– Зачем же так грубо? – Король выпрямил спину, взял в руку вилку и повертел ее в пальцах. Иван только сейчас обратил внимание, что вилки сделаны из серебра. – Хотя шизофрения – это тоже попытка бегства от окружающего мира.
– Возможно. Вы не боитесь серебра?
– А чего его бояться? Практичный металл. Не ржавеет, борется с инфекциями, если верить биологам. Так что вы решили?
– Мне хотелось бы подумать. Так сразу сложно решить, знаете ли. Такой выбор.
– Ну-ну. – Король оценивающе посмотрел на Ивана. – Дело ваше, разумеется, но я не рекомендую вам слишком уж затягивать с решением.
– Угрожаете?
– Ну что вы! Жизнь неприкосновенна, и она исключительно в ваших руках, – туманно пояснил король с каким-то неясным намеком.
Принесли кофе – большой, сверкающий кофейник на подносе и две чашки. Гора пирожных перекочевала поближе к Ивану. Король сам разлил кофе по чашкам, придерживая пальцем крышечку кофейника, и обед сразу стал каким-то совсем домашним.
Беседа зашла в тупик. Иван с королем пили маленькими глоточками натуральный кофе с эклерами, и каждый размышлял о своем.
– Я знаю, о чем вы сейчас думаете, – заметил король, ставя пустую чашку на стол и наливая себе еще немного кофе.
– Не сомневаюсь в этом.
– Вы ошибаетесь, молодой человек. Я не читаю мысли. По крайней мере, сейчас. У вас все написано на лице.
– И что же там написано?
– Вам хотелось бы, чтобы все это оказалось сном, и вы проснулись у себя дома, в своей постели.
– Возможно, – у Ивана действительно промелькнула подобная мысль. Неужели его лицо так похоже на раскрытую книгу души, или этот дьявол все же мысли читает?
– Могу устроить.
– Вы серьезно?
– Шутник из меня, знаете ли, не очень. Но я готов отправить вас обратно хоть сию минуту.
– С чего бы это?
– Только не воображайте, будто я боюсь вас. Вы не герой, и святости в вас на ломаный грош.
– Тогда почему?
– Хочу, чтобы вы уяснили простую вещь: я никому ничего специально не навязываю. Хотите разнообразить жизнь – пожалуйста! Отправить домой баиньки – ваше дело. Я не враг роду человеческому. В конце концов, вы там, у себя, давно пользуетесь моими благами, и никого это не возмущает.
– Чем именно, если не секрет?
– Да всем! Весь ваш прогресс и все ваши страсти – дело моих рук. Деньги, машины, телевидение, смартфоны, демократия, депутаты, банкиры – не от бога же все это, согласитесь? Пользы от них ни на грош – одни проблемы. А человек, при всем при этом, остается придатком, подобным, простите, дворовой псине, ежедневно борющейся за кусок хлеба, чтобы не околеть с голоду и не быть выкинутой из собственной конуры.
– Какая-то мрачная картина у вас выходит.
– А разве не так? Весь прогресс заключается в том, что кто-то находит очередной повод обобрать ближнего своего, набить себе карманы, не чураясь самых отвратительных и грязных методов.
– И вы явно гордитесь тем, что потворствуете этому?
– Потворствуете этому вы. А я – за свободу воли. Я никого ни к чему не принуждаю, но и не ограничиваю. Я даю только то, что у меня просят. Но я вижу в вас сомнения.
– Есть немножко, – не без колебаний ответил Иван. – Вы хотите доказать мне, будто пытаетесь осчастливить человечество?
– Счастье человеческое – это не по моей части. Хотя, потакая людским желаниям, я делаю их счастливыми. Другое дело, что из этого получается в конце концов.
– Фальшивое какое-то счастье, вы не находите? Можно еще кофе? – Иван протянул чашку, и король наполнил ее. – Отличный вкус!
– Вот видите, а вы говорите – фальшивое! Да и отравить вас не дал сегодня. Домой согласился отправить. А вы меня во врага номер один записали.
– Благодарю, достаточно. – Иван поднял свою чашку, вальяжно развалился на стуле, закинув ногу на ногу, и отхлебнул чуть остывший кофе. – Вы же прекрасно знаете, что я не соглашусь отправиться домой, и только поэтому предложили мне обратный билет.
– Каюсь, есть такой грех, – засмеялся король. – А вы не глупый человек, Иван Игоревич. С вами приятно иметь дело. Значит, вы решительно настроены бороться со мной?
– С чего это вы взяли? – Иван внутренне напрягся, стараясь ничем не выказать своего волнения.
– Полно вам. Боритесь на здоровье! Только пустое все это.
– В каком смысле, пустое?
– В прямом. С чем вы собираетесь бороться конкретно? Со мной? Так я здесь не больше, чем управляющий. Слежу за всем, что происходит, держу события в колее, перевожу стрелки, так сказать. С этим миром? Так он не мое порождение, а людей, которые его населяют, их скрытые желания, верования и устремления. И духовности сюда нет пути, поскольку в душах этих людей нет для нее места.
– Вы хотите сказать, что борьба бессмысленна?
– Я сказал все, что хотел сказать. А решать вам, молодой человек… Знаете, а мне в голову пришла замечательная мысль! Давайте я сделаю вас борцом со злом!
– Нет уж, увольте, – Иван откровенно поежился. – Лучше я пока останусь самим собой, присмотрюсь, подумаю.
– Хорошо же вас Кот натаскал, – улыбнулся король. – Ну да ладно. Думайте, решайте, сколько вашей душе угодно, – он поднялся из-за стола, давая понять, что обед закончен.
Ивану не оставалось ничего другого, как последовать его примеру.
– Знаете, могу предложить вам понаблюдать за некоторыми персонажами. Чтобы у вас была пища для размышлений.
– По-моему, это несколько неэтично, Ваше Величество.
– А этично, предположим, наблюдать за проходящими под вашим окном людьми? Условности, мой друг, везде условности. Пройдемте в мой кабинет. – Король сцепил руки за спиной и вышел из обеденной залы. – И называйте уж меня моим настоящим именем. Я не Величество и, тем более, не Ваше.
Лакеи тут же принялись убирать посуду со стола.
– Лучше я буду называть вас Владыкой, а то у вас слишком много имен, а так хоть какая-то определенность.
– Дело ваше, – безразлично пожал плечами Владыка.
Они прошли полутемным коридором, спустились куда-то по крутой лестнице и остановились у небольшой деревянной двери. Король толкнул рукой дверь, и в глаза хлынул яркий дневной свет.