Троемирье. Свет Нави
Чароита сейчас права. Хочется того или нет, но слово получено. Услуга оплачена. Сделка заключена. Осталось всего лишь выполнить работу. Даже если не знаешь, как.
– Я берусь.
Руны вспыхнули и погасли. На правом запястье девушке тонкой ниткой проявилась золотистая линия. Леляна зачарованно смотрела на нее. Свет нити пульсировал в такт сердцу. Каждый удар отдавался в висках тупой болью.
Страх и досада сплелись в один липкий комок где-то внутри. Зверь. Она словно дикий зверь, которого изловили и посадили на цепь потехи ради.
Светозар отошел от котелка, что-то шепнул Велимиру и перевел взгляд на девушку.
– Благодарю Ведьму Северных земель за то, что не отказала в просьбе.
– Идите туда, откуда пришли. И не попадайтесь больше мне на глаза. Отныне и впредь не исполню для вас ни одной просьбы. Даже если соберетесь помереть на моем пороге.
Девушка поджала губы и прошла к столу. Она принялась перебирать сушеные травы, показывая гостям, что весьма занята и им пора уходить. Ее пальцы дрожали, поэтому она периодически сжимала их в кулаки, чтобы скрыть дрожь.
– Я-то уйду. Но неволить сына шамана не стану. Знаешь ли, у нас принято уважать решения говорящих с духами.
Леляна кинула на них быстрый взгляд, полный презрения и непонимания. Велимир сделал несколько шагов вглубь комнаты.
– Я же сказал, что пришел к тебе. Духи рассказали, что твой путь будет непрост и опасен. Считай, что я тут по их просьбе. Как помощник, защитник или наблюдатель – выбери, что тебе по нраву.
Ведьма смерила волколака оценивающим взглядом и отвернулась к стене.
– Не нужен мне никто. Сама разберусь.
– Так да не так. Я, знаешь ли, духам тоже что-то вроде обещания дал. Так что деваться нам с тобой некуда.
Леляна стиснула челюсти. С одной стороны, надсмотрщик ей не нужен. С другой – вдвоем безопаснее. Если он, как и положено любому уважающему себя оборотню, прекрасный охотник, то редкий разбойник решиться на них напасть.
– Ладно, – процедила она сквозь зубы. – Но не смей мне указывать.
– Не буду, – парень рассмеялся и едва заметно подал знак Светозару, застывшему на пороге.
Тот кивнул и исчез за оградой.
Чароита проводила его долгим, полным подозрения, взглядом и развернулась к Велимиру. Тот пожал плечами, подошел к камину и подкинул в него душистое смоляное полено.
– Вроде и ведьмин дом, а уютно.
Парень внимательно рассматривал нитки сухих трав под потолком, стеллажи с потертыми книгами, странной формы колбы на широком столе, ажурные, похожие на паутинку занавески. Все на своих местах, но чего-то словно не хватает.
– А метла твоя где?
– Метла? Зачем мне метла?
– Ты же ведьма! Вам положено иметь особые инструменты, чтобы силы свои направлять, да заклинания плести. Или в Северных землях обычаи иные?
Леля рассмеялась и взяла со стола сухую ветку мяты. Она осторожно провела по ней пальцем, что-то шепнула, и трава засияла тусклым зеленоватым цветом.
– Мне не нужен проводник. Я – травница. В травах моя сила. Нас мало осталось, и мы не похожи на других. Чтобы спасти жизнь нам не обязательно размахивать палками и рисовать странные загогулины. Можно сказать, что любое растение – проводник для таких, как я.
Чара, смирно сидевшая до этого момента у порога, встрепенулась. Она с важным видом прошагала в угол комнаты и принялась рыться в груде старого тряпья, которое считала своим гнездом. Девушка удивленно подняла бровь, но ничего не сказала.
Тем временем фамильяр вытащила на свет небольшую шкатулку из темного, почти черного, лакированного дерева. Она с важным видом поставила вещицу посередине комнату и с довольным фырканьем уселась рядом.
Леля с недоумением посмотрела на каменного духа.
Велимир прищурился и осторожно, чтобы не спугнуть фамильяра, устроился рядом. Он чуть коснулся поблекшей лакированной поверхности, погладил медные, покрытые тонкой патиной, накладки, медленно приподнял крышку. Внутри лежали пожелтевшие от времени листы.
Девушка неуверенно сделала несколько шагов вперед. Мелкий аккуратный почерк она узнала сразу – так писала Наставница. Завитушки, титла, многочисленные сноски по краю листа, странные наброски Старая Ведьма Северных земель часто старалась уместить на одном листе как можно больше, словно боялась, что часть рукописей будет утеряна и оставшийся текст невозможно будет верно трактовать.
– Для чего это здесь?
Чароита посмотрела на хозяйку большими карими глазами и демонстративно отвернулась. Весь ее вид словно говорил: Раз читать не хочешь, то и ответа на свой вопрос не получишь!
– Похоже, я оказался прав. Смотри, вот тут письмо для тебя. А еще описание, как и из чего ученице следует собрать метлу.
Он потряс над головой несколькими листами. В воздухе запахло книжной пылью и прогорклыми чернилами из вороньего глаза.
Леляна нерешительно протянула руку и коснулась шершавой поверхности бумаги. Плотная, старая, теплая. Из русальего падуба. Такую даже у старьевщика сейчас не сыщешь. Похоже, Наставнице посчастливилось заполучить великую ценность и вместо того, чтобы создать магические свитки, да продать их подороже, она оставила на них послание ученице.
Девушка бегло прочитала записи и бессильно опустилась на пол. Почему каменный дух не показал ей все это раньше? В письме рассказывалось и про обещание, и про необходимость создание метлы-проводника, и даже про угасание магии в Яви. И про нее.
Дитя, я всегда говорила тебе, что у ведьм нет расы. Но сейчас не время молчать: ты – волчья дочь. И твоя сила близка к природе как ни у кого другого. Помнишь, как учила тебя, что среди волколаков и вечежей редко рождаются ведьмы? Все потому, что им уготован другой путь. Они те, кто могут общаться с духами.
Именно поэтому я тянула с созданием метлы. Ты должна была научится управлять своей силой. Раз Чароита достала эти записи, значит я не успела, и сейчас у тебя мало времени для раздумий и подготовки.
Не печалься, мы приходим в этот мир и уходим из него лишь по воле Пресветлых. Мы не выбираем, когда, где и кем нам родиться. Мы живем ради поддержки хрупкого равновесия.
Леля несколько раз перечитала последний лист и краем рукава промокнула выступившие слезы. Значит, это она та ученица, за которую Старая Ведьма северных земель обещала выполнить одну просьбу. И всякий раз отказывала. Потому что чувствовала – магия угасает. Рано или поздно к ней придут с просьбой вернуть утраченное.
Наверное, Наставница знала, как помочь. Только вот рассказать не успела. Пресветлые забрали ее до того, как ученица смогла войти в полную силу.
Дрожащими руками девушка принялась перебирать листы. Вдруг есть какая-то подсказка, хоть что-нибудь Ничего не было. Только последнее письмо на трех листах и описание метлы, что подошла бы ведьме из волчьего племени.
Велимир с Чароитой молча наблюдали за тем, как хозяйка дома старательно водит пальцем по бумаге и с каждым прочитанным словом то бледнеет, то тяжело вздыхает.
– Похоже, придется ограничиться веником из орешника. Ни полярного ясеня, ни вечномерзлой ивы сейчас нигде не найдешь. Люди вырубили их для строительства своих Храмов.
– Ты уверена? Северная Ведьма не стала бы давать своей ученице невыполнимую задачу.
Леля только усмехнулась в ответ. Знал бы он, как часто ей приходилось заниматься такими невыполнимыми задачами, то быстро бы изменил свое мнение о ее Наставнице.
Фамильяр только покачала головой и молча направилась к двери. Она несколько раз обошла вокруг себя и уселась на крыльцо, устремив задумчивый взгляд в сторону Вечномерзлого леса. Белесые деревья молча тянули свои чуть сероватые ветки к не яркому зимнему солнцу.
Да, если уж и прятать белоснежный черенок полярного ясеня, то только здесь.
– Чара, ты хочешь сказать, что и об этом Наставница позаботилась?
– Вот и прекрасно! Сейчас позавтракаем и в путь.
Велимир нарочито радостно улыбнулся и принялся доставать с каминной полки тарелки.
Глава 8. Дорога к мечте
Горислав
Как долго он уже бежит? Горислав не знал. Он лишь чувствовал, как лучи оказавшегося над горизонтом солнца, пробираются сквозь густую листву и ласково касаются озябших плеч. Ноги ноют, словно он бегал по срочному поручению в стольный град и теперь возвращается обратно.
С громкими вздохом он остановился, завалился на землю, перевернулся на спину и уставился в мелькавшее среди веток небо. Нежно-голубое, без единой тучки. А ведь совсем недавно ведьма такой жуткий ливень вызвала!
Может, ему показалось? С ее-то силой ничего не стоит морок наслать.
Парень улыбнулся. С одной стороны, Ведамира кажется высокомерной и не знающей жалости. С другой стороны, все девушки-ученицы смотрят на нее с почти благоговейным трепетом. Да, ее сила достойна уважения. Не зря, ох не зря, Великий Волхв так ее ценит.
Надо бы вернуться поскорей, расспросить наставника, как человеку удалось получить столь завидную мощь.
Полный решимости, он поднялся на ноги и огляделся. В том, что его окружает священная Роща, сомнений не было. Но так далеко он прежде никогда не заходил. Никто не заходил. Внутренние правила Храма строго-настрого запрещали сходить с тропинки, что вела от опушки к капищу, ровно как и покидать отведенную под него поляну.
– Владения Бера, – одними губами прошептали губы.
Нужно выбираться, пока Хозяин не появился.
Горислав сделал несколько неуверенных шагов. Голова кружилась, колени дрожали. Желудок нещадно сводило. Пренебрегать сном и трапезой было неосмотрительно. Но кто ж знал, что он окажется в запретной части Священной Рощи. Главное сейчас - дойти до капища и не упасть без сил.
А там его обязательно найдут - Братислав каждый вечер приносит свежий хлеб и фрукты на алтарь.
Дождавшись, пока дрожь утихнет, парень двинулся вперед. Раз где-то позади него осталась река, значит нужно повернуть направо. В той стороне должен стоять Храм.
Сколько он себя помнил, Роща всегда казалась ему однообразной: могучие стволы падубов, пожелтевшая трава под ногами, резкие солнечные лучи. И ни одного молодого деревца. Ни одной живой души, только сороки.
Утренняя прохлада сменилась полуденным зноем. А заветная поляна так и не показалась. Неужто он выбрал неверное направление? Горислав остановился и прислушался к лесу. Уха коснулся едва слышимый девичий смех. Нет, все верно. Тогда почему Роща не желает его отпускать?
Он осмотрелся по сторонам, словно желая найти ответ. По левую руку мелькнуло что-то черное. Сердце ушло в пятки. Не успел. Сейчас Хозяин разорвет его в назидание остальным.
Однако, тень стояла и не подавала признаков жизни. Парень быстрым движением осенил себя перуницей и двинулся в ее сторону. Пусть лучше зверь пойдет за ним, чем за слабыми ученицами.
Через пару шагов он разглядел, что черное нечто похожа на забор с большими прорехами. Часть бревен повалилась со временем, оголив внутренний двор.
Пахнуло грибами и затхлым погребом.
Горислав скривился от отвращения. Как-то раз ему довелось помогать в соседнем городе разбирать рухнувшие после землетрясения дома. Там, где погибли люди, запах стоял точно такой же. Промелькнувшая в голове мысль холодком пробежала от макушки до босых стоп.
Логово Бера. Выходит, байки о том, что он таскает к себе девушек из соседних деревень, правдивы.
Ему бы развернуться, да бежать прочь. Но неведомая сила влекла вперед. Шаг. Еще шаг. Два шага. И вот он уже стоит посреди огороженного черным забором двора.
В дальнем конце виднеется то, что можно назвать берлогой.
– Больше на землянку похоже. Зверь не роет так аккуратно.
Недалеко от входа валяются стволы поваленных деревьев и топор. Напротив входа организовано кострище. Рядом с местом, где он вошел стоит колодец. Цепь и ведро не ржавые — значит пользуются ими часто.
Медленно, на цыпочках, парень подобрался к землянке и заглянул внутрь. Никого. В углу стоит грубой работы кровать, с наброшенной на нее соломой. Посередине комнаты - большая чурка. Наверно, она заменяет хозяину стол.
Казалось, что это место давно обжито. Только вот хозяину нет дела до внешней красоты. Главное, что свою функцию все предметы выполняют. А большего и не надо.
Горислав обвел комнату взглядом еще раз и вышел на улицу. Что-то не давало покоя изнутри. Слишком уж тут тихо.
– Значит, тот, кто тут живет Бера не боится. И Хозяин Чащи гостя не трогает. Выходит, этот человек шаман или волхв. Ясно теперь, почему Братислав каждый день приносит такие дары.
Но для чего? Нет надобности проводить свои дни — вот так - прячась от всего мира. Можно же просто запереться в своей комнате или построить подальше от Храма избушку, как это сделала наставница веселок. Если только
– Если только это не Бер. Или тот, кто пожертвовал духу свое тело.
Тогда понятно, почему правила посещения капища такие строгие. Бер имеет человеческий облик днем и обращается в зверя ночью! Такова его природа - и с этим ничего не поделать.
Но даже если столь сильное существо, как Хозяин Чащи смирился со своим положением, то стоит ли ему, простому ученику, склонить свою голову? Да, возможно, днем Бер уходит в деревню. Возможно, у него там есть работа или даже семья. Он принял себя, свою слабость, свою силу.
– А я не могу. Вместо того, чтобы принять установленные законы и найти свое место, я хочу дать людям право стоять с остальными на равных.
Кивнув головой самому себе он решительно направился в сторону, где прежде звучал смех. Мысли сами собой уже выстраивали для него дальнейший путь.
Горислав вышел из рощи, когда солнце уже склонилось к закату. Ноги гудели, сердце было полно решимости доказать свою правоту.
Хозяин Чащи – человек, что сумел принять свою звериную суть и нашел свое место в мире, где людей ограничивают во всем. А он, Горислав, бежит от человеческой природы, мечтает о силе, которой его лишили. Что если это ограничение – лишь игра Пресветлых? Им просто интересно наблюдать за тем, как люди проживают свою жизнь в бесконечных унижениях и попытках стать равными остальным расам Яви?
А может люди, обретя магическую силу станут равны древним Богам? Оттого-то они и наложили столько запретов? Тогда становиться понятно, почему за столько веков ни один человек не становился сильным колдуном или волхвом. Только вот ведьма эта как-то сумела обойти запрет.
И он сможет.
В голове начали всплывать обрывки из книг, что он прежде переписывал. Словно некто мягко направляет его, но не хочет быть узнанным.
– За Вратами - Исток. Сила, что все живое питает. Путь к Вратам тем лежит через топи змиивы, да лес навий. Не всяк зверь той дорогой пройти решит, а уж людям о подавно дорога туда закрыта.
Горислав остановился. Его слегка качнуло. Кровь в висках пульсировала острой болью. Дыханье перехватило, будто он летит в пропасть и холодный встречный ветер не дает ему сделать ни вдоха.
Перед глазами то и дело мелькали карта, заметки на полях, сделанные чей-то нетвердой рукой, пересказы обрядов, которые давно никто не проводил. Да и проводил ли прежде?
Парень сжал голову с такой силой, словно хотел раздавить. Но видения не прекращались. Они лезли в голову, как непрошенные гости к праздничному столу. Дорога, болота, слова, Врата - все смешалось в один бесконечный ярмарочный ряд, где торговцы подносят свой товар буквально у носу проходящих мимо людей.
– Смотри, смотри. Запоминай. Сила слабых не любить и просто так в руки не дается.
Голос ехидно хихикнул и растворился в шелесте листвы.
Когда Горислав пришел в себя, его руки сами собой собирали походный мешок. Странно, и когда он успел добраться до комнаты, да еще и краюху хлеба на кухне прихватить? Он бегло осмотрел комнату – вроде не забыл ничего.
– Вот добуду осколок и поставлю первый Колодец. Тогда никто не посмеет сказать, что я гнилое семя или отказать мне. Но Коло, ни род Зоряны. Даже та ведьма признает мою правоту.
Он вышел из комнаты и невольно залюбовался горящими на поляне кострами. Ученицы водили хоровод под протяжную песню, где-то в реке плескались привлеченные ими русалки да речные духи.
Осторожно, стараясь не попадаться никому на глаза, парень проскользнул к воротам и зашагал по широкой накатанной дороге. Скоро покажется город, за ним – деревня. И до самой границы с Южными землями ни души.
Глава 9. Сердце, что боится остаться одно
Леляна
Завтрак, что приготовил до своего ухода Светозар, не лез Леляне в горло. Чай казался непривычно горьким. Мысль о том, что нужно собираться в дорогу, вызывала раздражение. Золотая нить, недавно обвившая запястье, слилась с кожей. Лишь легкая пульсация в такт биения сердца, напоминала: назад дороги нет.
Велимир молча сидел на полу около очага и что-то внимательно разглядывал в пляшущих лепестках огня. Иногда он бросал задумчивый взгляд на Чароиту, которая с невозмутимым видом устроилась около сумки.
Когда тишина стала невыносимо тяжелой, парень кашлянул и поднялся на ноги. Он пару раз подпрыгнул и, сунув тарелку в пустую кадушку, поспешил выйти на улицу.
Ведьма проводила гостя долгим взглядом и тяжело вздохнула. Как бы ни оттягивала она этот момент, а идти придется. Босые ступни коснулись прохладного бревенчатого пола. В два шага она оказалась у кадки. Колодезная вода из ведра с глухим плеском обрушилась на деревянное дно. Руки ловко ополоснули посуду и вернули на место.
Из приоткрытой двери пахнуло свежим снегом.
Леля поежилась и поспешила переодеться в шерстяное платье. Обуваясь, она слегка замешкалась. Что если отправить оборотня одного искать полярный ясень? Пусть попробует найти белесую деревяшку среди сотен стволов такого же цвета. В конце концов, им же духи велели сохранить магию мира. Вот пусть и постарается ради стаи.
А то ишь что выдумали - свалить все на ведьму Северных земель!
Раздражение в груди горячей волной ударило в голову. Хорошо же все они устроились: что люди, что остальные расы. Любую проблему, любую работу можно свалить на ведунью. Хорошо еще, что она может отказать, если решение по силам самому просящему. Жаль, что в этот раз так сделать не получится.
Безысходность горечью полыни растеклась по языку, обожгла горло и пустотой ухнуло в желудок.
– Вот выполню обещание и уйду жить в самые гиблые земли.
– Готова?
Велимир, стоявший все это время на пороге резко развернулся и чуть не сбил с ног выходящую из дома девушку. Она одарила непрошенного спутника презрительным взглядом и поспешила к калитке. Он слегка улыбнулся, пожал плечами и отправился следом.
Ишь, бойкая какая! Сразу видно, что волчья дочь. Останься она в стае – стала б знатной охотницей. С таким-то характером.
Ведьмовская магия – штука весьма интересная.
Пока бревенчатый домик стоял на лесной поляне, дар ведуньи подпитывал землю. Он усмирял бушующую нечисть и не выпускал ее дальше лесной опушки. Целительная сила девушки пуховым одеялом накрывала город, оберегая от лютых морозов.
Стоило Чароите скрыть дом в туманной дымке, что между Явью и Предмирьем Нави стелется, как мрачная аура Застывшего леса и холод начали набирать мощь. Воздух ощутимо сгустился и вырисовывал полупрозрачные узоры вокруг сухих стволов. Он радушно приглашал войти вглубь чащи как заботливый хозяин.
Нерешительно сделав несколько шагов вперед, Леля остановилась.
Там, в глубине Вечномерзлого леса, спрятался древний ужас. Она почувствовала его давно, еще когда напитывала землю своей силой. Только в то время он спал. Конечно, однажды ему суждено было проснуться. Но странным сейчас казалось не это.
Для того, чтобы погрузить навью тварь в вековой сон используется специальный обряд. В нем требуется особый предмет, который служит "замком" и запирает сознание чудища. Как только предмет разрушен или перемещен, запертый разум возвращается в тело и дитя Предмирья просыпается.
Неужели некогда ее наставница превратила в замок собственный дом? И теперь, когда Чароита скрыла его, монстр вырвался на свободу.
Выходит, когда она найдет древко для метлы и отправится возвращать магию, горожане останутся защиты. Внутри маленьким червячком начало подтачивать чувство вины. Она мысленно пообещала себе вернуться и разобраться с навьей тварью в Северные земли после того, как выполнит желание оборотня.
Хотя, в процессе поиска можно решить сразу две проблемы: и основу для древка найти, и проснувшееся чудище запечатать.
– Обещание даю: зло древнее из леса выпускать. Слово мое крепко, как бел-горюч камень.
Вырвалось у Леляны. Она тут же прикрыла рот ладонью и обеспокоенно посмотрела на фамильяра. Та отрицательно покачала головой. Девушка выдохнула. Откуда на срубе появиться рунам обещания, когда нет просящих и платы за услугу?
– Все в порядке?
Велимир осторожно коснулся плеча ведьмы. Она вздрогнула, но утвердительно кивнула. Странно, сын шамана, а такую силу не чувствует.
– Думаю, как в стоге нужную соломинку найти. Для меня все серые палки одинаковы. Хоть бы подсказка какая была.
Она раздраженно хмыкнула и двинулась по знакомой с детства тропинке.
Казалось, что с того времени в Вечномерзлом лесу ничего не изменилось. Ни одного упавшего полупрозрачного листочка, ни одной свежей ледяной травинки из-под снега, ничего – словно это место и не живет вовсе.
Девушка грустно улыбнулась – память услужливо подкинула картинки, где ноги сами ведут ее на широкую поляну. Задумавшись, она не обратила никакого внимания, как из теней начали подниматься клубы угольно-черного дыма. Они сбивались в плотные сгустки, принимали очертания волков, медведей, рогатых чудищ, каких никто никогда прежде не видал.
— Берегись!
Велимир, привычным движением выхватил нож из-за пояса и бросился наперерез тени.
Ведьма вскрикнула от неожиданности. Он сделала широкий шаг назад и спиной уперлось в холодную шершавую кору приосинника.
Парень встал между ней и рвущимися к ней тенями. Сперва у него получалось отбиваться, но странных тварей становилось все больше. Стоило задеть их ножом, как тень расплывалась туманом, а затем снова принимала причудливую форму.
Одна из теней выскочила прямо из-под корней дерева. И, прежде чем Леляна успела отскочить, окутала ее плотным темным коконом.
Девушке показалось, что она потеряла сознание, а когда снова пришла в себя рядом никого не было. Она огляделась: лес тот же, тропинка на месте. Может, неведомые твари утащили их вглубь? Оборотня не жалко – сам навязался, пусть сам и выбирается. А вот Чароиту найти стоит. Фамильяр как никак. Да и дом вернуть из пограничного тумана только она и сможет.
Ноги сами сделали несколько шагов вперед и застряли в неприятно чавкающей жиже. Леля опустила голову вниз. Под переливающимся снегом не было видно, во что она умудрилась угодить. Чем упорней она старалась вырваться, тем крепче становилась хватка. Мерзкая, липкая слизь с неприятным хлюпаньем ползла вверх по щиколоткам. Не успела ведьма понять, что происходит, как странное белое нечто оторвало ее от земли и потащило в глубины Застывшего леса.
Перед глазами мелькали деревья. Они тянули к ней свои щупальца, щелкали беззубыми ртами и убаюкивающе шептали о том, как хорошо стать частью этого прекрасного места.
На мгновенье девушке показалось, что по их стволам вверх-вниз бегают маленькие милые грибочки. Они звонко хихихали, прикрывая хищный оскал тонюсенькими нитями ручек. Или будет правильнее назвать их лапками? Один грибок умудрится потерять шляпку, когда шлепнулся на землю. Он потешно перебирал множеством ножек пока гонялся за головным убором.
Наверно, стоило бы испугаться. Но губы Леляны растянулись в счастливой улыбке. Деревья, конечно, способны нагнать жути но с грибочками она не против подружиться. А что? Вполне нормальные приятели для ведьмы.
Будет выбираться из леса - непременно прихватит с собой того потешного, с зеленой в розовую крапинку шляпкой.
Тем временем, стволы деревьев перестали мелькать перед глазами. Вокруг полыхало множеством цветов величественное северное сияние. Оно словно читало тайные желания девушки, превращая их в яркие картины.
В них Леля была прекрасной княжной. Родители ее обожали. Поданные боготворили. И она искренне отвечала на их чувства. Для матери и отца была почтительной дочкой. Простым людям в помощи не отказывала. Когда пришла пора, ее просватали за прекрасного и сильного княжича из соседней страны. На пиру в честь помолвки они почти весь вечер кружились в танце.
Вот княжич нежно улыбнулся, слегка поддался вперед. Их губы почти коснулись друг друга
-Ай! – что-то неуловимо родное укусило за палец.
- Проснись, - мягкий низкий голос ворвался в сознание. - Проснись же!
Картинка дрогнула. Пир поблек и растворился словно дым из каминной трубы под напором ветра. За иллюзией постепенно проступал реальный мир.