Не триумфатор (Альфа-13)
Я покачал головой:
— Не припомню ни одного случая, чтобы нелюди становились шудрами.
Ойо невесело улыбнулся:
— В давние времена был клан, сделавший общину тайного народа вассальной семьёй. Даже несколькими семьями, потому что состояла она из разных народов. Но тот клан пал под ударами врагов вместе со всеми вассалами. Однако прецедент они создали. Даже в людских книгах о нём написано, я могу подсказать названия.
— Мне такие книги не попадались. К тому же я не могу принимать вассальные клятвы. Дело в том, что для полного раскрытия кланового функционала требуется соблюдение некоторых условий. Например, в случае Кроу необходим доступ к клановой цитадели. Она располагается на землях вотчины, и, увы, земли эти контролируются нашими врагами. В каком состоянии цитадель я даже сказать точно не могу. Не сомневаюсь, что враги пытаются взять её под свой контроль, но понятия не имею, как далеко они в этом деле продвинулись.
— Тогда остаётся клятва шудр, — заметил Ойо. — Мы, конечно, можем клятву верности формальную принести, всей общиной, и я гарантирую, что каждый из нас будет её соблюдать. Но если кто-то из нас попадётся твоим врагам и те устроят грамотный допрос, под пытками даже у самого преданного язык может развязаться. А вот шудру пытать бессмысленно, обойти правильную родовую клятву при помощи банальных пыток вряд ли получится.
За работниц, способных помогать мне с рунами, я готов на многое пойти, но всё же с сомнением покачал головой:
— И как вы себе представляете дальнейшее? Моя армия вот-вот уйдёт, и вы здесь останетесь без защиты. И женщины ваши ничем не смогут мне помогать, если так и будут сидеть под городом. Получится, ваша жизнь никак не изменится. То же подземелье, те же прятки. Если же отправить вас на Крайний север, где у меня есть земля, там мне от вас тоже помощи не будет. Да и не уверен, что дойдёте без приключений. Большую охрану выделить вам не смогу, а дорога длинная и местами опасная. Вы лакомая цель не только для разбойников, а и для обычных людей. Даже простой арендатор может соблазниться, и напасть на вас с толпой своих работников. Вы правильно говорите, люди любят получать трофеи из себе подобных, но не любят отвечать перед законом за кровопролитие. А вас человеческий закон не очень-то защищает.
— Мы не слабаки, мы можем давать отпор, — прошипел Стешш.
— Ладно, допустим, отобьётесь вы от агрессивного арендатора, — кивнул я. — Но что дальше? Вы при этом кого-то убьёте, кого-то покалечите. За такое местные вряд ли вас простят. Да, это честная самооборона, но вы это вы, отношение к вам в империи предвзятое. Соберут толпу побольше и поубивают всех до единого, даже младенцев не пощадят.
— Ну так просто возьми нас с собой, — бесхитростно предложил ШтоШчар.
Я снова покачал головой:
— Мы не на прогулку идём, у нас военный поход. Поход опасный. Я не могу вам ничего гарантировать, даже если будете сиднем сидеть в обозе.
— Мы не просим гарантии, — заявил Ойо. — И мы не будем обузой. Ты же видел моего обормота в деле. Он, конечно, талант, но не всегда сам справлялся. Ему иногда помогали в... скажем так, разных непростых делах. И, как видишь, никто из наших при этом даже на глаза не попался, а это кое о чём говорит.
— Ага, — поддакнул Гнусис,но тут же не удержался от критики: — И чтобы наши криворукие дуралеи не попались при той подземной облаве, мне пришлось притвориться смешным идиотом и позволить себя схватить. Между прочим, мне было очень стыдно попадаться какому-то вечно пьяному волосатому мужлану-горцу. Он держал меня в тесной клетке, подвергая унижениям, я приобрёл травмирующий опыт из-за наших балбесов. Так что им ещё учиться и учиться, чтобы под ногами у меня не путаться.
Стешш, в один миг подскочив к Гнусису, отвесил ему звонкую затрещину:
— Мал ещё, чтобы решения старших обсуждать! Опыт травмирующий он приобрёл... ага. Да я тебе такой опыт устрою, потом неделю спать на животе будешь!
— Старайся для вас, старайся, и вот она ваша великая благодарность... — пробурчал Гнусис, и оскорблёно замолчал, схлопотав ещё одну затрещину.
— Десница, мы будем помогать всем, чем сможем, — сказал Ойо. — И нам не нужно много еды. Мы тут голодать привыкли, так что не сильно тебя обременим.
— Будем помогать обустраивать твои лагеря, — заявил ШтоШчар. — Мы очень быстро и хорошо копаем. Так быстро, как никто не копает. Вокруг твоего лагеря всегда будет хороший ров, а там, где нет воды, мы тебе сможем быстро устраивать глубокие колодцы с самой сладкой водой. Если враги захотят прокопать в твой лагерь тайный ход, мы это заметим. Если надо, мы и через камни можем копать, только если камни крепкие, долго копать придётся. И хорошо бы инструменты крепкие, без них некоторые породы очень трудно поддаются. С хорошими инструментами мы можем даже тоннель сделать сквозь большущую гору. Но дело это не самое быстрое, десница. Ты же видишь, мало нас для большой работы.
— Мы можем на любом привале делать тебе болты и стрелы, — сказал Стешш. — Только материалы нужно захватить. И мы не только болты умеем делать. Нам приходится всякое для себя мастерить, ведь к посторонним умельцам обращаться нельзя. Так что мы почти всё умеем. Мы даже такое умеем, что никто не умеет, потому что у нас есть древние знания, а люди их забыли. Хочешь, дорогое оружие скуём, а хочешь, почти любое оружие починим. Ах да, прости, десница, но доспехи делать не умеем, только самые простые. Не было в них надобности, но если указание дашь, постараемся научиться. Луки тоже делать не можем, но не вижу с ними больших сложностей, мастера по дереву и коже есть у нас. Арбалеты эти твои огромные, да, сможем сделать сколько угодно. Разведать что-нибудь, особенно ночью, тоже можем. Угнать у твоих врагов лошадей это вообще запросто. И вообще, если что-то отобрать у кого-то надо так, чтобы не заметили, это к нам сразу обращайся. Так-то мы народ, в целом, честный, но сам понимаешь, жизнь у нас здесь непростая, иногда приходится по-всякому выкручиваться. Так что есть у некоторых из нас особые таланты, что помогают во всяких не совсем, скажем так, законных видах деятельности.
— Некоторые наши ребятишки прям таланты в таких делах, — оживился Ойо. — Вот посмотри хотя бы на моего оболтуса, ты же знаешь, на что он способен. Гнусис, конечно, самый пронырливый из нашей молодёжи, но знай, что есть ребята немногим ему уступающие. И не забывай про наших мастеров и особенно мастериц. В тонких работах нам равных нет. Хочешь, самый мелкий камень ограним так, что будет блестеть как звёздочка яркая; хочешь, надёжно вставим его в крохотную оправу и сделаем основу для дорогущего амулета. Рунные заготовки тоже, какие скажешь, такие и соорудим из чего угодно. Только чертёж точный от тебя понадобится и завершать работу, конечно же, самому придётся. Наделять руны жизнью мы не умеем, для этого рунные мастера требуются. Или хочешь, мы...
Я поднял руку:
— Так, давайте покончим с этими общими обещаниями. Признаюсь, то, что вы так быстро и легко вычислили во мне мастера рун, сильно меня печалит. Да и какой я мастер... до него расти и расти... И да, устраивать здесь резню, чтобы вы никому не разболтали мои секреты, конечно же не стану. Думаю, вы и сами понимаете, что не такой я человек. Однако я не представляю, как таскать вашу компанию за войском. Тем более, с детьми...
Стешш отмахнулся:
— У наёмников Львёнка есть дети, и ничего страшного, они нормально за войском таскаются. Наши спиногрызы не хуже людских, а в чём-то даже лучше. Они выносливее и умеют помалкивать, когда надо. Да и мало их у нас, плохо они родятся без света солнечного. Нам бы пару дюжин повозок, и всё поместится: и дети, и старики, и оборудование с инструментами и материалы. Причём больше всего места как раз материалы с оборудованием и займут. И то и то тебе, десница, очень пригодится. И вообще, если наших балбесов маленько подучить, их можно поставить в твой обоз. Нормальные возничие получатся, а на остановках смогут другими делами заниматься. Не переживай за нас, десница, нормально устроимся, ведь хуже чем здесь нигде не будет. Главное, что ты уже начал соглашаться с нашими пожеланиями, а о деталях мы сейчас быстро договоримся.
Да уж, старейшина упырей прав, от его соплеменников толк будет. Я давно отмечал на удивление высокое качество болтов, что приходили по мутным каналам Гнусиса. Выглядели они так одинаково-качественно, что навевали подозрение о машинной обработке. И также давно сетовал, что хороших мастеров трудно с места сорвать. Если вспомнить недавние события, многие даже под угрозой захвата города не очень-то рвались уходить. Связанные цеховыми ограничениями, обросшие оборудованием, инструментами и материалами, так что им труднее, чем прочим, всё бросать. К тому же как бы не любили южане вырезать всё живое на завоевываемых землях, хороших специалистов и эти звери зачастую щадили. Проще готового чужого к делу пристроить, чем своего с нуля развивать. Потому местные спецы не очень-то боялись попасть под геноцид.
И вдруг мне внезапно предлагают целый цех передвижной, где каждый работник привязан ко мне клятвой и дополнительно предельно мотивирован работать не за страх, а за совесть. При этом среди них есть те, кто, возможно, существенно помогут мне с рунами, когда я дойду до того уровня, где «плотность знаков на квадратный миллиметр материала» будет иметь решающее значение.
Отказываться от столь ценного актива я даже не подумал. И хотя тащить с собой лишних гражданских мне бы не хотелось, ради таких можно сделать исключение.
А если кому-то не понравится, что десница привечает иные расы, пускай спит одним глазом, защищая свое имущество всеми возможными способами. Ведь я не стану сильно ругать Бяку, Гнусиса и их чересчур предприимчивых сородичей, если вдруг у такого недовольного что-то ценное пропадёт.
Даже более того, — я их буду всячески провоцировать к организации «пропаж».
Глава 10 Все хотят десницу
Глава 10
Все хотят десницу
— Десница, мне бы поговорить с тобой надо. Проблема тут у меня. И вообще важное дело.
Оторвавшись от бумаги, я кивнул:
— Проходи, Кошшок. Присаживайся и говори.
Тот уселся на стул как-то осторожно, на самый краешек, и спину неестественно прямой при этом держал. Казалось, полковой рэг смущается, что совершенно ему несвойственно.
Но нет, наверное, просто показалось. Он из тех людей, которые могут голышом через весь город пройти и не покраснеть.
А вот то, что он не просто трезвый, а от него даже слабого запаха алкоголя нет — явная странность.
Что-то со здоровяком не то.
— Тут, десница, дело такое... Контракт мой истёк два месяца назад. Всё это время я продолжаю служить, но жалование не получаю.
— Это и есть твоя проблема? — удивился я. — Странно, конечно, что ты, выходит, без контракта служишь столько времени, но ничего страшного в этом не вижу. Мог давно к Аммо Раллесу обратиться, он бы тебе продлил контракт сам, задним числом, чтобы жалование начислили на весь срок. Я для этого не нужен.
— Да понимаешь, десница, тут ведь не в продлении дело. Я эти месяцы посматривал тут на всё и думал много. В общем, не торопился с продлением. Мне, честно говоря, эта Мудавия до того опостылела, что если сгорит вся, до последней кучки навозной, ничуть не огорчусь. Но я же назначения сам не выбираю, за меня выбирают. До того, как тебя к нам прислали, подумывал дотянуть потихоньку до конца контракта и податься куда-нибудь в империю. Давно пора приткнуться к чужой земле. Так-то, своё, конечно, ближе, но домой, в горы родные, возврата мне нет. Кровник я там, сильный род хочет моей смерти. Мой клан они не трогают из-за меня, потому что я давно от него отрёкся. Формально сам по себе стал, хотя сердцем до сих пор со своими. Враги это понимают, но не придерёшься, потому что по всем правилам отрекался. Но если вернусь, не только сам подставлюсь, а и своих могу подставить. Они не те люди, не смогут в стороне стоять и говорить, что я им чужой. Да и если скажут такое, не послушают их. В горах, если ты из клана уходишь, чтобы не вешать на него свои беды, у тебя две дороги: или умирать, или уходить куда-то очень далеко и никогда не возвращаться. Возвращение это почти всегда война до последнего человека, без разговоров. Так что нет мне возврата. Ну а в империи военный с моим опытом не пропадёт. Тем же купцам вечно нужны командиры охраны. Не по мне такая работа, скучная и глупая, но это честные деньги. Вот только потихоньку дотянуть до конца контракта не получилось. Свалился на нас ты, и понеслось всякое. Столько всего разного начало происходить, что даже выпить нормально некогда стало. И я, на тебя посмотрев, начал о другом подумывать. Об интересном. Десница, ты меня в деле видел. Да, я сложный человек и недостатков у меня много, но ведь солдат я честный и людей в кулаке держать умею. Тебе не помешают мой опыт, мои руки и мой топор. Я не такой уж простак, я вижу, как ты тихо и верно создаёшь свою личную армию, и скажу, что этой твоей армии очень не хватает нормальной пехоты. Наёмники Львёнка это не твои люди, они служат тебе за плату. Думаю, в шудры они не пойдут, как ни уговаривай, это против обычаев вольных городов. А ты именно своих людей одного к другому стараешься собрать. В корпусе хватает добрых бойцов с истёкшими или почти истёкшими контрактами, ты таких легко выкупишь, если надо. Я тут прикинул, могу назвать шестьдесят восемь человек, которых стоит забрать. Для начала обозной охраной поставить, а дальше, если решишь заняться пехотой, из них можно назначить хороших сержантов и офицеров. Перспективные кадры, как ты говоришь. И хорошо бы к ним ещё пару десятков ребят забрать, но у них ещё не скоро контракты истекут. Выкупить, так-то, можно, но дороговато получится. Тут уже тебе решать, стоят они таких трат, или пускай остаются. Вот такие вот дела, десница.
Внимательно глядя на Кошшока, я вздохнул:
— Денег у меня достаточно, чтобы весь корпус десять раз выкупить. Да только кто же позволит это делать во время войны? Человек семьдесят-восемьдесят ещё куда ни шло, так что твоих людей, наверное, вытащить получится. Да в принципе и больше можно, если правильно всё сделать. Только знаешь, что мне вербовщики и Аммо Раллес рассказывают? Что уже человек под сто из корпуса просились именно ко мне. И сюда, в миссию, ко мне лично несколько сержантов и офицеров приходили. И не факт, что это именно те, о которых ты пытаешься слово замолвить. Также арбалетчики, которые не входят в мою личную тысячу, всех достают. Им я вынужден отказать. Лучших из лучших уже выбрал, остальные слишком проблемные, перспектив не вижу. Да и нет у меня для них ни оружия нового, ни амуниции, ни доспехов. Это мудавийцы после битвы Трёх королей уверовали, что арбалетчик с убогим самострелом способен каждым выстрелом по альфе отстреливать, а реальность, увы, говорит обратное. Одной атакой, когда, по сути, кроме альф никто к нам не прорвался, южане выкосили несколько тысяч наших. В считанные минуты. Ты видел, что там творилось, когда строй рассыпался за секунды, и кровавым туманом позицию затянуло. За одного альфу мы платили сотнями и сотнями «тряпок». Таких арбалетчиков надо тысяч тридцать, чтобы засыпать всё поле боя тяжёлыми болтами. И войско, где делают ставку на столь специфические стрелковые отряды, не может считаться полноценной армией. Да, оно может неплохо сыграть, но лишь в особых, тщательно подготовленных условиях. И если противник не совсем тупой, сработает лишь раз. Просто выставят против толпы «тряпок» баллисты или прокачанных лучников. Пусть их будет немного, но достаточно минут пять меткого обстрела, чтобы такие горе-стрелки побежали. Стойкость у них почти нулевая, сам понимаешь. На той ярмарке им деваться некуда было, слишком резво на них альфы налетели, вот и пришлось многим сражаться, вместо того, чтобы бежать. Так что мудавийцы могут играться с такими отрядами сколько угодно, это их право и их проблемы. Тхат теперь не скоро оправится, и пройдут годы, прежде чем короли решатся на реванш. Так что пусть этот балласт тешит эго Пробра и его камарильи, а мне такая армия ни к чему. И да, о нормальной пехоте я действительно задумываюсь, но не знаю, когда до неё руки дойдут. Тебя я взять готов с радостью, как и учесть твои рекомендации. Но ты видел мою личную армию, и должен понимать, что от тебя и остальных потребуется.
— Десница, ты про клятву шудры? Да я прям сейчас готов.
— Да, про клятву. И про полное подчинение. Некоторые вещи, к которым ты привык, в моей армии не приветствуются. Как ты заметил, я воюю немного не так, как это принято. И дело не только в том, что здесь, в Мудавии, мои возможности невелики и приходится выкручиваться. Можешь считать это особой тактикой Кроу или чем угодно, просто сразу заруби себе на носу: тебе придётся учить много нового и забывать немало старого.
— Да я уже сам понял, десница. Насмотрелся на твои выкрутасы.
— Раз понял, жду от тебя список кандидатов, за которых ты готов поручиться. Сроки контрактов и краткая характеристика по каждому должны прилагаться.
— Словами можно или всё писать?
— На бумаге, Кошшок, на бумаге...
— Ох и долго возиться придётся, — опечалился рэг. — Не мастак я бумагу марать, до ночи не управлюсь.
— Иди к секретарю Аммо Раллеса, пусть тебе поможет быстро всё сделать. Скажи, это мой приказ.
— Вот за такое от души благодарю, десница. Пускай сам всё и пишет со слов моих, у него руки прям заточены для такого дела.
Поднявшись, Кошшок направился к двери, но открыть её не успел. Она сама распахнулась, причём с грохотом, и я не удивился, увидев, как в кабинет врывается Дорс.
Он почти всегда так открывает.
— О! Чак, привет! Хорошо, что ты на месте. Дело у меня к тебе. Срочное очень.
— Ты насчёт того, что мне, наверное, скоро придётся с перчаткой расстаться и вас распустить? — спросил я. — Дошли слухи и решил уточнить?
— Да плевать мне на твою перчатку, — ответил здоровяк. — Пока семья не прикажет, я всё равно с тобой, сам знаешь. И как по мне, чем дольше так будет, тем лучше. С тобой, Чак, знаешь ли, никогда не соскучишься, да и люблю на октов смотреть, а у тебя их уже целый табун. У меня в другом вопрос...
Здоровяк как-то помялся и неуверенно спросил:
— Ты ведь не будешь против, если я Местресс захвачу? Ну... мне же слуги полагаются, охрана и всё такое, но заметь, я этим не злоупотребляю. Понимаю, что лишние смерды нас могут обременить. Но одним человеком больше, одним меньше, разницы почти нет. Ну это я так думаю. Ты же не будешь возражать, да?
Я обхватил голову руками:
— Слушай, Дорс, на меня сейчас дел навалилось в пять раз больше, чем перед битвой с чёрной квартой. Мне что, ещё и о бабах твоих думать теперь? Да хоть всё заведение Чёрной герцогини с собой тащи, только будь добр, меня в это мероприятие не втягивай. Полный карт-бланш тебе, только отстань побыстрее.
— Всё, Чак, я тебя понял, — радостно ответил Дорс. — Никакого беспокойства с моей стороны. И да, всё заведение брать не вижу смысла, одной Местресс достаточно. Хотя... — здоровяк подмигнул. — Это ведь я про Брунгильду забыл. Ты же её в Мудавии не оставишь?
Я вздохнул:
— Если ты прямо сейчас не исчезнешь, я тебя именно к Брунгильде и отправлю. И уж поверь, Местресс до неё в некоторых вопросах очень и очень далеко.
Дорс, бросившись к двери, бросил на ходу:
— Да знаю я, слышал от проверенного источника. Глас, конечно, тот ещё урод, но на вранье его не ловили, так что я ему верю.
* * *
Прибрежный хребет сложно отнести к полноценным горам. Здесь нет вершин, что зимой и летом в снегах утопают; нет пропастей бездонных и скал, что вздымаются на многие сотни метров над головой. По моим прикидкам, рекордные пики даже до двух километров не дотягивают. И это при том, что моя армия продвигалась по одному из сложнейших маршрутов, где высоты местами достигали максимальных значений. Дальше к югу и северу местность плавно понижалась, и об этом я знаю не только по результатам изучения карт. За последние месяцы немало пообщался с купцами, охранниками караванов, наемниками и прочими людьми, которым доводилось выходить тамошними дорогами к морю.
Ближайшая политика империи читалась, как открытая книга, поэтому к возможному походу я готовился заранее и тщательно, информацию собирал везде, где можно. И сейчас там, где мои воины рыдали и стонали, чуть ли не на руках перетаскивая телеги по неудобным участкам троп, я лишь мрачнел.
Потому что знал, что это далеко не самый тяжёлый участок пути. Нам осталось несколько часов до лесистой котловины, где повозкам придётся хуже всего. Боюсь, мы там можем застрять дня на три-четыре.
А то и больше.
Да уж, изначально я полагал, что всё не настолько плохо и рассчитывал на более высокую скорость продвижения. Но, если подумать, это даже к лучшему. Появится дополнительный и весьма убедительный аргумент задержаться именно там, где надо. Пока солдаты будут день за днём пробивать дорогу через горный лес, я успею провернуть задуманную отлучку. Ведь именно по краю той котловины на юг протягивается тропа, по которой можно выбраться к тайному убежищу паченрави.
Но вообще-то изначально у меня были иные планы на то, как именно обосновать затяжную остановку.
И, увы, планы эти никак не получается осуществить.
Потому что, по моим расчётам, мы здесь должны кое-кого начать встречать, но пока что нет никаких намёков на присутствие тех, кто так мне нужны.
И это вдвойне плохо. Они ведь мне не только для создания алиби требуются, а и для усиления арбалетчиков.
Глядя, как солдаты, ругаясь, толкают телегу, застрявшую в русле ручья, я решил, что помогать им ледяной магией смысла нет и с интересом покосился на приближающегося разведчика.
— Господин, замечен небольшой лагерь неподалёку отсюда. Я рискнул опустить птицу, вблизи рассмотрел хорошо. Людей не видно, но по виду он не заброшен.
Я указал на приметную трёхглавую вершину:
— Случайно не под той горой?
— Да, господин, именно там.
— Так я и думал. Полагаю, это лагерь сборщиков орехов. Они там живут только в сезон, когда те спеют, остальное время в нём не души. Как и во всей округе.
Да, направление бесперспективное, но всё же и за ним мои разведчики приглядывают. То, что здешние горы считаются безлюдными, ничего не значит. Надо всегда и везде быть готовыми ко всему, поэтому наши «наблюдательные птицы» работают усиленно по всей округе.
За прошедшие месяцы я озаботился, помимо прочего и расширением штата разведчиков. Выбрал два десятка перспективных ребят, подкачал им Меру ПОРЯДКА и загрузил всех специфическими поручениями, при выполнении которых есть шанс открыть профильные навыки.
Восемнадцать бойцов их получили. Это даже больше, чем я ожидал за такой срок, но в таком деле запас карман не тянет. К тому же со столь приличным количеством птиц несложно устраивать массовые охоты на вражескую воздушную разведку. То есть мы сможем доминировать в небесах за счёт количественного преимущества.
Но и про качественное я не забыл. Подсуетился.
Для наблюдения удобнее всего использовать некоторых хищников: у них и зрение подходящее, и в воздухе они способны подолгу находиться. У разведчиков южан самыми популярными птицами являются разные виды кобчиков, мелкие ястребы, луни и пустельги, по весу обычно уступающие крупным воронам. Реже используются канюки, осоеды, коршуны и крупные ястребы, они уже с воронами сопоставимы по массе или немного их превосходят. Для ночных действий ограничиваются небольшими совами. Более крупные пернатые используются нечасто. С ними больше хлопот, а дополнительной выгоды от размеров нет.
У меня же, помимо всякой неприметной мелочёвки, половина разведчиков могла похвастать орлами и скопами, остальные довольствовались крупными соколами. На случай ночной разведки имелось одиннадцать здоровенных филинов. Также наличествовали запасные птицы всяких видов. Хозяйство получилось немаленьким, просторные клетки с хищными пернатыми и живым кормом для них перевозились на девяти надёжных повозках. Сомневаюсь, что во всей армии принца наберётся столько небесных хищников.
Полагаю, у южан точно наберётся, они разведку уважают. Но, учитывая превосходство в качестве наших птиц, можно рассчитывать, что мы быстро снизим поголовье вражеских «летающих глаз». Поймать новую птаху — невелика проблема, но их полноценная подготовка даже у опытного разведчика занимает несколько недель. Плюс их можно значительно усиливать за счёт кормёжки. Вместо банальных грызунов давать других птиц, в том числе относительно сильных, что приводит к ускоренному росту параметров.
Один раз я с куда меньшими «воздушными силами» оставил Тхат почти без «крыльев». И сейчас не вижу преград к тому, чтобы провернуть то же самое с разведкой армии четырёх кланов.
Странно, что до меня никто до такого не додумывался. Правда, для этого желательно уметь вычислять в небесах именно «управляемых» птиц. У меня такой боец был, и, зная, каким образом он получил столь оригинальный навык, я сумел открыть его ещё у нескольких разведчиков. Ради этого пришлось загрузить их Баланс Мерой ПОРЯДКА в ущерб иным показателям, но оно того стоило.