Тот кивнул и опустился обратно в кресло перед консолью с огромным видеообъемом. Центральное место видеообъема занимало изображение кают-компании.
– Что у нас плохого? – спросил Жакэ, приближаясь к Дортсу.
– Ничего. Все спокойно, – отозвался безопасник, не оборачиваясь.
– Что по нашему подопечному?
– Если не считать излишней нервозности объекта, то пока ничего заслуживающего внимания.
Жакэ помолчал, наблюдая за Кранцем, что-то внушающим своим временным подчиненным. Звука не было – одна картинка. Звук транслировался в гарнитуру безопасника.
– О чем он говорит с ними?
– Бесконечные наставления. Кранц крайне недоволен их слабой подготовкой и ограниченной возможностью поглощать информацию. Правда, я не знаю, какой человек в состоянии впитать в себя за столь короткий срок такую уйму знаний, какую пытается впихнуть в их головы Кранц. Мне кажется, было бы гораздо проще прибегнуть к прямой нейрозаписи. Но Кранц почему-то настаивает именно на пустой долбежке.
– Надо будет поинтересоваться у него относительно этого.
– Мне кажется, бурная деятельность советника скорее рассчитана на эффект у возможного наблюдателя. Кранц сильно переигрывает. По крайней мере у меня складывается именно такое впечатление.
– Интересная мысль, – задумчиво хмыкнул Жакэ, массируя пальцами подбородок. – Но какой в этом смысл? Чего он добивается?
– Могу предположить, что Кранц пытается, во-первых, показать окружающим личную заинтересованность в деле. А во-вторых, большая часть информации, усвоенная агентами столь примитивным способом, неизбежно вылетит у тех из голов по прошествии небольшого промежутка времени, и агенты окажутся неподготовленными должным образом для выполнения возложенных на них обязанностей.
– Интересное предположение, и достаточно логичное. Возможно, именно этого советник и добивается. Не в его интересах тщательно провести поиск в прошлом, а если операция окажется провальной, то его вины здесь нет – он всемерно содействовал, – Жакэ дружелюбно похлопал дежурного по плечу. – У вас отлично варит голова, Кир.
– Не стоит, сэр. Это моя работа, – спокойно ответил Дортс.
– Ну-ну, не скромничайте. У вас есть все записи «вводного курса» Кранца?
– Разумеется, сир, – дернул плечами Дортс.
– В таком случае давайте сделаем вот что: агенты, перед высадкой на планету должны будут пройти обязательное медицинское освидетельствование, во время которого мы незаметно произведем нейрозапись «курса» Кранца. Вы можете самостоятельно подготовить чистый, так сказать, вариант? Или вам нужен помощник?
– Нарезка займет не слишком много времени. Думаю, справлюсь сам.
– Вот и отлично! Доложите, когда запись будет готова, а я пока предупрежу медотсек…
4
Прыжок в прошлое, которого с волнением ожидала Сельвина, находясь в рубке «Селесты», не запомнился ничем примечательным. Вернее, не запомнился вообще ничем.
«Селеста», окутавшись коконом защитного поля, на счет «ноль» включила хроноинвертор, и яхта в мгновение ока переместилась на тридцать тысяч лет назад, почти в начало эры технического прогресса. Сам прыжок Сельвина, как, впрочем, и другие члены экипажа, не почувствовала. Изменился лишь окружающий «Селесту» космос.
Земля, находившаяся до того в каких-нибудь полумиллионе километров от судна, в одно мгновение отпрыгнула назад и вбок, превратившись в крупную звездочку. Нисколько не изменившееся Солнце сместилось вправо. Звезды такими же острыми неподвижными иглами продолжали ровно светить. Хотя, опытный взгляд заметил бы некоторое изменение в их положении – за тридцать тысяч лет звезды изменили свое положение.
– Мы на месте, Ваше Высочество, – доложил принцессе Жакэ, сидевший в кресле координатора. – Самый конец двадцатого столетия по летоисчислению планеты.
– Спасибо, капитан. – Сельвина, стоявшая за креслом капитана, с замиранием сердца всматривалась в далекую звездочку впереди корабля. От этой звездочки сейчас зависело очень многое. Вероятно даже, вся ее дальнейшая судьба. – Что вы собираетесь предпринять теперь?
– Сначала мы проведем сканирование данной системы для оценки ситуации. После подойдем как можно ближе к Земле и закрепимся где-нибудь на время проведения операции. Для временной базы оптимальным выбран вариант с Луной, хотя в любом случае понадобится ее экранирование.
– К чему такие предосторожности?
– Технический прогресс на Земле уже достиг того уровня, когда цивилизация начинает осваивать околопланетное пространство, активно следит за ним и производит астрономические изыскания с помощью серьезного оборудования. Мне не хотелось бы, чтобы наше судно стало объектом их любопытства и, тем более, пристального внимания.
– Вы правы, этого никак нельзя допускать. Значит, опять задержка? – немного расстроилась Сельвина.
– В таком деле нельзя торопиться, Ваше Высочество. Но специально никто затягивать экспедицию не собирается. Согласно расчетам, у нас есть всего полтора месяца на все про все.
– Почему? Неужели мы не можем оставаться здесь столько, сколько пожелаем? – удивилась Сельвина.
– Увы, это невозможно. В любом объекте, совершившем погружение в прошлое, накапливается, грубо говоря, потенциал, энергия, которая в конце концов вытолкнет объект обратно на поверхность, проводя аналогию с погружением в воду.
– Я не знала этого… – рассеянно похлопала ресницами Сельвина.
– И не удивительно, Ваше Высочество, – ответил Жакэ, внимательно следя на своем секторе экрана за первыми данными сканирования. – Сейчас существует столько информации, знаний, которые не в состоянии поглотить ни один человек за всю свою жизнь. Все мы неминуемо узкие специалисты. Но даже и в этом случае мы постоянно пользуемся справочными данными.
– Кстати, давно хотела спросить вас: зачем вообще на кораблях устанавливаются… как их?.. хроноинверсоры?
– Хроноинверторы, – поправил Жакэ. – Полезное дополнение, позволяющее сэкономить время перелета. Прыжок через пространство занимает от нескольких суток до месяцев, хотя вам они кажутся одним мгновением.
– Вы серьезно?
– Абсолютно. Благодаря хроноинверторам мы компенсируем потерянное время после прыжка. Таким образом, разница между началом и концом прыжка по времени составляет не более пары часов.
– Но, судя из вашего объяснение, нас должно было бы вытолкнуть обратно на поверхность времени?
– У вас хорошо с логикой, и вы все быстро схватываете, Ваше Высочество! – похвалил Сельвину Жакэ. – Дело в том, что потенциал, приобретаемый нашим судном и нами при скачках во времени на такие небольшие интервалы легко компенсируется специальным оборудованием. Нам, образно выражаясь, подвешивается вечный балласт. То есть выравниваются наши потенциалы. Энергозатраты при этом невелики. Однако, погружение в прошлое на тысячи и десятки тысяч лет требует неимоверных затрат энергии для выравнивания потенциалов наших и вселенной прошлого. У нас просто нет таких запасов энергии, а выработать ее в таких количествах возможно только с помощью вакуум-преобразователей, которые категорически не рекомендуется использовать внутри звездных систем.
– Теперь все понятно. Значит, у нас?..
– Сорок три – сорок пять дней. Не больше, – Жакэ посмотрел в глаза принцессе долгим немигающим взглядом и, уловив ее колебания, добавил: – Не беспокойтесь, мы постараемся сократить подготовительные процедуры до необходимого минимума.
– Благодарю вас, капитан!
Жакэ кивнул и отвернулся к экрану, углубившись в изучение ежеминутно поступающей информации об окружающем «Селесту» мире.
Подготовительный период затянулся на шесть часов. Еще пару часов совет судна потратил на выбор оптимального места для развертывания временной базы, вернее, поиска укрытия для судна и обсуждение тонкостей плана самой поисковой операции.
В итоге было решено «подвесить» «Селесту» на обратной стороне Луны, не опускаясь на ее поверхность, что позволяло существенно сократить время, требуемое на взлет-посадку, а также отказаться от разработки и формирования полевого укрытия на Луне для маскировки судна. У данного плана наличествовал единственный недостаток – с Землей не было прямого контакта, но проблема решалась довольно простым способом: за пределы границы Луны выводился спутник связи с полевым экранированием, чтобы его не могли засечь с Земли. Также было принято решение о способе доставки на судно возможных претендентов на руку и сердце принцессы. Оптимальным была признана телепортация, хотя на нее уходило слишком много энергии. Но, в данном случае, способ прямого физического изъятия по понятным причинам был совершенно неприемлем.
Спустя еще час «Селеста» в режиме «инкогнито» подошла к Луне, скрылась за ней и выпустила спутник. Тот окутался маскировочным полем и, достигнув назначенной точки базирования, неподвижно завис относительно Луны.
Все было готово для проведения операции.
Агенты уже успели пройти обязательный медосмотр, во время которого им незаметно была произведена нейрозапись необходимых для работы сведений. Сведения были скомпонованы из нарезки занятий Кранца с агентами.
Теперь агенты толпились в кают-компании. Они немного нервничали, что было хорошо заметно по их напряженным, прочерченным морщинами сомнений лицам и слишком громким разговорам и шуткам.