– Это написал супруг Эммы, с которой ты познакомилась на корабле… Его жена пропала… скорее всего, ее похитили туземцы. Я думаю, она уже давно мертва, – поведал мужчина.
Мирэя в ужасе скорее достала письмо и прочитала. Она даже не обратила внимания, что муж наглым образом сам вскрыл конверт, адресованный не ему, а ей. Супруг Эммы написал, что никто не видел, куда она делась, вроде бы была рядом и вдруг пропала… а почти одновременно неподалеку видели туземцев из соседней недружелюбной провинции… Девушка сильно расстроилась, села на край кровати и заплакала. Джордж вроде бы хотел пожалеть ее, присесть рядом, но напускная гордость и веления семьи не позволяли.
– Я хочу выйти… – произнесла Мирэя.
– Ты же знаешь, что это пока невозможно, – ответил супруг.
– И сколько я буду сидеть взаперти? Неделю? Месяц? А ты будешь обходиться сам, без меня в постели… – спросила она и нарочно выдала в конце.
Джордж сначала возмутился на подобные словечки, однако после подумал…
– Извинись перед Полом за оскорбления и тогда выйдешь… – ответил он.
Извиняться перед тем, кто толкнул и ударил, перед негодяем – было не в ее характере. Гордость не позволяла.
– От меня исходили лишь слова, а от него рукоприкладство… как ты думаешь, кому стоит извиниться? – с вопросом пыталась направить в нужное русло Мирэя неразумного мужа.
Джордж вновь подумал и поинтересовался об ином:
– Куда ты хочешь выйти и пойти?
– Я хочу навестить дом, в котором жила моя семья…
– Я же тебе говорил, что его разрушили туземцы…
– Там всё равно что-то осталось, хотя бы половина стены или крыши, – уверена печальная девушка.
Тяжело вздохнув, Джордж все-таки согласился, но пометил, что это будет не завтра. Затем он ушел, не заперев дверь.
Вечером Мирэя тихо вышла и спустилась во двор. Оттуда она дошла до домика Амрита и негромко позвала его. Вход в его дом был завешан тканью, на ней была дырочка. В нее заглянула девушка и поняла, что дома пусто. Она увидела на окне без стекла очертание стоящей фигурки и решила войти. Это было божество в позе танца, с четырьмя руками, в круге. Изготовлено из железа, на подставке. Возле ещё фигурка сидящего, скрестив ноги, божества и одна поменьше с головой слона. Мирэе это было незнакомо, в их доме не было ничего индуистского, Нила лишь рассказывала, что поклоняется великому Шиве и богине Шакти. Фигурки сделаны очень умело, выделена каждая, даже самая мелкая деталь, например, украшения на шее или на щиколотках божеств. Рядом стояли чаши с маслом, в них фитильки. Лежали цветочки, которые уже завяли. А значит, сегодня Амрита не было дома. На полу устроена лежанка, одежда также лежала прямо на полу, в конце помещения кувшин и тазик для умывания, было даже зеркальце, а в керамической емкости глина для очищения тела. В углу стояли друг на друге большие чаши для носки крупы.
– Куда тебя негодяй дел… – рассуждала озадаченная Мирэя.
Она вышла и огляделась на отсутствие посторонних глаз, дошла до домика Тары и двух остальных местных и постучала в их дверь из скрепленных веток. Обе были на месте, а вот подстилка Тары свободна. Девушки думали, она еще на кухне. Мирэя спросила про Амрита, обе резко замолчали и не хотели говорить.
– Прошу вас, скажите мне, где он… я обещаю, что не выдам вас… – не оставляла попыток добиться пришедшая.
Внезапно одна произнесла:
– Амрита посадить в амбар, где зебу…
Мирэя немного взбодрилась, что юноша хотя бы тут рядом. Она поблагодарила и направилась туда. Внезапно, за деревьями раздался шорох, неподалеку среди зелени прятались Тара и Роберт. Юноша издал голосовой звук, по которому Мирэя его узнала. В темени девушка лишь уловила его дергающееся тело, а Тара была прислонена к дереву. Мирэя прошла в другую сторону к амбару. Дверь его была заперта на замок, а ключ у Азиза. Девушка расстроилась неудаче, но не хотела сдаваться. В амбаре с другой стороны было застекленное окошко, однако слишком высоко для роста Мирэи. Немного подумав, предприимчивая девушка вернулась в домик Амрита и взяла те большие чаши. Даже пустые они были весьма тяжелые. Она поставила их возле стены и наступила, возвысившись до окна. Внутри лежали зебу, дальше обнаружился Амрит. Беднягу приковали цепями к стене за обе руки, он сидел на коленках с опущенной головой и не мог сдвинуться. Рядом даже не было чашки с водой. Увиденное повергло Мирэю в шок, она занервничала и едва не упала с чаш. «Что же делать…» – мысленно заметалась девушка. Окошко было маленьким, в него не пролезть. Вспомнив Азиза и ключ, Мирэя разгневалась и даже хотела отомстить ему, например, насыпать крупу в его повозку или оставить веревку от мешка, навести, что это он украл добро Пола. Но тогда попадет и Дипти, лишь из-за нее девушка не рискнула. Оставался единственный шанс – Джордж. Мирэя надумала пойти к нему и специально покориться в обмен на свободу Амриту.
Она постучала в комнату мужа и вошла. Он лежал в кровати и уже спал, но, услышав приход жены, привстал. Девушка улыбнулась так, чтобы обескуражить его и завлечь. В спальне стоял очень неприятный запах.
– Ты не запер мою дверь… и я поняла, что должна сделать… – с придыханием нарочно вымолвила она, подходя ближе.
Волосы Мирэя распустила для большего соблазна. Подойдя к постели, она поняла, откуда запах, – под кроватью стояла полная ночная ваза, которую она случайно задела ногой. Пришлось делать вид, что ничего не чувствует и не понимает.
– Право, не ожидал… поражен и изумлен… – произнес взбодрившийся Джордж.
Мирэя полезла, словно лисичка, к нему на постель и запустила руку под одеяло. Ощутив ее нежную ладонь на своем достоинстве, Джордж заохал, рот его остался открытым для нужного воздуха. Мирэя начала гладить и водить рукой, а сама произнесла:
– Дорогой, я читала книгу в гостиной и мне было так жарко… почему Амрит не пришел на зов помахать опахалом…
Сквозь удовольствие и охи Джордж ответил:
– Пол наказал его за воровство… скоро придет…
– А давай сегодня… – предложила Мирэя.
Муж хотел ответить отрицанием, но хитренькая девушка прибавила ритма и сжала его причиндал сильнее.
– Давай… давай… сегодня… сейчас… – говорила она чувственным тоном.
Наслаждаясь, Джордж воскликнул:
– О да! Давай!
Мирэя быстро закончила и вытащила руку, пока жидкость вновь не оказалась на ней.
– Скажи Азизу освободить Амрита, ты обещал…
Джордж приходил в себя, накал спадал, он прищурился и уточнил:
– Обещал?
– Да… ты только что сказал «давай», – уверила девушка.
Муж усмехнулся.
– Я совсем не об этом думал и говорил в тот момент… не будь наивна…
Его ответ взвинтил Мирэю, охватило негодование. Она ударила рукой по тому самому месту и громко выдала:
– Ты согласился! А я согласилась тебе покориться, сама пришла! Ты лжец!
Джордж подскочил.
– Так ты пришла из-за того мальчишки… – произнес он в прищуре и с нахлынувшей обидой.
– Освободи его, ты ведь получил своё… хочешь – получишь еще после того, как бородатый негодяй его отпустит…
– Вот как ты заговорила со своим мужем… Ты что, шлюха, чтобы вот так себя вести… и вообще, кто это тебя обучил всему этому пошлому…
– Сначала стонал от удовольствия, а теперь это стало пошлым… – усмехнулась сквозь возмущение Мирэя.
– А ну, закрой рот! – воскликнул трясущейся Джордж. – А что еще ты умеешь и на ком испробовала до меня, а?! Права все же моя мать… ты легкомысленная и испорченная женщина… – заявил супруг.