До конца света

Ночью она сидела на подоконнике своей комнаты, подтянув колени к груди. Смотрела на звёзды, которых теперь официально было две. Слушала, как в соседней комнате Лиам играет на гитаре. А где-то в конце коридора всё так же молчал Ривер.

Она закрыла глаза, положила пальцы на колени и выдохнула.

– Всё не так, как должно быть. Но всё идёт вперёд.

И этого пока было достаточно.

Всё изменилось утром, которое начиналось так же, как и остальные: завтрак, легкая разминка, передача цвета, ещё один неудачный заход на образы – и внезапно стук в комнату.

Дверь открылась, а на пороге стоял Рональд, как всегда прямой, как шпага, но на этот раз без своей фирменной ухмылки.

– Элис, ты срочно нужна в конференц-зале. Сейчас.

– Что-то случилось? – Она машинально поднялась.

– Миссия. Срочная. Подробности у Маркела.

Миссия.

Это слово прозвучало громче выстрела. До этого она была только на тренировках, в спаррингах, в теории. Теперь настоящее задание. И её имя значится в списке участников. То что ее взяли тогда на бал, изначально и не планировалась как миссия, просто Ордену нужно было показать масштаб людей, чтобы получить рукописи.

Когда Элис вошла в конференц-зал, внутри уже сидели Лиам, Рози, Рональд и двое других бойцов Ордена: близнецы Харпер и Ноа, специализирующиеся на защите и поиске остатков энергии от дара. Возле проектора стоял Маркел. Его лицо, как всегда, было строгим, но в голосе ощущалась напряженность.

– Поступила информация от внешней разведки, – начал он без предисловий. – В одном из приютов для одаренных на границе города произошло похищение. Часть подростков исчезла. Остальные утверждают, что их кто-то «позвал» изнутри. Подозрение на ментальное влияние. Мы не можем рисковать. Выдвигаемся через два часа.

Маркел перевёл взгляд на Элис.

– Ты идёшь с ними.

– Я?.. – она не сдержала удивления. – Но… я же только получила вторую звезду…

– Именно поэтому, – жёстко ответил он. – Мы должны увидеть, как ты действуешь в реальных условиях. Это не демонстрация. Это не полигон. Это – поле. Там дети. И, возможно, враг. Тебе дадут задание в группе поддержки: сканировать прошлое места, где были замечены исчезновения. Если обнаружишь что-то необычное, то немедленно докладываешь Лиаму.

Элис почувствовала, как грудь сжалась. Руки вспотели, будто она уже держала оружие в ладонях.

Она перевела взгляд на Лиама, тот был как всегда невозмутим, только подмигнул ей, как бы говоря: справимся, не впервой.

Рози выдохнула, но улыбнулась ей ободряюще.

– Ну что, звёздочка, готова пойти спасать мир?

– Не уверена… – пробормотала Элис. – Но, похоже, выбора у меня нет?

– И снова добро пожаловать в Орден, – усмехнулась Рози. – Здесь редко кто что-то выбирает.

Когда собрание завершилось, стулья заскрипели о пол, и участники начали подниматься без лишних слов. Элис же не двинулась с места. Она стояла у длинного стола, глядя на погасший экран проектора, в котором отражался ее силуэт, чуть сгорбленный, будто не готовый принять вес сказанного.

Шаги постепенно стихали, комната пустела. И только тогда рядом возник Лиам, так естественно, будто все это время стоял в ее тени.

Он легко толкнул ее плечом, не сильно, но достаточно, чтобы она вернулась в тело.

– Эй. Глубоко дыши. Это не экзамен. Это просто… очень важная игра с возможностью умереть, – он усмехнулся.

– Ты такой обнадеживающий, – буркнула Элис, проводя ладонью по лицу. Но губы все равно дрогнули.

– Слушай, ты умеешь видеть прошлое вещей. А мы идём в место, где много интересного произошло. Нам ты пригодишься. Не из-за пророчества. Не из-за медальона. Просто потому что ты – ты. Поняла?

Элис кивнула. Поняла. Хотела бы она только сама в это поверить.

Сборы прошли как в тумане. Комната казалась меньше обычного. Девушка открыла шкаф, вытащила бронежилет и на секунду замерла, разглядывая плотную ткань, усиленные вставки. Все это раньше казалось атрибутом чужой жизни, жизни бойцов, не ее.

Она натянула защиту через голову, застегнула ремни. Пальцы дрожали, и ей пришлось дважды поправлять липучки, потому что они легли неровно. Перчатки, коммуникатор, кобура. Пистолет показался тяжелее, чем на тренировках. Тело помнило инструкции, оно двигалось само, но внутри росла паника. Она поднималась откуда-то из живота, холодная и вязкая, а потом разливалась по груди.

Это не зал с матами, это не Рози, которая остановит бой, если упадешь. Она на секунду закрыла глаза и оперлась ладонями о стол.

И вдруг мысль ударила неожиданно остро. Ривер. Она не говорила с ним больше недели. Ни случайных фраз в коридоре, ни коротких замечаний на тренировке. Даже взгляда – и того не было. Он будто вычеркнул ее из пространства вокруг себя. И сегодня его не было в зале, не было в списке миссии. Он не увидит, как она справится. Или как провалится.

Элис резко застегнула кобуру, будто могла таким образом заглушить эту мысль. Но внутри все равно болезненно сжалось: от пустоты, от недосказанности, от того, что часть ее хотела доказать что-то именно ему. И не могла.

Через два часа у главного входа уже стоял фургон: гладкий, черный, матовый, с эмблемой Ордена. Машина выглядела так, будто не отражала свет, а поглащала его.

Дверь уже была открыта. Внутри уже сидели Рональд, близнецы Харпер и Ноа – зеркально похожие, с одинаково собранными волосами и почти синхронными движениями. Они проверяли оборудование, переговаривались вполголоса, касаясь сенсоров на запястьях.

Лиам закидывал сумку в багажный отсек, ворча под нос, что ему опять не дали нормальный нож. Он захлопнул крышку и обернулся к Элис, словно проверяя, идет ли она.

Рози стояла рядом, натягивая перчатки. Ткань туго обхватывала пальцы, кожа поскрипывала при движении.

– Держись ближе к нам, – сказала она, не глядя, но явно обращаясь к Элис. – Мы не знаем, с кем будем иметь дело. Но если правда за этим стоит кто-то из первой ветви…

– …то это не дети, – закончила Элис за неё. – Это ловушка.

– Или вербовка, – кивнула Рози. – Именно поэтому мы берём тебя. Ты увидишь, что там произошло.

Элис подтянула ремни на запястьях, чувствуя, как ткань врезается в кожу. Хотела бы она так же легко затянуть собственные страхи, сделать их компактными, управляемыми. Но они оставались внутри, занимая все пространство.

Девушка забралась в фургон. Дверь захлопнулась глухо, отрезая от офиса. Машина тронулась плавно, почти бесшумно. Дорога за окном потекла серой лентой, здания сменялись одно за другим, растворяясь в отражении стекла.

Лиам сидел напротив Элис и крутил в пальцах металлический жетон с символом Ордена. Свет скользил по гравировке, и на мгновение эмблема казалась почти живой.

– Думаешь, те, кто вербует, делают это потому, что верят, что их путь правильный? – спросила Элис, глядя на бегущую за окном дорогу.

Фургон слегка качнуло на повороте. Лиам не ответил сразу. Провел большим пальцем по краю жетона, будто стирая невидимую пыль.

– Почти всегда. Даже те, кто сжигает мир, думают, что строят новый.

– А ты? Что думаешь о первой ветви?

– Думаю, если это действительно они… нас ждет не просто конфликт. Нас ждёт идеологическая война. Где будут ставить перед выбором. Где каждый шаг может сделать тебя предателем в глазах одних или других.

Элис опустила голову.

– А если… они будут правы?

Лиам усмехнулся:

– Тогда нам придётся быть неправыми, но живыми.

Фургон продолжал движение. И с каждой секундой расстояние между «тренировкой» и «реальностью» становилось все меньше.

***

Место назначения – приют, бывшее здание научного центра.

Даже издалека здание выглядело так, будто его вычеркнули из времени. Бетонные стены потемнели, стеклянный фасад утратил блеск, металлические балки проступали наружу, как оголенные кости. Когда фургон плавно затормозил у входа, мотор еще несколько секунду гудел, прежде чем окончательно стихнуть.

Дверь открылась. Команда вышла молча. Ботинки коснулись потрескавшегося асфальты. Воздух был тяжелым, плотным и влажным, как перед грозой, хотя небо оставалось безоблачным.

Стеклянные двери приюта были обмотаны проволокой, словно кто–то пытался удержать что-то внутри. Камеры наблюдения висели сломанными, их объективы безжизненно смотрели в землю. Окна на втором и третьем этажах были выбиты; осколки до сих пор поблескивали на подоконниках. Сквозь пустые рамы виднелся хаос: перевернутые шкафы, сорванные занавески, разбросанные матрасы.

Лиам первый двинулся к входу, окидывая территорию цепким взглядом.

– Рональд, близнецы – прочёсываете левое крыло, – командовал Лиам. – Проверяете подвальные помещения и серверную.

Он повернулся к Рози и Элис.

– Вы со мной.

Затем взгляд прямо в глаза Элис.

– Ищи информацию. Все, что покажется странным – говори. Даже если это будет просто ощущение. Поняла?

Девушка кивнула, а в горле пересохло.

Команда вошла внутрь.

Здесь было темнее, чем казалось снаружи. Свет пробивался сквозь разбитые окна узкими полосами, поднимая в воздухе клубы пыли. Пол скрипел под ногами, а где-то капала вода.

Прошлое обрушилось мгновенно, когда Элис прикоснулась к стене.

Сначала обыденность: шаги по коридору, детский смех, голос воспитателя, строгий, но теплый. Потом тренировки. Сосредоточенные лица подростков, короткие команды. Это место не было тюрьмой, здесь учились.

А затем настроение помещение поменялось. Крик, резкий звук падающей мебели. Паника, бегущие по коридору фигуры. Кто-то звал по имени, кто-то плакал.

И тень. Она двигалась слишком быстро, неестественно. Не как тело, а как провал в воздухе. Элис отдернула руку и прошептала:

– Кто-то был здесь чужой. И у него была какая-то власть над разумом.

Рози нахмурилась.

– Это подтверждает наши догадки.

Лиам наклонился к ней.

– Он был одарённым?

– Определенно да. К нему тянулись, но не из страха. Как будто он внушал своими силами безопасность. Но его образ странный. Он не размыт, как обычно это происходит. На нем будто тень, как маска.

Лиам и Рози переглянулись.

– Идём дальше, – коротко бросила Рози.

Элис кивнула, но внутри все продолжало холодеть. Тот, кто был здесь, не просто воздействовал. Он знал, как скрываться.

Они шли по коридорам осторожно, шаг за шагом. Коридоры тянулись бесконечно, двери классов были частично сорваны.

– Здесь были учебные комнаты, – заметила Рози, указывая на двери, зарешеченные металлическими панелями. – Некоторые из детей могли прятаться именно тут.

Элис остановилась перед одной из дверей. Потянулась к ручке, коснулась её пальцами.

Взрыв ощущений. Паника, бег.

Они продвигались дальше. Комната за комнатой – всё те же признаки спешки и страха: перевернутые стулья, брошенные предметы, следы обуви в пыли, обрывки одежды. Но не было крови. Не было тел.

– Многие не убегали от него, – выдохнула Элис. – Они сами бежали к нему. Это не было нападением, он их убедил.

– Или подчинил, – мрачно бросила Рози.

– Нет. – Элис поднялась. – Это не было подчинением. Это было доверие. Я чувствую его даже сейчас. Он говорил с ними не как враг. Как друг. Или как… – она замолчала.

– Как лидер, – подхватил Лиам. – Значит, это была подготовка. Вербовка. Кто-то уже работал с ними раньше.

В этот момент в наушниках щелкнула связь. Голос Рональда.

– Мы нашли помещение с замкнутой системой. Сильный энергетический след от дара.

Рози активировала карту на наручном проекторе.

– Это недалеко. Отходим на северо-западное крыло. Быстро.

Комната, в которую они пришли, была совсем не похожа на другие. В центре стояли металлические столы с остатками оборудования, но самое главное – в воздухе витало ощущение чего-то незавершённого. Как будто кто-то только что ушёл.

– Чувствуете? – Лиам встал у стены. – Здесь будто другое давление.

Элис опустилась на колени и коснулась пола. На этот раз образ пришёл не как поток, а как удар в грудь.

Свет. Шум голосов. Десятки подростков, стоящих в круге. Перед ними фигура в тени. Высокая, с расправленными плечами. Голос звучал низко, уверенно. Она не могла различить слов, но чувствовала, как каждое из них проникало в сознание.

«Ты – не ошибка».

«Ты – начало».

«Старый мир не примет тебя. Но мы построим новый».

И лица. Подростки не были напуганы, они были окрыленные, вдохновленные. Кто-то заплакал. Кто-то сжал руку соседа. Кто-то кивнул, будто поклялся.

И тогда… вспышка. Образ, словно символ. Кольцо, переплетенное с молнией. Не герб Ордена. Что-то иное. Что-то новое.

Элис отпрянула, сердце билось в висках.

– Они… слушали его, – прошептала она. – Он говорил, что они избранные. Что им не место в мире, где их держат в клетках. Он обещал путь.

– Классика, – пробормотала Рози. – Дать им смысл. Дать им семью. А потом использовать.

– Нет, – покачала головой Элис. – Он не лгал. Он… он сам верит в это. Понимаете? Он не манипулировал.

Наступила тишина. Даже Лиам молчал.

– Мы уходим, – наконец сказала Рози. – Нам нужно сообщить в штаб. Это не просто исчезновение. Это новая структура. Возможно, новая организация.

Они повернулись к выходу, и в этот момент сработала сигнализация, которая, как ребята думали, уже была отключена.

Резкий вой. Красный свет.

– Что за… – Лиам отшатнулся от двери. – Мы ничего не трогали!

– Кто-то активировал защитный контур, – сказала Рози, схватив рацию. – Здесь кто-то есть.

И в ту же секунду на другом конце коридора раздался тихий, но отчетливый звук. Щелчок.

Они обернулись.

В тени стояла фигура. Молодой человек. Примерно их возраста. Капюшон сполз на плечи, обнажив лицо. Тёмные глаза. Белая татуировка над бровью – тот самый символ, который видела Элис.

Он смотрел прямо на неё.

– Ты одна из нас, – сказал он. Голос был мягким. Почти добрым. – Только ещё не знаешь этого.

Элис сделала шаг вперед, сама не понимая зачем. И незнакомец вдруг отступил, исчезая в боковом коридоре быстро, но не в панике. Будто не боялся их, а просто передал сообщение.

Он говорил так, будто знал ее, будто давно ждал.

Рози стояла рядом с Лиамом, кинжал блеснул в красном свете. Пользоваться пистолетом сейчас было ошибкой, они должны были вести себя тихо, нельзя привлекать лишнее внимание, если кто-то, кроме команды, здесь еще находился.

– Мы не одни, – выдохнула она, вцепившись в плечо Лиама. – Все в центр, не разбредаемся.

Но следующая секунда изменила всё.

Сигнализация еще выла, разрывая воздух на алые вспышки и режущие звуковые волны, когда из глубины коридора донеслись шаги. Сначала один. Затем второй, третий. И вдруг – множество.

Рощи мгновенно прижалась к стене, смещая центр тяжести, кинжал лег в ладонь так естественно, будто был продолжением ее руки.

– Готовьтесь, – прошептала она.

Лиам шагнул вперед, заслоняя собой Элис. Его пальцы едва заметно напряглись, и в ладони вспыхнуло теплое оранжевое свечение.

Из темноты выбежали подростки. Трое. Четверо. Потом шестеро. Лица знакомые, их фотографии были на досье у Маркела. Все в одинаковой одежде: простые брюки, толстовки, без знаков отличия. Лица спокойные. Почти безмятежные.

– Это они, – прошептала Элис. – Пропавшие.

Один из них, высокий парень с короткими тёмными волосами, выступил вперёд.

– Элис, ты не понимаешь. Ты должна пойти с нами. Здесь тебе не место.

– Кто ты? – спросила она, сжимая кулаки.

– Мы такие же, как ты. Только мы уже проснулись. Я показал им правду. Ты тоже ее почувствовала.

Рози шагнула вперёд.

– Один шаг – и я тебя вырублю.

Парень даже не взглянул на неё.

– Мы не хотим сражения. Только заберем ее.

– Попробуй, – бросил Лиам, разжигая еще сильнее свой дар огня в руке. – Только попробуй.

Подростки двинулись вперёд быстро и слаженно.

Один бросился на Рональда, но тот был готов, ударил его ногой в грудь и отправил в стену. Близнецы встали спина к спине, готовые к любым атакам и держа в руках пистолеты. В воздухе засвистели искры. Один из подростков метнул волну энергии, которая разнесла стойку с оборудованием. Осколки стекла взвились в воздухе.

Рози атаковала первой: резкий удар кинжалом по плечу девушки, приближавшейся к Элис. Крови не было, та использовала свой дар земли, закрывая песком свое тело, но отлетела назад кувырком.

– Элис, за меня! – крикнула Рози.

Но уже было поздно.

Тот самый высокий парень оказался рядом. Его руки обвились вокруг запястий Элис, а взгляд стал глубоким, почти гипнотизирующим.

– Смотри, – прошептал он. – Мы можем быть другими. Ты не принадлежишь Ордену. Они боятся тебя.

И в эту секунду она почувствовала.

Образ. Обманчиво тёплый, сладкий. Как будто реальность изменилась. Комната исчезла. Вокруг был лес. Солнце. Покой. Свобода. Она не чувствовала страха, она верила, что там, где она находится в сознании – ее место, она там, где должна быть. Она чувствовала уверенность в своих силах, в своем будущем. Она верила, что Орден – не то место, где она должна находиться.

А рядом десятки таких, как она. Улыбающихся. Свободных.

«Ты одна из нас. В Ордене тебе не место. Они боятся тебя».

И это казалось правдой. Орден – это стены, правила, контроль. Здесь же – простор, выбор, начало. Она почти поверила, почти сделала шаг вперед.

Но сквозь этот ложный, но такой мягкий и обволакивающий мир пробился крик:

– Элис, НЕТ! – голос Лиама такой резкий и отчаянный.

И удар. Сильный. Лиам врезался в парня всем телом, сбивая его с ног. Иллюзия треснула, как стекло. Лес распался на осколки света, солнце погасло.

Она вскрикнула, пошатнулась. Пол под ногами снова стал бетонным, красный свет резал глаза. Чьи-то руки схватили ее за плечи и резко дернули назад.

– Очнись, черт тебя дери! – прошипел Лиам ей в лицо.

Его пальца впились в ткань ее бронежитела. Дыхание было сбивчивым, на виске виднелась тонкая струйка крови.

Мир вернулся слишком болезненно, в том мире она почувствовала успокоение, уверенность в своем будущем, здесь же был хаос, драки, крики и неопределенность.

– Он пытался влезть в мою голову… – выдохнула Элис, едва справляясь с дрожащими коленями. – Он… почти забрал меня.

– Но не забрал, – жестко сказал Лиам, удерживая ее взгляд. – Ты здесь. С нами.

Рози в это время прижала одного из подростков к полу, коленом фиксируя плечо. Близнецы обездвижили еще одного, замотав вокруг его рук толстую проволоку. Тот, кто ударил Рональда, лежал без сознания у стены.

Остальные начали отступать без паники. Они отходили шаг за шагом, прикрывая друг друга. Один из них – тот самый парень – поднялся, бросил на Элис короткий взгляд. Он был сплошной уверенностью в своих слова, никакой злости.

Потом они исчезли в коридоре, растворившись в пыли и тенях. Сигнализация продолжала настойчиво выть, а в комнате стало холоднее.

***

– Это была попытка похищения, – мрачно сказал Маркел, когда команда связь с офисом наконец стабилизировалась и в динамике зашипел знакомый голос. – Причём, судя по показаниям Элис, они знали, что делали.

Он не повышал голос, но в нем слышалось напряжение человека, который уже складывает картину воедино. На заднем плане кто-то быстро отдавал распоряжения, щелкали клавиши, открывались каналы связи. Орден пришел в движение.

Элис сидела в фургоне, прислонившись затылком к холодной металлической стенке. Машину слегка потряхивало на поворотах, мотор глухо гудел, под полом вибрировал привод. Она чувствовала, как вместе с этой вибрацией внутри нее отзывалось что-то чужое – тонкий, почти неощутимый след. Голос не исчез полностью, словно кто-то по-прежнему стоит в глубине ее сознания и терпеливо ждет.

Она медленно провела пальцами по виску, будто могла стереть ментальное прикосновение. Кожа была обычной, теплой. Но ощущение чужого взгляда изнутри не проходило.

– Он… – голос ее дрогну, и она сама удивилась, насколько тихо это прозвучало. – Он сказал, что я одна из них.

Лиам, сидевший рядом, молча сжал её руку. Его ладонь была теплой, пальцы слегка обожжены, кожа на костяшках покраснела после вспышек пламени.

– Нет, Элис, – сказал он наконец, глядя прямо в глаза. – Ты – это ты. А не чей-то выбор. И пока ты здесь, никто тебя не утащит.

И всё равно. Внутри где-то глубоко оставался след. Не страх, он уже отступал. Не сомнение – оно было с ней давно и не нуждалось в чужой помощи. А любопытство.

Что, если он не лгал?

Фургон мчался обратно к базе, фары выхватывали из темноты обочины редкие дорожные знаки и стволы деревьев. Подростков, которые не смогли сбежать, увезла другая машина. Сейчас их тоже везли в офис, но на допрос.

Внутри фургона царила выжидающая тишина. Каждый переваривал случившееся по-своему. Рози о чём-то шепталась с Рональдом, склонившись к нему так близко, что их лбы почти соприкасались. Она жестикулировала короткими и резкими движениями: разбирала атаку, просчитывала ошибки. Рональд слушал молча, кивал, иногда сжимал губы.

Близнецы методично проверяли снаряжение: щелчки обойм, короткие нажатия в планшете, сухие комментарии друг другу. Их спокойствие было профессиональным, способом не думать о том, что подростки шли на них не как жертвы, а как верящие.

Лиам сидел напротив Элис, одна рука на бедре, другая все еще рядом с ее ладонью, не отпуская окончательно. Его плечи были напряжены, челюсть сжата. Он делал вид, что смотрит на остальных, но взгляд то и дело возвращался к ней, проверяя, здесь ли она, не ускользает ли снова куда-то внутрь. С физической болью можно справиться, пережить ее, но что делать с вербовкой? Как можно вытащить человека оттуда, если он бесповоротно поверил в чужую «правду»?

Почему она? Почему именно ее хотели забрать?

Этот высокий парень говорил, будто знал её. Будто ждал. Не угрожал и не запугивал. Он просто убеждал ее. И что страшнее всего – почти убедил.

«Ты одна из нас. В Ордене тебе не место. Они боятся тебя».

Он говорил то, что уже сидело у неё в голове. Он не насаждал идеи, он вытаскивал её собственные сомнения наружу.

Значит, они знали.

Они знали, кто она. Знали, через что прошла. Что скрывает. Они даже могли догадываться, что она видела в медальоне.

«Если они правда часть первой ветви Валтера…» – подумала Элис, – «…тогда их цель не просто разрушение Ордена. Они хотят заменить его. Построить что-то другое. Под себя».

Но что это «другое»?

Кто-то, обладающий силой влияния, достаточно мощной, чтобы изменить память или внушить веру. Тот парень не внушал ей чужие мысли, он вытягивал из нее ее сомнения и страхи.

Она вспомнила, как подростки шли к ним. Не как беглецы, не как загнанные дети. Они двигались с внутренним стержнем, с убежденностью. Как спасенные, которые хотят протянуть руку другим утопающим. В глазах не было растерянности, только уверенность человека, которому открыли истину, и теперь он хочет поделиться ею с остальными, даже если те сопротивляются.

Это была вербовка. Только на другом уровне.

– Они не просто выкрадывают, – произнесла Элис вслух, все еще глядя в окно, будто разговаривала с отражением. – Они строят что-то своё. Создают армию. Только не из солдат, а из убежденных. Из тех, кто верит.

– И ты им нужна, – тихо отозвался Лиам. – Потому что ты видишь больше. Потому что ты центр чего-то. Они это чувствуют.

– И ты? – спросила она, не отрывая взгляда от окна.

– Я знаю, что ты важна. Но ещё я знаю, что у тебя внутри есть что-то, чего у них нет. Сомнение. И совесть. А они, похоже, променяли совесть на абсолютную уверенность.

Элис кивнула.

«Если ты полностью уверен в своей правоте – ты перестаешь сомневаться. А значит, становишься опасным».

Они вербовали не всех. Только тех, кто «готов». Кто пережил что-то серьёзное. Кто задавал вопросы. Кто уже начал шататься между «да» и «нет».

И Элис с её видением, с её страхами, с тайной смерти Ривера на руках – была идеальной мишенью.

Подарить ей объяснение. Путь. Цель. Семью. Освободить от боли.

И тогда она сама станет проводником. Сама потянет за собой других. Вот чего они добивались.

– Если бы я осталась с ними ещё на минуту, – прошептала она, – я бы пошла. По собственной воле. Даже не заметив как.

– Именно поэтому ты не останешься одна, – ответил Лиам. – Потому что если тебя кто-то и сможет вытащить, когда ты тонешь, это будем мы. А не они.

Девушка закрыла глаза на секунду, прислушиваясь к себе. След в ее сознании все еще был там. Но рядом теплилось иное чувство, не подчинение, а выбор. И пока выбор оставался за ней – она не была одной из них.

Позже, уже в стенах офиса, когда адреналин окончательно уступил место усталости, Маркел вызвал к себе только Элис и Лиама. Его кабинет встретил их приглушенными светом и запахом крепкого кофе. На столе стояла уже остывшая кружка, рядом лежали разложенные фотографии, распечатки, схемы перемещений.