Чужой свет

Главадвадцать третья: Воссоединение.

500лет назад. Ифрилия.

Красныйдиск умирающего солнца медленно клонился к горизонту, окрашивая бескрайние лесав густые, кроваво-рыжие тона. Воздух, тяжёлый и пряный, был напоён запахомнагретой за день хвои и сладковатого мха.

Сиарасидела на выступе скалы, обхватив колени руками. Её янтарные глаза, такие же,как у отца, были устремлены вдаль, туда, где багровый диск касался линиигоризонта. Рядом, на огромном валуне, устроился Арон. Он задумчиво крутил впальцах длинную травинку, но его взгляд то и дело возвращался к профилюдевушки.

–Как думаешь, когда они вернутся? – голос Сиары прозвучал тихо, почтирастворяясь в шелесте листвы.

Аронвздрогнул, отвлекаясь от своих мыслей.

–Что?.. А, ты о родителях, – он замялся, подбирая слова. – Не знаю. Твой отецупрямый, ты же знаешь. А Таэлира… она никогда не оставит его одного.

–Это точно, – Сиара вздохнула, и в этом выдохе была вся тоска одиночества,длящейся уже не одно столетие. – Он не может бросить своих людей. В этом весьон. Я всё понимаю, правда. Но… я так скучаю по ним.

–Кто же знал, что эта… Земля, – Арон произнёс название планеты так, будтопробовал на вкус незнакомый, горьковатый плод, – окажется такой опасной. – Онпомолчал. – Но я уверен: они вернутся. С ними же Зифан. Если кто и способеннайти выход из любой передряги, так это он.

Сиараблагодарно улыбнулась, но улыбка вышла печальной.

Ив тот же миг оба замерли. Внизу, в долине, их обострённое чутьё уловилознакомый, волнующий запах. Стадо. Клинокрэи. Судя по всему, достаточно крупное.

Онипереглянулись. Тоска в глазах Сиары мгновенно сменилась азартным блеском.

–Поохотимся? – одними губами спросил Арон.

Вместоответа Сиара уже сорвалась со скалы. Падая, она не почувствовала страха –только упругий ветер в лицо и пьянящую свободу. За долю секунды до того, каккоснуться земли, её тело совершило идеальный, отточенный тысячелетиями эволюциипереход. Хруст костей, перестраивающихся с хирургической точностью, наливаниемышц стальной силой, пробивающаяся сквозь кожу густая, соболиного цвета шерсть.

Аронприземлился рядом с глухим стуком, мгновенно припав на передние лапы. Бураяшерсть топорщилась на его широких плечах, а могучие лапы вжались в землю. В егоглазах был только трезвый, сосредоточенный расчёт хищника, готового к прыжку.

Стадопаслось на поляне внизу. Сиара без единого звука взлетела на ближайшее дерево,её когти бесшумно впивались в кору. Она двигалась в кронах с грацией,недоступной ни одному земному существу, – прыжок, ещё прыжок, и вот она ужезамерла на толстой ветке, нависающей прямо над тропой, по которой должно былопройти стадо.

Аронтем временем бесшумной тенью обогнул поляну, заходя сзади.

Аронсмотрел на них сквозь тень кустов, невольно восхищаясь. Клинокрэи… Они напоминализемных оленей, но были крупнее и массивнее. Их длинные, прямые как мечи рога,поблёскивали в лучах солнца. Короткая шерсть красновато-коричневого оттенкапереливалась на тусклом свету, делая их похожими на ожившие языки пламени.Животные мирно щипали траву, и не подозревая о затаившийся рядом опасности.

Итут Арон выпрыгнул из-за кустов прямо позади стада. Рёв, вырвавшийся из егогруди, сотряс землю – это была ярость во плоти, волна, ощутимая кожей. Дажелиства на деревьях отозвалась: задрожала, зашелестела, испуганно замерев намиг.

Стадорвануло прочь, спасаясь от опасности. Клинокрэи неслись прямо к засаде Сиары.

Аронгнал их, не отставая, клацая зубами у самых хвостов отставших животных,направляя стадо точно в ловушку.

Сиараприготовилась. Мышцы напряглись, когти впились в ветку.

Когдапервый клинокрэй пронёсся прямо под ней, она прыгнула.

Водно неуловимое мгновение её тело обрушилось на спину зверя. Лапы вцепились втушу животного мёртвой хваткой. Челюсти вонзились в горло и сжали его с такойчудовищной силой, что сознание клинокрэя погасло раньше, чем он успел издатьхоть какой-то звук. Его тело обмякло и рухнуло на землю – безжизненное инеподвижное.

Стадона мгновение замешкалось, растерялось без своего вожака. Этой секунды Аронухватило, чтобы настигнуть второго зверя. Мощный прыжок, удар лапой, сбивающийжертву с ног, и точный укус, ломающий шейные позвонки.

Оставшиесяклинокрэи в панике бросились врассыпную, исчезая в лесу.

Охотабыла закончена.

Черезнесколько минут двое молодых ифрилийцев, уже в человеческом обличье, взвалилина плечи тяжёлые туши. Добыча была знатной.

–Ого, какой крупный, – Арон с уважением покосился на ношу Сиары. – Молодец,отлично справилась.

–Спасибо, – девушка улыбнулась, чувствуя приятную усталость в мышцах. – У тебя ненамногоменьше. Не прибедняйся.

–Слушай, – вдруг спросил Арон, когда они вышли из леса на тропу, ведущую кпоселениям. – Тебе не кажется, что эта еженедельная охота… ну, пережитокпрошлого? Мы же освоили космос, летаем к другим звёздам, а всё ещё бегаем полесам, как дикие звери.

Сиараостановилась и строго посмотрела на него. В её взгляде на мгновение мелькнулочто-то отцовское – та же глубина и непоколебимость.

–Арон, это не просто древняя традиция, придуманная моим отцом. – Она говориламягко, но твёрдо. – Это способ помнить, кто мы есть. Регулировать численностьживотных, чтобы сохранить равновесие. К тому же, это позволяет тренироватьнавыки, которые могут понадобиться в любой момент. Кто знает, может, гиенывернутся?

–Надеюсь, что нет, – Арон поёжился, вспомнив прошлые битвы. – Мы их тогда знатнопотрепали. Они забились в свои норы в горах и не высовываются.

–Ага, «не высовываются». Но это же не значит, что их нет, верно? – парировалаСиара.

Уразвилки троп они остановились.

–Ну вот и всё, охота закончена, – Арон скинул тушу с плеча, переводя дух. –Увидимся на следующей неделе?

–Ага, – кивнула Сиара. – Увидимся.

Онавзвалила свою ношу поудобнее и зашагала по тропе, ведущей к дому.

Еёжилище, вырубленное прямо в скале, снаружи выглядело сурово и неприступно –лишь тёмный провал двери да редкие окна. Но стоило переступить порог, какреальность менялась.

Внутриэто был совершенно другой мир. Похожий на интерьер убежища Зифана на Земле. Теже стены, пол и потолок, излучающие ровный, мягкий синий свет. Та жестерильная, но уютная чистота.

Онапрошла в комнату переработки добычи. Огромный контейнер с тихим шипениемпоглотил тушу клинокрэя. Через несколько минут на выходе появятся аккуратныепитательные брикеты.

Итут, разрывая привычную тишину, раздался настойчивый писк коммуникатора в еёкабинете.

СердцеСиары ёкнуло. Звонок был не по расписанию. Отец никогда не звонил просто так.

Онавбежала в кабинет и нажала кнопку принятия вызова.

Экранвспыхнул, и на нём появилось лицо Тарра.

Онаедва узнала его.

Отецвыглядел так, будто из него вынули душу. Кожа была бледнее обычного, глаза,всегда горевшие ясным, жёлтым пламенем, сейчас казались потухшими углями. В нихне было ничего, кроме бездонной, всепоглощающей боли.

–Пап? – голос Сиары дрогнул, ледяной страх сжал сердце. – Что случилось?

Тарроткрыл рот, но слова не шли. Казалось, ему приходится выдавливать из себякаждую букву, преодолевая невыносимое сопротивление.

–Сиара… – его голос, обычно глубокий и властный, звучал глухо, как из могилы. –Твоя мама… – он замолчал, судорожно сглотнув. – Её похитили.

Мирвокруг Сиары рухнул.

–Что?! – вырвался у неё крик, она не хотела в это верить.

Тарррассказывал. Глухо, отрывисто, словно через силу. О той охоте в скандинавскихлесах. О нейтрализаторе, лишившем их чувств. О внезапном нападении. О существе,унёсшем Таэлиру во тьму.

Сиараслушала, и внутри неё всё обрывалось. Слова застревали в горле колючим комом.Глаза наполнились слезами, но она не позволяла им пролиться. Только когда отецзамолчал, она не выдержала.

–Ты же обещал беречь её! – закричала она, и слёзы, наконец, хлынули по щекам. –Как ты мог?! Как ты допустил?!

–Сиара… – в глазах Тарра отразилась такая мука, что, казалось, он готов былпровалиться сквозь землю. – Я даю тебе слово… Я найду её. Чего бы мне это нистоило. Найду.

Онане ответила. Резким движением ладони ударила по панели, обрывая связь.

Иосталась одна. В тишине своего дома. С разбитым сердцем и душой, разлетевшейсяна тысячу осколков.

Внутризияла только бесконечная пустота. И виноват в этом был только он.

***

Убежище.Настоящее время.

Последнийгибрид с визгом рухнул на пол, забрызгав стенытёмной, дурно пахнущей кровью. Тишина, наступившая после рева битвы, казаласьоглушительной. Только тяжёлое дыхание сражавшихся нарушало её.

Таэлира,всё ещё в звериной форме, перевела дух. Её каштановая шерсть была залита чужойкровью, мышцы дрожали от перенапряжения. Она обвела взглядом помещение,проверяя, нет ли новых угроз. И тут её взгляд упал на группу ифрилийцев вчёрных экзоскелетах, которые только что добивали последних врагов.

Однаиз фигур двигалась с особой, до боли знакомой грацией. Пластика, разворот плеч,даже то, как она смахивала кровь с визора…

СердцеТаэлиры на мгновение остановилось, а затем бешено заколотилось.

–Сиара?! – крик вырвался из её груди сам собой, полный невероятной радости ишока – она не могла поверить свои глазам.

Чёрнаяфигура замерла. Медленно, будто боясь, что видение исчезнет, она подняла руки кшлему. И сняла его, открывая лицо.

Лицо,которое Таэлира помнила все пятьсот лет заточения. Которое видела в самыхгорьких снах. Мокрые от пота, соболиного цвета волосы, прилипшие ко лбу. Иглаза. Такие родные, сейчас широко распахнутые от неверия и счастья.

–Мама!

Сиараотбросила шлем в сторону и рванула вперёд, спотыкаясь о тела поверженныхврагов.

Таэлирауже сбрасывала форму, переходя в человеческий облик. Она ощущала тольконеистовое желание прикоснуться, убедиться, что это не мираж.

Онистолкнулись посреди залитой кровью ангара и вцепились друг в друга так, будтоот этого объятия зависела их жизнь. Слёзы хлынули у обеих – горячие, солёные,смывающие века разлуки, боли и отчаяния.

–Сиара… девочка моя… – шептала Таэлира, вжимаясь лицом в волосы дочери, вдыхаяеё запах. – Ты здесь… ты жива…

–Он нашёл тебя, – Сиара задыхалась от рыданий. – Он сдержал слово! Я знала… явсегда знала, что ты жива! Я верила!

–Теперь я здесь, – Таэлира отстранилась на мгновение, чтобы заглянуть в глазадочери, и снова прижала её к себе. – Теперь я с тобой. Я больше никогда тебя неоставлю. Никогда.

Онистояли, обнявшись, и весь мир перестал для них существовать. Грохот битвы,запах смерти, усталость – всё исчезло. Остались только они вдвоём, две женщины,разлучённые злой волей и вновь обретшие друг друга.

Наконец,к ним подошёл Арон. Он бережно положил руку на плечо Таэлиры.

–Таэлира, – голос его был мягким, но настойчивым. – Простите, что прерываю. Нотам, в коллекторе, ещё идут бои. Тарру и остальным нужна помощь.

Таэлиравздрогнула, возвращаясь к реальности. Она вытерла слёзы тыльной стороной ладонии кивнула. В её глазах вновь зажглась непоколебимость воительницы.

–Ты прав. Сиара, нам нужно идти.

–Я с вами, – немедленно ответила девушка, поднимая свой шлем.

***

Вколлекторе уже всё было кончено. Воздух здесь, пропитанный вонью нечистот исвежей крови, казалось, можно было резать ножом. Сергей стоял, прислонившись кстене, и держался за правый бок. Там виднелись глубокие рваные царапины, нокровь уже переставала сочиться – регенерация уже делала своё дело. Рядом,тяжело дыша, стоял Зифан. Его белая шерсть была перепачкана в чёрной слизигибридов.

–Где Тарр? Где Кирон? – выдохнула Таэлира, влетая в коллектор во главе отрядаифрилийцев.

–Тарр рванул в лабораторию за Валерой и Кироном. Там Катя. Я должен ей… – Сергейпоморщился, прижимая рукой бок.

УТаэлиры внутри всё оборвалось.

–Чёрт! – рявкнула она, снова переходя в звериную форму. – За мной!

Ифрилийцы,не мешкая, рванули следом.

***

Картина,открывшаяся им в лаборатории, заставила даже видавших виды воинов замереть напороге.

Вцентре зала, залитого синим светом, лежало тело Кирона. Чуть поодаль, безсознания, распростёрся капитан Дыбин. Рядом с его безвольно разжатой рукойвалялся Калликс, на стволе которого всё ещё тлели синие искорки.

Зифани остальные молча переваривали то, что только-что услышали.

Учёныйшагнул вперёд, не в силах оторвать взгляда от тела своего друга. Того, кого онзнал тысячу лет. Того, чью потерю оплакивал. Того, кто вернулся монстром и теперьлежал здесь, наконец обретший покой.

–Это… Кирон? – голос учёного дрогнул. – Что с ним?

Таррмедленно поднял голову. Его глаза были красными от напряжения и боли.

–Он обрёл покой, Зифан. – Он протянул руку и положил её на плечо учёному. –Теперь он свободен.

Зифанмолча кивнул. В его взгляде смешались скорбь и облегчение. Наконец, взяв себя вруки, он спросил:

–Ты говорил о новой угрозе. Что случилось? Что ты имел в виду, когда сказал, чтонам нужно спасать то, что мы ненавидим?

Таррвыпрямился. В его глазах вновь появился тот холодный, стальной блеск, которыйбыл у него, когда он готовился к смертельной схватке.

–Алхимик, – произнёс он это имя, как ругательство. – Этот безумец… Кирон передсмертью сказал. Если он поймёт, что проиграл, то взорвёт Луну.

–ЧТО?! – Зифан отшатнулся, словно от удара.

Полаборатории прокатился гул изумлённых и испуганных голосов.

–Но это же… – учёный замолчал, пытаясь переварить услышанное. В его голове, каксумасшедший процессор, закрутились расчёты. – Это уничтожит всё живое напланете! Гравитационные волны, осколки, изменение орбиты… Тарр, это глобальнаякатастрофа!

–Возможно, он в отчаянии, – тихо сказала Таэлира. – Потерял контроль надситуацией и готов спалить всё дотла.

–Не важно, – отрезал Тарр, сжимая кулаки. – Нам нужно его остановить. Любойценой.

Итут Тарр, обводя взглядом собравшихся ифрилийцев, увидел ту, которую не ожидалувидеть здесь.

Сиара.

Онастояла чуть поодаль, всё ещё в экзоскелете, но шлем держала в руке. Её лицо,осунувшееся и усталое, но такое родное, смотрело прямо на него.

Таррзамер. Время для него остановилось.

–Сиара? – его голос, всего минуту назад твёрдый как сталь, теперь звучал хриплои неуверенно. – Это… правда ты?

Онашагнула вперёд. Ещё шаг. Остановилась в двух метрах.

–Это я, пап.

ВнутриТарра что-то оборвалось и снова склеилось. С плеч упала невидимая, ночудовищная тяжесть, которую он нёс все эти пятьсот лет. Он смотрел на дочь, неверя своим глазам. Впервые за много лет, он ощутил невероятную легкость в душе.

–Но как… как ты здесь оказалась? – выдавил он из себя. – Наар мне ничего несказал.

Сиараулыбнулась. Усталой, но тёплой улыбкой.

–Я не могла вас бросить, – просто ответила она. – Особенно после того, какузнала, что ты нашёл её.

Онаповернулась к матери, и Тарр увидел в этом взгляде всё: и боль, и надежду, и,наконец-то, прощение.

***

Сергейи Катя стояли чуть поодаль, держась за руки. Катя смотрела на эту сцену сослезами на глазах. Но вдруг её взгляд упал на неподвижное тело, лежащее устены. Капитан Дыбин.

Онавырвала руку и бросилась к нему.

–Валера?! – выдохнула она на бегу. – С ним всё в порядке? Он мне жизнь спас!

Тарр,молча кивнул в сторону распростёртого тела.

Катярухнула на колени рядом с Дыбиным. Его лицо, иссечённое морщинами, былоспокойным. Глаза закрыты. Грудь не вздымалась. Она взяла его безжизненную рукув свои – и не почувствовала пульса.

–Нет… – выдохнула она, и слёзы хлынули по щекам. – Нет-нет-нет… пожалуйста…

Еёплечи затряслись от беззвучных рыданий.

Сергейопустился рядом, обнял её за плечи.

–Это из‑за меня… – прошептала Катя, оседая на пол, слёзы катились по бледнымщекам. – Если бы не я… он бы остался жив. Я должна была что‑то сделать… хоть что‑нибудь…

–Кать… – Сергей прижал её к себе, гладя по волосам. – Он погиб героем. Спастебя. И он знал, на что идёт. Не смей винить себя. Слышишь? Не смей! Ты невиновата.

Катяне ответила. Она только сильнее прижалась к нему, сотрясаясь от рыданий. А потом,не сказав ни слова, резко поднялась и выбежала из лаборатории. Сергей бросилсяза ней.

Тарри остальные молча проводили их взглядами.

Наконец,Тарр повернулся к ифрилийцам.

–Спасибо вам, – сказал он. Голос его, хоть и звучал устало, был полон искреннейблагодарности. – Вы пришли, когда мы больше всего нуждались в помощи. Выпереломили ход битвы.

Вперёдвышел Арон. Он выглядел уставшим, но в его глазах горел тот же огоньпреданности, что и всегда.

–Мы помним свои обычаи, Тарр. Мы не могли поступить иначе.

–Теперь вы можете вернуться на Ифрилию, – продолжил Тарр. – Дальше мы справимсясами.

Ифрилийцыпереглянулись. Вперёд вышла Сиара. В её взгляде читалась та же непоколебимаярешимость, которую Тарр столько раз видел в своём собственном отражении.

–Я остаюсь, – твёрдо заявила она. – И буду с вами до конца. Что бы ни случилось.И это не обсуждается.

Таэлирашагнула к дочери.

–Сиара, это очень опасно. Мы не знаем, с чем нам предстоит столкнуться. Алхимик…это безумец, способный на всё.

–Я уже всё решила, мам, – ответила Сиара. Её глаза, такие же упрямые, как уотца, смотрели прямо. – Я не хочу снова вас потерять.

Таэлиравстретилась взглядом с Тарром. Он замер, не в силах принять решение. В егоглазах смешались тревога и гордость: он хотел заслонить её собой, как раньше, –но понимал: перед ним не девочка, а воин, твёрдо стоящий на своём пути.

–Хорошо, – наконец сказал он. – Но ты останешься здесь и будешь с Зифаном.Поможешь ему координировать наши действия. Связь, данные, наблюдение.