– Зафиксировано неразрешённое потребление энергии.
– Сколько? – спросил я, подняв глаза на красотку в строгом чёрном платье-футляре.
– Тысяча семьсот ватт.
– Офигеть, – вырвалось у меня.
От такого заявления я аж подскочил с дивана. Все мои домашние мороки, вместе взятые, потребляли триста ватт. Это ж что за вредитель такой?
А паразит нашёлся в книжном шкафу. Это был стандартного для духа габарита старичок, кропотливо исполненный в стиле крестьянина эпохи Ивана Грозного: меховая жилетка, дублёной шкурой наружу; белая льняная рубаха, подпоясанная обычной пеньковой верёвкой с завязанными в узлы концами; серые штаны, заправленные снизу в белые обмотки-портянки и закреплённые бечёвкой; новенькие лапти из бересты; седые волосы подхватывал кожаный ремешок; пышная белоснежная борода свисала до самого пояса. Лицом он немного походил на Льва Толстого, каким его изображали на развешанных в школах картинах. Старик качал свисающими с полки ногами и молча щурился на меня.
– Объект не идентифицирован, на запрос не отвечает. Предположительно, кустарная внесистемная сборка, – продолжила доклад Марго.
Одновременно с этим хранитель медленно подплыл к нарушителю и замер в метре от старичка.
– Ну, здравствуй, дурилка картонная, – раздался со стороны незаконного морока скрипучий старческий голос, – неужто прогонишь?
Я с интересом наблюдал за разыгрывающимися событиями и даже забыл про поставленную на плиту кастрюлю. Страж же некоторое время сверлил взглядом пришлого.
– Под строгий надзор надобно, – наконец произнёс защитник и полетел в свой угол.
Я подошёл к старику и попытался дотронуться до маленького нахала, но палец, как и положено, прошёл сквозь призрачное тело.
– Внести в список разрешённых объектов? – спросила Марго.
Я не ответил, долго стоя перед шкафом с ночным гостем и разглядывая его.
– Что ж ты за сущность такая? – задал я риторический вопрос.
– Дед Семён я, – неожиданно ответил старичок, ощерившись.
Я улыбнулся и провёл ладонью по волосам на затылке, так как передо мной находился очень хорошо исполненный призрачный модуль, и творческого труда в него вложено очень много. Даже не представляю, что за фанат старины так заморочился. Это я могу заявить со всей ответственностью как лицо, имеющее о колдовстве и призрачных модулях очень хорошее представление. Маг, всё же, хоть и не очень сильный. Да ещё и при лаборатории прикладного чародейства.
Речь старичок понимал, да и зрение у него тоже было нормальное, это проверил, проведя пальцем у него перед лицом из стороны в сторону. Ну что ж, продолжим.
– Твоё назначение, и кто создал? – отдал я приказ, в общем-то, не очень надеясь на ответ, ибо ветка диалогов, в противовес внешности, могла быть весьма скудная.
– Я сам по себе, никто меня не создавал, – огрызнулся старик, поглядев на меня с той снисходительной ухмылкой, с какой смотрят на сумасшедших, гуляющих во дворе психбольницы.
– И кто же ты тогда?
– Ну так я и говорю. Дед Семён я, домовой. Только я бездомный домовой, слышал про такое?
– Ладно, допустим, – подыграл я забавному ответу старичка, – а что ты тогда умеешь?
– За домом следить, чтоб беды какой не было. Ну, пожара там или крыс, – ответил домовой, загибая пальцы на каждом пункте.
– Ага, разобрались. Завтра тебя товарищу покажу. Пусть прикол заценит, – выпрямившись и поглядев на телефон, произнёс я. Время уже позднее, и мчаться куда-то, словно беззаботный подросток, не солидно. Да и лень, откровенно говоря.
– Не стоит. Я всё равно не пойду, – приняв серьёзный вид, ответил гость, – я тебе не безделица какая. Я домовой. Самый что ни на есть настоящий. Ты лучше на кухню иди, там тебя зовут, дозваться не могут. Поди, выкипело уже всё.
Я пожал плечами и вытянул руку в сторону плиты. На кухне под действием телекинеза щёлкнула кнопка на чайнике и сразу зашипела вода, а на середину стола выползла коробка с чаем. Магия магией, а технику люди не зря придумали, могли бы бегать пешком всю жизнь, но нет, автомобили и поезда не собираются чахнуть и пропадать в небытии, ну и волшебную силу можно сэкономить, она же не бесконечная.
Затем отошёл от шкафа с домовым и взял со стола пачку пельменей. Белые комочки полетели в бурлящий кипяток, а следом за ними соль и лавровый лист. Лежащее на столе яблоко опять широко мне улыбнулось. Хорошо, что хотя бы оно не сулило неожиданностей.
Вздохнув и оглянувшись на гостя, я ухмыльнулся. Забавный домовой. Не буду его развеивать. Запас мощности ещё есть, так как мой генератор на пять киловатт рассчитан.
Пельмени сварились, так что осталось выловить их поварёшкой.
– Сметана у тебя испортилась, – раздался голос домового, когда я потянулся к навесному шкафчику, что висел над плитой.
Я достал посуду и обернулся, ища, чем «прокомментировать» слова непомерно сообразительного старичка: хотелось кинуть свёрнутым полотенцем или поварёшкой, но желание тут же испарилось, как только я осознал представшее передо мной зрелище. Оно заставило меня сначала замереть, а потом попятиться. Крохотный дед деловито осматривал содержимое холодильника, придерживая открытую дверцу. Морок, призрак, дух, как его ни называй, не мог воздействовать на материальные объекты. А здесь налицо именно это.
– Что ты такое? – прошептал я. Представляю, насколько глупый у меня был в тот момент вид: круглый черпак в руках и не менее круглые глаза.
– Так, я я ж уже три раза сказал, дубина ты стоеросовая. Я дед Семён. Домовой, – ощерившись ответил незваный гость.
– Так разве бывает? – не веря старичку, пробубнил я.
– Ты вроде чародей, а в нечисту силу не веришь. А мы есть. Вы тута понатворили бестолковых чучел, меж них теперя и спрятаться можно. Никто и не поверит, что настоящий, – потянув на себя упаковку с сосисками, ответил дед.
– Надо срочно друзьям рассказать, – промолвил я сам себе, – может, кто-нибудь с похожим сталкивался.
– Да кто же тебе поверит? – захлопнув холодильник, произнёс домовой, – я ж могу уйти в любой момент. А ежели не погонишь, буду верой и правдой служить.
Осмысливая происходящее, я не сразу услышал телефон, пиликающий на фоне бубнящего телевизора.
– Начальник, – прокомментировала Марго.
Несколько раз обернувшись на домового, я дошёл до дивана, где валялся аппарат. Тот обозначал себя светящимся экраном и от вибровызова норовил свалиться с края дивана, словно настырная черепашка. Я поднял его и нажал на зелёную кнопку.
– Слушаю, Андрей Викторович.
– Познакомился? – раздалось из аппарата голос моего шефа.
Я глянул в сторону холодильника, которым опять хлопнул призрачный дед.
– Познакомился. Что это?
– Он разве не представился? – без всякого ехидства спросил начальник.
– Я как-то не верю в домовых, – неуверенно ответил я.
– Придётся. А завтра с утра зайдёшь ко мне, черканёшь подпись об ознакомлении с требованиями безопасности при обращении с нечистью и на листе доведения приказа о распределении.
– Хорошо, зайду разобраться. Но мне-то зачем?
– Извини, не я это затеял. Сверху так решили. Но это нетелефонный разговор, – ответил начальник, и аппарат отобразил надпись о завершённом звонке.