До конца света
– Вы оба знаете, что это было не просто нападение, – сказал он, глядя прямо на неё. – Они знали твое имя. Твоё лицо. Они действовали, как армия. Только без формы и оружия. Только с идеологией.
Элис выдержала его взгляд, хотя внутри все снова неприятно сжалось. Перед глазами на секунду всплыл тот парень и его умиротворенная улыбка.
– Это значит, что первая ветвь не просто существует. Она растёт, – добавил Лиам.
Маркел кивнул, потянул к себе одну из папок и щелкнул по фотографии подростка.
– Они собирают тех, кто не вписывается в наши системы. Кто чувствует себя иначе. И используют это. Подростки, одарённые, нестабильные – идеальные жертвы. Или идеальные солдаты.
– А я… – Элис сама не заметила, как сжала кулаки так сильно, что побелели костяшки. – Я у них в списке.
– Нет, – сказал Маркел. – Ты – в их прицеле. А это разные вещи.
Он сделал паузу, позволяя этой мысли закрепиться.
– Они хотят тебя. Значит, боятся того, кем ты можешь стать, если выберешь не их.
Элис молчала. Но в груди, вместо страха, росло решение.
«Они думают, что я их слабое звено. А я стану тем, кто их уничтожит. Только… сначала придётся не потерять себя».
– С этого дня ты временно под наблюдением, – сообщил Маркел. – Не потому, что мы тебе не доверяем. А потому что теперь ты их цель.
Элис хотела возразить, но слова застряли. Она и сама это понимала. Они пришли за ней. Не за данными. Не за приютом. За ней. Да и скрываться ей было некуда, основная миссия по захвату меча уже прошла. Однако встал вопрос, как обучаться новой способности, при этом чтобы никто, кроме их четверки, не узнал об этом.
– Мне не нужна охрана, я и так никуда не выхожу за пределы офиса.
Элис говорила спокойно, почти дипломатично, надеясь, что разумные тон поможет.
– Элис, это не обсуждается, – отрезал Маркел. Мы не можем рисковать всем из-за твоих прихотей, возражений я не принимаю.
Девушка открыла рот в немом ответе. В груди вспыхнула почти детская злость. Сколько это продлится? Неделю? Месяц? Год? Как развивать передачу образа под чьим-то надзором? Как скрыть то, о чем знают только они четверо?
Элис повернулась в сторону Лиама, ища поддержку. В его взгляде не было тревоги. Он спокойно кивнул ей, едва заметно. Это злило еще сильнее.
Она не понимала, почему он такой спокойный, он что-то знает? Или просто не понимает масштаб проблемы? Продолжать спор она не стала. Сейчас это ничего бы не изменило.
Когда Маркел отпустил их, Элис вышла из кабинета быстрее, чем обычно, и остановилась в коридоре. Она буквально прожигала Лиама взглядом.
– Что? – он заметил ее выражение и вскинул бровь. – Я тебе дал понять, что все окей.
Он показал рукой жест «все под контролем», будто речь шла о мелочи.
– Почему ты так спокоен? – ее голос дрогнул, и она уже не пыталась скрывать раздражение. – Меня могут посадить на цепь и приставить круглосуточного наблюдателя! Мы не можем рисковать, что кто-то увидит мое обучение! Иначе на хрен пойду не только я! Но и вы трое, а ещё наш план.
Лиам рассмеялся с ее ругательств. Его это все вообще не волновало, видимо. Спокойствия парня выводило Элис из себя.
– Во-первых, ты очень забавно ругаешься, во-вторых, все в порядке. Нам никто не помешает, я знаю Маркела, и что он собрался сделать. В этом плане он предсказуем.
– Рассказывай, – процедила она сквозь зубы.
– Нацепит на тебя браслет. И человек, который будет за тобой присматривать.
– Чего?! Если с браслетом я могу смириться, то с охранником – нет! Маркел из ума выжил? Какого беднягу он хочет заставить этим заниматься?
– Не могу сказать, – парень развел руками. – Это же не моя тайна.
– Лиам, если это будет Мартин… – она прищурилась. – Клянусь, в первую очередь душу потрошить я приду не к Маркелу, а к тебе! Я думала, мы друзья.
Лиам снова засмеялся, его спокойствие было почти неприличным.
– Я же сказал, чтобы ты не переживала.
В течение следующего часа все подтвердилось. Ей выдали временный браслет слежения – аккуратное устройство, больше похожее на минималистичные часы. Холодный металл коснулся кожи, когда техник защелкнул механизм. Замок щелкнул тихо, но звук показался оглушительным. Ключ закрепили на тонкой цепочке – снять браслет без него было невозможно.
«Прекрасно. Теперь я в клетке. Только без прутьев».
Личного охранника закрепили «в тени». Кто это – не сказали. Лиам так и не выдал ни имени, ни намека, даже когда она пригрозила во время обучения показывать ему самые мерзкие образы, какие только могла придумать.
Девушке хотелось создать движение протеста, сбежать куда-нибудь подальше, начать ходить к каждому участнику Ордена, чтобы ее «куратор» взвыл от слежки и побежал ныть Маркелу. Но прохладный душ успокоил ее мысли и смыл весь подростковый бойкот. Пришли ясность и рассудительность. Если Лиам не стал переживать, то и Элис незачем. Она уже не в той позиции, когда доверять некому и положиться можно только на себя. Она доверяла Лиаму, Рози, да даже Риверу, они не бросят ее одну, тем более когда у нее открылась новая способность. Даже если вся дружелюбность – это обычная наигранность, то желание воспользоваться ее силами настоящее. Они не могут упустить такую возможность.
Ночью, все еще оставаясь в своей комнате, Элис лежала на диване, уставившись в потолок. Тени от лампы мягко двигались по стенам. Браслет тихо поблескивал на запястье. В голове все еще был рой мыслей, который все равно не удавалось соединить в одно целое.
В какой-то момент экран ее телефона заморгал.
Ривер: «Ты в порядке?»
Элис застыла.
Его имя. После недели тишины. После всего он написал. Они обменялись номерами почти сразу, как только Элис стала жить в офисе. Но при этом ни разу они не созванивались и не переписывались. Надобности такой просто не было, если что-то нужно, то всегда можно найти друг друга здесь. Сердце выдало мощнейший кульбит, все гормоны будто разом взбунтовались, внутри творился эмоциональный хаос.
Она села, не веря. Набрала:
Элис: «Физически – да. В остальном… не уверена.»
Пауза. Потом снова:
Ривер: «Я слышал, что произошло. Хотел прийти. Не знал, можно ли».
Она прикусила губу.
Элис: «Можно. Но ты не пришёл».
Тишина затянулась. Каждая минута казалась дольше предыдущей.
Ривер: «Я боялся, что скажу не то. Или наоборот ничего не скажу. Всё как-то… не так.»
Элис: «Всё давно не так.»
Ривер: «Они правда хотели тебя забрать?»
Девушка долго смотрела на экран.
Элис: «Да. И самое страшное, что на мгновение я хотела уйти с ними. Я не знаю, что со мной.»
Ривер: «Ты не виновата. Они действуют через боль, страх и одиночество. Это их оружие.»
Она невольно вспомнила слова Маркела.
Элис: «А я – их цель.»
Ривер: «Нет. Ты наша сила. Просто ты ещё не знаешь, как её использовать.»
Элис прижала телефон к груди. Тишина внутри комнаты казалась теплее.
Через пару минут экран снова загорелся.
Ривер: «Если будет трудно – пиши. Даже если я не отвечу сразу. Я всё читаю.»
Элис: «Я знаю.»
Хоть они и не общались таким способом, она была уверена в его словах, она знала, что он не оставит ее.
Элис смотрела в экран, не зная, как заканчивать этот разговор.
Потом почти инстинктивно написала:
Элис: «Ривер… ты скучал?»
Три точки на экране.
Они двигались. Пропадали. Появлялись снова.
Наконец:
Ривер: «Каждую ночь. Только теперь не уверен, могу ли показать это.»
Элис не ответила. Просто улыбнулась сквозь слёзы.
И написала: «Я тоже»
Во всех смыслах в данном контексте. Рози говорила Элис, что не стоит терять время, неизвестно, как будет решен вопрос с концом света. Но именно это и мешало Элис и Риверу больше всего. Даже, скорее, только Элис. Ее сила может спасти мир от ужасной участи, но возможно ли спасти Ривера?
Глава 14
Элис проснулась резко, будто кто-то выдернул ее из сна за невидимую нить. Она несколько секунд смотрела в потолок, не понимая, где находится и который сейчас час. Голова была тяжелой, а мысли вязкими. Тело все еще хранило ощущение усталости, будто она и не спала вовсе.
Телефон лежал рядом, экран мерцал приглушенным светом. Она машинально потянулась к нему, щурясь от яркости. Новое сообщение от Ривера, которое было отправлено ночью, но не прочитано.
«Я все еще здесь, даже если ты меня не видишь.»
Сердце отозвалось тупой болью. Она провела пальцем по экрану, перечитывая фразу снова и снова, будто надеялась найти в ней скрытый подтекст. Она не помнила, как заснула. Видимо, телефон просто выпал из руки.
Но не было времени на рефлексию. В комнату вошел дежурный без стука, и в руках у него было уведомление с печатью Ордена.
Элис в этот момент не волновал ее внешний вид, ее беспокоило, что этот человек так беспардонно ворвался в ее личное пространство, заранее при этом никак не уведомив о своем прибытии.
– Вас ждут в допросной. Сейчас.
– Я не следователь. – Элис подняла брови. – Зачем я там понадобилась?
– Подростки, которых вы привезли, – мужчина понизил голос, – отказываются говорить с кем-либо. Ни на вопросы, ни на эмоциональное давление не реагируют. Но каждый из них повторил одну и ту же фразу: «Мы скажем всё только Элис».
Девушке понадобилось десять минут на сборы, чтобы надеть спортивный костюм Ордена. Она не считала важным как-либо наряжаться перед заложниками, но показать им, что она часть Ордена, а не какой-либо другой организации, нужно было.
***
Девушка заранее решила проводить беседу с каждым по отдельности. Элис уже говорила с двумя подростками – оба замкнуты, упрямы, словно по одному шаблону. Но третий парень лет шестнадцати с короткими светлыми волосами смотрел прямо на неё, не отводя взгляда. Его лицо было абсолютно безэмоционально, и это зловеще контрастировало с обычной юношеской неуклюжестью. Казалось, он умел контролировать не только тело, но и саму ауру вокруг себя. Элис почувствовала мелкую дрожь, она сразу поняла, что перед ней не обычный подросток.
Комната была минималистичной и холодной. Два стула, стол и зеркало, за которым в тени сидели наблюдатели, фиксируя каждый ее вздох, каждый взгляд, каждое движение пальцев. Свет был ровным, но жестким, бросая резкие тени стены. Элис села прямо, стараясь держать осанку, хотя внутри чувствовался нервозный вихнь.
– Зачем вы забрали детей? – начала она, стараясь придать голосу твердость, которой сама едва обладала.
Парень лишь пожал плечами, словно вопрос был смешным.
– Мы не забирали, – сказал он спокойно. – Они ушли сами. Потому что хотели.
– Кто их «позвал»? Вы?
– Мы объяснили. Открыли глаза, – продолжал он с ровной интонацией, без оттенка вызова или агрессии. – Когда ты живёшь в приюте под патронажем Ордена, тебе внушают, что ты должен служить. Что твои силы принадлежат системе. А потом приходим мы и говорим «нет». Ты – это ты. Не оружие. Не проект.
Слова ударили по ней, как пощечина. Сердце сжалось, дыхание замерло. Значит, это правда. Приют был под контролем Ордена. Они воспитывали подростков как солдат, внушали им преданность системе, учились использовать их способности для своих целей. Элис почувствовала прилив гнева и одновременно беспомощности.
– Сколько времени ты здесь? – продолжил подросток, наклоняясь чуть вперед. – И сколько раз чувствовала, что не знаешь, кто ты на самом деле? Что они тебя боятся?
– Я не оружие, – выдохнула она. – И я не боюсь. Я здесь по своей воле.
Парень усмехнулся, но это не было частью веселья. Скорее пустое, холодное эхо.
– Конечно. Все здесь «по своей воле». До первой ошибки. До первого срыва. А потом ты узнаешь, как быстро Орден от тебя избавляется. Или использует.
Элис прищурилась, сжимая кулаки. Она пыталась читать его, искать слабину, любую эмоцию, которая выдала бы внутреннюю тревогу, но ничего. Его грудь ровно поднималась и опускалась, руки лежали ладонями вверх, словно приглашая ее подойти и взять его за руку. И это безмятежное спокойствие одновременно завораживало и пугало.
– Кто вас учил этим словам? Это ваша личная обида или идеология? – спросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе.
– Это правда, – тихо произнес он, наклоняясь еще ближе, словно передавая какой-то секрет.– Ты особенная, Элис. Они не знают, как тебя использовать. Потому и держат на поводке. Смотрят исподтишка. Ждут, когда ты оступишься. Боятся, что ты встанешь не на ту сторону. Потому что если ты не с ними, ты против них. А ты ведь чувствуешь, да?
Элис замолчала. Слегка прикусывая губы, она пыталась собрать мысли, обработать каждое слово. Ее пальцы чуть дрогнули, это не ускользнуло от глаз подростка.
– Пятые звезды боятся тебя. Даже твои друзья не знают, что ты можешь. А мы знаем. Ты видишь то, что не видит никто. Мы не хотим сдерживать тебя. Мы хотим дать тебе выбор.
– Вы говорите как фанатик, – выдохнула девушка, чувствуя, как напряжение растет.
– Мы говорим как свободные. А ты всё ещё в клетке. – Он посмотрел на браслет на ее руке, отчего Элис резко прикрыла его руко.
Она наклонилась вперед, чувствуя, как сердце колотится в груди, а разум ищет выход.
– Кто вы такие на самом деле? Это первая ветвь? Валтер? – Хоть голос и дрожал, но глаза оставались твердыми, устремленные прямо в его безэмоциональное лицо.
Парень приподнял бровь. Потом кивнул почти буднично.
– Мы – продолжение. Их идея выжила. Разрослась. Стала логичной. Орден пытается всё удержать в балансе, чтобы никто не был слишком сильным. Только мы заботимся о каждом, а Орден – каждый о своей шкуре. Мы хотим вырастить сильных. Не ради войны. Ради новой структуры.
– Через похищения? Через шантаж? – выпалила Элис. Внутри нее кипел гнев и расстерянность.
– Через правду. И, если нужно, через действия. У нас нет таких ресурсов, как у них. Но есть вера. И те, кто нас слышит. Ты – одна из таких. Даже если пока не понимаешь.
Он встал, не дожидаясь команды охраны, будто это он сам контролировал ситуацию. Элис чувствовала себя уязвимой. Какой-то парень мог так к ней обращаться, и никто не мог вмешаться.
– Разговор окончен. Ты не станешь частью Ордена. Они этого не допустят. Даже если ты захочешь, – произнес он, и охрана отвела его обратно.
Элис осталась сидеть, сжимающая края стула. Сердце все еще стучало в ушах, а в голове звенело.
«Боятся тебя. Не знают, как использовать».
И страшное было то, что она отчасти понимала, о чём он говорит.
***
После допроса Элисон долго сидела в одиночестве. В комнате было тихо, только щель открытого окна впускала сырой, прохладный воздух. Он касался кожи лица, волос, заставляя ее непроизвольно вздрогнуть. Штора тихо шевелилась, словно дышала вместе с ней. Где-то за стеной доносился звонкий смех, кто-то развлекался, кто-то продолжал тренировки. Все казалось странно нормальным. Столько событий, столько хаоса и напряжения за короткий срок, а для остальных это было лишь каплей в их привычной жизни, которая текла дальше, играя своими красками, не останавливаясь.
А внутри Элис было наоборот – полный хаос. Сердце не успокаивалось, мысли скакали, будто в бурном потоке. Она сжала в руках жетон Ордена, тот самый, что получила после второй звезды. Металл был холодным, но тяжесть лежала не в материальном весе, а в значении. Принадлежность, долг, ответственность. Теперь же этот символ обретал темный оттенок сомнений.
Она думала о разговоре с подростками. О взгляде того парня. О его уверенности, что она не для Ордена. Элис прикусила губу и провела пальцами по рельефу жетона.
– Они верят, что мне не место здесь. Что меня боятся… – прошептала она, не осознавая, что обращается скорее к себе, чем к кому-либо еще.
Орден…
С самого создания артефакта он твердил, что медальон опасен. Что его нужно уничтожить, но медальон все еще здесь. С Орденом, в неизвестном месте.
Элис подалась вперед, сжимая пальцы в кулак. Сердце билось громко, почти отдавая в груди эхом каждого события.
Почему они его не уничтожили?
Если боятся, то почему оставили?
«Что, если они нашли в нём нечто большее? Что, если всё изменилось в момент, когда Орден понял: сила медальона может быть использована не только для предотвращения конца света, но и… для чего-то иного?»
Контроль. Манипуляция. Переигрывание событий в свою пользу. Каждое слово, каждая мысль казалась ей частью невидимой шахматной партии, в которой она была пешкой, фигурой и потенциальной королевой одновременно.
Первая ветвь верила, что медальон нужен. Что он – ключ к спасению, а не опасность.
Два пути. Орден хочет убрать инструмент, который нельзя контролировать. Первая ветвь хочет дать его тем, кто, по их мнению, достоин решать.
Элис закрыла глаза, вдохнув холодный воздух. В груди жила тревога и азарт одновременно. В голове пульсировала одна мысль:
«А что, если правда не там и не там? Что, если оба неправы? Или оба по-своему правы?»
Она была между этими силами. Не потому что хотела, а потому что оказалась единственной, кто видел, как все может закончиться. И теперь ей предстояло выбирать, в каком из миров она хочет жить.
«Я не могу быть просто пехотой. Не могу быть только инструментом. Но и героем быть не хочу. Я хочу знать, за что борюсь. И с кем», – шептала она самой себе, выстраивая внутреннюю опору.
Её взгляд упал на телефон. На последнее сообщение от Ривера, на которое она так и не ответила. Ни Орден. Ни Первая ветвь. Она пока ни на чьей стороне. Потому что не поняла, где истина.
Но теперь она знала, с чего начать поиски.
Глава 15
Элис не знала, сколько времени стояла перед дверью. Минуту? Пять? Ей казалось, что вечность. Коридор был пуст, лампы под потолком гудели едва слышно, и этот ровный звук только усиливал напряжение. От ее пальцев до металлической ручки было не больше вытянутой руки, но расстояние ощущалось пропастью.
Она медленно выдохнула, растерла холодные ладони о ткань брюк и все-таки постучала. Рука неуловимо дрогнула, из-за чего удар получился тише, чем планировался.
– Войдите, – раздался изнутри знакомый голос.
Грудная клетка сжалась. Элис толкнула дверь, сделала шаг и застыла на пороге.
У большого стола стоял Ривер. Он держал в руках какие-то бумаги, полуобернувшись к Маркелу, что-то коротко поясняя. Его плечи были напряжены, линия спины слишком прямая. Когда он увидел Элис, его глаза на мгновение дрогнули. Не от удивления, а от чего-то ещё. Но от него была лишь тишина. Лицо осталось спокойным, невозмутимо спокойным. Он молча передал Маркелу документы, сухо кивнул и направился к выходу.
Они оказались слишком близко. Когда он проходил мимо, Элис почувствовала тепло его тела – живое, настоящее, слишком болезненное в этом холодном кабинете.
Она хотела поднять глаза, хотела сказать хоть что-то, но Ривер не замедлил шаг, не коснулся ее, не встретился взглядом. Дверь тихо закрылась за ее спиной.
Обижается, что она не ответила на сообщение? Или дело уже не в этом?
Внутри вмиг все стало хрупким. Тишина повисла между сердцем и грудной клеткой, как если бы кто-то поставил внутри стеклянную перегородку. Она дышала, но воздух не наполнял ее полностью.
Маркел смотрел на неё без какого-либо раздражения, просто внимательно.
– Ты по делу?
– Да, – голос дрогнул, и она мысленно выругалась. Элис выпрямилась, заставляя плечи не опускаться. – Я хочу поговорить. Без протокола и наблюдателей. Только ты и я.
Он кивнул, и опустился в кресло, сцепив пальцы.
– Слушаю.
Элис подошла ближе, сжала руки, словно держала внутри что-то, что не хотела расплескать. Маркел без напряжения просматривал бумаги, присутствие Элис его никак не обременяло, как будто ее тут и не было. Это раздражало сильнее открытого давления.
– Почему вы оставили медальон? – спросила она наконец. – После того как нашли.
Маркел не моргнул, лишь аккуратно положил лист на стол. Он будто знал, что рано или поздно она придет к нему с таким вопросом.
– Потому что его невозможно уничтожить.
– Это отговорка. – Элис прищурилась. – Вы лично пытались? Настоящими методами? С помощью других одарённых? А не читая историю из рукописей.
– Нет, – почти сердито ответил Маркел.
– Но Орден ведь собирался это сделать, – перебила она. – Был план. Я читала старые протоколы. Был приказ подготовить его к ликвидации. Но Орден передумал. И складывается ощущение, что это произошло не из-за того, что его невозможно уничтожить.
Маркел посмотрел на неё внимательно, отложив бумаги, словно оценивал, насколько далеко она готова зайти.
– Орден понял, что это не просто артефакт. Он живет. Он реагирует. И, возможно, даёт ответы. А ответы важнее уничтожения.
– Или выгоднее? – Голос Элис стал тише, но тверже. – Вы оставили его, потому что захотели использовать. Потому что теперь вы почти повторяете слова первой ветви. Мол, медальон – не зло, а шанс. Только разница в том, кто этот шанс получит.
Маркел откинулся в кресле. Дерево тихо скрипнуло.
– Ты звучишь как те подростки, что едва не утащили тебя с собой. Ты тоже начинаешь верить, что Орден – зло?
– Нет, – резко сказала Элис. Внутри вспыхнуло раздражение. – Я не за них. И не за вас. Я за мир. И если вы в какой-то момент свернули с дороги спасения ради власти – я должна знать.
Он молчал долго. Потом медленно произнес:
– Ты говоришь так, будто сама бы знала, как поступить, Элис. Будто выбрала бы правильное, даже если весь мир пошёл бы против.
– Если бы это спасло его – да.
Маркел уловил эту интонацию мгновенно.
– Но ты не знаешь, что именно спасёт его. И никто не знает. Пока. – Маркел смотрел на нее в упор, взгляд стал жестче. – Вот почему медальон ещё цел. Потому что мы не можем позволить себе ошибиться. Ни уничтожением, ни использованием.
Элис дрожала от напряжения, ладони становились все холоднее.
– Значит, вы просто ждёте?
– Мы изучаем. И теперь ты часть этого. Ты чувствуешь артефакт. Видишь, что не дано другим. Если ты увидишь выход – мы услышим. Но пока ты не увидела. И если в твоём голосе снова прозвучит сомнение, ты рискуешь не только собой. Ты рискуешь и им. – Он кивнул на дверь, через которую ушёл Ривер.
Кровь отхлынула от ее лица. Как он узнал?.. Он сейчас ей угрожает своим же подчиненным?!
– Я не позволю страху принимать решения за меня, – аккуратно сказала она, хотя внутри все клокотало. – И если путь, который вы выбрали, приведет не к спасению, а к разрушению, я сверну с него. Даже одна.
И развернулась, не дожидаясь разрешения уйти.
– Ты не одна, Элис, – донеслось ей в спину. – В этом и проклятие. И надежда.
Она вышла. Коридор вновь встретил ее тишиной. На губах дрожало невысказанное. В голове гул из сотни вопросов. Но под этим гулом билось одна отчетливая мысль: она должна узнать предназначение медальона. И если угроза смерти Ривера не со стороны ветви Валтер, а со стороны Ордена, она действительно разнесет к чертям этот офис.
Забежав по лестнице на жилой этаж, Элис перескакивала через ступени, едва касаясь перил. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбивалось, но она не замедлялась. Мысль, которая гнала ее вперед, была слишком надоедливой. Если она остановится хоть на секунду, сомнение догонит ее и задушит.
Элис резко распахнула дверь в комнату Рози.
Розовласка действительно была там, на коврике для йоги, вытянувшись в аккуратной позе. В комнате пахло чем-то сладким, играла тихая музыка.
Элис шагнула вперед и, не дав подруге опомниться, схватила ее за руку.
– Пойдем.
– Элис! – Рози чуть не потеряла равновесие. – Что произошло? Кто тебя укусил?
Она брыкалась больше для вида, но все равно поспешила следом, потому что по лицу Элис было ясно: это что-то серьезное, а не какая-то прихоть.
Элис не отвечала подруге. Она боялась, что если заговорит, голос выдаст ее, ее страх и сомнение. Поэтому просто шла быстрым, почти рваным шагом по коридору, направляясь к комнате Лиама. Уж он точно у себя. Он всегда у себя.
Она распахнула дверь без стука. Две девушки ворвались внутрь, словно вихрь. Лиам сидел на полу перед телевизором, сосредоточенно нажимая кнопки на джойстике. Голубоватый свет экрана освещал его лицо. Он медленно повернул голову, оценивая картину. Ехидная улыбка вмиг озарила его лицо.
– У нас сегодня намечается ЖМЖ? – протянул он, не поднимаясь, а лишь лениво облокотившись на локти и принимая, по его мнению, максимально соблазнительную позу.
Рози фыркнула, закатив глаза, и плюхнулась на диван. Элис даже не моргнула.