Нить судьбы. Проклятье для проклятого

- Тлонешь ее - и твоя жизнь оболвется в самом начале! - провозгласил Азель, спускаясь со спинки дивана.

Он сделал маневр возле столика, легонько коснулся мечом-шваброй плеча Элиаса.

- Ты повелжен! Отдай мою собаку, а я оставлю тебе жизнь!

Элиас с актерским стоном повалился на ковер-пустошь.

- Ладно, признаю. Я проиграл... Она твоя. Но это пока... После полдника мы еще раз сразимся? - он поднял голову, вопросительно изогнув бровь.

- Неплеменно, - величественно кивнул король, прислонил швабру к дивану и упал рядом с Элиасом. - А тепель кололевский совет.

Они устроились за спинкой дивана, на нейтральной территории, и зашептались. Собака подняла голову и, увидев, что битва окончена, вскочила с места. Она подошла к Азелю, повалилась, положив морду ему на колени. Тот тут же с улыбкой принялся ее гладить. А Элиас, сложив руки на груди и нахмурившись, смотрел на Звездочку. Та посмотрела на него. Хвост ее завилял, и она сунула нос ближе к нему. Он тут же расслабился и принялся гладить.

- Элиас, а вот когда мы станем большими, мы будем длужить так же, как сейчас?

- Конечно! Мы наденем доспехи, возьмем настоящие мечи и отправимся завоевывать новые земли для нашего королевства!

- Но... но ведь тогда будут гибнуть люди... - Азель нахмурился и поджал губы, глаза его сосредоточенно смотрели на Звездочку. - А кололь должен заботиться о своем налоде.

- А я и не говорил о смерти людей. Я сказал только про нас двоих...

- Но как? - Азель засмеялся и ухватился за живот. - Как два мальчика смогут захватить новые земли?

- У нас ведь будут доспехи, мечи... и смекалка. - Элиас тоже засмеялся. Вместе с ними собака сильнее завиляла хвостом, словно понимала причину их радости.

Тэр, сидя на диване, покачал головой и выпустил струю дыма.

- Дети, - сказал тут же рядом стоящий Альберт.

- Это не просто дети... Они принадлежат королевскому роду и, судя по всему, ясно это понимают. А значит...

- Это ничего не значит, - буркнул я, перебив Лириуса, подложил подушку под голову на своем кресле, вытянул ноги и тяжело вздохнул.

От Михаила не было вестей несколько дней, и только наши частые переглядывания говорили о напряженной обстановке.

- Они еще дети и просто балуются.

Тэр хмыкнул, но промолчал, снова прислушиваясь к разговору детей.

- Ну да, ты же будешь королем, а я стану твоей правой рукой, - прогнозировал будущее Элиас.

Азель взглянул на правую руку и на Элиаса, а после опять засмеялся.

- Звучит жутко!

Элиас хлопнул себя по лбу, продолжая смеяться, так по-детски и почти без причины.

- Это значит, я буду твоим советником! - прокричал на всю гостиную он.

- А-а-а, а кто будет левой?

Тут уже и я засмеялся.

- Можно, ей буду я? - перебил парней, предлагая свою кандидатуру.

Они переглянулись и, надрывая животы, расхохотались еще пуще прежнего.

- Ты уже умрешь!

- Да ну вас! - вскочил с места, выхватил меч, стоявший за спинкой моего кресла, и сделал несколько выпадов. - Я еще переживу вас всех, плюс у меня будет опыт. Все-таки я старше вас.

- Ты станешь сталиком, как дядя Лилиус! - протараторил Азель и указал пальцем в его сторону, одна рука уже чесала шею Звездочки, и та тянула нос кверху, закатив от наслаждения глаза.

Тут даже Тэр закашлялся, и дым от сигары разлетелся в разные стороны. Альберт похлопал его по спине, скрывая разрывающий его смех за бесстрастным лицом, но раскрасневшиеся щеки выдавали его.

- Хотите сказать, что я старый? Я еще опытнее Грема! Если надо, моя кандидатура на... левую руку короля будет куда выгоднее, к тому же у меня положение выше, чем у...

Он замолчал, остановившись на мне взглядом, словно впервые осознал, что он мой дядя.

Потом вошел Валерио, чтобы забрать Элиаса, но перед этим, сидя на полднике за столом, в игровой форме пытался узнать хоть какую-то информацию от парня. Мелкие мало что понимают и поэтому болтают без умолку. Стоит только показать сладость. Вот и Азель обмолвился о ссоре королевской четы. Михаил и жена не в ладах. Наверное, поэтому он и отправился к супруге в надежде помириться, и сейчас это и происходит на шёлковых простынях. А мы тут изводимся от неизвестности. Можно было бы и расслабиться, но я чувствовал, что что-то не так. Михаил бы не оставил сына так на долго.

Лириус всё же распорядился о постах на каждом въезде в город, круглые сутки шпионы слушали и смотрели, не прибыл ли кто подозрительный.

И в один день это произошло. Молодая женщина приехала в повозке из столицы. Она расположилась на постоялом дворе у Марли Копинса. Тот в свою очередь быстро доложил о приезжей. Она ничего не рассказывала о себе, только молча сидела в таверне, по всей видимости, тоже прислушиваясь. Шпионка. Сомнений не было.

Одним дождливым вечером, пока народ разбрелся по домам, девушку подхватили под руки и увезли в тайное место. Ну как тайное. Место пыток, так это называется. Даже если она шпионка, это место и без использования подручных инструментов развяжет ей язык.

Я не видел её, так как моя задача была в охране мальца. Я поклялся не оставлять его одного. Поэтому теперь я ещё и нянька. Да и мне не хотелось видеть насильственные действия по отношению к женщине.

Тэр вместе со Станли отправились туда с утра, а вернулись только под вечер. Глава Флер обмолвился, что девка отрицает причастность к шпионажу, но и других сведений не дает. Говорит, прибыла в поисках друга, но и имя не называет. В общем, странная, а значит, останется в подземелье до утра.

Я проснулся от того, что услышал шорох. Понимая, что это собака, которая в очередной раз забежала по лестнице в спальню Азеля. Стук ее когтей часто будил меня. Перевернулся на бок и вновь начал дремать, пока не услышал всхлип, трение и тишину.

Вскочил с кровати, схватил меч, что лежал под рукой, и вынырнул из комнаты. Подскользнулся на выдраенном до блеска полу, споткнувшись о собаку, лежащую возле двери, ступил ногой во что-то липкое, но не придал значения и ворвался в комнату Азеля. Кровать мальчика была пуста.

- Азель... Азель! - негромко позвал его, всё еще стараясь не думать о худшем.

Лириус ворвался в комнату, держа в руках свечку.

- Что случилось?

- Я что-то слышал! И Азеля нет в постели.

Наши глаза встретились, и только сейчас я начал понимать ужас.

- Может, он внизу? - почти молитву прошептал Тэр. Ох, как бы я хотел, чтобы его слова были правдой.

Топот наших ног по лестнице, и я споткнулся о человека, лежащего на полу. Лириус поднес свечу и застонал от осознания.

- Альберт!

Его холодное тело с перерезанным горлом лежало под самой первой ступенькой. Но времени не было. Спасти ребенка было важнее скорби по старику.

Одев сапоги, я выскочил во двор, но в темноте ничего не было видно.

- Будьте вы все прокляты! - взревел я, но толку! Темно так, что и бежать неизвестно куда! Что бы я сейчас ни делал, всё бестолку.

- Я иду к страже. Сейчас же перекроем въезды в город.

- Поздно, - с горечью произнес Лириус, садясь на ступеньку у входа в дом. - Тот, кто похитил мальчишку, готовился не просто забрать его бесшумно, но и, если что, бесследно испариться от Михаила.

- Мы должны что-то предпринять! Нельзя просто так стоять!

Я не понимал его отстраненность. Я знал лишь то, что это я прозевал парня, и я должен срочно что-то предпринять.

- Мы ничего не можем...

- Как это не можем!?

Приложил руку к вспотевшему лбу и протер дрожащей ладонью лицо, пытаясь найти выход.

- Поднимай всех. Я иду тщательно допросить шпионку.

Ступая по сырым, скользким ступенькам, слыша только свои шаги. Освещая клетку лампой. В углу, в соломе, свернувшись в комок, спала женщина.

Провернув ключ со скрипом, вошел внутрь. Черные, растрепанные волосы, вся в грязи спит под плащем, стянув его я увидел дрожащее тело. Она тяжело задышала и закрыла рукой лицо.

- Пожалуйста, не надо. Я вас умоляю... - прошептал взмолившийся женский голос.

- Встань!

- Пожалуйста! Не надо...

Я схватил ее за руку и потянул на себя. Девчонка стала вырываться и брыкаться. Чертовым каблуком она ударила меня под колено, заставив приклониться перед ней. Она воспользовалась этой ситуацией и неожиданно рванула на выход, но нарвалась не на того. Я с прыжка нагнал её, обхватив за талию, повалил на пол. Она застонала, когда я приземлился на неё. По всей видимости, пришиб нехило. Грязный рот девчонки засквернословил.

- Кретин, пропади ты пропадом!

- Потаскуха! - раздраженно выпалил в ответ.

- Ты... ты... - она брыкалась, сталкивая меня с себя. - Ничтожество! И весь ваш Флер... отстойное место.

В чём-то она была права.

Я слез с неё и подхватил на руки. Она с таким усилием колотила меня кулаками. Ну как кулаками... женскими ладошками, которые не приносили мне никакого дискомфорта.

- Успокойся, - рявкнул на нее, но она не угомонилась, пытаясь освободиться.

Я поднял её в допросную, усадил за стол. Она чуть утихомирилась, когда в комнате зажглась свеча. Накинул на нее теплый плед и сел напротив.

- Рассказывай.

Она сжала губы в полоску, сложила руки перед собой, а после вообще хмыкнула, отвернувшись.

- Советую тебе начать разговаривать по-хорошему, иначе... посмотри направо.

Я указал на стену в противоположную сторону.

- Видишь, из стены торчит ручка. Когда я открою ящик и достану оттуда инструменты для пыток, твоя жизнь изменится навечно.

Я видел, как она сглотнула, как её пальцы обхватили края пледа, прижимая к себе. Девчонка испугалась.

- Меня зовут Виктория... я... я няня Азеля Альмиреда, внебрачного сына принца Михаила, - проговорила она и посмотрела мне в глаза с такой надеждой на спасение, что, черт возьми, мне захотелось её спасти.

Теперь уже я проглотил тугую слюну и глубоко вздохнул.

- Докажи, - не разрывая контакта глаз, произнес.

- Я не могу... Только слова.

- Назови имя матери парня.

Она даже не шелохнулась.

- Никто не знает, кто она. Принц однажды принес мальчика во дворец, и всё.

Я кивнул, но это была информация, которую мог знать любой шпион.

Положил руки на стол и застучал пальцем, видя, как её зрачки метаются то туда, то сюда.

- Кто убил Робина Флера?

Она не просто перестала шевелиться, но и дышать.

- Принц Гарри, - еле слышно прошептала и осмотрелась по сторонам, словно ища подвоха.

Одна из самых засекреченных информаций в королевстве. Я узнал об этом из первых уст, а её могли подготовить.

- Что ест Азель по утрам?

И тут её глаза закатились, губы раскрылись в победоносной улыбке.

- Творожную запеканку и только её. Каждый день. Семь дней в неделю. Постоянно. Он обожает творог.

Тут я был с ней согласен. Этот парень заставлял Альберта готовить эту чертову запеканку каждое утро. Мне порой приходилось мотаться на другой конец города искать этот чертов творог, невзирая на погоду. Из-за этого я порой ненавидел этого пацана.

- Хорошо.

- Хорошо? Это значит, вы мне верите?

- Возможно.

- Возможно? - дёрнулась Виктория, или как её там.

- Михаил лично разберется с тобой.

Если вернется, - произнес про себя и вновь вздохнул.

Опрокинувшись на спинку стула, я прикрыл глаза.

- Азеля похитили этой ночью.

Девчонка тут же подскочила со стула, роняя плед на пол.

- Нужно найти его немедленно! Мальчик он... он...

- Его уже ищут, а ты должна нам помочь.

- Конечно, но как? Я ведь ничего не знаю! Я прибыла во Флер несколько дней назад!

Виктория встала справа от меня, уперев руки в боки. - Его могла похитить невеста короля... эта... - её лицо исказилось от отвращения, - Королева черных лимб, Этельреда. Или же родители жены принца Михаила. Они были против Азеля, а еще... еще... Нет, наверно, всё. Виконтесса Флер мертва, значит, всё.

- С чего ты решила, что невеста короля точит зуб на мальчишку? Для чего он ей?

И вот уже не я был главный, а Виктория, что расхаживала из стороны в сторону. Размышляла она смешно. Прикусила указательный палец и чуть покачивала головой вперед-назад.

Услышав мой прямой вопрос, она подхватила тяжеленный железный стул и со скрипом протащила по каменному полу. Силы в ней хоть отбавляй, но и храбрости, ведь она сократила расстояние между нами до интимно-опасного. Усевшись так близко, что я различал узоры на её грязном платье и аромат лаванды, она пристально глянула мне в глаза и настороженно заговаривала.

- Знаешь, - начала она тихо, - Я не могу распространяться о том, что судачат слуги... особенно первому встречному. Докажи сначала, что ты и вправду приближенный принца Михаила?

Её слова ударили меня словно удар в солнцеплетение. Чувствуя прилив крови, не раздумывая, резко наклонился к ней, нарушая личное пространство. Теперь между нашими лицами оставалось всего несколько дюймов. Я чувствовал её тепло, её дыхание.

- Я поклялся, - прошипел с такой страстью, что и сам поверил, - Служить будущему королю... и его отпрыску. Моя жизнь и честь принадлежит его дому.

Мгновение она молчала, будто изучая и ища следы лжи, а после победоносно улыбнулась. В который раз, между прочим.

- Твой будущий король - не принц Михаил.

Мой мозг на миг отказался принять информацию из её уст. Бред какой-то.

- А кто же? - выдавил я, пока в груди разыгрывалась битва.

- Его сын.

- Азель не законнорожденный.

На лице Виктории расцвела полная, безжалостная улыбка победителя.

- Его жена беременна. Ты что, не знал? - произнесла она это с притворным сладким удивлением. - Ох, как же так, приближенный принца не знает о столь важной новости! Так может, ты лжешь и никакой ты не приближенный принца!

- Твою мать! - рявкнул я не своим голосом, вскакивая из-за стола. Тот ударился о пол с таким грохотом, что она отпрянула в испуге, отскочила за стол. Нервы были на пределе.

- Михаил исчез! Пропал, и никто не знает, где он и когда вернется!

Она в один миг превратилась в ледяную статую, замерев в ужасе. Руки её прятались за спиной, а глаза испуганно рыскали по мне.

- То есть как исчез? - выдавила она тонким, беззвучным писком.

Вся её прежняя язвительность исчезла, испарилась.

- Он уехал в Альмиред и не вернулся, - заговорил быстро, слова налетали друг на друга. - Азеля похитили из-под носа! И да... я не знаю, что делать!

Мог ли я услышать в своих словах мольбу? Мог. Она звучала в интонации, в дрожащих звуках. И Виктория тоже услышала её. Мне нужна помощь! Я нуждался в ней от незнакомой женщины.

В своё время меня не страшило возглавить бунт, взять ответственность за десятки людей, но сейчас... я сдался. Испугался. Не за себя, а за мальчика. Он ведь еще совсем ребенок, а уже был игрушкой в руках тех, кому безразличны жизни не только солдат.

И тогда случилось невероятное. Девушка, эта хрупкая, только что пережившая подземелье Флера, подошла ко мне и неожиданно... обняла. Её руки обвили мои плечи, а голова легла на грудь. В этом жесте не было смущения или какой-либо игры, лишь человеческая солидарность.

- Я уверена, мы что-нибудь придумаем, - её голос был тихим, но прозвучал возле моего сердца твердо и обнадеживающе. - Я помогу.

Эта хрупкая женщина успокаивает меня? Я ведь правильно понял? Вместо упреков, вместо паники - поддержка. Неожиданно, так что на миг я застыл, чувствуя, как ледяной ком в груди начал таять, сменяясь странной, хрупкой надеждой.

Она высвободилась из объятий и решительно отступила.

- Так, - сказала она, и её голос приобрел командные нотки, - Давай в первую очередь обыщем все таверны в округе. Людей нужно отправить по всем дорогам, на все перекрестки. У вас ведь... - она посмотрела на меня, ища подтверждения, - хватит людей на поиски Азеля?

Я сделал глубокий вдох, собирая волю в кулак.

- Хватит, - произнес я, заразившись её решительностью.

- Тогда в путь, - кивнула она, уже поворачиваясь к выходу. - Нельзя терять времени. Азель... он храбрый мальчик, и я уверена, он не испугается. И мы не должны отчаиваться. Да, и нужно забрать мой багаж из таверны.

Спустя час мы ехали по дороге, выходящей из Флера. Грязь чавкала под копытами лошадей, а небо, низкое и свинцовое, нависло над нами, как грязный потолок. Виктория настояла на том, чтобы мы ехали в сторону столицы. По её логике, если похитители хотят использовать Азеля, то только в том месте, где сосредоточена власть.

Но природа, казалось, встала на сторону наших врагов. Дождем смыло все следы, да и в принципе по размытой дороге ехать было невозможно. Наши лошади медленно шли сквозь месиво глины, воды и камней. Я взял в сопровождение пару служивых. Они то и дело спорили об обходной дороге и о том, что нам следует ехать глубже в лес, по тропе в обход главной дороги.

А во главе этого хаоса сидела Виктория, одевшись как настоящая аристократка, в темное прочное, но от этого не менее элегантное дорожное платье и плащ. Несмотря на дождь и грязь, она восседала в седле с прямой спиной. Она ни слова не проронила с момента выезда из города, уйдя в себя.

Но погода ухудшалась. Мелкий моросящий дождь перешел в ливень. Холодные капли били по лицу, плащи промокли насквозь, а после и вовсе разыгрался ветер, стал сносить с ног. Лошади ржали от страха и дёргались от каждого скрипа.

И мы остановились, смирившись с вынужденной задержкой.

Пока я привязывал лошадей под раскидистыми елями, взглянул на Викторию. Она сидела, прислонившись к еловому стволу, и, судя по умиротворенному виду, дремала. Я вытащил из походной сумки одеяло и накрыл вздрагивающее даже во сне от холода тело.

Устроившись рядом, подставив спину под тот же ствол, я и сам начал дремать. Как вдруг сквозь эту дремоту почувствовал запах дыма. Не сырость леса, не запах мокрой шерсти лошадей и даже не смолу деревьев. Это был горьковатый, древесный аромат. Самый что есть настоящий!

Глаза мгновенно раскрылись. Сон сняло как рукой.

Костер? - пронеслось в голове первой мыслью. Здесь, в этой глуши, в такую погоду? Это мог быть случайный путник или... тот, кого мы ищем?