Лилия для Шута

Глава 23 «Шут»

Лето доживало свои остатки, с каждым днём солнце палило всё меньше: ночи становились холоднее, а утро сохраняло прохладу до полудня. Поэтому костюм Джейми дали с небольшими тёплыми подкладками: чёрный с расшитыми золотыми нитями узорами — витиеватые завитки и стилизованные листья, каждый элемент вышивки кропотливо проработан. Слишком роскошно для завтрака — в таком он мог спокойно сходить на бал и получить массу пожирающих взглядов от барышень, которые тайком вздыхали бы, глядя на его стройную фигуру.

Джейми шёл по каменным дощечкам до королевской беседки. Та стояла на возвышении в дальнем конце сада, окружённая кустами белых роз и молодыми кипарисами. Беседка была выстроена из металла и покрыта белой краской, её крышу поддерживали четыре резные колонны с орнаментом в виде лилий. По периметру висели лёгкие полупрозрачные занавеси — сейчас они были откинуты и привязаны лентами к столбам. Широкие скамьи вдоль стен были укрыты подушками с вышивкой, а в центре стоял массивный стол, уже накрытый к завтраку: на фарфоровых тарелках дымились булочки, рядом красовались блюда с нарезанным сыром, вяленым мясом и свежими фруктами, а серебряный кофейник источал тонкий аромат.

Аромат тёплых блюд тут же ворвался в ноздри, и в животе заурчало. Джейми невольно сглотнул, но садиться раньше знати не решился. Облокотившись на мокрую от ночного дождя колонну, Джейми задрал голову, наблюдая за проплывающими облаками — пушистыми, розоватыми в утреннем свете, они неспешно скользили по голубому небу, будто никуда не торопясь.

— Такое приятное утро, не правда ли? — раздался голос за спиной.

Джейми подобрался и тут же начал вставать на одно колено. Стефан его остановил, дотронувшись до локтя.

— У тебя слишком хорошие брюки для того, чтобы марать их.

— Благодарю, — Джейми смотрел прямо, мужчина был одного с ним роста.

Стефан тоже не решался сесть, оглядываясь: его взгляд скользнул по кустам роз, задержался на игре света сквозь листву кипарисов, пробежался по скатерти с аккуратно разложенными приборами.

— Наша королева опаздывает?

— У неё тренировка, — ответил Джейми машинально.

Мужчина с ухмылкой повернулся к Шуту.

— Вы все знаете её расписание наизусть?

— Сам удивляюсь, — Джейми пожал плечами. — В мои шутовские обязанности это не входило.

Стефан рассмеялся, его голос был басистым, тяжёлым.

— Элиан и Мэрилл загружали тебя с детства, помню, когда ты был совсем малышом, худой, а на голове самое настоящее гнездо. И Амалия, помнится мне, недолюбливала тебя.

Принц проверял его? Джейми старался обдумывать каждое своё слово.

— У нас бывают разногласия, но она всё ещё моя королева.

Стефан похвально кивнул.

— Пусть моя племянница и младше, но у нас с ней одна беда: одиночество. С нашим статусом тяжело найти спутника, который искренне и понастоящему полюбит нас. Я обжигался множество раз. А Амалия попросту не знает, что такое любовь.

— И тем не менее, Вы считаете, что трона достойны именно Вы. Почему?

Мужчина пожал плечами.

— Никогда не видел в племяннице наследницу престола. Не спорю, она хорошо держится, даже очень. Но такие, как Амалия, зачастую кончают в одиночестве. Она непокорна, эмоциональна и горяча. Ни один лорд или принц не потерпит такую женщину. Покувыркаться — да, наверное неплохо, но не более.

Джейми захотелось ударить Стефана по смазливому лицу, но появившаяся у беседки королева сбила всю спесь. Лёгкий шорох платья, аромат лилий — и вот она уже здесь, в светлозелёном платье с серебряной вышивкой вдоль корсажа. Амалия, повторяя точьвточь фразу дядюшки про штаны, остановила Шута от поклона. Королева села за стол первая, мужчины последовали за ней.

Завтрак начался в неловком молчании. Амалия взяла чашку с горячим чаем, сделала маленький глоток и поставила её обратно, похоже, слишком горячо. Стефан же с аппетитом принялся за булочки с мёдом, время от времени поглядывая то на племянницу, то на Шута.

— Кстати, вспоминая наше собрание, — начал Стефан, промокнув губы салфеткой. — Амалия, в детстве ты терпеть не могла уроки стратегии. Сколько раз учитель по военной тактике вздыхал, глядя на твои рисунки вместо схем сражений?

Амалия напряглась, но промолчала, лишь пальцы чуть сильнее сжали ручку чашки.

И тут в голову Джейми пришла ослепительная идея. Если Стефан жаждет подружиться со слугами, двором и скинуть Амалию с трона Почему не показать ему, что спешить некуда и всё уже у его ног? Уловив момент, он подхватил с лёгкой усмешкой:

— О, я хорошо это помню! Однажды, принцессу привели на уроки фехтования. Так вместо того, чтобы учить выпады, она начала танцевать. После этого, кажется, на обучения её не звали.

Сама Амалия вряд ли помнила это. Сколько ей тогда было? Лет пять? Джейми знал, что играет нечестно и тут же поймал яростный взгляд королевы, но сделал вид, что не заметил.

Несколько слуг, ставивших новые блюда, сдержанно хихикнули.

— Дада, — подхватил Стефан, развеселившись. — Мэрилл рассказывала, как она отказывалась изучать тактику осад, потому что «камни не должны лететь в дома, где живут люди». Наивно, очень наивно.

— Зато она отлично запоминала ненужное, — продолжал Джейми с невинным видом. — И могла рассказать о происхождении цветов или растений без запинки. Вот где был настоящий талант! А с картой королевства вечно путалась — где север, где юг

Амалия покраснела, её тонкие брови сползли к переносице. Разумеется, с годами она отточила географию и знала каждый уголок своей страны наизусть, но Джейми старался копать из далёкого забытого прошлого. Стефан смотрел на неё с снисходительной улыбкой — как на милого, но непутёвого ребёнка. Её раздражение нарастало, и Джейми это чувствовал.

— Видите, мой принц, — Джейми повернулся к Стефану, понизив голос, — по правде говоря, ей бы в оранжерее копаться, а не армией командовать.

Стефан откинулся на спинку стула, задумчиво постукивая пальцами по столу.

— Ты прав, Шут. Она слишком эмоциональна, её легко прочитать. Это не красит правителя.

Амалия резко поставила чашку на блюдце — звук получился неожиданно громким, а само блюдце треснуло. Мужчины обернулись к ней.

— Благодарю за весьма увлекательный завтрак, — холодно произнесла она, поднимаясь. Джейми заметил, что девушка даже не прикоснулась к еде. — Не знала, что мой шут может подружиться с моим противником за пять минут моего отсутствия, но что ж. Похоже, в этом дворце никому нельзя доверять.

Не дожидаясь ответа, королева развернулась и вышла из беседки, стараясь сохранить достоинство.

Джейми проводил её взглядом, и улыбка тут же сползла с его лица. Он почувствовал укол вины — план сработал слишком хорошо. Но Шут знал: позже он найдёт способ всё объяснить.

Стефан, не замечая переменившихся эмоций на лице Джейми, одобрительно похлопал его по плечу:

— Признаться, думал, что ты из тех, кто может лечь в лужу, подставив спину, чтобы королева по ней прошла.

— Я люблю свою королеву, но когда дело запахнет жаренным, предпочёл бы остаться на стороне победителей.

Казалось, что Стефан готов обнять Джейми. Он расплылся в благодарной улыбке.

— Знаешь, Шут, ты мне нравишься. Остроумен, наблюдателен, умеешь видеть суть вещей. Когда я займу трон, несмотря на твою службу Амалии, ты останешься при дворе. Мне нужны такие люди, как ты. А будешь хорошо себя вести – дам титул поинтереснее придворного дурачка.

Джейми выдавил улыбку, но в груди тяжело давило. Он кивнул, соглашаясь, но мыслями был уже далеко — там, где ему предстоит найти слова, чтобы объяснить Амалии, что унижение было лишь частью игры, а её сила куда больше, чем кажется на первый взгляд.

***

После завтрака Джейми решил прогуляться по городу и дать остыть королеве. Если он придёт сейчас, та может приказать тут же его казнить и выслушивать не станет.

Вместо этого он решил выполнить ещё одно дело. Оно давно должно было быть решено и нависло вечной чёрной тучей над всем происходящим.

— Придворный шут Её Величества? Какими судьбами? — спросил удивлённый Рауль Жиффар —лорд-главнокомандующий городской стражей.

Ратуша, стоявшая близ дворцовых ворот, была массивным каменным зданием с высокой башней и узкими стрельчатыми окнами. Её фасад украшали гербы королевства, а над входом висел потрёпанный, но всё ещё гордый штандарт с изображением серебряного волка на лазурном фоне — знак стражей.

Джейми слегка поклонился, растягивая губы в привычной шутливой улыбке:

— О, Рауль, разве придворный шут не может просто прогуляться по городу и навестить старого знакомого?

Коренастый мужчина с седеющими висками и цепким взглядом, усмехнулся:

— Прогуляться — может. Но ты пришёл сюда целенаправленно, я вижу это по твоим глазам. Что нужно, Джейми?

Шут огляделся по сторонам, убедился, что поблизости нет лишних ушей, и шагнул ближе:

— Мне нужны сведения о той ночи. Вы же не нашли следов убийцы, которого я описал вполне подробно, так?

Рауль помрачнел ещё сильнее, провёл рукой по морщинистому лбу и вздохнул:

— Не нашли. Ни следа. Словно призрак. И если ты сам хочешь эти заняться — он достал из внутреннего кармана небольшой свиток, осторожно развернул его. — Вот список мужчин, у которых не было алиби на ту ночь. Просто никто не смог подтвердить, где они были.

— И вы до сих не вызвали их на допрос? Тут всего лишь сорок семь человек.

Рауль развёл руками.

— А чего мы бы добились? Даже если среди них есть убийца, думаешь, он выдаст себя? Да и зачем ему находиться в Вэйрине? Я бы на его месте бежал вон из страны сверкая пятками.

Джейми взял пергамент, быстро пробежал глазами по строчкам. Имена, титулы, места проживания Он замер на одном из них: «Гвендолин Корбин».

— Корбин — пробормотал Шут. — Это не альтаирское имя. Откуда он?

— Этот, кажется, из Каледора, — кивнул Рауль. — Прибыл полгода назад с торговым караваном.

— И вы всё это время держали его в списке «без алиби» и не проверили получше? — Джейми не смог сдержать усмешки. — Рауль, вы и вся ваша городская стража — идиоты.

— Полегче, Шут, — нахмурился лордглавнокомандующий. — Мы провели расследование, но ничего не узнали. У короны всегда будут враги и в этот раз они пробрались слишком близко. Такое бывает.

Джейми сложил пергамент и спрятал его за пазуху.

— Если бы убили твои детей, ты бы тоже сказал, что такое бывает?

Рауль вспыхнул, но Джейми уже развернулся и почти бегом направился прочь от ратуши. В голове уже складывался план: сначала — к куртизанкам.

Через час он уже был у дверей «Чайной розы». Стояла первая половина дня и заведение ещё не работало. В это время девушки драили комнаты, красились и доставали из подвалов бочки с алкоголем. Джейми постучал несколько раз особой комбинацией — иначе бы девушки попросту проигнорировали бы его. Дверь приоткрылась, выглянула женщина в яркокрасном платье.

— Джейми? — удивилась она. — Каким ветром?

— Милая Джулия, мне нужна твоя помощь. Ты слышала об Гвендолине Корбине?

Женщина на мгновение задумалась.

— Не припоминаю.

— Может, поспрашиваешь остальных?

Джулия посмотрела на свои длинные ногти.

— Они тем более не знают.

Джейми закатил глаза и снял с пояса кошель. Он протянул несколько золотых монет девушке. Джулия скудно посчитала монеты и печальными глазами посмотрела на него.

— Вчера была такая тяжёлая ночь. Мы работали до потери сознания. Совсем память отшибло.

Джейми тяжело вздохнул и отдал весь мешок с монетами девушке. На мгновение она исчезла за дверьми и Шут было подумал, что его надули, но тут к нему выглянула другая девушка в зелёных шелках. Это была Лана.

— Не ожидала увидеть тебя так скоро, — она скрестила руки на груди, но улыбалась.

— Прости за ту ночь.

— Простить? — Лана усмехнулась. — Это была моя самая прибыльная смена, у меня было столько сил, что я смогла обслужить ещё нескольких клиентов. Если бы ты остался, я бы восстанавливалась до следующей ночи.

Шут покраснел. Он не знал, что Лана так высоко расценивает его навыки.

— Благодарю.

— Я говорю о том, что ты бы пол ночи ныл о своей тяжёлой судьбе.

Джейми улыбнулся.

— Так кого ты там спрашивал? — вернулась к сути девушка.

— Гвендолин Корбин.

Лана сунула ноготь в рот, задумчиво покусала его, роясь в своей памяти. Джейми и представить не мог, что творится в головах куртизанок после стольких партнёров.

— Высокий рост, тёмные волосы и такие же глаза. Больше сорока не дам, но столько морщин явно не от лучшей жизни. Маленькое достоинство и слишком слюнявый рот. Точно несколько шрамов на теле, не таких как у тебя — боевых. По четвергам ходит в «Серебряную кружку» — паб на углу восточной улицы. К нам — по настроению. А ещё он очень плаксивый.

— Плаксивый? — переспросил Джейми.

— Да, напивается и плачет, мол Боги после смерти не пустят его на дорогу к Вечному покою и сестру он никогда не увидит. А когда начинаешь расспрашивать — огрызается. Думаю, это всё.

— Ты — золото, Лана, — Джейми позволил себе обнять девушку. — Спасибо.

— Да, я знаю, — улыбнулась она. — Удачи, Джейми.

Сердце Джейми забилось чаще. Всё складывалось. Он знал, где искать, знал, кого искать. Далеко не факт, что он идёт по верному следу, но это уже лучше чем ничего. А заняло всего-то пол дня! Теперь оставалось самое важное — помириться с королевой.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая крыши домов в оранжевые тона. Шут быстрым шагом направился к дворцу. В голове крутились слова объяснения.

***

Джейми потребовалось время, чтобы найти Амалию. Он даже сходил в свои покои, переоделся и смыл с себя запах города и пыли. Стефан всё ещё принимал девушек и общался с ними в Малом зале.

Спустя долгое блуждание по коридорам он узнал, где королева, благодаря её четырём новым рыцарям: те стояли у входа в тренировочную залу. Джейми на мгновение замер, прислушиваясь к ритмичным ударам деревянных мечей.

Он приоткрыл дверь и осторожно заглянул внутрь. Амалия тренировалась с Чэнь Минем — на ней была боевая форма, подчёркивающая формы тела, передние пряди заплетены в косы, которые покачивались в такт её движениям. Каждое движение королевы было чётким, выверенным: блок, уклон, резкий выпад. Пот блестел на висках, но лицо сохраняло сосредоточенное, почти суровое выражение.

Наставник атаковал настойчиво, но Амалия ловко уходила от ударов, парировала, контратаковала — в её манере боя чувствовалась не только выучка, но и природная ловкость, ярость, которую она направляла в каждое движение.

Джейми засмотрелся. Он знал, что Амалия усердно тренируется, но впервые видел её в деле — обычно Шут старался держаться подальше от тренировочных залов, чтобы не мешать. Сейчас же он невольно восхитился.

Амалия заметила его краем глаза, на мгновение сбилась с ритма и получила удар палкой от наставника в бок. Королева повернулась к Джейми. Её грудь тяжело вздымалась после интенсивной тренировки, лицо раскраснелось, а глаза сверкали, но не от усталости, а от гнева, который она больше не могла сдерживать.

— Спасибо за урок, Вы свободны, — сказала она наставнику, даже не повернувшись к нему.

Мужчина собрал свои вещи и поспешил отклониться, оставляя их наедине.

— Как ты посмел сказать такое про меня?! — голос Амалии дрожал от ярости, глаза метали молнии. Она отбросила деревянный меч в сторону и шагнула к нему, сжимая кулаки. — Ты выставил меня глупой, неспособной, наивной девчонкой перед собственным дядей! Ты унизил меня перед теми, кто должен меня уважать!

Джейми сделал шаг вперёд, поднял руки в примирительном жесте:

— Ваше Величество, я...

— Не смей оправдываться! — она резко подняла ладонь. — Я дала тебе своё доверие, а ты использовал его, чтобы потешить самолюбие Стефана. Ты хоть понимаешь, что ты натворил?!

Тут она схватила Джейми за руку и поволокла вон из зала. Он не посмел сопротивляться, слыша, как рыцари облепили их и быстро начали шагать в такт.

Они начали движение по коридорам и в итоге пришли к тронному залу. Амалия толкнула Шута внутрь и отдала приказ рыцарям, чтобы никого не впускали.

Вот и конец — подумалось Джейми. Королева убьёт его.

Амалия прошла к гобеленам, которые висели на стенах — тяжёлые, вышитые сценами древних битв, с поблёкшими от времени красками. Когда она приподняла один из них, Джейми в удивлении открыл рот. На стене за тяжёлым полотном скрывались орудия, висевшие на крючках: кинжалы, короткие мечи, пара стилетов и даже пара тонких шпаг. Амалия схватила два острых меча среднего размера. Один она бросила Шуту — тот рефлекторно поймал оружие, хотя его пальцы на мгновение дрогнули, будто он хотел отбросить клинок.

Джейми глубоко вдохнул, стараясь подобрать слова — те самые, которые объяснят всё, не усугубив ситуацию ещё сильнее.

И вдруг королева сделала выпад, бросаясь на него с ножом. Лезвие сверкнуло в свете, отбрасывая блики на каменные стены. Тело отреагировало раньше, чем он успел осознать угрозу: шаг вбок, поворот корпуса, и клинок прошёл в волоске от его груди.

— Ваше Величество, Вы что творите?! Я не собираюсь с Вами драться! — Он вновь увернулся от её удара, отступив на шаг и разведя руки.

— А я с тобой собираюсь! Ты дурой меня выставил! — Амалия наступала, её движения были резкими, порывистыми, лишёнными привычной королевской грации.

— Я хотел, чтобы он поверил, что Вас можно не бояться! Принц расслабится и сконцентрируется на другом, пока Вы бьёте его ножом в спину, — Джейми отступал, уворачиваясь от новых выпадов. Он не пытался перехватить руку с ножом, только изящно уходил от атак. Его шаги были точными, рассчитанными: Джейми отходил от стен, избегая углов, где мог бы оказаться в ловушке.

— Да что ты?! Хитрый Шут всё продумал! — Амалия бросилась на него снова, но на этот раз Джейми не успел полностью уклониться — остриё царапнуло его плечо, оставив тонкую красную линию. Капля крови выступила на коже, проступила сквозь ткань рубашки.

Завязалась настоящая драка.

Амалия атаковала яростно, неумело, словно дикарка. Её удары были быстрыми, но предсказуемыми. Она вкладывала всю силу в каждый выпад, забывая о защите. Джейми же двигался с кошачьей грацией: он уворачивался, делал короткие шаги вбок, иногда блокировал её руку предплечьем, но никогда не отвечал ударом на удар.

В какойто момент Амалия изменила тактику: вместо прямого нападения она сделала обманный манёвр, резко сменила направление и подсекла ногу Джейми. Тот потерял равновесие — его реакция, обычно безупречная, чуть запоздала изза усталости после долгого дня. Он попытался поставить блок, но королева уже толкнула его плечом, и Шут рухнул на пол.

Джейми упал на спину с глухим стуком, ударившись затылком о каменный пол. В глазах на мгновение потемнело, но он быстро пришёл в себя. Амалия тут же оказалась сверху, прижав его своим телом. Она приставила меч к его горлу — достаточно сильно, чтобы тонкая струйка крови сразу потекла по бледной коже, затекая внутрь ворота. Металл холодил кожу, а острая боль пронзила Шута и он вскрикнул.

Грудь Амалии тяжело вздымалась, дыхание вырывалось прерывистыми горячими толчками. Её волосы растрепались, пряди прилипли к влажному лбу и щекам. Глаза горели неистовым огнём, в них читалась смесь гнева и обиды.

Джейми пылко дышал, мышцы на руках напряглись, но он не пытался сбросить её с себя. Стоило ему привыкнуть к боли, как сами собой пальцы едва заметно дрогнули, словно хотели коснуться её лица, убрать прилипшую прядь со щеки, но замерли в воздухе.

Тишина повисла в зале — только их прерывистое дыхание нарушало её.

— Я ненавижу тебя, — прошипела Амалия, сильнее надавливая на нож. Кровь потекла быстрее, окрашивая воротник его камзола. Джейми закряхтел.

— Взаимно, Ваше Величество, — хрипло ответил он, глядя прямо в горящие янтарём глаза.

Не отрывая ножа от его горла, Амалия наклонилась ниже. Их лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга. Она наверняка видела, как трепещут его ресницы, как пульсирует жилка на шее рядом с лезвием.

Джейми смотрел прямо ей в глаза, в то время как её дикий взгляд бегал по всему его лицу.

И тогда она, притянув к себе второй рукой за голову, поцеловала его.

Поцелуй вышел резким, жёстким — словно продолжение борьбы. Но в следующее мгновение он стал другим: страстным, отчаянным, полным невысказанного желания.

Джейми почти сразу ответил на поцелуй, не успев удивиться. Его руки нашли её — одна скользнула по спине, притягивая ближе, другая запуталась в волосах.

Меч всё ещё был прижат к его горлу, кровь продолжала сочиться, но ни один из них не обращал на это внимания. Их губы слились в безумном танце, таком же неистовом, как только что закончившаяся драка. Джейми позволил себе вольность: толкнулся языком в рот королевы и к своему удивлению, та не отодвинулась, а наоборот, подхватила, неумело двигаясь. Дыхание смешалось, сердца бились в едином ритме — яростно, отчаянно, будто в последний раз.

Вот оно — как шелест маковых полей в его снах, как стекающая по горлу пряность мятного эля, как искрений смех, как тёплые солнечные лучи после долгой зимы – всё то, что Джейми так отчаянно желал и любил.

Он почувствовал, что сталь с шеи исчезла: Амалия отпустила нож, тот со звоном упал на пол, и вцепилась второй рукой в плечо Шута, будто боясь, что он сбежит.

Но Джейми никуда не собирался. Он перевернул её, не разрывая поцелуя, и навис над ней. Кровь с его шеи упала ей на щеку и проскользила вниз, оставляя розовую полосу. Почему-то это ещё сильнее раззадорило и Джейми вновь впился в губы Амалии, жадно и так до одури сладко.

Пахло лилиями, металлом и ванилью. Пахло ей. И это кружило голову.

Королева, не разрывая поцелуя, поднялась и снова водрузилась на Джейми сверху. Она не собиралась ему уступать даже здесь. Его руки скользнули по её бёдрам, сжали их, притягивая ближе. Он чувствовал, как под тканью платья дрожат её мышцы — не от страха, а от той же дикой, необузданной страсти, что охватила и его.

— Моя королева — выдохнул он, на мгновение отрываясь от её губ. — Я думаю, что это не правильно.

— Тогда перестань думать, — хрипло ответила она, наклоняясь к его шее. Её губы коснулись пореза, оставленного её же мечом, и Джейми содрогнулся всем телом.

Она провела языком вдоль струйки крови, слегка задевая рану, и это действие вызвало в нём взрыв ощущений. Джейми глухо застонал запрокинув голову. Всё вокруг потеряло значение: трон, дворец, интриги, долг. Остались только она, её дыхание на его коже, её пальцы, путающиеся в его волосах, её бёдра, прижимающиеся к нему. Что она творила? Эта невинная девушка заставляла его возбудится быстрее, чем самая опытная куртизанка.

Джейми снова потянул её к себе, впиваясь в губы жадным поцелуем. Его руки заскользили вверх по её спине, нащупывая застёжки платья. Ткань поддалась, и под пальцами оказалась горячая, гладкая кожа. Амалия вздрогнула, выгнулась навстречу его прикосновениям.

— Ваше — он не договорил, потому что она снова заткнула его поцелуем, ещё более глубоким, ещё более отчаянным.

Джейми почувствовал металлический вкус собственной крови и ему окончательно снесло крышу.

Он расстегнул её платье до талии, и ткань сползла с плеч, обнажая нежную кожу. Джейми провёл губами вдоль ключицы, спустился ниже, к краю корсета. Амалия задыхалась, её пальцы судорожно перебирали его волосы, а дыхание стало прерывистым, рваным.

— Джейми — простонала она, запрокидывая голову. О Боги, она назвала его по имени? Это сон? Что угодно, но не реальность.

Его губы снова нашли её, а руки скользнули ниже, задирая подол платья. Она подалась навстречу, прижимаясь к нему всем телом, и в этот момент

БАМ!

Громкий стук в тяжёлые дубовые двери разорвал напряжённую тишину зала.

— Ваше Величество! — раздался за дверью встревоженный голос Миранды. — Вы там с Джейми? Мне пришло письмо для него от Эстеллы!

Амалия и Джейми замерли.

На мгновение в зале повисла оглушительная тишина. Затем Амалия резко отстранилась, её глаза расширились от осознания. Она огляделась, будто впервые увидела, где находятся: на холодном каменном полу у подножия трона, в расстёгнутом платье, с растрёпанными волосами и алой полосой крови на щеке.

Джейми тоже пришёл в себя. Он приподнялся на локтях, провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Его грудь всё ещё тяжело вздымалась, шею больно саднило, а в глазах застыл шок.

— Мы что мы делаем? — прошептала Амалия, её голос дрожал. Она поспешно поправила платье, пытаясь застегнуть крючки дрожащими пальцами.