Фэнкуан: циклон смерти

Глава 22: Девочки, на выход! 31 декабря 2025 года.

— Я буду краток, — Артём окинул собравшихся вокруг него мужиков внимательным взглядом. — Говорить я вам этого не должен, но всё же скажу, потому что каждый вправе знать и поступать по своей воле. Мне сообщили, что снег ядовит, точнее, содержит в себе что-то опасное. Вирус ли это или ещё что - вояки сами толком не знают.

— Мы это слышали… — пробурчал Саня Жеребец.

— Это прекрасно. Я продолжу? — Артём сделал вид, что услужливо просит разрешения на продолжение монолога, но даже не думая дожидаться ответа, продолжил: — Укусы заражённых людей смертельно опасны. Так что - избегайте доходяг.

— Двое наших парней умерли после того, как их покусали, — подтвердил Лис.

— Я бы не хотел оставаться в многомиллионнике в такое время, и вам бы не советовал. Но вы смотрите сами… — Артём сделал шаг назад, к Олегу.

— А как мы хотя бы отсюда выйдем-то? — с вызовом и на повышенном тоне спросил Алекс. — Во-первых, у нас нет банальных средств защиты. Здесь не все с иммунитетом, как твои друзья, Ром! — Почему-то он не обратился напрямую к оратору, а повернулся к коллеге. — Во-вторых, велено было дожидаться вторую группу. Сам слышал, военный чётко сказал сидеть и не рыпаться!

— Лёх, ты заколебал. — Жеребец не выдержал. — Где гарантия, что кто-то придёт? Ты слышал, что мужики рассказали? Что там щас на улицах творится? У росов сейчас куча работы, они тут по вызовам носятся, как в жопу ужаленные. Сколько вот таких мест по городу? Сколько людей нуждается в спасении? У них своих забот выше крыши. В конце концов, у них тож свои семьи есть… И кстати, если ты забыл, то я тебе напомню самый весомый аргумент: Москва закрывается! Надо валить, пока можно! А вместо средств защиты… Ну, бля… Да можно хоть чем обмотаться! Тряпками, пакетами, всем что под руку попадёт!

— Делайте что хотите… — Алекс упёрся взглядом в пол, голос его потерял всю свою громкость, стал тихим и каким-то обречённым. — А я остаюсь.

— Бля, вот ты дурной… — Рома покачал головой, глядя на него с искренним недоумением.

— Я тоже остаюсь… — Лис несмело подал голос. Похоже, он до конца не был уверен в своём решении, но озвучил его и теперь смотрел куда-то в сторону, избегая взглядов остальных.

— Прикалываетесь? — Дукалис выпучил глаза, переводя взгляд с одного на другого. — Реально прикалываетесь, да?

— Да пусть делают что хотят, не дети малые, — Жеребец махнул рукой, давая понять, что спорить больше не намерен.

Он развернулся и зашагал в сторону кухни клуба, громко топая по полу тяжёлыми ботинками.

— Ты куда? — крикнул ему вслед Дукалис.

— Пойду поищу фольгу, — бросил Жеребец. — И скотч.

— Скафандр делать будешь? Я с тобой.

Фольги на кухне не нашлось, хоть обыскали все шкафчики, заглянули за каждый ящик, проверили даже те полки, куда персонал обычно прячет «излишки» и ништяки. Но никто сильно и не расстроился. Алекс, который всё ещё дулся на них за решение уходить, всё же помог со скотчем, принёс целую коробку из подсобки, и Рому, Жеребца и Дукалиса обмотали по-полной, превратив в ходячие коконы из шуршащей ленты. Но из-за этого стало неудобно сгибать руки и ноги, скотч стягивал и сковывал движения. Особое внимание уделили переходным зонам, где штаны переходят в ботинки, рукава в перчатки и шея в голову. Там скотч наматывали слоями, крест-накрест, создавая подобие герметичных манжет.

— Вот маски медицинские… — Алекс достал запас масок из шкафчика в их медпункте. — Эй, вы чо так загребаете, оставьте нам!

— На фига? — Жеребец обернулся, сжимая в руках пачку масок. — Вы ж тут отсидеться решили, вам они без надобности.

— Оставьте им пачку масок, — вмешался Артём, до этого молча наблюдавший за сборами. — Вдруг что случится и им надо будет выйти. Пусть будет.

Жеребец помялся секунду, потом нехотя кинул пачку масок обратно на столик.

— Так, а что с глазами? — Рома посмотрел на себя в отражении стеклянного шкафчика. — Нижнюю часть лица мы закроем масками, а глаза? Снег же в глаза попадёт, на ресницы, на веки.

— Может, у вас в реквизите есть что? — Олег обратился к Алексу. — Ну, маски какие-нибудь? Строительные? Горнолыжные? Шлемы?

— В смысле? — Алекс не понял.

— Вы же тут с реквизитом работаете, у вас же есть всякие штучки… в прямом смысле этого слова… дрючки..?

— Ты угораешь? — Алекс поморщился, глядя на него как на умалишенного. — Откуда у нас горнолыжные маски? Мы тут занимаемся творчеством, какие шлемы, боже ты мой?

— Мля, ну в клипе «Сатисфакшен» же были строительные очки! — не унимался Олег.

— Ой, Олег… — Рома устало потёр переносицу.

— Чо Олег-то? — Олег не сдавался. — Нормуль реквизит, между прочим. Это вам на заметку, кстати. — Он посмотрел на Алекса и Лиса, которые явно не разделяли его энтузиазма. — Может, пищевой плёнкой тогда замотаем вас? На кухне плёнка была, я видел, в ящике лежала.

— Точно… — Дукалис оживился, лицо его просветлело. — Давайте попробуем. Плёнка тонкая и прозрачная, так что какой-никакой обзор, но останется, и защита всё же будет.

Спустя полчаса мучений, когда все уже взмокли от напряжения и наматывания, парням кое-как удалось намотать плёнку поверх масок, закрывая лица до самых глаз.

— Сук! — проворчал Дукалис. — Не вижу нихрена, всё запотевает!

— Ну так ты носяру перенеси под маску, а не под плёнку! — заржал Жеребец, у которого тоже запотело, но он хотя бы видел очертания предметов.

— Ребят… — Алекс замялся, переминаясь с ноги на ногу. — Вы… это… пишите в общий чат. Связи нет, конечно, но мало ли, какая весточка пробьётся, вдруг повезёт. Хоть будем знать, как вы...

— Лисяра, Алекс… Романчелло! Вы тож пишите, если чо, — Дукалис сгрёб в охапку коллег. — И вы, мужики, не теряйтесь.

— Надеюсь, что всё с вами хорошо будет. Берегите себя!

— И вы себя берегите!

Всем почему-то стало как-то грустно в этот момент. Не страшно за будущее, не радостно, что выбираются наружу. Это была такая ноющая, тянущая грусть, которая накрывает, когда вдруг понимаешь, что видишь знакомых тебе людей в последний раз. Мир только начал распадаться на части, власти пытались удержать порядок, который всё равно сыпался и утекал сквозь их пальцы, военные работали без передышки… а они уже где-то глубоко, где-то подсознательно чувствовали, что как прежде уже не будет никогда. Даже если всё наладится, даже если этот кошмар закончится уже завтра, после пережитого здесь вряд ли они продолжат выступать в «Сисимбере», встречаться на репетициях, зажигать в костюмах перед визжащими от экстаза женщинами. Вряд ли они увидятся вновь.

Алекс выпустил Жеребца и Дукалиса за дверь, совершенно неосознанно, машинально, вдохнув морозного воздуха, хлынувшего снаружи. Лис, стоявший рядом, тоже вдохнул, и остальные тоже, все сделали этот вдох, прежде чем Алекс опомнился и с силой захлопнул тяжёлую металлическую дверь. Он постоял секунду, прислонившись лбом к холодному полотну, потом развернулся и пошёл провожать Олега, Артёма и Рому к чёрному входу.

Идти по коридору, где лежало множество трупов, среди которых были их коллеги, было ужасающе. Такое точно потом будет преследовать всю оставшуюся жизнь. Здесь буквально мутило и выворачивало, и тошнота подкатывала к горлу с каждым новым шагом. Захотелось развернуться и убежать в обратном направлении, но нельзя. Даже если парни самостоятельно выйдут, дверь-то как-то надо будет запереть. Эх... Даже если отвернуться или вовсе закрыть глаза, легче не станет, потому что от запахов невозможно было спрятаться. Кровь, внутренности, вспоротое мясо и, как ни странно, экскременты. Всё это смешивалось в густую, удушливую вонь, которая оседала на языке, застревала в горле, въедалась в одежду и волосы. С каждым шагом ноги наливались свинцом, мысли путались, и единственным желанием было поскорее оказаться за пределами этого коридора пыток, вдохнуть свежий, пусть даже морозный и отравленный смертью воздух. Всё лучше, чем здесь.

Наконец, они вышли к гримёркам, вот тут было куда чище.

— Ой? Там кто-то есть? — Лис поёжился и зябко повёл плечами. Мурашки пробежались по его загривку, когда он услышал чей-то отдалённый вздох.

— Вы что? Дверь не закрыли? — Алекс опешил, когда и сам уловил какие-то тихие звуки. Пока не зайдёшь за угол, не увидишь точно, закрыта ли дверь, но одно можно сказать наверняка - там кто-то был.

Артём с Олегом переглянулись.

— Ну вообще-то у вас двери на доводчиках, сами закрываются, — пояснил Артём, но в голосе его не было уверенности. — А даже если она не до конца закрылась, то у вас же там мини-тамбур… Зомби двери вроде как открывать не умеют… Стойте здесь, я выгляну, проверю…

Он сделал несколько осторожных шагов вперёд до угла, стараясь ступать бесшумно, заглянул за выступ и тут же отпрянул, буквально впечатавшись спиной в стену.

— Чо там? — испуганно спросили все четверо практически хором.

— Быстро поворачиваем назад, только тихо, — проговорил Артём сквозь зубы, едва шевеля губами, и рукой показал жест, понятный любому, кто хоть раз смотрел боевики, — разворачиваемся и уходим, не создавая шума...

— В смысле? — пискнул Алекс.

— Тихо! Там зомби.

Слово это подействовало отрезвляюще, как пощёчина. Все разом замолчали и гуськом, на цыпочках, стараясь не дышать, двинулись обратно в основной холл. Когда они вышли из коридора и закрыли за собой дверь, ведущую в ту часть здания, все смогли выдохнуть спокойно. Алекс прислонился к стене, прижимая ладонь к бешено колотящемуся сердцу.

— Слушай, — Артём посмотрел на Алекса, — запри эту дверь на ключ… И надо все залы запереть, чтобы вы с ними не столкнулись, если они сюда ломанутся. Там в коридор набилось около десятка мертвяков, может, больше. Дрыхнут друг на друге…

— В смысле? — Все выпучили глаза одновременно, и это выглядело почти комично, если бы не было так страшно.

— Ну, походу снега намело и входная дверь закрылась не до конца, вот они и забрели… Там тела друг на друге лежат как дрова.

— Так это военные их перебили и там типа оставили! Может, не добили одного? — вклинился Лис, хватаясь за эту мысль как за соломинку. — Наверняка они их оставили похоронной группе?

— Они все дышали. — Артём покачал головой. — И храпели. Я слышал.

Все вытаращили глаза ещё сильнее.

— Стоп, — Алекс возмутился, подходя ближе, — это ты за три секунды успел и увидеть, и расслышать? Чо ты нас кошмаришь? Тебе блин привиделось! Там реально трупы наверняка…

— Так вы ж сами слышали, что там кто-то дышит! — напомнил им Рома. — А теперь типа он вас кошмарит? Чё за дела? Хватит гнать на моего друга!

Алексу просто было страшно. Он предпочёл забыть, что пару минут назад действительно слышал нечто отдалённо похожее на храп, но признавать, что там храпят именно зомби, казалось ему чем-то совершенно шизофреническим.

Не прошло и минуты, как из чёрного коридора, откуда они только что пришли, послышались какие-то шумы, глухое копошение, шорох, будто что-то тяжёлое ползло иди ковыляло.

— Закрывай дверь, живо! — прошипел Артём, и Алекс рванул к двери быстрее, чем казалось способно его тело. — Да, успел увидеть и услышать, что в этом удивительного? Да вы и сами слышали их охи-вздохи ещё не доходя до угла!

— Господи… — Алекс резво вставил ключ в замочную скважину и провернул его до упора. — Так, теперь два зала… И каморка технички… Блин, как же всё сразу…

— В каморку попасть ещё надо, — напомнил Рома. — Там же дверь не до конца вынесли, плюс ящик стоит, завалили проход.

— Чего они там говоришь делали? Спали? — Лис посмотрел на Артёма с искренним недоумением. — Зомби спят?

— Да, выглядело именно так, будто спали, — Артём нахмурился, пытаясь осмыслить увиденное. — И кажется, отогревались. Сбились в кучу, как бездомные собаки на теплотрассе, и дрыхли.

— Отогревались? — Алекс, уже закрывший мужской зал и теперь галопом несущийся к женскому, на ходу обернулся. — Эти твари чувствуют холод? Хоть б на морозе все передохли! — Он уже втопил к следующей двери. — Бля, еще ж кухня, про кухню-то я забыл!

— Если им хватило мозгов набиться в помещение, чтобы согреться, — Артём покачал головой, провожая взглядом мечущегося Алекса, — значит, они будут прятаться от холода и дальше. Надо опасаться парковок, подвалов, метро, переходов, всех тех мест, куда они могут беспрепятственно проникнуть и где можно переждать мороз.

— Парни, пошли со мной на кухню, — взмолился Алекс, уже закончивший с женским залом и теперь заметавшийся в нерешительности. — Я один не хочу туда идти теперь, после всего этого.

— Идём. — Артём кивнул и первым двинулся в сторону кухни.

— Тёмка, тут что-то не вяжется, — Олег не отставал от друга ни на шаг.

— М?

— Ну, мы ж с тобой видели, как эти чудики полуголые по холодрыге ходят и им хоть бы хны… А сейчас они как животные лёжку делают, стаей спят, греются друг об друга.

Артём переступил через валяющийся на полу ящик с картошкой, из которого высыпались клубни и теперь лежали россыпью, мешая пройти.

— Я не могу тебе ничего сказать точно, — ответил он, оглядывая кухню, — кроме как вспомни Арину.

— Арину? А что Арина?

— Ну, Арина вообще по морозу бегала практически голая, помнишь?

— Так, она человек и она же жизнь спасала…

— Так и они… человеки… и у них тоже стимул есть. — Артём остановился, прислушиваясь к чему-то. — Им нужна еда, они охотятся. Но они, как и мы, замерзают, просто у них порог чувствительности другой, видимо. Поэтому могут себе позволить голышом зимой пощеголять… но не долго. Это всего лишь моё предположение.

— Мля… — Олег хлопнул себя по блестящему от пота лбу, и звук этот эхом разнёсся по кухне. — А что если Арина перекинулась в тачке? Собаку сожрала?

— Что? — Рома, шедший позади, выпучил глаза. — У вас там какая-то девушка? Вы про кого?

— Угу. — Артём ответил сухо, продолжая сканировать взглядом помещение. — Мы оставили в машине девушку с собакой, спасли по дороге сюда.

— А если она тачку свистнула или реально обратилась, пока вы тут торчите? — Рома забеспокоился.

— Насчёт первого, — он лаконично показал брелок от машины. — А насчёт второго не думаю, — Артём резко остановился прямо посередине кухни, огляделся, принюхался, потому что что-то ему не нравилось, хотя он никак не мог понять, что именно. — Гарь чувствуете?

— Неа... — Олег как ёж поиграл ноздрями в поисках дыма. — Её кстати Алиной звать, а не Ариной. А может, мы ей тут у кого-то шмоток одолжим? Девчонка-то в одном халате…

— Не получится, — отрезал Алекс, опуская фиксаторы маятниковой двери, ведущий в женский зал. — Я же закрыл коридор с гримёрками. — А Лис где?

Все переглянулись.

— Эй, Лис? — позвал Алекс. — Лис, ты где?

— Ребята, выйдите… — голос Лиса доносился из холла.

— Фух, — выдохнул Олег с облегчением, — я уж подумал, что на него внезапно напали и сожрали, пока мы тут лясы точим.

Они вышли из кухни и увидели Лиса. Тот стоял возле окна в торце холла, и весь он был залит оранжевыми, жёлтыми и красными лучами, которые плясали на его лице, на стенах, на полу.

— Бля…

— Кошмар какой…

— Там люди бегают… — Лис показал рукой на второй этаж горящего напротив дома. Пламя вырывалось из окон, лизало стены, в языках огня металось несколько фигур. Они бегали по комнате, натыкались на преграды, падали, вставали и снова бежали.

— Это не люди, — прокомментировал Артём, подходя ближе к окну. — Человек бы упал или в окно выпрыгнул, в снег. А эти… они просто бегают, пока не сгорят.

Артём снова для себя подметил новую деталь в поведении заражённых: у них есть примитивный инстинкт самосохранения. Вот только активируется он, видимо, в совсем экстренных условиях. Они мечутся по полыхающим комнатам, похоже, в поисках выхода, но не соображают, как себя потушить и как этот выход найти. А могут ли они бегать вне подобных условий? Что на них так повлияло? Боль? Так вроде они к ней не особо чувствительны… Если бы были чувствительны, то не бегали бы так долго... Много адреналина выбросило в кровь? Неизвестно, как вообще у этих тварей работает гормональная система. Непонятно. Совершенно ничего не понятно.

— Жесть… — только и смог выдавить Рома, глядя на этот адский танец.

— Ладно… — Артём отвернулся от окна, отсекая это зрелище. — Нам пора. Рома, давай тебя замотаем, время не ждёт.

Роме поправили его нехитрую экипировку. Выходить пришлось снова через парадный вход, потому что чёрный теперь был недоступен и за той дверью ждали своей добычи десяток голодных тварей.

— Ребят… ни пуха, ни пера! — Алекс поднял ладонь в прощальном жесте.

И в этот момент со стороны улицы послышался нарастающий, захлебывающийся вой пожарной сирены, который то затихал, то снова набирал силу.

— К чёрту!

— Парни. — Рома немного замялся у двери, обернулся на коллег. — Будьте осторожны и берегите себя.

Они похлопали друг друга по плечам, Алекс провернул ключ в замке, и троица поспешила выйти на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, смешиваясь с запахом гари и сырости.

Глава 23: Да что за грёбаная дорога, 31 декабря 2025 года.

— Блин! Твою мать! Я ничего не вижу! — матерился Олег, щурясь и закрывая лицо рукой от колючей снежной крупы, которая хлестала по щекам, забивалась в нос, в рот, лезла за шиворот. К обильному снегопаду добавился ещё и хлёсткий, порывистый ветер, который кружил белую мглу в диких танцах, превращая мир за пределами вытянутой руки в сплошное белое ощетинившееся марево.

— За угол! — взревел Артём, перекрикивая вой ветра, и рванул вперёд, увязая в сугробах.

Хоть тротуар и был притоптан до них, но снегу выпало уже столько, что взрослому мужику он доставал едва ли не до колена, а в некоторых местах и выше. Узкая вытоптанная тропка, вместо того чтобы помогать, играла скорее против путников, чем за них. Ноги то и дело соскальзывали с неё в глубокий снег, подворачивались на невидимых кочках, проваливались в ямы, и каждый шаг давался с чудовищным трудом, забирая силы, которых и так оставалось немного.

— Эй! Эй вы! — послышался мужской голос где-то справа, перекрывающий вой ветра. — Что вы тут делаете? А ну немедленно в здание!

Артём обернулся и увидел знакомый говорящий костюмчик. Рос стоял у машины пожарных, жестикулируя им руками, явно приказывая вернуться.

— Мы идём к нашей машине! — прокричал Артём в ответ, понимая, что мужик в костюме вряд ли расслышит, но надеясь, что жест поймёт.

— Идиоты, бля! — донеслось до них сквозь ветер. — Вы чо, сука, не слышали? На улице нельзя находиться!

— Быстро, быстро, быстро! — Артём подначивал друзей, и они тремя кабанчиками, увязая и падая, рванули вперёд, чтобы скрыться за углом здания, подальше от лишних глаз.

Рос не стал стрелять или задерживать троицу, его дело было охранять бригаду пожарных от бешеных тварей, которые могли выползти из любого переулка. А три придурка, которые решили рискнуть своими жизнями, уже не его проблема, сами разберутся. В любом случае, свой долг он выполнил - обматерил и предупредил об опасности.

Завернув за угол, они оказались в спасительном закутке, где ветер дул не так пронизывающе, хотя снег всё так же валил стеной, заставляя щуриться и жмуриться от летящих в лицо хлопьев. Когда они сюда только приехали, тут был практически голый асфальт, потому что реагенты активно работали, не давая снегу задерживаться на дороге. Но сейчас соль уже перестала справляться с теми объёмами, что обрушивались на землю с небес, и там, где ещё час назад была чёрная мокрая дорога, теперь выросли сугробы. До машины оставалось метров тридцать, потом нужно было повернуть за систему кондиционеров, где Артём её и оставил. Он шёл первым, рассекая снежную пелену, как ледокол, и вдруг резко остановился, так что его повело вперёд по инерции. Догнавший его Рома, а следом и Олег, запыхавшиеся и злые на погоду, тоже замерли, выглядывая из-за плеча друга, и сразу поняли, в чём дело. Машину облепило четверо зомби. Они стояли вокруг корейца, как пьяные вокруг ларька, тыкались мордами в стёкла, царапали двери. Здоровый мужик в разорванной зелёной куртке, уткнулся лбом в боковое пассажирское стекло и ритмично бился головой, оставляя на нём мутные разводы. Баба с бигуди и в домашнем костюме пыталась ему помочь. Ещё двое: парень в спортивных штанах и девушка с длинными спутанными волосами лупили по окну и двери с противоположной стороны.

— Чо будем делать? — спросил Олег.

— Подходим со спины. Я беру на себя тех двоих слева, вы двоих справа. Бьём по затылкам со всей дури. Погнали.

Он уже шагнул вперёд, но Рома схватил его за рукав.

— Обождите! А мне чем бить? У меня ничего нет.

— Блин, — Артём оглянулся на Олега. — Олег, дай ему ключ.

— Ой, точно. — Олег запустил руку в широкие штаны, порылся там и вытащил Г-образный ключ. — Держи.

— Увесистый… — Рома оценил вес, покрутил в руке, примеряясь.

— Погнали, пацаны! — Артём кивнул и бесшумно, насколько это было возможно в снегу, двинулся вперёд.

Он подобрался к бабе с бигуди сзади, замахнулся монтировкой и со всей дури врезал ей по затылку. Звук был такой, будто по арбузу ударили, а бигуди разлетелись в мелкую щепу, не защитив голову от удара. Баба просто сложилась пополам и рухнула лицом в снег, даже не дёрнувшись. Мужик у стекла услышал шум и начал разворачиваться, но Артём уже перенёс вес, шагнул к нему и вторым ударом, наотмашь, проломил ему череп сбоку. Мужик осел на дверцу машины и сполз по ней вниз, оставляя на стекле тёмный, густой развод.

Артёма вдруг одолело странное, знакомое, и уже успевшее позабыться чувство, будто внутри него разжалась туго скрученная пружина, и всё нутро заполнил огонь. Ему хотелось драться, биться, крушить, рвать, кромсать, и это желание было настолько сильным, что он даже удивился, оценив мощь собственных ударов. Да, он был профессионалом в военном деле, всегда держал себя в отличной физической форме, но проломить череп - задача не из лёгких, даже если бить по самым уязвимым местам. А он сделал это легко, будто раздавил яичную скорлупу. Артём перевёл дух, вытер рукавом снег с лица и глянул на друзей.

А вот у Олега всё пошло не по плану: он подбежал к парню в спортивных штанах со спины, замахнулся своей карбоновой клюшкой и со всего размаху врезал Роме в глаз. Рома, который бежал слишком близко за спиной Олега, зажал лицо ладонью и зашипел от боли, злобно цедя ругательства. Олег от неожиданности испугался, дёрнулся, и в этот момент его нога поехала на чём-то скользком, припорошенном снегом. Он взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, но у него не вышло, и он, падая, издал сдавленный хрип. Эти звуки привлекли внимание парня в спортивных штанах. Тот резко обернулся, и его злющие, налитые кровью глаза уставились прямо на Олега. Он не издал ни звука, просто бросился вперёд, раскрыв рот. Олег больно ударился копчиком, а зомби навалился на него сверху, впиваясь цепкими пальцами в куртку. Олег орал, брыкался, пытался оттолкнуть его, но сил не хватало, ноги скользили по снегу, не находя опоры. Тварь тянулась к его лицу, щёлкала зубами, и Олег чувствовал металлический и тошнотворный запах крови из её рта. Клюшка, естественно, при падении выпала и утонула где-то в снегу, а защищаться голыми руками ему вовсе не хотелось, но пришлось.