Зажигая погасшие звёзды

— И как долго они там учатся?

— Примерно лет до двадцати пяти. Нет чёткого срока. Взрослые, их родители и учителя решают, когда они готовы.

— А зачем родителям быть там?

— Родители участвуют в обучении, выступая в роли ассистентов учителей и непосредственных наставников своих же детей. От учителя зависит многое. Хороший учитель, это настоящая находка. Вот Егор очень хороший учитель, поэтому он сейчас в школе. Однако во время обучения у ребёнка не должно оставаться никаких неясных вопросов, именно за это отвечают родители. Да и просто побыть со своим ребёнком, пока он взрослеет, это должно быть приятно для родителей, — последнюю фразу Марк произнёс не слишком уверенно, ведь из своего опыта он этого не знал.

— Так выходит, что всё это время родители ничем не занимаются, кроме своих детей? Не слишком ли расточительная трата времени?

— Ты не поняла, — Марк был настолько серьёзен, что даже остановился на мгновение, — воспитание нового члена общества, нашего нового товарища, с которым нам всем идти в будущее, это очень серьёзная задача. На мой взгляд, это самая серьёзная задача, на которую не жалко никаких усилий. Поэтому мы относимся к школе максимально ответственно.

Таис вначале удивилась такому объяснению, потом, хорошо поразмыслив, поняла, что ничего удивительного в этом нет и всё в высшей степени целесообразно. Удивительно было лишь то, что в прежние времена так думали не все и не всегда.

Тем временем, они прошли уже половину пути к центру города. Здесь дома были всё ещё такие же высокие, но дальше было видно, что они постепенно уменьшаются. Внезапно инком Марка мигнул оранжевым цветом. Марк открыл сообщение, быстро глянул в него и потащил Таис за руку, куда-то в сторону.

— Пойдём, кому-то нужна помощь. Мы ближе всех.

Они подошли к неприметной кабинке лифта на обочине дороги и спустились вниз, под поверхность земли. Выйдя из лифта, они оказались в большом тоннеле, освещённом цепочкой ламп под потолком. Таис даже не догадывалась, что под городом скрывается целая сеть таких широких тоннелей, по которым движутся огромные механизмы. Язык не поворачивался назвать их колесницами, они были во много раз больше, и без лошадей.

— Это грузовики. Самоходные машины, которые развозят припасы по домам. В каждом доме в подвале есть погрузочно-разгрузочный док, вот там они причаливают и разгружаются. Их специально упрятали под землю, чтобы они не мешали людям. У одного из них как раз сейчас возникла проблема, мы оказались ближе всего.

Отойдя немного в сторону от лифта, они увидели аварийный карман, в котором стоял один такой грузовик, а рядом с ним парень, пытавшийся его починить.

— Привет! Я Марк, а это Таис, — представил их Марк, — нужна помощь?

— Привет! Я Игорь. Хорошо, что вы рядом были. Этот грузовик подал аварийный сигнал. Я дежурный по транспорту на этом участке сегодня. Примчался на место, думал быстро починю, но пока не выходит. Пока я буду разбираться, вызови, пожалуйста резервный грузовик, грузы не доставлены ещё.

— Понял! Занимайся тут, мы сейчас всё сделаем.

Марк подключил свой инком к сети грузовика и через неё к транспортной сети.

— Смотри, — объяснял он Таис свои действия настолько просто, чтобы она могла понять, — сейчас мы вызовем резервный грузовик, надеюсь, он недалеко отсюда. А потом перегрузим на него контейнер.

Резервный грузовик прибыл примерно через пять минут и остановился прямо сразу за аварийным. Он был точно такой же, но за кабиной было пусто. Марк достал из кабины плоский бортовой компьютер и принялся управлять машиной. Вначале он заставил кабину опуститься вперёд-вниз, так, что она образовала одну плоскость с грузовой площадкой. Дальше он медленно подогнал машину вплотную к первому грузовику. Салазки, по которым двигался грузовой контейнер совпали, и он дал команду на перемещение груза. Контейнер съехал с передней машины и двинулся назад. Вот он уже доехал до конца и встал на фиксаторы. Кабина снова поднялась, операция перегрузки была закончена. Марк переместил накладную на груз в компьютер новой машины и вставил его в кабину. Грузовик медленно отъехал назад и вывернув большие толстые колёса выехал на дорогу. Через пару мгновений он скрылся за поворотом тоннеля.

— Игорь, мы закончили. Что у тебя?

— Заклинило тормоза на среднем мосту. Была опасность возгорания. На месте не получается починить. Я сейчас подниму средний мост и поеду на рембазу. Там буду снимать и ремонтировать. А у вас как?

— Ну будет опоздание груза минут на двадцать девять.

— Мда. Нехорошо. Впрочем, не смертельно.

— Что, неужели настолько всё плохо? — Таис удивилась упоминанию смертельной опасности.

— Нет, Игорь шутит, — успокоил её Марк.

— Вновь возрождённая? — понял Игорь. — Не переживай, просто у нас точность имеет значение. Сегодня этот грузовик выбил поставки в дом из графика. Большинство даже не заметит, но так быть не должно, верно ведь? Гуляете?

— Да, первый выход в город сегодня.

— Тогда приятной вам прогулки и спасибо вам за помощь! Марк, пока! Таис, рад встрече и приятно было познакомиться!

Они снова дошли до лифта и поднялись на поверхность, к солнцу.

Сейчас Таис уже обращала внимание больше на людей, а не на здания, которых она увидела уже достаточно. И люди показались ей даже более интересными. Что её больше всего удивило, так это разнообразие одеяний. Если с мужчинами всё было более или менее одинаково, как правило брюки или шорты и рубашки-безрукавки на летнюю погоду, то по женщинам невозможно было понять, какая сейчас мода. Она не смогла увидеть двух похожих платьев, одинаковых фасонов или расцветок.

— Почему всё так отличается? Разве нет единого стиля?

— А зачем он? Сейчас нет понятия моды, как таковой. Одевайся как хочешь. Единственное пожелание — это должно быть красиво. Что само по себе подразумевает так же удобство.

— Ну нет же. Может быть красиво, но неудобно.

— Ха! Тогда это называется другим словом — нелепость.

Тем временем они уже вошли в район, где высотных домов не было вовсе. Зато местные дома были хоть и маленькие, но расположены вплотную друг к другу. Изменилась даже дорога под ногами, в какой-то момент они уже шли по брусчатке. Таис показалось, что даже люди здесь изменились.

— Не удивляйся. Мы вошли в исторический центр. Тут очень старые дома, некоторым больше тысячи лет. Мы специально оставляем такие районы. Везёт тому городу, у которого есть такой исторический центр, есть чем похвастаться. Можно посмотреть, как жили люди в давние времена. Или даже можно вспомнить свою молодость, многие вновь-возрождённые ведь и жили в таких районах.

Тем временем они оставили по левую руку странное большое сооружение с блестящими золотыми куполами на самом верху и вошли в район, где ряд домов, прилепленных друг к другу, выглядел как украшенные разноцветным кремом тортики.

— А здесь люди тоже живут?

— Да. Тут тоже можно поселиться. Но есть ряд условий. Здесь нельзя переделывать дома, можно только восстанавливать в первоначальном облике. Здесь нет лётных палуб на домах, вместо них установили причальные башни, — Марк показал на одну такую. Это была очень высокая стрела, на которую через равные промежутки были нанизаны широкие круглые площадки. С них взлетали и на них садились городские челноки, а лифты в центральной части доставляли людей наверх к площадкам и вниз на землю.

— А люди, здесь живущие, и сами зачастую входят в роль и одеваются по моде прошлых времён. Тогда район и вовсе кажется пришедшим из прошлого.

Они ещё немного побродили по району, посворачивали в узкие улочки. Хотя на самом деле, это теперь они казались узкими, но по сравнению с Афинами они были очень даже широкими. Вскоре они вышли на площадь, за которой никаких домов уже видно не было, за невысокими кустарниками и редким рядом деревьев было видно голубое, изредка украшенное белыми облаками небо.

— Ну что, устала? — спросил Марк.

— Вовсе нет! — попыталась возразить Таис.

— Ну не обманывай, мы гуляем уже больше пяти часов, — мягко упрекнул её ментор.

— Ах, ну да, есть немного, — всё-таки согласилась она.

— Тогда пойдём, сделаем перерыв, — и он повёл её через площадь. Пройдя под зелёными арками из плетущихся растений они оказались на небольшой площадке и Таис ахнула, настолько шикарный вид открывался отсюда. Эта площадка располагалась на краю очень высокого берега, тянущегося вдоль широкой реки. А на противоположном, более низком берегу был виден город. Он так же начинался у реки районом из маленьких домов и продолжался дальше, сколько можно было видеть, такими же домами-башнями, в каком жили и они.

Марк усадил её за столик возле самого края площадки, у ограждения.

— Я закажу тебе мороженое, будешь?

— Ага, давай! — Таис почти не обратила внимания на его слова. Она уселась на стул и облокотилась на ограждение. Отсюда было видно всё, как внизу, на реке, так и дальше, на той стороне города.

Робот уже привёз мороженое, а Таис всё так же сидела, зачарованно рассматривая окрестности во всех деталях. Справа внизу снова виднелись странные здания с куполами из золота. Ещё дальше виднелась огромная статуя, напоминающая Колосса, видимо местный маяк. На реке была масса кораблей разных размеров и совершенно диковинных форм. А ещё были совсем уж маленькие лодки, а ещё люди каким-то образом перемещались на совсем маленьких досках, причём очень быстро перемещались.

— А где же вёсла? Как они гребут?

— Подводными гребными винтами, водомётами, да ещё масса всяких способов, вместо вёсел, — улыбнулся Марк, — бери мороженое, не то оно скоро растает, будет невкусно.

— Хорошо-хорошо! — отвечала эллинка, не поворачиваясь и продолжая наблюдать за рекой.

— Понравилась река?

— Да!

— Скажи, а что на сегодняшней прогулке показалось тебе наиболее интересным?

— Люди! — Таис повернулась, наконец к нему и уселась поудобней, принимаясь за мороженое.

— Правда? А почему?

— Как же ты не понимаешь?

— Объясни.

— Мы сегодня видели огромное количество людей. Они все разные. По-разному одеваются, разные причёски. Но они же все молодые! На вид каждому двадцать пять, максимум тридцать лет. Редко я видела мужчину, по которому можно было бы сказать, что ему уже сильно за тридцать, правда выглядит он при этом очень энергично. Ни одного мужчины с большим животом, что было бы вполне нормально в моём городе для вельмож или богатеев. Ни одной старой или толстой женщины. И все женщины, которых мы сегодня видели, очень симпатичные. Ладно, про некоторых можно было бы сказать, что они не красавицы, но при этом довольно милые и приятные. Как им так удаётся?

— Ну мы же тебе говорили, что современный человек может управлять своим телом полностью. Чтобы понять все процессы нашего тела, нам пришлось привлечь всю мощь науки. Потом большое количество энтузиастов пыталось разными способами понять, как с этим можно работать и как им управлять и в конце концов мы научились вначале чувствовать своё тело, затем управлять даже такими процессами, которые раньше были нам недоступны. Например, частотой сердечного ритма или температурой тела. Теперь, регулируя температуру, можно не бояться сильных холодов и не страдать от невыносимой жары.

— Почему, если это всё возможно, люди не могли пользоваться этим раньше?

— Природой намеренно были установлены предохранители внутри нас. Пока мы не умеем и не знаем, лучше не лезть туда, где можно всё сломать. Например, если вмешаться в естественный процесс дыхания и перевести его из безусловного рефлекса в условный, человек не сможет дышать ночью, когда сознание его спит и управлять дыханием больше не может. Человек начнёт задыхаться. Вынужденная бессонница и невозможность дышать во сне могут довести несчастного до смерти. Вот во избежание таких печальных случаев природа ограничила наше умение управлять телом. Это всё равно, как если бы, не зная ничего об электричестве, попытаться отремонтировать промышленный генератор на ходу. В лучшем случае он сгорит, в худшем — убьёт тебя. Поэтому мы приступим к твоему обучению по управлению телом очень осторожно. Но не переживай, Эвелин разбирается в этом как никто, она уже многих научила.

— Так, а что же даёт такое умение? Ну вот я научилась управлять сердцем, что дальше?

— О, нет, это был просто пример. А теперь представь, что ты можешь управлять ростом и обменом веществ в твоих клетках? Ты можешь ускорить или замедлить процессы. Ты можешь заставить свои клетки обновиться, так что на следующий день ты будешь моложе, чем была вчера.

— Зачем? Я не хочу моложе!

— Кушай мороженое, а то оно почти растаяло. Это я как пример привёл. Обычно мы заставляем клетки просто обновиться, так что возраст для нас как бы останавливается. Мы постоянно такие, как сейчас, никто не стареет. Это происходит во сне, даёшь телу команду на обновление и ложишься спать. Но и это ещё не всё. Можно изменять внешность, установив себе в качестве образца желаемый образ. Происходит это довольно медленно, несколько месяцев или больше. Но так получается устранять недостатки в своём облике, которые тебе раньше не нравились. Я сейчас не про тебя говорю! У тебя внешность не имеет недостатков, я про других женщин.

— Так уж и не имеет? — подозрительно посмотрела она на него.

— Я имел в виду… Ну, это… Я хотел сказать, — Марк заметно покраснел, — не перебивай, ладно? — вышел он из положения.

— Ладно, — согласилась Таис, зачерпнув мороженое ложечкой.

— В общем и целом вот так и получается, некрасивых нет. Если у барышни был нос картошкой или раздвоенная губа или слишком густые и непослушные брови, это небольшой недостаток, который убирается за пару месяцев. Помнишь, мы рассказывали тебе про нулевой клон, если вдруг понадобится воссоздать тело человека неточно, без биологического материала?

— Да, это же для Александра может понадобиться?

— Именно. Вот в этом случае, после перехода в хомо имморталис, человек сам изменяет своё тело, на привычное ему, такое, как было в первой жизни. Но на это требуется время, порой аж до одного года. Вот почему важно добыть биологический материал. Это потеря времени.

— Теперь ясно. А вот ещё что! Я вот только что подумала, ведь мы за всю прогулку не видели ни одного калеки, инвалида, попрошайки. В Афинах они были ну почти на каждом шагу.

— Да где же им взяться, — искренне удивился Марк, — после тяжёлой аварии, даже если человек потерял руку или ногу, он может вырастить её, ну примерно, месяцев за девять, полностью. Когда мы тебе говорили, что тебе пока нельзя в космос, мы это и имели в виду. Там, без земной атмосферы, которая нас защищает здесь, человек подвергается постоянному радиоактивному облучению. Маленькие частицы, и даже части атомов пронзают тело человека, разбивая клетки и структуру ДНК. За один день ничего не заметишь, но если ты находишься там долго, или пролетаешь через области с высокой радиацией, то повреждения становятся необратимы, вызывая мучительную болезнь. Мы не собираемся подвергать тебя такой опасности. Зато нам это ничем не грозит, за один сеанс сна мы полностью восстанавливаем всё то, что успела разрушить радиация.

— Здорово! — искренне восхитилась Таис. — Слушай, а я вот подумала. Сейчас…, подожди, я попробую задать вопрос правильно. Если тело человека восстанавливается быстрее, чем оно стареет, ну или с такой же скоростью, значит оно всегда такое, как вчера и позавчера, то есть оно никогда не станет старым и дряхлым, верно?

— Да.

— Это и есть ваш рецепт бессмертия? Вот так вот просто?

— Кто сказал просто? — Марк едва не подскочил на месте. — Огромное количество усилий пришлось предпринять людям, чтобы добиться такой «простоты». А теперь ты говоришь — просто.

— Ой, я совсем не это имела в виду. Я хочу лишь спросить, почему если это так… ладно, не просто, но логично и понятно. Почему природа, когда создавала человека, не вложила ему это умение сразу? Вот, я сформулировала это.

— Я думаю, в этом был свой, довольно мудрый замысел. Нельзя давать дар, который не ценится. Нельзя давать бессмертие дикарям. Им просто незачем будет стараться. Лишь только пройдя через горе и лишения люди поняли, что именно они хотят получить. Они начали ценить это ещё задолго до того, как обрели. И лишь после длительной и тяжелейшей истории лишений, после массы невероятных усилий, после поисков, разочарований и непрекращающихся попыток мы приобрели то, что больше нельзя назвать даром. Теперь это Приз. Величайший и самый драгоценный приз. Мы его обрели по праву и теперь мы предлагаем его всем вновь возрождённым.

Таис молча ковыряла ложечкой в вазочке с мороженым, глядя куда-то вдаль, через вазочку, через Марка. Такая мысль никогда не приходила ей в голову. Теперь уже по-другому взглянула она на её любимых олимпийских богов. Они ведь получили своё бессмертие сразу. Стали ли они мудры после этого? Вспоминая все похождения олимпийцев, неуёмную похоть Зевса, мстительность Аполлона, злобу и завистливость Геры и остальных богов, их постоянные мелочные интриги и дрязги, отдуваться за которые зачастую приходилось смертным людям, ответ приходил сам собой. Нет, нельзя этих назвать ни мудрыми, ни великими, ни справедливыми. Ужасно мелочными и недостойными казались они теперь, в сравнении с этими людьми, рядом с которыми теперь жила Таис. В сравнении со вчерашними смертными, силой своей несгибаемой воли ставшими бессмертными. Таис прощалась сейчас со всеми, ранее почитаемыми ею богами, они ей больше были не нужны.

— Слушай, ну мороженое совсем уж растаяло. Оно теперь невкусное. Давай, я закажу лучше молочный коктейль. И себе тоже, обожаю молочные коктейли, — Марк открыл электронное меню и заказал два коктейля.

Таис смотрела как в киоске открылось окошко, робот взял их заказ и погрузив на свою тележку, двинулся к ним. Вдруг что-то необычное привлекло её взор, что-то, что никак не гармонировало с тихой красотой этого места.

— Марк, что это? — в её голосе послышался испуг, удивление и даже страх. Она кивнула куда-то в сторону, и Марк увидел их — дряхлая старуха подходила к дальнему от них столику. Она была вполне прилично одета и выглядела благополучно и ухожено, но всё же это была старуха. Её вели под руки двое молодых людей, парень и девушка, видимо её родственники, может быть дети. На их лицах явственно читалась усталость. Нет, не физическая, они были молоды и сильны. Это была усталость другого рода.

— Ну что ж, смотри Таис, смотри. Эх, я очень не хотел, чтобы ты сейчас это увидела, но раз уж так случилось, что же теперь поделаешь.

— Кто это, Марк? Она выглядит…, я не знаю…, она выглядит как-то чужеродно здесь.

— Я не знаком с этой конкретной женщиной. Но такое, к сожалению, иногда происходит. Вспомни, в твоё время ведь тоже были такие люди, которые совсем не хотели ничего делать сами. Пользуясь своим умением манипулировать людьми, они заставляли других делать всё за себя. Эта привычка прочно входила в их натуру, так что они даже гордились тем, что умеют жить за счёт других, не прикладывая при этом никаких личных усилий. Так можно было раньше. Здесь эта привычка сыграла с ними злую шутку. Очень редко, но так случается, что они не в состоянии пройти обучение и перейти в хомо имморталис. Они всё ждут, что кто-то сделает это за них. Но это невозможно. Процесс инициации в Кольцо Разума глубоко личный. Помочь можно только направив человека по нужному пути, пройти этот путь он должен сам. Она не смогла.

— Что же теперь с ней будет? — с ужасом спросила Таис. Она уже почти свыклась с мыслью, что в этом мире люди не умирают.

— Она проживёт долгую жизнь. Не могу сказать, насколько счастливой будет такая жизнь. Она же видит вокруг себя молодых и энергичных людей. Она знает, что все, с кем она знакомится, не стареют, в отличие от неё. Но глупая привычка получать всё за счёт других не позволяет ей пройти тот же путь. Она злится, считает, что её обманывают, требует, чтобы ей дали специальную волшебную таблетку, которая сделает её такой же как все. Но такой таблетки нет. Наши психологи придумали несколько приёмов, чтобы вырвать подобных манипуляторов из их порочного круга. К сожалению, случаются проколы, эти приёмы срабатывают не всегда и результат ты видишь сейчас перед собой. Она превращает жизнь родственников в ад. В отведённое ей время она умрёт и её похоронят. Поплачут, конечно, но её душу отодвинут в самый дальний конец очереди, может быть когда-то придумают способы и для подобных тяжёлых случаев. Но не сейчас.

Марк отпил через трубочку свой коктейль, подождал немного, потом снова заговорил:

— Не смотри пожалуйста туда так пристально, это неприлично. Кроме того, такие люди бывают чересчур агрессивны без видимой причины. Попробуй уже свой коктейль, зря что ли я заказал? — он пододвинул к ней её бокал. — И не думай глупостей. Я знаю, о чём ты сейчас подумала.

— Ни о чём, — соврала Таис.

— Не обманывай, я же вижу. Не надо сравнивать себя с этой персоной, ты совсем не такая.

— Правда?

— Абсолютно. Не веришь мне — спроси Эвелин. Мы оба очень довольны тобой. Мы в тебе ничуть не сомневаемся, и ты не должна. Поняла?

— Поняла.

— Ну что, отдохнула? Будем потихоньку возвращаться или ещё хочешь погулять?

— Ну можно уже и домой, — она хоть и посидела, дав отдых ногам, но долгая прогулка всё же утомила её.

— Тогда давай доберёмся домой на аэротакси.

Они дошли до лётной башни и поднялись на лифте на площадку. Стоя за ограждением, они дождались, когда рядом с ними приземлился небольшой двухместный городской шаттл. Он был зелёного цвета с синей полосой по низу и с надписью на носу крупным шрифтом: «Марк».

— Ой, смотри, на нём твоё имя написано!

— Конечно. Как бы мы узнали, что это за нами? — ответил Марк, помогая ей войти внутрь. — Я заказал аэротакси, значит прибывая по вызову, оно меняет цвет, на привычный для меня и пишет моё имя. Удобно же, правда?

На обратном пути она снова смотрела сверху на город и на улицу, по которой они гуляли и этот город уже не казался ей таким уж незнакомым, как в первый раз. Эвелин дома ещё не было, но как раз к ужину она появилась.

— Ну что, как ваша прогулка? Таис, тебе понравилось?

— Я очень довольна, но немножечко устала. А ты как провела день?

— Вы знаете, у Ольги ещё не было детей, Мириам это её первенец и она очень неопытная мамочка. Придётся мне её навещать, научить, подсказать и всё такое.

— А я что тебе говорил, — смеясь, обратился Марк к Таис. Она тоже засмеялась.

— Что? Что смешного я сейчас сказала? — недоумевала Эвелин.

— Скажи прямо — нашла малышку и теперь будешь с ней нянчиться в своё удовольствие.

— Ну Марк, — Эвелин поняла, что её раскусили, — я же только в свободное время буду, когда вы заняты.