Осколки Мира. Острова новой жизни

Собравшись в форме трапеции, наша четвёрка двинулась дальше, продвигаясь по правой стороне склада — как раз по следам того боя с мутантом. Выхватываемые светом подствольных фонарей гильзы на сером полу мы старались обходить или перешагивать, чтобы не поднимать шум раньше времени.

Почти на всех предметах и самих стеллажах чернели следы пулевых попаданий. В одном месте целый ряд даже завалился, не выдержав веса туши монстра, и нам пришлось обходить участок, заваленный картонными коробками.

Продвигаясь по узким проходам, я жадно вслушивался в переплетение звуков впереди. Где-то капала вода, а со стороны центрального цеха изредка доносился тихий, непонятный скрип, шарканье или будто хлопанье крыльев.

Пройдя через весь склад, мы медленно приблизились к воротам самого цеха. Внутри было чуть светлее, но полностью рассмотреть всё пространство огромного помещения отсюда не представлялось возможным. Площадка перед воротами пуста, а дальше начинались лабиринты конвейерных лент, станков и прочего оборудования, которое напрочь перекрывало обзор.

Непонятные скрипы, шорохи и звуки падающих капель теперь слышались гораздо отчётливее, отчего мурашки на спине забегали с утроенной скоростью.

— Судя по звукам, внутри явно кто-то есть, — услышал я сзади настороженный голос Димы.

— Я тоже не глухой, — обернулся я к нему, — но наверняка понять, есть там кто или нет, мы сможем только после того как войдём. Хотя звуки и правда пугающие.

— Слышь, командир, как думаешь действовать? — шепчет мне на ухо Саня. — Ворота узкие, сектор обстрела так себе, а отсюда вообще ничего не разглядеть. Соваться на авось в неизвестность — дело неблагодарное.

— Действуем как обычно. Ваша с Димасом пара встаёт у ворот, держите каждый свой сектор. Если кто на нас попрёт — сразу отсекайте. Мы далеко вглубь не полезем, пройдём с десяток метров и будем смотреть и слушать. Если тишина — вы по сигналу войдёте, закрепитесь на нашем месте и прикроете. Только после этого будем продвигаться дальше, плавно нарезая площадку перед воротной аркой. Так у нас с братом будет возможность при большом шухере отойти назад под вашу защиту. Подходит план?

— Вполне, — мотает головой в шлеме Саня, приставным шагом проходя мимо и останавливаясь у левой опоры задранной вверх воротной створки.

Димка и Сашка встают по обе стороны от ворот, пропуская нас вперёд, чтобы иметь возможность прикрыть первую пару в случае необходимости.

Мы заходим, но, не пройдя и пяти метров, я падаю на колено, занимая устойчивую позицию. Справа от нас, метрах в двадцати, спиной стоят два мертвяка. Луч фонаря выхватывает фигуру ближайшего.

— Чёрт, и этот уже мутировал, — шепчу я брату. — Шея длиннее обычного, да и конечности растянуты. Тьфу, на чём они только тут умудряются так отожраться?

Второго рассмотреть пока не могу — он скрыт за подъёмом конвейерной ленты, вижу лишь шевеление у её основания. В тот же момент мутировавший зомбак реагирует на свет моего фонаря в тактическом блоке и поворачивается в нашу сторону. Из-за ленты выбирается ещё один такой же. Краем глаза замечаю движение нескольких тел и в секторе брата. Разглядеть, морфы там или нет, уже не успеваю — ближайший мутант прыгает на полтора метра вперёд и не менее метра в высоту, перелетая преграду между нами.

— Отходим назад! — ору я как сумасшедший.

Разворачиваюсь и, бросая повисший на ремне автомат, на бегу расстёгиваю гранатный подсумок. Тяжёлая «чушка» светошумовой гранаты выскакивает из гнезда и ложится в ладонь. Поворачиваться времени нет — дёргаю кольцо и кидаю гранату через плечо, не останавливаясь. Вылетев на склад, мы с Эдиком скрываемся за аркой в тени от будущей вспышки.

Хлопают одиночные выстрелы прикрывающих нас ребят, но быстро стихают. В секундной тишине слышу звон ударного корпуса «глушилки» об пол, и ещё через секунду бахает близкий взрыв, стараясь выдавить барабанные перепонки.

Уши закрывать нечем — автомат снова в руках и нацелен на провал воротной арки. Голубая марка прицела сильно колышется, отражая частые удары накачанного адреналином сердца.

Первая тройка зомбаков, ослеплённая и оглушённая взрывом (если у них вообще есть слух), слепо ломится через ворота. Первым среди них чешет один из мутированных. Жму спуск, задержав на секунду дыхание, чтобы успокоить шторм в руках.

Справа и слева коротко бьют очереди ребят, и вся троица заваливается на проходе с пробитыми черепами. Я тем временем нащупываю кнопку второго подсумка с «глушилкой» и, открыв его, тяну профилированный корпус гранаты наверх.

Тоненько звякает об пол отлетевшее кольцо. Делаю замах и после хлопка сработавшего запала прячусь от вспышки в прежнем месте. Видя, что парни кроют выход, на этот раз догадываюсь зажать уши.

Мгновенная вспышка озаряет проём ворот, отбрасывая причудливые тени двигающихся в нём многочисленных фигур на бетонный пол. Снова захлопали частые очереди Сашки и Димки. Мы с братом тоже подключаемся, добивая подстреленных ребятами зомбаков одиночными выстрелами.

Пустые магазины летят под ноги, а свежие с сочными щелчками встают на место опустевших, пока наконец все зомби не остаются лежать в проёме, пробитой несколькими пулями металло-пластиковой конструкции.

Диана Смирнова,18 мая, пятница, 19:30.

До пятницы тётя Таня дома так и не появилась. Но даже не это обстоятельство так сильно подкосило моральный дух ребят, сколько ужасная новость о том, что их мама перестала выходить на связь.

Вчера весь день Алекс часами слушал длинные гудки в трубке, пытаясь дозвониться до единственного родного человека. Без матери — кто они теперь в этом суровом мире, в чужой стране, охваченной небывалой пандемией зомби-вируса?

Последний раз ребята слышали голос мамы в среду. Она обещала позвонить на следующий день утром, но больше звонков от неё так и не дождались. А сегодня окончательно порвалась последняя ниточка, связывающая их с прошлой жизнью. Гудков в трубке больше не было — лишь грубый, бездушный голос автоответчика твердил заученную фразу о том, что номер отключён или находится вне зоны действия сети.

Алекс сразу понял, в чём дело. Мама раньше никогда не отключала свой смартфон, и он мог зазвонить в любое время дня и ночи. Правда, он решил пока скрыть свои невесёлые догадки от сестры, предложив ей версию об утере аппарата, хотя сам был уверен, что случилось нечто худшее. Диана тоже не слишком поверила в версию брата и очень беспокоилась за маму, просидев весь вчерашний день рядом с ним, пока он пытался дозвониться. Она надеялась на лучшее — ведь раньше, после смерти отца, в её жизни с близкими не случалось ничего страшнее штрафа за неправильную парковку.

К ужасу всей ситуации, с потерей именно того человека, которому они точно были не безразличны, ребятам ещё приходилось сильно беспокоиться за себя. Ведь именно они оказались неизвестно где в момент начала катастрофы планетарного масштаба.

Правда, размышления Дианы пока не заходили так далеко — у неё не было времени осознать собственное положение, так как все мысли были заняты тревогой о матери. В свободные часы ожидания она и брат старались найти максимум информации, пытаясь самостоятельно разобраться в том, что творится в мире.

Интернет стал для Дианы единственным источником. Так как местным языком она не владела, то в основном искала данные на русскоязычных порталах, иногда заглядывая на англоязычные ресурсы. Уже за пару дней ребятам удалось составить в головах неплохую картину случившегося.

Алекс подошёл к этой ужасной новости с точки зрения голого прагматизма. Он постоянно просматривал обучающие ролики по действиям в чрезвычайных ситуациях, пытаясь собрать базу сведений, подходящих к этому случаю. Именно он уговорил сестру сделать аудит всех съестных припасов в доме, чтобы точно знать, на какое время им хватит продуктов.

Хоть в посёлке и был продуктовый магазин, но, учитывая новые обстоятельства, ребята не рискнули выходить на улицу с неплохими шансами стать закуской бродячих мертвецов. После проверки всех закоулков дома и сарая они собрали весь пригодный в пищу перечень еды и подсчитали: даже без строгой экономии запасов легко хватит чуть больше чем на три недели.

За это время, по их расчётам, здесь наверняка должны пройти санитарные автоколонны — и им просто необходимо их дождаться. Готовку взяла на себя Диана, а её брат задумал заняться укреплением дома, чтобы первый встреченный зомби не смог пробраться внутрь. В противном случае шансов дождаться помощи у ребят не было.

Тем временем пролетела очередная неделя нервного ожидания, а в воскресенье ребята обнаружили, что мобильной связи больше нет. Индикаторы поля на их смартфонах разом потухли и больше не загорались. Хорошо хоть интернет пока работал.

Был у Алекса ещё вариант скооперироваться с соседями, но и он быстро провалился. Ближайшие к их дому избушки пустовали, разваливаясь от старости, а тот домик, в котором ребята раньше видели соседей, после нескольких дней наблюдения из окна оказался брошенным. Дальше вглубь посёлка дорога поворачивала, и даже со второго этажа никаких жилых построек рассмотреть не удавалось.

За эту неделю на дороге ребята так и не заметили ни одной машины — что уж говорить об ожидаемых санитарных колоннах, про которые они слышали в репортажах из других стран. К счастью, пока ни одного зомбированного им увидеть тоже не удалось — лишь пару раз ночью Диана слышала возле дома невнятные звуки и нечто похожее на шаги неподалёку.

Под руководством брата они заколотили парой обрезков досок каждое окно на первом этаже, чтобы можно было находиться внизу, не опасаясь внезапного визита мертвецов. На обе двери Алекс соорудил петли из найденных в подвале кусков арматуры, в которые теперь продевался брус в качестве двух огромных засовов — внизу и вверху. Такая конструкция, по его словам, должна была сдержать любого зомбака, даже если тому удалось бы выломать дверной замок.

Окна на первом этаже почти до самого верха ребята заклеили страницами газет и рекламных буклетов, чтобы не привлекать внимания ходячих. В оставшиеся сверху десять сантиметров стекла в случае необходимости можно было наблюдать за подходами к дому и следить за дорогой.

Роман Громов, 10 июня, четверг, 12:30

К половине первого мы успели полностью зачистить мясной цех от зомбаков, а также отобрать и загрузить по пять морозильников с мясной продукцией в каждый прицеп. Больше, к сожалению, не влезало — иначе мы не стали бы оставлять тут такое количество стратегически важных запасов. Надо будет намекнуть полковнику об этом месте — ведь лавочка скоро закроется, когда мясо начнёт портиться.

Много времени ушло на разбор завалов тел у ворот и на перемещение морозильников вниз с погрузочной эстакады. Без электричества рампа оказалась бесполезной, вися в верхнем положении, а как разложить её вручную, мы так и не смогли разобраться — как раз начался настоящий ливень.

Пришлось на ходу придумывать систему спуска многокилограммовых ящиков. Руками решить такую задачу было невозможно, а вот лебёдкой — оказалось несложно. Разработали обвязку из автомобильных строп, затем я подогнал свой джип к эстакаде и, размотав трос, пропустил его через профильную трубу горизонтальной опоры крыши. Трос скрипел, царапая ржавый металл, но спокойно выдерживал груз, плавно опуская его прямо в подставленную снизу повозку.

Сначала полностью загрузили прицеп Лёхиного «Опеля», затем пришло время грузить «апельсины бочками» — точнее, мясные продукты морозильниками — в мою «улитку». Для этого пришлось снять прицеп с фаркопа и, выдвинув опору с колесом, подкатить его под нашу импровизированную стрелу подъёмного крана.

Я управлял спуском из салона, а Лёха с Санычем спихивали морозильники за борт эстакады. Мокрые до нитки пацаны внизу принимали груз и вертели ящик в воздухе, чтобы правильно его спозиционировать — иначе потом пришлось бы разворачивать эти гробы на колёсах в тесном пространстве, что неудобно.

Погрузка успешно закончилась. Ни один элемент груза даже не стукнули — старались опускать плавно, без рывков. На двух бортах появились свежие царапины, оставленные при спихивании с шероховатой поверхности эстакады, но это не критично. Всё равно эти морозильники попали к нам не из магазина — не новенькие, чистенькие и блестящие, а с производства, где за внешний вид никто особо не переживал, предпочитая ему контролируемую и бесперебойную работу. Так что пара новых отметин на корпусе лишь подчёркивает прежние.

После слаженной работы я похвалил ребят и объявил собравшимся под крышей шлюзов перекур. Вызвав двойку охранения, отправил их открывать ворота и ждать, пока наш транспорт не покинет территорию.

Перекурив, мы спустились вниз. Водители, усевшись за баранки, завели двигатели, оглашая замкнутое пространство дворика рокотом, многократно отражённым эхом. Захрустела галька под колёсами, жалобно скрипнули сцепки прицепов, застигнутые врасплох манёвром на разворот. Внедорожники медленно потянулись к воротам, глухо рыча дизелями под аркой, а наша четвёрка штурмовиков шлёпала вслед за ними по лужам, не отставая ни на шаг.

Едва мы оказались по другую сторону ворот, Лёха остановил свой идущий в голове колонны джип, и сразу раздался нетерпеливый звук его клаксона. Так он призывал нас быстрее заканчивать посадку — неумолимый дух стяжательства уже звал его за собой, обещая немалый барыш.

Противный ливень наконец закончился, оставив после себя лишь мелкий дождик. Хлопали закрываемые дверцы, бойцы занимали свои места. Когда все расселись, Лёха темпераментно, с пробуксовкой, тронулся с места и, заложив крутой вираж, выехал на дорогу. Саныч повёл наш внедорожник за ним — в привычной спокойной манере.

Мимо промелькнул центр городка, пара пятиэтажек на перекрёстке главной улицы осталась за кормой, потом пошли в основном трёх- и четырёхэтажные кирпичные хрущёвки — в каждой всего по два подъезда. За ними начинался частный сектор с довольно милыми коттеджами, утопающими в июньской зелени.

Следом расположился дачный участок городка, где по обе стороны дороги стояли домики попроще. Редкие из них находились в состоянии недостроя, прикрывая провалы будущих стен неровными панелями ДСП и торчащими в пустоту балками перекрытий. Эти домики остались позади, ожидая возвращения хозяев, способных довести нескончаемую стройку до логического завершения.

За границей посёлка потянулись выгоревшие на солнце поля, успевшие за несколько дней непогоды вобрать достаточно влаги и пустить новые зелёные побеги. Наша головная машина, успевшая оторваться на приличное расстояние, уже катила вдоль сетчатого забора искомой прокатной конторы.

Вскоре дядька подвёл нашу машину к воротам, где спешившийся Лёха уже командовал пацанами, отправив Сашку и Павлика их открывать. В отличие от комбината, это место выглядело совсем нетронутым. Та же ржавая железка служила замком, а за забором стояли составленные в ряды джипы и трейлеры. Ближе к нам выстроились в шеренгу квадроциклы и кроссовые мотоциклы, грязные и покрытые налипшей пылью, словно чешуёй. Парочка даже завалилась на бок — скорее всего, поваленные недавним штормом.

Снайперов на крышу сегодня загонять не стали — окружающие контору поля и так отлично просматривались. Да мы и не собирались надолго задерживаться: сейчас нужно было выгнать на дорогу пару джипов из автопарка, построить колонну и тронуться в обратный путь.

Лёха, оставив снайперскую винтовку в машине, в сопровождении Саныча и двух его племянников, отправился выбирать внедорожники для тыловика. «Рэнглеры» на продажу брать не стали — уж слишком понравились их качества, так что решили припасти для себя. Когда появится время, надо будет организовать их перегонку на хутор — так получится обновить наш немного поистрепавшийся автопарк. Да и унификация всего рейдового транспорта под более подходящий парамилитарный стандарт не помешает. А то пока катаемся на гражданских внедорожниках лохматых годов выпуска, пусть и неплохо подготовленных для бездорожья.

Пока решили взять два «Лэнд Ровера» из пяти. Эти «Дефендеры» 2000-го года выпуска к тому времени наверняка накопили достаточное количество болячек и нам не очень подходили. Вся пятёрка — длиннобазные, что положительно скажется на их цене. А через месяц-другой можно будет доставить прапору и остальные на обмен — так и в его ведении получится некая унификация.

Пока Олег и Лёха осматривали машины, я подошёл поближе, оставив брата охранять въезд. Саныч поколдовал под капотом дальнего джипа, затем залез в салон и завёл автомобиль. Из шноркеля у правого края лобового стекла вырвался чёрный клуб дыма, потом дизель затарахтел, выбрасывая сизый дымок из раструба и ровно бухтя на холостых оборотах. Лёха тем временем занялся реанимацией второго «Лэнд Ровера».

— Дядька, — подойдя к Санычу, заговорил я, — ты дальше езжай на моём «Патруле», а я прокачусь на этом джипе. Хоть посмотрю, что за зверь такой — раньше не доводилось такими рулить.

— Да без проблем, — отмахнулся Олег, протирая куском ветоши стёкла пыльного продукта автомобильной индустрии туманного Альбиона. — Только смотри, машинки эти старые, с устаревшей конструкцией передач. Чтобы коробку не убить, трогайся и разгоняйся плавнее. Хрен знает, сколько они тут без дела стояли. Когда движок поработает минут десять, уже можно будет топить на полную.

Понятно. Тогда мы с Эдиком грузимся и сами выгоним машину за ворота. Щас дам ему задание наши рюкзаки перегрузить.

Я обернулся к зданию конторы. Возле него, спиной к нам, стоял брат в компании Костика и Сашки, покуривая очередную папиросу.

— Эдь, как принимаешь? — запросил я в рацию.

— Принимаю, — брательник повернулся ко мне. — Что надо?

— Снимайся с въезда. Дойди до моего ниссана, забери с сидений наши с тобой шмотки и тащи сюда. Сашку тоже бери — пусть принимает трофейный дефендер, а на ворота покуда Костика хватит.

— Дима, — подозвал я парня. — Расклад такой: я щас выгоняю этот лэнд на дорогу. Садись вторым номером к Сане и становитесь в колонну за нами. Наши джипы с прицепами пойдут следом. Сильно гнать не буду, смотри почаще назад — у Саныча и Лёхи машины гружёные, чтобы не отстали.

— Так. Я примерно так и предполагал. Щас Саня вернётся — и будем рассаживаться.

— Лады, — бросил я уже отходящему к машине парню, нажимая кнопку вызова.

— Костик, пока стоишь на выезде, я к тебе Пашу шлю в подмогу. Мы через пару минут стартуем. Как трофейные джипы проедут — вы с ним ворота на замок. Потом садись к Санычу, а Пашка пусть перебирается к Лёшке. Как понял?

— Понял. Не парься, всё будет в лучшем виде. Отбой.

Секунд через тридцать к нам подошёл брат в сопровождении Сани. Тот вручил мне мою поклажу, которую нёс на плече, а свой рюкзак Эдик сразу надел на себя. Коротко затарахтел и второй лэнд, заведённый Лёхой. Двигатель, войдя в режим, урчал уже не так громко.

Лёшка вылез из кабины и, увлекая за собой друга, повёл Сашку к машине, на ходу инструя ему какие-то указания.

— Грузимся, братан, — кивнул я брату на распахнутые двери ленд ровера.

Эдька подхватился, обошёл джип сбоку и, придерживая дверцу, закинул внутрь автомат, уперев приклад в резиновый коврик. Затем скинул со спины рюкзак и забрался сам.

Едва мы уселись и захлопнули двери, я глянул на приборку. Стрелка топлива показывала чуть за восемьдесят. Врубил первую передачу и, помня наказы Саныча, плавно тронул джип с места. Шины с шелестом прокатились по гальке, и машина мягко выкатилась на асфальт. Управление непривычное — первые ощущения, будто в грузовике. Запаска на капоте, как на старых студебеккерах, только усиливает это чувство. Вырулив на дорогу, я проехал метров тридцать и встал, дожидаясь остальных.

Диана Смирнова, 10 июня, четверг, 7:44

Сегодня девушка проснулась очень рано. Ей было дурно, но с лихвой перекрывая это чувство недомогания, Диану мучал сильный голод, не дававший спать. Последние продукты — явно испорченные и отвратные на вкус сардины из вздувшейся банки — они с братом съели ещё вчера на завтрак, а сегодня пожинали последствия. Как назло, последние три дня землю терзали проливные дожди и сильные порывы ветра, добавляя к их расшатанным нервам и надломленным душам ещё и серый, меланхоличный вид низко нависшей хмари, тяжёлых грозовых облаков.

За эти три недели с небольшим Алекс и Диана совершенно разуверились в своих первоначальных предположениях. Эти розовые и ажурные фантазии, жившие в их головах, натолкнулись на суровую реальность и были ею побеждены с той же лёгкостью, с какой свет побеждает тьму. Ребята поняли, что никто не спешит их спасать, а на подобной второстепенной дороге, проходившей возле их дома, уже никогда не появится конвой или санитарная колонна, направленная для спасения двух подростков из этого богом забытого места. Порой на окраину городка начали забредать зомбированные, но чаще всего ребята видели их далеко от своего дома, часами наблюдая за колченогой походкой этих странных фигур.

С первым зомбаком недели две назад парень чуть не столкнулся нос к носу во дворе, отправившись к сараю за дровами. Хорошо, что Диана зорко следила за братом с балкона второго этажа, и когда фигура зомбака показалась из-за угла их дома, она успела предупредить Алекса об опасности. Парень не испугался — всё-таки спортивную форму он ещё не растерял, а на боку был пристёгнут топор. Но, видя отчаянную жестикуляцию сестры и понимая, насколько она боится и переживает за него, поспешил скрыться в доме. После такой встречи ребята не выходили несколько дней, но в затянувшейся непогоде тепло камина хоть немного скрашивало их вечера, освещая гостиную неровным светом горящих поленьев. Весело трещавший внутри огонёк, казалось, дарил им надежду на счастливый исход, окутывая теплом, расслабляя нервы и поднимая настроение.

Девушка встала, надела джинсы и, накинув на плечи толстовку, отправилась в сторону гостевого туалета, так как революция в её кишечнике уже достигла кульминации и вот-вот грозила закончиться изрядной какофонией. В туалете, словно восседающего на гнезде тукана, она застала собственного брата, согнувшегося в позе эмбриона.

— Алекс, ты долго ещё? Мне тоже оооочень надо, — требовательно простонала Диана, делая быстрые прыжки с ноги на ногу.

— Сеструха, тут, как видишь, люди важным делом занимаются. А если невтерпёж, можешь идти на первый этаж, вот там, я уверен, свободно, — с натужным вздохом проговорил парень, сгибаясь ещё ниже.

Она последовала его совету и, спустившись вниз, скрылась за дверью туалета, решив заодно провести в этом санузле и все ежедневные гигиенические процедуры. Минут через сорок они встретились в гостиной за завтраком, который состоял из десятка ягод смородины и горячего чая с остатками сахара, выскобленными из сахарницы.

— Мы больше тут оставаться не можем, — неожиданно вымолвил брат, отхлёбывая большими глотками успевший остыть чай.

— В каком смысле? — удивлённо вскинув брови, посмотрела на него Диана, будто ища на его лице разгадку этой внезапной перемены.

— Блин, сестра, не делай такой удивлённый вид, — раздражённо выпалил Алекс. — Мы с тобой об этом не разговаривали, что ли? Я продолжаю настаивать на том, что пора отсюда уходить, ведь даже жрать стало нечего, а ты предлагаешь тут сидеть, пока мы совсем не ослабнем от голода?

— Нет, Алекс, не предлагаю, — устало проговорила девушка. — Просто я не хочу покидать безопасность этого дома без какого-либо плана, отправляясь куда глаза глядят. Мы не знаем, что нас ждёт за порогом. Возможно, покинув это место, мы окажемся в гораздо худших условиях, если вообще не погибнем. Из новостей мы узнали, что существуют некие центры спасения, но где точно они расположены и сколько суток идти до ближайшего, мы даже не представляем.

— Да это понятно, — уже спокойнее ответил он, видя аргументированную позицию сестры. — Но пока речь не идёт о том, чтобы отправляться далеко в поисках цивилизации. Нам сейчас гораздо важнее найти еду. Согласен, что выходить на улицу, а тем более надолго покидать дом опасно, но, к сожалению, другого выхода у нас нет. Мы и так слишком долго ждали понапрасну. А для начала я предлагаю пройтись по этому городку, попробовать отыскать хоть какие-то продукты. А если найдём достаточно, тогда и подумаем о путешествии к спасательным центрам.

— Ну хорошо, — согласилась она. — Только отыщи мне пока хоть какое-нибудь оружие. Буду тебе помогать, чем смогу.

— Ну да, — улыбнулся парень. — Без твоих пятидесяти килограммов смешных какашек я бы точно не справился, так что пойду гляну в подвале, чем тебя вооружить.