Чары крови и роз. Другая история Белль

Переодевшись у себя в комнате в домашнее платье, Белль вышла на кухню помочь сестре с ланчем. Вместе они приготовили пасту с грибами и курицей, а на десерт – апельсиновое желе.

Белль хотелось, чтобы время замедлилось, приостановилось: домашние хлопоты среди родных людей наполняли её сердце уютом и теплом. После ланча Белль и Вики сидели в гостиной с чашками чая, а мальчики играли. Белль рассматривала свой портрет, подаренный ей Марком.

– У него талант к рисованию, – сказала она сестре, улыбнувшись. – Этим он пошёл в тебя.

– Ты куда талантливее меня, – возразила Вики. – У тебя превосходно получалось всё, за что ты бралась. И я знаю, ты бросила рисование, потому что им увлеклась я. Хоть мне и стыдно, но я благодарна тебе за это. Я бы никогда не выбралась из твоей тени.

– Брось, это неправда, – мягко возразила Белль. – Ты очень талантливая. И я бросила рисовать, потому что рисование не увлекло меня так, как тебя или Кевина.

– Ты всегда бросала то, что достаётся тебе слишком легко, – заметила Вики.

Белль задумалась.

– Может быть, – согласилась она, улыбнувшись.

Сёстры помолчали.

– Жаль, что ты и скрипку бросила… – негромко проговорила Вики.

Белль вздохнула:

– Из-за дедушки… Когда он пропал, я не могла даже взглянуть на неё без слёз…

– Но ведь Мышку тебе подарил тоже дедушка, – напомнила Вики. – И с ней ты не расставалась.

Аннабелль ответила не сразу.

– Мышка жалела меня и плакала вместе со мной, – проговорила она. – Сейчас я понимаю, как была жестока к ней, ведь лошади не могут испытывать таких сложных эмоций. А я была фейри, хоть и маленькая, и Мышка поневоле разделяла мою скорбь.

– Я не думаю, что это жестокость, моя Фиалочка, – обняв сестру, сказала Вики. – Мышка помогла тебе пережить трудное время, и ты…

– И как я её отблагодарила за это?.. – голос у Белль дрогнул.

– Ты не знала, что так произойдёт, – Вики ещё крепче прижала сестру в себе.

– Белль, почитаешь нам? – попросил подошедший с книжкой Марк. Это была сказка «Три апельсина».

Когда у дома остановилась машина Камиллы и раздались её шаги, Белль успела дочитать до первой дриады, которую принц освободил из зёрнышка раньше времени, ей не хватило воды из лесного ручья, и она умерла. А ведь его предупреждали!

– Кам пришла, – прервав чтение, произнесла Белль.

– Пойду встречу, – вставая с дивана, сказала Вики.

Телефон Белль коротко звякнул. Кевин сообщил, что задерживается. Ответив другу, Белль увидела оповещение об отметке из «Торнфилд ньюз»: редакция газеты поздравляла её с девятнадцатилетием. Под статьёй было уже чуть больше сотни комментариев, но Белль не стала их открывать – там могли написать всё, что угодно, а ей не хотелось расстраиваться. И она просто оставила под публикацией несколько фраз с благодарностью за поздравления.

– Ух ты, Кам, как тебе идёт! – раздался из коридора восхищённый голос Вики. – Фредерик уже видел?

– Нет. Взбесится, наверное, – Камилла усмехнулась. – Но ничего, потом привыкнет, – добавила она.

– Вспоминаю тебя в выпускном классе, – улыбнулась Вики. – Такая же яркая и стильная! Я думаю, ему понравится, – добавила она убеждённо.

«Камилла похоже покрасила волосы, – догадалась Белль. – Интересно, в какой цвет».

Когда Кам вошла в гостиную, оказалось, что она не покрасилась, а постриглась под каре и сделала чёлку. Ей правда было к лицу, хоть и непривычно.

– С днём рождения, Белль, – сказала Камилла, вытащив из сумки небольшую белую бархатную коробочку. Когда Кам наклонилась над сумкой, Белль увидела, как в чёрных волосах Камиллы мелькнули алые пряди. Вроде бы это называлось скрытым окрашиванием. – Это от нас с Фредом, – пояснила Камилла, вручив подарок.

– Спасибо, – ответила Белль. – Тебе очень к лицу новая причёска, – добавила она, улыбнувшись, и открыла коробочку.

Внутри были новые беспроводные наушники в нежно-сиреневом кейсе.

Белль очень бережно относилась к вещам, у неё ничего не ломалось и не рвалось, поэтому она до сих пор пользовалась наушниками, которые ей подарила Вики на пятнадцатилетие. Сама себе Белль редко покупала новые вещи (особенно дорогие), экономя на Нью-Йорк и обходясь тем, что есть.

Камилла кивнула:

– Спасибо. А во сколько приедет доставка? – спросила она, повернувшись к Вики.

– Через полчаса должна, – ответила та и подошла к Белль: – С днём рождения сестрёнка, – и Вики протянула кажется книгу, обёрнутую в сиреневую бумагу и украшенную букетиком сухой терпко пахнущей лаванды.

Аннабелль аккуратно сняла обёртку и вытащила роскошный том в твёрдой обложке, на которой были нарисованы девоптицы Сирин, Алконост и Гамаюн. Коллекционное подарочное издание «Русских сказок» приехало прямиком из России. Белль пришла в восторг, она давно мечтала об этой книге.

Затем Вики отправила Белль переодеваться, а сама, встретив курьеров из лавки зеленщика и кондитерской, вместе с Камиллой пошла делать фруктовую нарезку.

Аннабелль в своей комнате старалась не вслушиваться в разговор сестры и Камиллы, но они говорили о Фредерике. Вернее, говорила Камилла, а Вики её успокаивала.

– Я просто перестала его понимать, – раздражённо произнесла Камилла, стуча по доске ножом. – Всё лето он, значит, работал без выходных, вёл по пять проектов одновременно, забывал поесть и поспать, а теперь всё бросил ради этих курсов!

– Вот ты сама всё и объяснила, – голос Вики прозвучал мягко. – Он устал, перегорел и решил сменить деятельность. Это нормально. И вроде бы он не бросил, а просто завершил большинство проектов. Генри сказал, – пояснила она и, помолчав, сказала: – Фредерик любит готовить, у него это получается, почему бы не попробовать сделать это профессией?

– Да ради Бога, – фыркнула Камилла. – Просто он как будто со мной совсем не считается!

– Так он же перед отъездом как раз хотел с тобой о чём-то поговорить, – осторожно напомнила Вики.

– Да там о другом… – почти неразборчиво пробормотала Кам. И тут же спросила: – Маслины открывать?

– Да, – ответила Вики. – Кстати, как там у него экзамен прошёл? – спросила она спустя минуту тишины, нарушаемой лишь скрежетом консервного ножа о банку и стуком керамического ножа о доску. – Его приняли?

– Экзамен только вчера был, – ответила Камилла. – Результаты скажут сегодня или завтра.

Она помолчала. Затем после небольшой паузы продолжила:

– Вики. – Скрежет консервного ножа прекратился. – Ты не могла бы как-то мягко намекнуть Белль, что Фред сегодня не приедет?

– Он же сказал, что приедет, значит, приедет, – возразила Вики.

– Эти курсы для него очень важны, – проговорила Камилла. – Он наверняка захочет дождаться результатов и останется в Париже.

Сердце Аннабелль упало. Она так надеялась, что увидит сегодня Фредерика…

– Ты сама понимаешь, добираться слишком долго, – продолжила Камилла. – Если его возьмут, он вообще приедет только после курсов.

Аннабелль вздохнула и, перестав обращать внимание на разговор в кухне, достала из шкафа нежно-лавандовое платье от Roxanne's и надела его.

Лавандовый атлас поблёскивал сквозь нежный туман фатина, расшитого фиалками и бабочками; украшенный бисером корсетный лиф и пышные юбки изысканно подчёркивали талию. Прозрачные длинные рукава и несколько пышных фатиновых подъюбников добавляли воздушности образу. Удовлетворённо оглядев себя в зеркале, Белль сменила серьги с жемчугом на бриллиантовые, которые Вики и Генри подарили ей на восемнадцатилетие. Волосы заплетать в косу она не стала, лишь заколола часть прядей сзади лавандовым бантом, позволив тяжёлым кудрям падать на спину густым водопадом. Оставались только босоножки, но коробка с ними осталась в гардеробной.

И вдруг Аннабелль услышала снаружи шаги. Это был не мэр, не мисс Уэлш и не Кевин... Ах, эти шаги она узнает из тысячи!..

Как была босиком Белль выпорхнула в коридор. Входная дверь отворилась, и на пороге появился Фредерик с букетом бледно-сиреневых орхидей и белой бумажной сумкой. Закрыв дверь, он повернулся и увидел Белль, остановившуюся в пяти метрах от него.

«Неужели он не обнимет меня даже в мой день рождения?..» – с тоской подумала Белль, не решаясь сделать шаг ему навстречу.

Но Фредерик поставил сумку на тумбочку, рядом положил букет и пошёл к ней. Тогда она побежала к нему, почти не касаясь пола. Через секунду она оказалась в его объятьях. Привстав на цыпочки, Белль обвила руками его шею – слишком большая вольность, но сегодня можно, сегодня её день рождения! Уткнувшись носом в его плечо, она вдыхала аромат его парфюма: цитрус, хвоя и морской бриз, – и сердце её билось в ритме счастья.

– Ты всё-таки приехал… – прошептала она.

Фредерик ответил не сразу, но Белль чувствовала, как быстро колотится его сердце, и как прерывисто его дыхание.

– Ты мне очень дорога, Аннабелль, – чуть хрипло, будто не говорил несколько часов, произнёс Фредерик.

Фредерик подарил иллюстрированную livre de cuisine65 Филиппа Гринуа, подписанную автором для Белль, а ещё великолепно изданный труд средневекового учёного и святого Себастьяна Уэльского «Острова Блаженных: мифы и реальность» в адаптации Николь Рэнд. На обложке была изображена старинная фреска Эладина Пиррского «Пасущиеся единороги».

– Святой Себастьян называет Элфин одним из островов Блаженных, – сказал Фредерик.

– Я думаю, он и был им, – ответила Белль, листая книгу и любуясь прелестными иллюстрациями. – До проклятия, – она взглянула на Фредерика. – Спасибо большое. За книги. И что приехал, – она улыбнулась.

Фредерик коротко кивнул.

В коридор вышли Вики и Камилла. Последняя, источая раздражение, с самым недовольным видом скрестила руки на груди и прислонилась плечом к стене.

– О, Фредерик, с приездом! – поздоровалась Вики и спросила: – Вы почему здесь стоите? Пойдёмте в гостиную. Белль, где твои босоножки?

Аннабелль поставила сиреневые орхидеи Фредерика в вазу на прикроватную тумбочку: они так хорошо смотрятся в её бело-лавандовой спальне!.. Подумала: вот было бы здорово остаться сегодня у Вики и не возвращаться в замок!

Белль села на постель и открыла «Острова Блаженных». Залюбовалась почерком Фредерика – рядами ровных некрупных букв; потом провела пальцами по надписи, ощущая подушечками нажим от шариковой ручки. И ещё раз перечитала запись: «Аннабелль в девятнадцатый день рождения от Фредерика. Уверен, однажды ты обязательно дополнишь эту книгу новыми сведениями. 5 ноября ‘25». Это было невероятно вдохновляюще! Белль улыбнулась.

– Да, я правда так считаю, Кам, – раздался голос Фредерика где-то из коридора. – Тебе идёт.

– И всё? – голос Камиллы звучал удивлённо и почти обиженно. – Раньше ты все мои стрижки в штыки принимал, а теперь…

– Это не совсем так, – возразил Фредерик. – Да, мне тяжело было привыкнуть, когда ты меняла причёску каждый месяц, но я понимал, что для тебя это важно.

– Но ты же говорил, что тебе не нравится!

– Я никогда так не говорил.

– Но думал!

– Мне было непривычно, – повторил Фредерик. – Поэтому, когда ты стала краситься исключительно в чёрный и перестала менять длину волос, признаюсь, мне стало проще.

– С чего ты решил, что я крашусь? – возмутилась Камилла, будто её уличили в чём-то постыдном. – Может, я брюнетка?

– Кам, я знаю тебя с детства, – возразил Фредерик, – у тебя русые волосы. А ещё я веду наши финансы, так что в курсе твоих трат.

Белль была уверена, что у Камиллы чёрные волосы; память и внимательность Фредерика её поразили.

– Ладно, хватит об этом, – пробурчала Камилла. – Куда ты поставил ликёр?

– Отнёс на кухню. Почему ты каждый раз бросала трубку?

Камилла замешкалась.

– У меня было плохое настроение, – ответила она раздражённо и будто с вызовом.

– Все пять дней?

– Я была занята!

– Могла бы перезвонить, когда у тебя было время и настроение.

– Не хотела тебя отвлекать. Ты сам говорил, – добавила Камилла, смягчившись, – что попасть на этот курс для тебя было очень важно.

– Поговорить с тобой для меня тоже очень важно, – произнёс Фредерик. – И так как завтра утром я уезжаю…

– Зачем ты вообще приехал? – вновь с раздражением перебила его Камилла. – Если бы я так сделала, ты бы сказал: «Это не рационально», – передразнила она его.

– Потому что у Аннабелль сегодня день рождения и потому что я хочу с тобой поговорить, – голос Фредерика прозвучал ровно и спокойно.

– Ты уж определись: ты приехал ради меня или ради этой фейри? – в голосе Камиллы было столько горечи и боли, что Белль стало жаль её, хоть та столь пренебрежительно отозвалась о ней.

Очень тяжело сохранять спокойствие, когда твои отношения трещат по швам, а в твоего парня влюблена фейри. Зато можно обвинить её во всех своих неудачах. Люди обычно так и делают.

Камилла ушла в гостиную, громко хлопнув дверью, а к дому подъехала машина мэра. Оставив книгу на кровати, Белль пошла встречать гостя.

Мистер Купер приехал вместе с миссис Марч и мисс Уэлш. Белль в который раз отметила про себя, как похожи и одновременно непохожи женщины друг на друга! Обе седые в белизну, обе выглядят гораздо младше своих лет, обе держатся уверенно и с достоинством. Но если Эдвина Марч со своими яркими шалями, весёлой улыбкой и вечным желанием помочь, накормить, согреть напоминала солнце, то Эбигейл Уэлш в чёрно-серебристых одеждах навевала мысли о луне, которая, освещая, окрашивает всё в призрачно-таинственные тона.

И их подарки были такие же разные. Миссис Марч подарила Белль шаль, которую сама связала из тонкой шерсти. Шаль была большой, мягкой и уютной с красивым переходом цветов от фиолетового к сиреневому и затем белому. А мисс Уэлш подарила серебряную шпильку для волос в виде расправившего крылья дракона. Его длинный хвост изгибался мягкой волной, тело в крохотных чешуйках переливалось перламутром, а глаза же были сделаны из маленьких гелиодоров66. Белль сразу с улыбкой вспомнила об Эйсузе.

Вики и Камилла разбирали на кухне коробки с доставкой еды, Фредерик и мистер Купер чуть передвинули стол и стали расставлять стулья, притихшие Марк и Алекс сидели на ковре у камина, рассматривая картинки в «Атласе исчезнувших животных и растений». Белль рассеянно подумала, что надо будет обязательно издать Атлас, посвящённый детям Лилит, ушедшим в Лэитель. Потом она усадила мисс Уэлш и миссис Марч у стола и собралась пойти на кухню спросить Вики, не нужна ли помощь. Но её окликнул мистер Купер:

– У меня тоже есть для тебя подарок, Белль, – сказал он. В его серых глазах сверкали задорные огоньки, когда он протянул ей большой конверт. – Я уверен, он тебя порадует.

Конверт был не запечатан, и Белль, снедаемая любопытством, вытащила из него плотный лист гербовой бумаги с золотым королевскими драконом. Она быстро пробежала текст документа и не поверила своим глазам: принц Элиот освобождал её от обязанности встречаться с ним! И при этом сохранял за Белль право на протекцию короны до установленного ранее срока. Внизу стояла подпись его высочества.

– Не может быть! – потрясённо воскликнула она. – Как вам это удалось?

– Я не знаю, почему он передумал, – ответил мистер Купер, сияя улыбкой. – Я делал очередной запрос в октябре, и мне почти сразу пришёл отказ. Когда ты уехала в замок и ваш ужин отменился, его высочество был просто в ярости. А буквально вчера его секретарь вдруг сам со мной связался и передал этот конверт.

Белль была тронута заботой мистера Купера.

– Спасибо вам большое! – произнесла она, обнимая его.

Закончив с последними приготовлениями, все сели за стол. Когда были произнесены первые тосты за именинницу, пригублено игристое вино и опробовано несколько блюд, миссис Марч спросила Белль:

– Детка, а почему твои родители не приехали?

Аннабелль заставила себя улыбнуться и, подумав: «Потому что их никто не звал», ответила:

– Они не могут надолго оставить ферму.

– Но… – с удивлением начала старушка, однако мистер Купер, который был частично в курсе отношений Белль с родителями, взглядом попросил миссис Марч не развивать тему. Та кивнула. За годы, что мистер Купер был мэром, она научилась понимать его без слов.

Белль прислушалась: к дому подъехала машина.

– Наверное, Кевин приехал, – сказала она, вставая из-за стола.

– А если нет? – с тревогой спросила Вики.

– Оставайся здесь, я пойду проверю, – велел Генри, взглянув на Белль, и вышел.

Вскоре Аннабелль услышала голос Кевина и, сказав, что всё в порядке, пошла встречать друга. Рослый, рыжеволосый, шумный, он всегда наполнял пространство, где бы ни появлялся, весельем.

– Бэмби! – радостно закричал Кевин с порога гостиной и сгрёб Белль в объятья, приподнимая от пола. – С днюшкой тебя, шалунишка!

– И когда это я успела нашалить, если тебя рядом не было? – засмеялась Белль.

– Действительно, – со смехом согласился Кевин. – А ну-ка дай на тебя посмотреть, – сказал он, разжимая объятья и оглядывая Белль с ног до головы. – Божественно! Выглядишь как настоящая фея из сказки. А, погоди: ты ж она и есть!

Они засмеялись, Кевин сделал ещё несколько комплиментов Белль, радуясь, что Roxanne's теперь обеспечивают её роскошными платьями, а потом вручил лавандовую бумажную сумку. Там, завёрнутый в нежно-сиреневую тонкую бумагу лежал комплект нижнего белья: бюстгальтер и трусики – сплошное лавандовое кружево из вышитых цветов. А ещё пояс-бра.

– Кевин! – Белль сделала другу страшные глаза. А тот весело подмигнул ей и быстро стрельнул глазами в сторону Фредерика, который, к счастью, не смотрел в их сторону, а сосредоточенно следил за пузырьками игристого в своём бокале. Он выглядел рассеянным и немного уставшим, и сердце Белль защемило от нежности к нему. Скрывая своё смущение, она вновь поскорее опустила взгляд в сумку. И увидела небольшую светло-сиреневую бархатную коробочку.

– Там ничего такого, – выразительно подчеркнув последнее слово, весело заверил её Кевин. – Можешь смело доставать.

Белль улыбнулась и вытащила коробочку. В ней были серёжки в форме цветков фиалки: серебро, покрытое эмалью.

– Какая прелесть! – восхитилась она. – Спасибо, Кевин!

Ужин продолжился. После тостов за именинницу все попросили Фредерика рассказать о его поездке в Париж и о том, как прошёл экзамен. Тот отвечал немногословно: в Париже он почти никуда не ходил, экзамен сдал и завтра вечером у него начнётся двухнедельный курс, поэтому утром он уедет на первом пароме. После чего Фредерик спросил у Кевина, как идут дела с подготовкой к выставке, переключив внимание присутствующих. Кевин рассказал и про работу в «Лондонской галерее искусств», и про подготовку к выставке Уильяма Тёрнера67, и щедро попотчевал слушателей свежими новостями и сплетнями из мира богемы.

– А ещё через год в нашей галерее пройдёт международная выставка академической скульптуры для художников младше двадцати лет, – добавил Кевин. – И если бы Камилла согласилась бы попозировать для меня…

– Нет, – резко оборвала его Камилла.

– Почему, деточка? – с удивлением спросила миссис Марч. – Кеви очень талантливый. Ты видела его работы?

– Да потому что… – раздражённо начала Камилла, скрестив руки на груди. – Что ты ко мне пристал? – повернулась она к Кевину. – Вон Белль попроси!

– Мои черты слишком скучны для него, – ответила Белль со смешком. – Ему подавай выразительный профиль, фактурное лицо, характер.

– Да вы оба издеваетесь! – вспыхнула Камилла и сделала большой глоток вина, по ошибке взяв бокал Вики. – Ой, прости, – сказала она, взглянув на Вики.

– Всё в порядке, – с улыбкой ответила та. – Налить тебе? Вызовите такси или у нас останетесь ночевать, – предложила она.

– Наливай, – согласилась Камилла.

И пока Генри наливал Камилле её любимое гранатовое вино, мистер Купер отошёл поговорить с шерифом – узнать, можно ли Белль остаться дома хотя бы до утра.

– Мне очень жаль, Белль, – сказал мэр, вновь занимая своё место, – но шериф настаивает на том, чтобы ты вернулась в замок.

– Да, – кивнула Белль, ковырнув вилкой салат, – мы договорились с… – Белль чуть не сказала «с лордом Спенсером», но вовремя остановилась, – с ним, что я вернусь сегодня.

– Но я не понимаю, зачем? – мистер Купер нахмурился. – Если вампиров нет на острове, значит, опасности нет. Какая необходимость возвращаться в замок?

– Вампиры? – переспросил Фредерик, отложив вилку.

– Да, – ответил мистер Купер, с недоумением взглянув на него. – Вампиры были в Торнфилде, но сейчас они уже покинули остров.

Фредерик посмотрел на мэра, потом перевёл взгляд на Белль, затем на Камиллу, Генри и Вики.

– Почему вы мне не сказали? – с упрёком спросил он, глядя на Генри и Вики.

– У тебя был экзамен, – виновато начала Вики, – и мы не хотели… сбивать тебя с настроя.

– К тому же ты всё равно не смог бы помочь Белль, – сказал Генри и тут же смутился, встретившись с возмущённым взглядом жены.

– Что? – Фредерик переменился в лице: кровь отлила от его лица, а глаза будто стали ещё зеленее. Он перевёл взгляд на Белль, словно всё это время она была в смертельной опасности, а он узнал об этом только что. Тревога, охватившая его, отозвалась и Белль. Она поспешила его успокоить, мягко улыбнувшись:

– Со мной всё в порядке. Варгисы вовремя спугнули вампиров. Но… – Белль не хотела скрывать от Фредерика, что произошло, и продолжила: – они успели выпить моей крови, и теперь я подвержена зову, – ответила она. – Поэтому меня увезли в замок.

Фредерик смотрел на неё во все глаза, будто боялся, что она вот-вот исчезнет. Потом он перевёл взгляд на Генри и Вики, затем на Камиллу. Он злился на них, что они ничего не сказали ему, и сердился на себя, ведь его не было в городе. Белль нечасто так ярко ощущала его эмоции, но так давно жаждала их, поэтому его злость и негодование, смешанные со страхом за неё, ударили ей в голову покрепче любого алкоголя. Однако приятное опьянение длилось недолго: Фредерик быстро взял себя в руки, и Белль окатило ледяной водой раздражения Камиллы, её злости, горькой обиды, от которой у Белль к горлу подобрался жгучий комок слёз. Аннабелль прикрыла глаза, сосредоточившись на собственных ощущениях: корсет, чуть сжимающий рёбра, тонкий атлас лифа и нежный газ рукавов, расшитый бабочками и цветами, прохладное облако юбок. «Вот мои чувства и ощущения, – твёрдо сказала Белль себе. – Со мной всё в порядке».

– Теперь всё это уже позади, – раздался голос мисс Уэлш, и Белль открыла глаза. – В замке позаботятся об Аннабелль. Больше ей никто не сможет навредить.

Вики, Генри, мистер Купер, миссис Марч, Кевин и сама Белль уставились на миссис Уэлш с недоумением.

– Мисс Уэлш, – вежливо начала Вики, сдерживая раздражение, – неужели вы считаете, что Белль действительно будет лучше в замке?

– Да, я убеждена в этом, – ответила мисс Уэлш.

Вики нахмурилась и повернулась к Белль:

– И как долго тебе придётся оставаться в замке? – в голосе Вики сквозила тревога.

– Да, мне тоже интересно, – поддержал Кевин. – Мы же увидимся на Новый год?

– Я думаю, да, – ответила Белль. – Речь шла о паре недель.

Через некоторое время Генри выключил свет, а Вики внесла белоснежный именинный торт, украшенный бледно- и тёмно-сиреневыми фиалками из нежнейшего крема. Девятнадцать золотых тонких витых свечей горели на торте, освещая гостиную и лица гостей тёплым светом.

Пока все пели «С днём рождения, дорогая Аннабелль», в голове Белль проносились воспоминания о предыдущих днях рождения. На её одиннадцатый день рождения дедушка подарил ей белого плюшевого дракона и переиздание сборника «Предания Элфина», выпущенное тиражом в пять экземпляров. Оригинал первого издания 1859 года бережно хранился под стеклом в дедушкиной библиотеке в Линденшире. В последние годы Белль часто недоумевала, почему до сих пор никто не озадачился переиздать этот сборник коммерческим тиражом? Там были её любимые сказания про Эйсузу и Ринхольда, волосы Эринель, сотворение Лэителя, про святого Элреда и Грегора Ришту… Можно было бы добавить туда ещё истории про Адама Спенсера и Александра Дэвиса. Такой сборник пользовался бы спросом у туристов. Надо будет поговорить об издании с мистером Купером и мистером Джонсоном.