Между двумя столбами

– Душа! Почему не в строю?!

Тео обернулся и столкнулся нос к носу со строгой душой в форме.

– Отлыниваем? – гаркнула она. – Быстро в строй! – и Тео не успел даже пикнуть, как его толкнули в сторону шеренги из других душ. Решив не искушать судьбу, Тео зашагал вместе с толпой, думая, что когда они ослабят бдительность, он ускользнет.

Их провели мимо казарм – двухэтажных коробок с покатыми крышами, удивительно обыденными на фоне общей вычурности чертога – прямо на огромное тренировочное поле.

– Поживее, поживее, не спите на ходу, вам больше не нужно! – подгоняла их душа. – Строимся в три ряда, друг другу не мешаем.

На беду, Тео угораздило попасть прямо в середину, во второй ряд. Когда построение закончилось, душа ушла, а из одной из казарм вышел низкорослый бородатый мужчина, сурово прошел впереди строя и прогудел:

– Я капитан Зактери! Вы все здесь, чтобы либо научиться сражаться, либо повторить то, что вы забыли. Кто из Сна?! – закричал он. Пару людей подняли руки. – У вас другая программа. Георда, подхвати их, – высокая мускулистая женщина призывно махнула рукой и повела их за собой. – Кто только с первого суда своего подопечного? Дуриман, это твои! – и скучающий мужчина с большую частью людей отправился на другой край поля.

– А вы новички, со мной, – он откашлялся. – Поздравляю с прибытием в Подземный чертог. Все тут поняли, куда попали? Поняли, что это место станет вам домом на ближайшие века? И вы должны зарубить на... уже весьма метафизическом носу, – капитан усмехнулся, – что вы этот дом должны защищать! Даже сейчас, пока вы не стали полноценными членами общества и не привели новую душу в чертог, даже сейчас вы должны знать, как защитить себя.

Тео торопливо осмотрелся в поисках выхода. Но демоны окружили его столь плотно, что сильно не разбежишься, и во время пламенной речи капитана его мигом засекут. И Тео ничего не оставалось делать, как смириться.

Интересно, как демоны сражаются, похоже ли на ангелов?

– А что, ангелы нападают? – раздался испуганный голос. Зактери недовольно оглядел строй.

– Молчать! Нет, не нападают. Мы живем в своих Чертогах и друг друга не трогаем. Иногда ангелы спускаются в Подземный чертог, но обычно они не агрессивные, либо знакомых встречают, либо шпионят по мелочи. Но не забывайте, демоны, – он величественно поднял голову, – мы все готовимся к великому моменту, к моменту, который решит судьбу всего мира. Мы готовимся к битве, ко Второму суду! Мы будем готовиться к нему год и век, тысячелетие и эру, так что не расслабляемся!

Зактери удовлетворенно кивнул и продолжил своим трубным голосом:

– Итак. Задам вам вопрос. Ты, – ткнул он пальцем в кого-то в первом ряду, – отвечай! Что есть суть «демон» или «ангел»? Я, ты, твой бывший ангел-хранитель, что тебя завалил на суде?

– Э… – бедолага аж замялся. – Мертвецы?

– Неверно! Прежде всего мы души. Чем наделил Бог душу?

– Бессмертием?

– Верно, – и Зактери отошел от демона и обратился ко всем: – Душу нельзя убить. По крайней мере, нашими средствами.

– А что, есть способ? – с любопытством спросила демоница прямо рядом с Тео.

– Гласят легенды, что мечи и копья исконных ангелов и демонов могли уничтожить человеческую душу. Но в целом виде их не осталось, только осколки в Долине Последней битвы, – отчеканил Зактери. – Осколки такой силой не обладают. Поверьте, мы проверили, – Тео вздрогнул от простоты, с какой демон сказал эти жуткие слова. – А если бы даже и обладали, достать даже их сложно, они слишком хрупкие. Так что нет, это не наш вариант. Убить не получится. Основное наше оружие – боль и воспоминание о боли. Аритмий, подойди, – подозвал он мужчину, стоявшего у двери казармы. – Это Аритмий, и на нем я буду показывать все приемы, – тот поклонился и встал напротив Зактери.

– Итак, основное оружие – иллюзия огня, – Зактери вскинул руку, и пульсирующий черный огонь вспыхнул в ладони. Зактери легонько обхватил его в руках, как ручного зверька. – Мы создаем его из желания причинить зло. Из желания уничтожить. Из нашего желания проклясть – поэтому мы называем этот огонь проклятием.

«Из желания уничтожить зло. Из желания победить… из божьего благословения» – в голове Тео раздался голос светозарного лектора из Небесного чертога.

– Ваши эмоции – это топливо. Представьте себе того, кого вы ненавидите. Представьте черное пламя, адское пламя, что искрой попала в его вену и сжигает его изнутри.

«Белое пламя. Представьте грешника – представьте очищающий огонь, который сжигает все грехи, все греховные воспоминания»

Тео помотал головой, точно мог сбросить с себя эти досужие сравнения.

– Сами пламя боль не вызывает: только воспоминание, идею о боли, которую могло перенести тело. Само по себе пламя только слепит. Огонь питается вашим желанием навредить – чем больше желание, тем живее воспоминание. Очень важна концентрация, так что не отвлекаемся! При удачном раскладе можно заставить душу поверить в боль, которую она никогда не испытывала. Но в основном, конечно, вы просто вызовите что-то из прошлого противника.

Неожиданно Зактери бросил, как теннисный мяч, шар огня прямо в своего партнера. Тот, поймав пламя грудью, скорчился, потянулся к земле, едва устояв на ногах. Его лицо исказилось. По ряду прошел вздох – испуганный и возбужденный. Кто отвернулся, кто чуть не прыгал, лишь бы получше разглядеть. Тео вжал голову в плечи.

– Что вспомнил? – спросил у Аритмия Зактери. Тот криво усмехнулся:

– Ташридский плен.

Зактери улыбнулся и обернулся к строю.

– Создайте огонь. Каждый – отойдите чуть друг от друга, чтобы не мешать. Ну же, расступитесь друг от друга, вы же демоны, индивидуализм – наш порок. Поживее, поживее. Аритмий, помоги тем, у кого не получается.

– Ну что тормозишь? – буркнул демон по соседству, когда Тео встал столбом.

«Черт, черт, черт!» – Тео заметался, пытаясь найти выход.

– Эй, что испугался? – но его мельтешения только привлекли внимания Аритмия. – Не бойся, давай тогда с тебя и начнем.

«Мне конец», – отчаянно подумал Тео, смотря в улыбавшееся лицо своей гибели.

– Давай, вытяни руку вперед. Вот так, ага, – Тео послушно выполнил приказ. – И представь черно-черное пламя, которое у тебя должно собраться, из всех твоих мыслей и всех желаний.

«Только не белое пламя, только не белое пламя!»

Рука оставалось пустой.

– Вспомни своего самого главного врага. Представь, как он горит и корчится от боли.

Враг? Но кто враг Теофила Марьениса? Стонфред? Но он и не особо походил на врага – так, соперник. Тот напавший демон? Да Тео даже не знает, кто он такой!

Или ее врагов?..

– Ну давай, парень, не стесняйся, – «подбодрил» его демон.

Госпожа Каритта Неей? Но ее следы давно зажили.

Массер?.. Но он всегда был свят.

Но Тео представил ее. Он представил, как она сгорает. Представил, что она по правду должна была быть среди этих грязных существ.

«Черный огонь, черный огонь...»

– Ну вот! Все как надо. Неплохо для новичка!

Совсем не то, что он ждал услышать. Тео осторожно открыл глаза и оторопел.

Черное пламя извивалось, пластичное и невесомое, готовое принять любую форму, готовое к любому полету. Готовое услышать его весть и донести ее всему чертогу, готовое удариться об грудь врага и напомнить тому о всем, что так старательно забывал.

– Так, давай с тобой… – и Аритмий обернулся к следующему в ряду. Стоило ему отойти, как Тео бросил огонь себе под ноги и для верности растоптал его. Соседка недовольно посмотрела на него:

– Дурак, – процедила она сквозь зубы.

Тео панически тер ладони друг об друга. Он не демон. Она протиснулась в щель уже закрывавшихся врат, но все же попала в Небесный чертог. Она не могла создавать тьму. Ей же дали право создавать свет?

– Все сделали? – спросил Зактери у Аритмия.

– У парочки не получается.

– Так, у кого не получается – после общего занятия останетесь, Аритмий с вами позанимается. Скажу последнее на сегодня – и мы примемся за практику. Огонь принимает ту форму, которую вы ему прикажите. Какой вы его представите. Некоторые души предпочитают давать ему форму оружия, – Зактери крутанул рукой, и в его ладони заблестел кинжал с серебристой ручкой. – Это тот же огонь, вы делаете с ним ровно то же, что и с обычным пламенем, – и он резко швырнул кинжал в сторону Аритмия, от чего тот уклонился, а кинжал, воткнувшись в землю, тут же распался на сотни пылинок. – Дополнительных способностей не дает, но! Если вы в жизни были отличным фехтовальщиком, стрелком – это поможет вам лучше обращаться с иллюзией. Те, кому важно ощущать что-то в руке, тоже возьмите на заметку. На сегодня все! А теперь к практике.

«Да черт»

– Мы сейчас вас поделим на пары. Вы потренируетесь создавать огонь и управлять им. Аритмий, займись. Сразу предупреждаю – не перебарщивать! Ваша задача – причинить небольшую боль. Кто захочет расковырять глубокие душевные раны или вымотать так, что отправить в Сон – выгоню взашей. Мы, в конце концов, не с ангелами сейчас сражаемся, уважение к сородичам проявите!

Тео поставили в пару с девушкой, которая назвала его дураком. Она оглядела его скептично-раздосадованным взглядом. Как ему уйти от этого безумия? Один раз черный огонь он сотворил – но получится ли второй?

И не станет ли он демоном из-за этого?..

– На раз, два, три – те, которые по этой стороне, – Зактери рукой обвел левую колонну, в которой находилась девушка, – использует огонь. Вы же, – они кивнул на правую шеренгу, где стоял Тео, – уклоняетесь по возможности. Блокировки будем учить в следующий раз.

«Странный у вас учебный план!», – панически подумал Тео.

– Раз…

Девушка недобро ухмыльнулась.

– Два…

Тео лихорадочно мотал головой туда-сюда.

– Три!

И не успел Тео подумать, как мощный удар сбил его с ног.

На его спине открылись старые рубцы – не его рубцы – от палки.

«И чего ты добилась, переча Неей? Боже, твоя спина! Кровавое месиво, а не спина добронравной девушки!» – Неретта – хоть и демоница – звучала иногда прямо как Алжетта.

– Ну как? – весело отозвалась противница, едва вклинившись в поток воспоминаний о боли. Тео с яростью уставился на нее. – Не обижайся, сейчас отплатишь. Встать сможешь?

Тео молча поднялся. Девушка развела руки:

– Давай, приму на себя все, что только можешь дать!

– Ты уклоняться должна, – прошипел Тео. Какую подлую игру она затеяла?

– Я хочу себе кое о чем напомнить.

Тео мрачно хмыкнул. Хочет боли? Будет боль!

Все желание мести, всю ненависть ко греху и людям, его разносчикам, его носителям – все воплотилось в черном гладком, как галька, осколке стекла. Тео швырнул осколок прямо в нее. Она схватилась за голову, куда пришелся удар, согнулась в три погибели, ее лицо искрилось от боли. Злорадство мигом испарилось, уступив место ужасу перед содеянным.

– Эй, ты как? – поспешил к ней Тео.

– Ух… Спасибо, что напомнил, почему я ненавижу своего бывшего.

– Прости, пожалуйста, – взволнованный Тео помог ей встать. Она махнула рукой.

– Да ты в чем-то виноват…

Тео отвел взгляд.

– Я не хотел… – он запнулся. Но он ведь хотел. И он ведь должен хотеть?..

– С такой совестливостью ты точно не ошибся чертогом? – усмехнулась девушка без всякой обиды. – Хотя, судя по моему бывшему, там еще те садисты живут.

У Тео не нашлось смелости спросить, что такого сделал ее бывший.

– Нам всегда есть, за что попасть в ад, – лишь туманно ответил он.

– А ты философ. Ох, – она размяла шею.

– Так, все обменялись хотя бы по разу? – раздался зычный голос Зактери. – Кому прилетало – сами виноваты, я же говорил уклоняться. Давайте-давайте, еще по разу, ну же, уклоняться на Втором суде учиться времени не будет!

– Я пока пас, – девушка махнула рукой и отошла отдыхать. Тео поспешил скрыться из поля зрения Зактери и Аритмия. Еще дадут ему другого партнера для спарринга. А он и так безбожно задержался. И ради чего? Чтобы с демонами подраться?

Тео внимательно осмотрелся вокруг, ища выход с поля, и его внимание тут же привлек лысый с татуировками на лице мужчина в расшитой загадочными узорами рубахе. Тот торопливо открыл калитку, поспешил к Зактери и что-то ему зашептал. Зактери нахмурился и что-то уточнил. Тео уже хотел поспешить к выходу, но что-то заставило его выждать – и вовремя:

– Не отлынивать, я скоро вернусь, – обратился к ним Зактери и ушел за мужчиной с поля. Демоны, надо сказать, послушанием не отличились: кто болтал, кто просто круги наворачивал вокруг. Только пару-тройку демонов честно кидали друг в друга огни и наводили проклятия друг на друга. Тео, воспользовавшись безразличным хаосом вокруг, прошмыгнул в калитку и поспешил к башне Тирвения.

К его ужасу, Зактери и мужчина шли тут же. Прямо у башни их уже ждал еще один мужчина. Тео встал на отдалении, не зная, куда ему спрятаться, надеясь, что они скоро уйдут. Но донесшиеся до него первые слова Зактери как ударили его по голове:

– Ну что? -– сварливо бросил Зактери. – Как вы умудрились потерять императора нашего, да спасет его гиена, да сгниет он в геенне? Юнсума, в чем сыр-бор?

Императора? Они про Тирвения?

– Мы никак не можем его найти, – отозвался приведший Зактери мужчина. – Ни следа. Никто на Полигоне не видел Тирвения?

– Я его не видел. И не слышал, чтобы кто-то жаловался на его появление. Он не у Верховного демона?

Тео взволнованно прислушался. Тирвения нет в его башне?

– Он всегда оставляет запись на двери, что он ушел к Верховному. За все тысячи лет безукоризненно. Я боюсь, его увели силой.

– Тирвения? Силой? – загоготал Зактери. – Да не в жизнь! Глупцов, которые бы попытались такое провернуть, не сыскать в Чертоге. А уж тех, кому бы удалось – и представить боюсь.

Боясь потерять хоть слово, боясь не расслышать, боясь неправильно понять, Тео приблизился, но в голове шумело и стучало главное: Тирвения нет в башне, Тирвения нет на Полигоне, и его приближенные не знают, где он.

Что ему тогда делать? Куда идти?! У него был единственный ориентир, и теперь он не понимал, что делать. Он один, посреди врагов, он не знает, кому доверять!

– Думаю я, то ангелов козни, – внезапная фраза до того молчавшего второго мужчины совсем подкосила Тео. – Кому хватило бы иначе силы и злобы украсть Тирвения?

– Ну резон тут есть, – с сомнением буркнул Зактери. – Но мотива нет. Ерманий, есть доказательства или тебя опять заклинило на теориях заговора?

– Уверена Фабия, что видела светлое присутствие в башне.

Ангел?!

– Эй, кто там?! – внезапно крикнул Юнсума – и посмотрел прямо на Тео. – Эй!

«Черт, черт, черт!»

Тео сделал шаг назад.

– Я... – что, признаться, довериться демонам?..

– Кто такой? Что услышал?! – взревел Зактери, стремительно направившись к Тео. Но что-то другое было быстрее его: черное пламя.

– Ерманий?!..

Инстинктивно Тео заслонил себя руками, и из памяти всплыли слова – слова защиты, слова молитвы, слова, которые он услышал в Небесном чертоге.

Удара не последовало. После тягучей секунды Тео с отчаянием понял: от удара его загородил белый щит.

– Это ангел! – завопил Ерманий. – Стой!

Не теряя ни секунды, Тео раздробил щит на сотню маленьких осколков. Не думая, не разбирая пути, он помчался прямо ко входу в башню. Страх отнял его разум, и старая цель, потерявшая смысл, застила ему мысли.

Он пробежал мимо какого-то идола или путевого знака. Мощный удар расколол тот на маленькие щепки, и Тео едва увернулся. В него летели камни и стрелы, черные, как смоль, черные, как души участвующих в погоне демонов.

– Что у вас так… А! – двери башни открылись, оттуда выглянула старая женщина в робе, и Тео, воспользовавшись случаем, оттолкнул ее и случайно отправил прямо под удар сбесившегося демона. Он прошмыгнул в приоткрытый проход и захлопнул дверь за собой. Последующее проклятие ударилось в дверь с громовым грохотом. Для надежности Тео иллюзией создал затвор и дал себе отдышаться.

– Фабия?!

– Ангельская гнусь, отвори врата! – двери задрожали как от тарана. Затворка покрылась трещинами. Тео замотал головой в поисках выхода. В зале других дверей не было – только вход на винтовую лестницу. Позади раздавались вопли демонов и грохот, и Тео поспешил на лестницу.

Нужно окно. Он сможет из него выброситься – и может, даже создать огонек и улететь отсюда!

Но вокруг – портреты людей при полном параде и гербы давних империй и стран, но вокруг – барельефы с чужими победами и поражениями, вокруг – факела с едва горящим огнями, и ни дверей, ни окон...

– Черт, – Тео остановился. Он загнал себя же в тупик!

Дверь в самом низу с грохотом открылась.

– Ну и где ты, ангел?! Спускайся, поговорим! – крикнул Юнсума, но тут же в Тео полетела черная стрела. – Ерманий, ну что ты делаешь?!

– Отомстим за Тирвения!

Оставив их пререкаться меж собой, Тео помчался наверх, выше, выше, дальше, дальше.

– Стой! – они сразу забыли свои разногласия и побежали за ним. Вслед посыпались стрелы, огни и иллюзорные препятствия, и Тео едва уклонялся от всего этого добра. Что ему делать? Взывать к милосердию и рассказать, что его привело? Этот Ерманий прирежет его раньше, чем Тео скажет хоть слово!

– А! – Тео словил собой один из снарядов, и боль пронзила душу насквозь. Голова закружилась, остатки реакции едва хватило, чтобы не получить стрелу в голову. Демоны неумолимо сокращали расстояние.

Но все резко изменилось.

Белый свет залил пространство, и в нем пропали и картины, и барельефы, и души демонов. Яркие огоньки вспыхивали, как искры, внутри черных щелей каменной кладки, сверкавшие нитки проносились вокруг, и пара из них прошили демонические души насквозь. Секунда – свет угас, и нити испарились, рассыпавшись в прах. Рядом с Тео мелькнул небольшой белый огонек и, как пуля, влетел в стену.

– Теофил!

Тео в ужасе обернулся на голос.

На одной из нижних ступеней, ниже демонов, стояла женщина, которую Тео даже на мгновение принял за Элейнару Дарф. Но ее же здесь быть не могло?..

– Прыгайте! – крикнула она ему. Он с сомнением посмотрел вниз. – Чего ждете, у вас даже костей сейчас нет!

– Кто это еще?! – закричал кто-то из демонов.

И пока демоны сбрасывали с себя морок и воспоминание о боли, Тео решился и с несолидным воплем кинулся прямо в проем. Он не понял, сколько так летел – казалось, целую вязкую вечность, но земля неумолимо приближалась – или, точнее, он к ней?

«Я разобьюсь!»

Но все замерло. Тео моргнул и оглянулся. Как на паутине, он повис на тонких светлых нитках, а женщина протягивала ему руку и что-то говорила – для ошалелого Тео все слова сливались в сплошную несуразицу. Он схватился за ее ладонь и позволил себя вытащить.

– Уходим! – приказала женщина.

– За ними! – напрасно кричали демоны.

Перешагнув ту бедолагу в робе, которую вышиб бешеный Ерманий, Тео и женщина выскочили из башни. Она тут же прошептала заклятие и кинула линию в небо.

Секундой позже они очутились на каком-то пустыре, среди старинных руин. Блаженная тишина, словно Подземный чертог, с его миллиардным населением, опустел в один миг. Тео рухнул на землю. Женщина щелкнула пальцами – и темно-серый образ посветлел. Ангел? Или обман?

– Наконец мы можем пообщаться, Теофил.

– Вы… следили за мной? Кто вы? – нашел он силы спросить.

– Инспектор полиции Миллента Варенна, к вашим услугам, – монотонно ответила она. – Прошу прощения. Стоило представиться раньше. Но не хотелось открывать все карты раньше необходимого.

«Что? Это имя…»

Тео вскочил на ноги и отшатнулся.

– Грубо, – отозвалась женщина, скрестив на груди руки. Когда молчание затянулась, она откашлялась.

– Теофил Марьенис? Я ведь пришла к правильному человеку? Или как вы себя тут называете?

– Но… что вы тут делаете? – едва вымолвил Тео.

– Ха, – без смеха отозвалась она. – Помогаю.

Тео с опаской оглядел её. Женщина лет за сорок, не сильно высокая, с суровым выражением на морщинистом лице. Да, теперь понятен ужас Кары: эта женщина очень походила на Элейнару Дарф. Она была одетая в полицейскую форму, едва напоминавшую ту, что носил Стонфред. В ее руках сияла иллюзия пистолета.

– Как я могу знать, что вы и правда Миллента Варенна? Или что вы ангел? Или на чьей вы вообще стороне?

Она закатила глаза и тяжело вздохнула. Его сомнение это не развеяло.

– Я ценю в людях здоровую недоверчивость, но сейчас? Если бы ни я, вас сейчас бы демоны растерзали на месте. Считайте это удостоверением моей личности и доказательством моих намерений.

– Вы можете так вкрадываться в доверие, – с каждым словом Тео все меньше нравился тон этой души. Она вскинула бровь и хмыкнула:

– Душа не может принять облик не из своих жизней.

– Правда. Но я не знаю, как выглядит Миллента Варенна.

Она кивнула, признавая резон в его ответе.

– По всей видимости, мы никуда не сдвинемся, пока вы мне не поверите? Скажите мне тогда, как мне подтвердить свою личность и свое желание помочь? Могу поклясться всем святым, что было в моей жизни. Или рассказать про Небесный чертог, про уроки и прочую скукоту...

Тео опустил руки. Клятвы ничего не дадут – это только слова.

Она спокойно стояла перед ним, в ожидании его ответа. Возможно, благоразумным было бежать. Но Тео понимал, что одному ему не справиться. Он и так слишком много глупостей наделал. И может, правда это Миллента Варенна, что не хочет возвращение Дьявола. Особенно в виде Фен Ра.

В голове мелькнули слова Алжетты:

«Воспоминания – самое зыбкое и самое истинное в чертогах, единственное, что нельзя подделать»

– Покажи… покажите иллюзией свою смерть.

Она резко истончилась, серый сгусток побелел, глаза округлились, а рука сжалась.

– Ты… – в голосе зазвенел гнев. Тео, испугавшись эффекта собственных слов, хотел уж сдать назад, когда с громким «ну что ж, получай» она взмахнула руками – и руины вокруг них расплылись в неразборчивые кляксы.

***

Черно-белая дымка образовывала четкие фигуры и становилась теплее и цветнее. Комната. Гостиная? Диван, кресло, журнальный маленький стол, стеллаж во всю стену с книгами и пузатым телевизором посередине. На лежанке в углу спала большая бело-рыжая собака – гончая? борзая?

Ошалевший от внезапных красок, Тео растерянно поднял голову, и перед ним женщина – она! только в форме тускло-зеленого цвета – сидела на тумбе и крутила циферблат такого древнего городского телефона.

– Симона, – начала она и тут же замолчала. – Да. Она у тебя?

Варенна издала вздох облегчения.

– Хорошо. Сможешь принять на ночь? Пока мы обе не остыли… Что? – в голосе прозвенело раздражение. – Она должна была это услышать! Может, я погорячилась, но... – на той стороне трубки её отчетливо выговаривали. – Да. Я виновата, что я не успела предупредить, что задержусь. Но почему, вместо того, чтоб попробовать позвонить хотя бы в участок, она позвонила Ральфу?!

Опять молчание.

– У него грипп, утром температура была около тридцати восьми! Я благодарна богу, что он в таком состоянии не врезался в фонарный столб! Врач сказал – постельный режим, и Эли об этом прекрасно знает, – она снова замолчала. – Да я бы Ральфу тоже все высказала, но он теперь лежит в бессознанке, и теперь у него все сорок! Симона, перестань ей потакать. Она моя дочь, её воспитываем я и Ральф…

Раздался звонок в дверь.

– Повеси немного на проводе, в дверь звон…

Разнесся жуткий грохот. С переднего окна вниз полетели осколки. Затем – громкий вопль сигнализации и человеческие крики. Кто-то со всей дури долбил во входную дверь.

– Вызывай полицию, к нам кто-то врывается! – Миллента кинула трубку в сторону рычага, полезла в сумку и вытащила пистолет. Проснувшаяся собака, вскочив, оглушительно залаяла.

– Ральф, не спускайся! – крикнула Варенна, обернувшись к лестнице.

Раздался грохот – дверь не выдержала. В гостиную ввалился сначала крупный мужчина, а за ним – взъерошенная женщина с ножом в руке.

– Варенна! Ты с нами! – прохрипела женщина. – Хватаем ее!

Мужчина кинулся вперед. На ужас хладнокровно, Варенна выстрелила ему в колено, и он рухнул с криком на пол. Первая кровь окрасила воспоминание, и в нос Тео ударил мерзкий запах. Громко вопила собака.

– Заврен! – крикнула Варенна. – Опусти нож и сдайся! Сюда едет полиция, ты и твои дружки будут арестованы! Не добавляй обвинений к списку!

Та швырнула в Варенну стоявшую на полке декоративную тарелочку. Увернувшись, Варенна уронила между ними кресло и выстрелила – но промахнулась. Женщина накинулась на нее с другой стороны.

На мгновение, позабыв, где он, Тео вскинул руку, чтобы оттащить от Варенны эту безумную, но что-то резко перехватило его за запястье.

– Даже не думай, – зашипела Варенна, настоящая Варенна. – Это неизменное воспоминание о прошлом. Я пустила тебя в свои сокровенные мысли. Твое вмешательство сделает мне хуже.