Америки
Лос-Анджелес, штат Калифорния
16:58
— Ты не думал, что это видео — приманка корпорации и нас просто хотят заманить в ловушку? — Карл обвинительно ткнул пальцем в экран, точно это он был виноват во всех грехах.
— Думал.
— И?
На Джека выжидающе уставились абсолютно все. Даже кошка.
— Мы должны рискнуть.
— Ах вот как… Хочешь поставить под удар всех нас? И ради чего? Ради иллюзорной надежды? — Пит недовольно покачал головой. — Не нравится мне это. Ох как не нравится…
— У нас нет выбора. — Джек вынул флешку из разъема и сунул ее обратно во внутренний карман пиджака. — Неизвестный с видео прав: наши действия нисколько не влияют на реализацию планов Синдиката. По сути, мы занимаемся абсолютно бесполезным делом.
— О, теперь ты так заговорил? — В голосе Моники зазвучала неприкрытая обида.
— Прости, родная, однако мы должны смотреть правде в глаза. Если действия Джулии хоть как-то влияют на происходящее, пусть и локально, то наши — вообще пустота. Синдикат семимильными шагами идет к уничтожению человечества. Если мы действительно хотим его остановить, то он, — Джек хлопнул ладонью по карману, — наш шанс. Если антивирус существует, мы обязаны его достать.
— Ладно. — Энди поднял ладони, выставив их перед собой. — Допустим. Только ты скажи, пожалуйста, а как вообще эта флешка попала в твои руки?
***
20 часов назад
Шестьдесят первый день после инцидента в Хьюстоне
Соединенные Штаты Америки
Лос-Анджелес, штат Калифорния
12:20
— …Цитадель — новый ковчег! Спешите, если не хотите повторить судьбу тех, кто оказался под водой! Прямо сейчас, в эту секунду оставьте свои дела, придите к мобильному пункту CGG, получите идентификационный номер — и ворота глобального убежища распахнутся, впуская вас в новый, безопасный мир…
— Ага, я лучше с зараженным мутантом взасос поцелуюсь, чем поверю демонам корпорации! — Стоящий сбоку от Джека мужчина в коричневой кофте с зелеными единорогами громко харкнул, отправив темно-желтый сгусток слюны на асфальт.
Джек усмехнулся. Он полностью разделял отношение соседа к корпорации и ее обещаниям. Хотелось надеяться, что таких, как они, процентов девяносто. А лучше — все сто.
— …Корпорация Cromwell Global Group прикладывает все усилия в борьбе с вирусом, однако лучшей защитой являются стены Цитадели! И помните: Ной позаботился лишь о своей семье. Мы — обо всем человечестве.
Женщина на экране, висящем на стене многоэтажного здания, ослепительно улыбнулась, после чего ее сменил красно-белый логотип корпорации, вращающийся вокруг своей оси.
Джек тряхнул головой, пытаясь выкинуть из головы только что прозвучавший бред. Он в числе сотен других жителей Лос-Анджелеса стоял в длинной очереди перед тем самым мобильным пунктом корпорации. Нет, он не собирался получать билет в Цитадель — цель была совершенно иной. Скорее даже противоположной. Понаблюдать за процессом, скрытой камерой сделать снимки, ну и получить в распоряжение дозу первого препарата, якобы замедляющего процесс мутации в организме и снижающего вероятность заражения.
Почему якобы? Все очень просто. Препарат разработан в недрах корпорации, создавшей и выпустившей вирус наружу. А если принять во внимание, что за логотипом CGG в действительности стоит Синдикат, планирующий уничтожить девяносто девять процентов населения планеты, то какой резон раздавать людям препарат, замедляющий реализацию уже запущенного плана? Правильно — никакого. А значит, препарат либо фикция, либо имеет противоположные заявленным свойства, ускоряя процесс заражения. Лично Джек склонялся ко второму варианту, потому и стоял в очереди уже целый час, планируя во чтобы то ни стало раздобыть образец этого зелья.
Джек отступил на два шага вправо и прислонился к перилам, ограждавшим проход. Перед ним в очереди оставалось еще человек десять, если не больше. Значит, предстоит проторчать здесь еще с полчаса. Это как минимум. Разве только специалисты внутри мобильного пункта начнут работать быстрее, что маловероятно. До сих пор ведь не начали.
Сам мобильный пункт представлял собой вытянутый в длину металлический ангар темно-серого цвета, с огромным логотипом корпорации в виде красно-белого мальтийского креста и трех заглавных букв CGG. По обеим сторонам от мобильного пункта располагались наблюдательные вышки, где дежурили бойцы из военного подразделения корпорации. А весь внешний периметр защищали три ряда металлической сетки под напряжением. Пространство между рядами круглосуточно патрулировали черные бронетранспортеры с красно-белыми крестами. Да и внутри периметра Джек насчитал две дюжины хорошо экипированных бойцов, осуществляющих обеспечение правопорядка. Мобильный пункт, что бы ни скрывалось под этим весьма неоднозначным названием, надежно защищен. Как от зараженных, так и от вполне себе здоровых.
Стоящая впереди пара сделала шаг вперед — значит, очередь сократилась на одного ожидающего. Прекрасно. Давайте так с периодичностью в секунду. Джек сделал шаг. Просто чтобы создать для самого себя видимость какого-никакого прогресса. Один шаг — и… справа возникло новое лицо. Поначалу Джек не придал этому значения. Ну, встала девушка сбоку, да и ладно. Ему-то какое дело? Как оказалось, встала она рядом не просто так.
— Не смотрите на меня, капитан Бартон. За нами могут наблюдать. Не стоит привлекать лишнее внимание.
Обычно, когда просят не смотреть, хочется сделать с точностью до наоборот. Джеку тоже хотелось. Очень. Однако спасла профессиональная выдержка. Джек не обернулся. Даже не моргнул. Продолжил тупо пялиться в широкую спину парня перед собой. Такое ведь занимательное зрелище…
— Мы знаем, что вы возглавляете ячейку сопротивления в Лос-Анджелесе. Знаем о ваших контактах со Стайлз. Знаем о вашей деятельности против Синдиката…
По-хорошему от таких слов спина должна бы тут же взмокнуть, а ноги — стать ватными. Но ни того ни другого не произошло. Только мозг стал работать куда быстрее, анализируя один за другим различные сценарии развития событий. Если девушка является агентом корпорации, а он до сих пор дышит, значит, он нужен им живым. Зачем? Идиотский вопрос. И так все понятно. Если же она представляет иных лиц, то хотелось бы знать — каких именно. И как они на него вышли.
— Я от друга…
Ну да. Как будто кто-то на ее месте сказал бы: «Я от врага. И мы хотим тебя убить».
— Он готов вам помочь. Реальная помощь, капитан. С ним вы сможете если не остановить, то существенно снизить эффективность Синдиката. Вот, держите!
Джек ощутил прикосновение, и в следующее мгновение его ладони коснулся небольшой холодный на ощупь предмет.
— Здесь первые инструкции. Надеюсь, вы нас не разочаруете и сделаете правильный выбор, капитан Бартон.
Доля мгновения — и пространство справа опустело. Напоминанием о недавнем присутствии служил лишь приятный аромат духов со свежими нотками цитруса да тот самый небольшой предмет в руке.
Джек разжал ладонь.
На ней лежала стальная прямоугольная вещица. Не требовалось особых познаний для ее первичной идентификации. Девушка передала Джеку миниатюрную флешку. Содержимое которой теперь только и оставалось узнать.
***
Шестьдесят второй день после инцидента в Хьюстоне
Северная Африка
Алжирская Народная Демократическая Республика
В ста милях от столицы
Карантинная зона
Спецлагерь инфицированных под кодовым обозначением «Аль-Джазира»
15:20
— Значит, изменения в инкубационном периоде…
Джулия потрясенно поднесла руку ко лбу. Новость на самом деле превзошла наихудшие ожидания. Судя по всему, вирус начал мутировать, а значит, вся проделанная за последние два месяца работа оказалась попросту бесполезной.
— Дело не просто в инкубационном периоде. — Доктор Мохаммед Савфат сокрушенно покачал головой. — Измененный вирус вообще минует первую стадию. То есть если раньше благодаря соответствующим симптомам можно было выявить заражение и поместить больного в карантин, то теперь вирус проявляется сразу во второй стадии. Вы понимаете, что это значит, доктор Стайлз?
Джулия кивнула. Она понимала. Прекрасно понимала.
— Скорость распространения вируса увеличится в разы.
— Именно! Если прежде при заражении KJ-7 у больного появлялись жар, слабость и сыпь, сигнализируя о первых признаках инфекции, то теперь первая стадия проходит бессимптомно. Носитель вируса даже не подозревает о заражении, а когда инфекция дает о себе знать, уже слишком поздно.
— Оно ведь так и так, поздно, доктор. — Сопровождающий Джулию Говард позволил себе не согласиться со сделанными оценками. — Я не вижу существенной разницы. Конечно, бессимптомная начальная стадия не дает повода для оптимизма, тем не менее мы ведь прекрасно осознаем, что на текущий момент нет различия между зараженным на первой стадии и зараженным на третьей. И тот и другой уходят в список безвозвратных потерь. Тогда… — выпускник Кембриджа недоуменно развел руками, — нет повода для паники. Ситуации хуже, чем она есть сейчас, просто не может быть…
— Ошибаетесь. — Директор спецлагеря ткнул пальцем в экран, где схематически отображалась измененная структура KJ-вируса. — Может быть. И более того, уже есть. Доктор Стайлз, — он повернулся к экс-агенту ФБР, — объясните своему напарнику?
Джулия пожала плечами. Вообще-то, никакой он ей не напарник, а так, вынужденный попутчик. Ну да ладно. Просят объяснить — без проблем.
— Доктор Савфат говорит о следующем: в нынешней ситуации мы можем вовремя отследить зараженных и поместить их в карантинную зону с последующей изоляцией от окружающего мира, тем самым снижая скорость распространения вируса. Да, безусловно, отследить всех не получается, и именно поэтому с каждым днем приходится наблюдать за растущей прогрессией. Однако произошедшие в патогене мутации делают и без того плачевную ситуацию совсем безнадежной…
— Почему?
— А ты слушай, не перебивай!
Джулия зло глянула на коллегу через стекло защитного костюма. Тот, кажется, уловил если не взгляд, то тон голоса, поскольку тут же поднял ладони вверх.
— Окей, окей…
— Теперь первая стадия проходит бессимптомно. То есть вирус дает о себе знать только на следующей стадии. А напомни мне, пожалуйста, основные симптомы второй стадии.
— Эм-м… Ну, судороги…
— Ага, еще?
— Сильный кашель… эм-м… с кровью…
— Ага. И?
— Приступы бешенства. Зараженные не могут себя контролировать и кидаются на окружающих.
— Вот! — Джулия подняла вверх указательный палец. — Теперь понимаешь?
— Ага… — медленно произнес Говард. Кажется, до него начал доходить смысл обеспокоенности доктора Савфата. — Если мы не можем выявить зараженного на первой, безопасной для окружающих стадии болезни, то, значит, не можем его изолировать. А следовательно, абсолютно все зараженные теперь будут вне карантинных зон…
— И, следовательно, о сдерживании распространения вируса теперь можно просто забыть, — закончила за него Джулия.
Она хотела еще что-то добавить, однако внимание отвлек быстро нарастающий рокот вертолетов снаружи. Судя по звуку, они приближались. И их было много. Никак не меньше дюжины. Нехорошее, очень нехорошее предчувствие кольнуло сердце, и Джулия обернулась к замершему у монитора доктору Савфату:
— Вы ждете гостей?
***
Эдем, штаб-квартира Синдиката
Местонахождение: секретно
Время: секретно
— Мы отстаем от графика, и данное обстоятельство не может меня не беспокоить.
Одетый в черный костюм мужчина с седыми волосами и пронзительными голубыми глазами обвел холодным взглядом собравшихся в зале совещаний на четвертом уровне штаб-квартиры. Одиннадцать человек — пять отцов-основателей, пять доверенных лиц и руководитель «Пантер» — сидели за длинным вытянутым столом, который был единственным предметом мебели в громадном зале, где легко мог поместиться военно-транспортный самолет наподобие «Локхида». На остальной площади — пустота, что вкупе со стальными стенами и потолком создавало весьма неуютную атмосферу. Да и эмблема Синдиката в виде фигуры в плаще с молитвенно сложенными руками на дальней стене только усиливала гнетущее впечатление. Как и главная тема заседания.
Обычно подобные совещания происходили в онлайн-режиме, поскольку так удобнее и целесообразнее. Обычно — но не сегодня. В этот раз кардинал захотел лично видеть всех «высших» — так в Синдикате называли руководителей организации. И Джаред прекрасно понимал, с чем связан такой формат. Проект «Перерождение» на второй фазе начал пробуксовывать. Нет, вирус постепенно завоевывал все новые территории, погружая города, провинции, а иногда и целые страны в пучину необратимого хаоса, — тем не менее блицкрига, на который рассчитывали отцы-основатели, не случилось. Да, некоторые режимы рухнули, но предполагался куда более глобальный результат.
— Согласно последним данным, Цитадель заполнилась лишь на двадцать процентов, тогда как по плану мы должны были достичь пятидесяти еще на прошлой неделе. Кто-нибудь может мне объяснить, с чем связано такое отставание от графика?
В зале повисла тишина. Весьма тревожная, надо признать. Конечно, когда понимаешь, что в любой момент тебя могут попросту списать со счетов, поневоле будешь тревожиться.
Спустя десять секунд полного молчания слово взяла сидящая рядом с Джаредом молодая женщина в строгом черном костюме. Здесь, в Синдикате, она являлась правой рукой одного из пяти отцов-основателей и как раз-таки отвечала за введение в эксплуатацию и обеспечение функционирования глобальных убежищ. В том числе Цитадели, разумеется. Вне Синдиката Марго Комелло занимала пост генерального директора Всемирной организации здравоохранения. Весьма нужная должность в период пандемии. Нужная Синдикату. Человечеству же это обстоятельство ничего хорошего не сулило.
— Заполняемость глобальных убежищ напрямую зависит от обстановки в мире. Спустя два месяца после перехода «Перерождения» во вторую фазу мы имеем двадцать пять миллионов зараженных. Из восьми миллиардов. Это сколько? Менее чем полпроцента от общего населения планеты? Слишком мало для необходимой нам заполняемости глобальных убежищ. Все взаимосвязано. Будет расти количество зараженных — будет увеличиваться число желающих попасть в убежище. Однако при сохранении нынешних темпов закрыть Цитадель мы сможем только к концу года. В лучшем случае. Хотя я думаю, что ста процентов удастся достичь только к февралю.
— Что почти на пять месяцев позже запланированного срока! — Кардинал поджал губы, всем видом выражая крайнюю степень недовольства. — Хорошо, зайдем с другого конца. С чем связаны настолько низкие темпы реализации второй фазы «Перерождения»? Мы рассчитывали на пять миллиардов зараженных через полгода! Пять миллиардов! — Голос главы Синдиката приобрел стальной оттенок. — А при реальных темпах сколько будет? Сто миллионов? Двести? Даже если пятьсот — разве эта цифра хотя бы близка к требуемой? Мне кто-нибудь может дать хоть сколько-нибудь внятное объяснение?
— Очевидно, что после недавней пандемии коронавируса государства оказались куда более подготовленными к новым потрясениям, чем ожидалось…
Такой себе ответ. Убедительности ноль.
— Правда? А разве данный фактор не учитывался в итоговом анализе, исходя из которого и были рассчитаны сроки реализации каждого этапа «Перерождения»?
— Да, но… — Один из доверенных лиц нервно провел рукой по волосам. Джаред его прекрасно понимал. Лично он не хотел бы оказаться на его месте. — Ситуация на местах оказалась несколько сложнее. Тем не менее силами CGG мы контролируем все стратегически важные участки. Вторая фаза так или иначе завершится. Успешно завершится, вне всякого сомнения.
— Успешно — это когда соблюдаются запланированные сроки!
От шипящего голоса кардинала у Джареда зашевелились волосы. И, кажется, не у него одного. Сидящая рядом директор ВОЗ так вообще приложила ладонь к области сердца.
— Хочу напомнить, что даже здесь, — глава Синдиката обвел рукой присутствующих, — нет неприкасаемых. Надеюсь, я услышан. Наша центральная задача на ближайший месяц — в разы ускорить распространение вируса. Да, общие сроки теперь придется скорректировать в сторону увеличения, тем не менее я рассчитываю на серьезное улучшение текущей ситуации… Итак, — кардинал откинулся на спинку кресла и хмуро воззрился на сидящих за столом, — есть предложения по ускорению второй фазы?
Джаред широко улыбнулся, взял в руки лежащую перед ним черную папку и поднялся на ноги. Теперь его выход. Его звездный час.
— Есть, сэр.
Джаред прошел к концу стола и положил папку перед главой Синдиката, после чего спокойным, ровным шагом вернулся на свое место.
— Что здесь?
Кардинал папку открывать не стал. Ну да, а зачем, если подчиненный может объяснить на словах.
— Данные, касающиеся новой модификации KJ-вируса.
— Хм… — Кардинал неопределенно хмыкнул и открыл первую страницу. — Разъяснишь?
— Конечно, сэр.
Джаред пододвинул к себе точно такую же папку, отбарабанил пальцами дробь по титульной странице, но открывать не стал. Незачем. Он и без того прекрасно владел информацией.
— Уже спустя две недели после старта второй фазы «Перерождения» моя команда по моему поручению провела анализ с предварительным прогнозом развития ситуации. Собственно, итоги этой работы есть на двенадцатой странице. Согласно анализу, мы выбивались из графика даже не на месяцы, а на годы. Тогда же я дал поручение всем лабораториям корпорации модифицировать KJ-7-вирус, чтобы получить возможность ускорить его распространение. Неделю назад одна из лабораторий доложила о достижении результата, после чего представила всю информацию об опытных испытаниях. Опять же итоги и отчеты есть в папке. Если кратко, новый вирус — KJ-8 — обладает одной уникальной особенностью: первая стадия заболевания проходит бессимптомно. То есть у инфицированного не наблюдается никаких признаков заражения. Они начинают проявляться только тогда, когда наступает вторая стадия, благодаря чему распространение вируса должно ускориться даже не в разы, а в десятки раз…
Джаред замолчал, ожидая реакции босса. Как и другие. Они тоже ждали.
Кардинал закрыл папку и удовлетворенно кивнул.
— Хорошая работа, Кромвель. Очень хорошая. Если бы с такой же дальновидностью и оперативностью действовал каждый из вас, — глава Синдиката поочередности указал на каждого из помощников отцов-основателей, — то мы бы не просто не отставали от графика, а шли бы с хорошим опережением. Ладно, — кардинал хлопнул ладонью по столу, — данные о модификации вируса будут у каждого в течение часа. Сутки даю на изучение материала, после чего мы снова встретимся и обсудим дальнейшие шаги по исправлению текущего положения. Сейчас все свободны.
Джареду показалось, что он услышал всеобщий вздох облегчения. Ну да, несмотря на серьезные проблемы, обошлось без жертв. В прямом смысле слова. А могло быть иначе. Почему кардинал оказался столь лоялен? Интересный вопрос. Дело или в хорошем настроении, или в нехватке кадров. Как говорится, лошадей на переправе не меняют. Хотя с Синдикатом подобная схема, как правило, не работала. Обычно в случае неудачи виновных убирали без сожаления. На этот же раз проявлена столь несвойственная организации гуманность. Над этим стоит подумать…
Джаред поднялся, собираясь покинуть зал совещаний вслед за остальными, однако был остановлен кардиналом:
— Кромвель, задержись.
Пришлось вернуться в кресло.
Есть ли повод для беспокойства? Имеется в виду — личного беспокойства… Скорее всего, нет. Кардинал с самых первых дней взял его под свое покровительство, и потому Джаред успел досконально изучить подаваемые им сигналы. Если в данный момент главнейший из отцов-основателей чем-то и обеспокоен, то точно не его, Джареда, действиями.
— У нас проблема, — сообщил кардинал, когда дверь за последним ушедшим закрылась. — Глобальная проблема…
Джаред нахмурился, пытаясь сходу определить истинный смысл утверждения. Ничего не получилось. Если глава Синдиката имеет в виду медленные темпы реализации второй фазы «Перерождения», то значимость проблемы сильно преувеличена. Да и решение уже найдено, а значит, нет повода для беспокойства.
— У нас есть перебежчик…
А вот это очень сильно. Джаред едва не поперхнулся.
— Перебежчик? У нас? Тут?
— Не знаю, на каком он уровне… — Кардинал скривился, точно от сильной зубной боли. — На достаточно высоком, судя по полученным данным… Может, кто-то из наших… — Отец-основатель вяло махнул рукой, обводя ею опустевший стол. — Хотя… вряд ли… Не знаю… Информации слишком мало…
— Понял. — Джаред провел рукой по волосам. — Есть представление о нанесенном уроне?
— Пока проверяем. Данные получены всего несколько часов назад — требуется время, чтобы понять всю картину. Тебе сообщаю как своему доверенному лицу и… — уголки губ кардинала слегка дрогнули, что в его случае означало улыбку до ушей, — тому, кому я доверяю. За прошедшие два года ты доказал не только свою лояльность, но и исключительную полезность для Синдиката. Я такое ценю. И в случае, если вторая фаза «Перерождения» будет завершена в срок или хотя бы близко к нему, я подниму вопрос о включении тебя в состав отцов-основателей. На мой взгляд, ты заслуживаешь этого места куда больше нынешних моих… эм-м… коллег…
Джаред всегда чувствовал себя неловко при похвалах. Вот и сейчас он лишь пожал плечами.
— Я верю в нашу цель и сделаю все для ее достижения.
— Знаю. Потому и сообщаю тебе о враге в наших рядах. «Пантеры» уже занялись проработкой всех кураторов высшего звена, но я хотел бы, чтобы и ты дополнительно занялся данным вопросом… Мы не можем позволить, чтобы в столь ответственный момент нам ударили в спину.
— Я сделаю все необходимое для защиты наших проектов.
— Хорошо. Как говорили наши праотцы? Non nobis Domine, non nobis, sed nomini tuo da gloriam!2
***
Из отчета исполнительного директора Cromwell Global Group
Совершенно секретно
Доступ к материалам ограничен седьмым уровнем
«…Эффективность KJ-8 в ходе пилотного запуска в секторе HPP-1S превзошла все наши ожидания. В ходе испытаний мы инфицировали одиннадцать подопытных. Организм каждого носителя патогена показал идентичную реакцию: первые 24 часа — отсутствие каких-либо симптомов, только у одного подопытного на семнадцатый час после искусственного введения KJ-8 произошел небольшой скачок температуры тела. Первые симптомы в виде сильного кашля и судорог появились у трех объектов спустя 31 час после внедрения патогена. У остальных восьми подопытных симптомы возникли в промежутке от 33 до 39 часов. Таким образом, мы делаем выводы, что минимальный латентный период KJ-8 с момента инфицирования организма составляет 30 часов, что на четыре часа больше, чем у вируса прошлой модификации. Должен также отметить, что уровень агрессии у каждого из одиннадцати подопытных находился на невероятно высоком уровне начиная со второго часа после появления первых симптомов. Тем самым время на выявление и изоляцию зараженного по сравнению с KJ-7 сократилось более чем на 30 часов, что должно способствовать реализации поставленных перед нами задач…»