– Светлячок, – тихо произнесла она.
Ангелина наоборот медленно встала, глупо потупив взор.
– Да-а-а, – протянул со вздохом Шаповалов. – Неловко получилось.
Он шагнул к кровати, положил в ноги связистке конфеты и кофе.
– Выздоравливайте, – понуро буркнул он и вышел прочь.
Я проводил его взглядом, а когда полог палатки лёг на место, повернулся к действующим лицам.
– Это не то, что вы подумали, – тихо донеслось из-под одеяла.
– Я всё правильно понял, – глубоко вдохнув и на секунду задержав дыхание, ответил я. – Лесбы потусторонние.
– Мы не лесбиянки, – ответила Ангелина.
– Я бы на твоём месте сказал, что да. Это лучше, чем трезвонить на весь мир, что в лагере ангел под прикрытием, которому не нужны мужские ухаживания просто потому, что она не человек. И лишних гостей отвадим.
– Не смешно, – тихо ответила Ангелина. – Она единственная, кто вступился за меня в неравной битве. Это очень много стоит.
– А я?
– Ты тоже. Но меня за тобой закрепили, и я должна быть с тобой рядом, а она сама. Тысячи лет мне никто руки не протягивал. Тысячи лет одиночества, и тут появился вот такой солнечный котёнок.
Я вздохнул и ехидно ухмыльнулся.
– Да ладно уж. Но я всё же скажу, что ты лесба. Так проще списать твои странности, – ответил я и вышел из палатки, чтоб столкнуться с метаморфом.
Существо горько улыбалось и протягивало мне очередной рисунок. Я осторожно взял его.
На белом листе была изображена тонкая чёрная фигурка, резким контуром бросающая длинную тень. Фигурка стояла на коленях и прикрывалась руками от чего-то, словно от яркого-яркого света. А рядом таяли две изломанные фигурки Мясников.
Я снова тряхнул головой. Стоило решить одну загадку, как пришла другая.
– Не мешай, – буркнул я. – Мне ещё твоих ублюдочных сородичей ловить.
Глава 7. Иди туда, не знаю, куда, найди то, не знаю, что
Возле жилого кунга я сел на траву, сжимая в руках листок с копией той телеграммы. Белкина я сейчас не хотел видеть совершенно, и уж лучше действительно податься в лес и рыскать там, выискивая следы неведомых сущностей. Потому как, если полковник начнёт опять опускать меня ниже плинтуса, то я ему точно какую-нибудь гадость устрою, да так, что он до самой пенсии плеваться будет. А если начнёт наезжать из-за Шурочки, то размажу по поляне и уйду в дремучий лес, пусть ищут потом среди нечистой силы, уж там-то я как свой.
Я прислушался к звукам с поляны. Чего-то там не хватало и чего-то прибавилось. Это заставило меня с кряхтением встать и отправиться посмотреть. Поднявшись, я отряхнул штаны на пятой точке и пробежался взглядом по ботинкам. Один шнурок развязался, и его надо было завязать. Сначала я сложил пальцы щепотью, готовый применить телекинез, а потом вспомнил слова Александры, мол, руками слабо, что ли? Правда, тогда требовалось не завязать шнурки, а наоборот, развязать, причём на платье Всевидящей. Я улыбнулся, вспомнив забавный момент, это было словно в прошлом веке, хотя на самом деле совсем недавно.
По поляне кружились пчёлы, которых я на всякий случай заставил сторожить метаморфа, они очень натурально имитировали полёт от цветка к цветку, отчего казалось, что они настоящие. Метаморф ходил за Кириллом, лич вместо того, чтоб сторожить, резался с Володей в магическую игру. Маленькие красноармейцы бродили среди крошечных деревьев и расстреливали скачущих монстров. На эту игру подсели даже волкудлаки, только они сильно тупили, не в состоянии управляться с иллюзиями на том уровне, что и люди. Они бесились и психовали, норовя помочь себе не только игровыми приёмами, но и лапами. Один даже пытался выстрелить из автомата в маленького врага, но Первый Клык вовремя рявкнул на него, заставив поджать хвост и уши.
Метаморф, широко улыбаясь, тискал большую рыжую кошку, нервно дёргающую хвостом. Когда Ольхе это надоело, она стала превращаться в человека. Черты тела лесавки размазались, как акварель под дождём, и потекли. Дрожащие контуры обозначили обнажённую детскую фигурку, которая повисла на руках у шпиона орды, схваченная поперёк тела. Ольха встрепенулась и, нечленораздельно зарычав, упёрлась в грудь метаморфа и ногами в землю. Вражеское существо разжало руки, и лесавка отлетела к кунгу. Впрочем, кошка она и есть кошка. Ольха вывернулась в воздухе и, едва коснувшись земли кончиками пальцев, взмыла вверх, заскочив на крышу. Там она несколько секунд смотрела на свою обидчицу, а потом улеглась и закрыла глаза.
Я посмотрел на метаморфа. Я не понимал. Это точно враг, но ведёт он себя глупо, откровенно по-детски, может, это отвлекающий манёвр? Может, оно должно дождаться наших слабостей? Не знаю.
Я сел на раскладной стул и перевернул листок, расстелив его на коленях. Мелькнула сделанная от руки надпись: «Начальник службы магического обеспечения, к исполнению». А сама телеграмма гласила: «За текущий месяц участились случаи боевых столкновений с объектами, классифицируемыми как орки и дроу. В ходе анализа столкновений выявлен ряд закономерностей. Так, орки активно применяют стрелковое оружие, захваченное в ходе предыдущих боёв. Отличаются крайне высокой слаженностью действий, отсутствием признаков страха перед смертью, активно взаимодействуют с типовыми объектами орды, являясь подразделениями второго эшелона и исполнителями действий, аналогичных специальным операциям наших Вооружённых Сил. Объекты типа дроу крайне скрытны, действуют преимущественно из засады, либо при подавляющем превосходстве своих сил. Хитры, изобретательны, применяют весь доступный человеку спектр оружия. Замечены признаки применения штатных средств наших боевых магов, в том числе до этого засекреченных, либо находящихся в стадии разработки. Трижды отмечен факт проведения спасательных операций, в ходе которых противник не считался с потерями остальных боевых ресурсов. В одном случае отмечено вмешательство эмиссара в открытое боестолкновение при попытке захвата дроу. Один раз отмечен факт уничтожения тела убитого дроу. В связи с этим предполагается вывод, что дроу для Чёрной орды представляют исключительную ценность, возможно, именно они являются теми силами, что стоят за вторжением. На основании вышеизложенного приказываю: провести поисковые операции по сбору информации о вышеуказанных объектах. При возможности произвести захват живыми для изучения».
Я отложил бумагу. Глаза снова пробежались по поляне, но как-то рассеянно. Я думал обо всём этом. Кого брать с собой на эту операцию?
Тем временем на игровом поле развивалось активное действо, игроки бегали, собирали трофеи, бились с исчадиями зла.
– А у меня гранаты противотанковые! – орал Кирилл, ожесточённо размахивая волшебной палочкой. – Как раз для демона в руинах электроподстанции! И ещё коктейля Молотова пара бутылок!
– Не-не-нет, – тихо заикаясь, отвечал ему Володя, руководя своей разношёрстной гильдией, – я е-е-его противотэ-тэ-танковым руж-ж-жьём хлопну. Вы е-е-его сдержите чу-чуть. Во-во-волки его в ближнем ба-ба-баю рвать будут.
Я улыбнулся. Не так я себе раньше представлял мёртвого колдуна. В книжках это исчадие зла, готовое уничтожить мир. Прямо Саурон, или даже призрак Гитлера с дивизией СС, вернувшейся из ада, но передо мной был просто подросток, и он хотел жить. Жить, как и все его сверстники, которым повезло родиться и вырасти в семьях. Это даже не беспризорник. Это выброшенный на помойку щенок, бегающий и виляющий хвостом, надеясь, что его погладят. Вспомнился тот молодой оборотень. Он был такой же брошенный и отвергнутый.
К слову, тела разведчиков нам не отдали. Кирилл очень переживал по этому поводу, а Оксана сказала, что даст номерочки знакомых в нескольких моргах, там подберём что-нибудь подходящее. Парень огрызнулся, что трупы для него не игрушки, каждый становится частью его самого.
Я подошёл и легонько провёл пальцами по чернявой голове. Кирилл не ответил. Но и не стал отшатываться.
Может, не зря я дал ему свою фамилию. Вырастим из него не озлобленного зверька с подворотни, а сына полка.
– Ты останься здесь, – тихо произнёс я.
– Где здесь? – повернувшись, спросил лич, думая об игре, – я в рейд иду. Там опыта больше дают.
– На поляне, – ответил я, заметив, как сверкнул глазами Володя.
Он сразу смекнул, о чём речь, не зря мы прошли вместе ад.
– Ты со своим отрядом войдёшь в состав расчёта ЗСУ-23-2, которую нам дали для компенсации недостаточной огневой мощи. Нужно учить математику и материальную часть, но фантомы-инструкторы помогут. Волоты пусть ящики таскают с боеприпасами. Большему я их не обучу пока. И ты за этой тварью поглядывай.
– А что за Марфой глядеть. Она мирная, – отмахнулся Кирилл.
– Нет, – строго произнёс я, – она не изучена. Она чужая. Она вообще чужая. Ты должен за ней следить. И за Шурочкой. С вами ещё Мягкая Тьма будет. Так что, вы мой надёжный тыл.
Я обернулся по сторонам.
– А что эти, которые не гномы, сидят без дела?
– У н-н-них кто-то купил всё. Они да-да-даже голема прод-д-дали, – отведя маленькое войско на какой-то безопасный пятачок, ответил Володя. – В лес? – тут же спросил он.
Я кивнул. Первый клык тоже замер, навострив уши. Он не зря был вожаком стаи, имея чутьё на события, отменное даже для этих сверхъестественных хищников.
– Ух ты! – воскликнул Кирилл, – а я?
– Юнга! Ты полезен здесь, – пафосно произнёс я. – Как в этой игре, каждому своя роль, чтоб гильдия процветала.
– Есть, товарищ капитан! – громко выкрикнул Кирилл и вернулся к своему персонажу.
– Володя, – тихо позвал я, – попробуй строгановцев повербовать. Может получится. Нам мастера нужны. Выпрошу мастерскую «летучку». Парни с золотыми руками.
– Да-да-доиграю рейд, потом па-па-подойду к ним.