Сердце тумана

– Простите, ваше высочество! – крикнул Дэш и побежал дальше, почти не запыхавшись.

Юный принц покачал головой и крикнул ему вслед:

– Знаешь, Дэш, если захочешь поесть, нужно только попросить!

Дэш помахал рукой, в которой не было печенья, в знак признательности, а затем слетел по ступенькам в большой вестибюль. Он чуть не затормозил – там было очень людно, все было забито слоями пышных разноцветных юбок и мечами в ножнах, торчащими из-за поясов аристократов во все стороны. Дэш ухмыльнулся – вызов! Он метался между придворными, не обращая внимания на их удивленные и раздраженные возгласы. Смеясь, он выбежал во внутренний двор. Оглянувшись на величественный замок, он нигде не увидел повариху; он снова одержал над ней верх. Дэш откусил кусочек. Нет ничего вкуснее украденного овсяного печенья с сахаром. Второе печенье он прикарманил для Олены.

– Тебе лучше больше не беспокоить поваров. – Его отец, конюх, выводил одну из лошадей вельможи на булыжную мостовую, под лучи утреннего солнца.

Дэш смахнул крошки с подбородка.

Его отец покачал головой.

– В один прекрасный день у тебя будут большие неприятности, Дэш.

– Ты видел Олену? – спросил Дэш.

– Принцесса Олена, Дэш. Сколько раз я должен тебе повторять?

– Ей не нравится, когда ее так называют.

– Что ж, это ее титул, и ты должен называть ее так. По крайней мере, при других, чтобы выразить свое уважение.

Дэш вздохнул.

– Ты видел принцессу Олену?

Его отец повернулся к лошади, поправляя стремена.

– В садах.

Не сказав больше ни слова, Дэш снова пустился в путь. Звук ветра, ревущего в ушах, и ощущение, что он действительно оторвался бы от земли, если бы побежал чуть быстрее, были самыми веселыми в мире. Он промчался через внутренний двор и прямиком через открытые украшенные железные ворота направился в королевские сады.

Его встретило море цветов, тюльпанов и роз, чьи гладкие лепестки блестели, как шелк, в лучах яркого утреннего солнца. Их аромат был легким и сладким и щекотал ему нос, когда он перешел на бег трусцой по узким садовым дорожкам, посыпанным рыхлым хрустящим гравием. Он изо всех сил старался не сломать ни одного из нависающих цветов, но это была не его вина, что садовники не справлялись с уходом за ними. Дэш не любил цветы; в конце концов, он не был девочкой. Но ему нравились сады. И лабиринт. Лабиринт манил к себе, как ничто другое. Его высокие ярко-зеленые стены и извилистые тропинки завораживали исследователя. Королевские оруженосцы по очереди пытались проникнуть в сердце лабиринта. Ходили слухи, что это удалось только одному мальчику. Он вернулся, сжимая в руке красные цветы с черной серединкой, которые больше нигде не росли. Именно эти цветы были доказательством того, что оруженосец покорил лабиринт. Мальчик уже давно закончил свое обучение, и легенда передавалась следующему поколению благородных воинов. Дэш был уверен, что в скором времени он найдет дорогу внутрь – если, конечно, стражники перестанут отчитывать его каждый раз при его приближении.

Живые изгороди отбрасывали длинные тени на роскошные цветочные клумбы, дамские столики и стулья, а когда дул ветер, листья на стене колыхались, как будто сам лабиринт дрожал. Дэш знал, что там его ждут приключения. Он часто представлял себя рыцарем, путешествующим по лесу Валиа, убивающим опасных зверей и защищающим принца и принцессу. Иногда он рассказывал эти истории Олене, и она смеялась. Ему нравилось смешить ее, хотя он и не считал рыцарство чем-то особенно забавным.

– Это ты, Дэш? – раздался голос принцессы. – Это, должно быть, ты – я чувствую запах овсяного печенья с сахаром. – Она тепло улыбнулась, когда он подошел, ее затуманенные голубые глаза непрестанно бегали.

– Привет, – сказал Дэш, садясь рядом с принцессой. Ее стражники не обратили на него внимания.

Она заправила выбившуюся прядь золотистых волос за ухо и сжала его руку.

– Я рада, что ты здесь, – сказала она. – Мне нужно, чтобы ты сказал мне, какого цвета небо сегодня.

К ней обратился один из стражников.

– Мы уже говорили вам, ваше высочество. Небо голубое, как и в любой другой день.

Олена покачала головой и повернулась к Дэшу.

– Ну так что?

Дэш поднял глаза и посмотрел на небо за них обоих.

– Сегодня небо над нами в основном светлое и радостное, но, – Дэш встал и окинул взглядом сад, – ага, с юга определенно надвигаются мрачные предсказания.

– Мрачные предсказания? Правда? Мне показалось, что я чувствую запах дождя. Я обожаю грозы.

– Ух, я знаю. Но тогда мы не сможем выйти на улицу. А я ненавижу помогать тебе с вышиванием.

Олена пожала плечами.

– Ты принес мне одно из тех печений?

Дэш вложил овсяную печеньку в ее ладонь.

– Кухарка чуть не убила меня во время бисквитной осады.

– Не может быть.

– Честное слово, набросилась на меня с ножом для разделки мяса и всем прочим.

– Ты использовал против нее свои рыцарские топоры?

Дэш ахнул в притворном ужасе.

– Может, она и никудышная кухарка, но все же она леди – нельзя использовать против них топоры. Это не слишком-то по-рыцарски.

– Полагаю, ты прав. – Олена откусила печенье, и ей на грудь посыпались крошки. Она не обратила на это никакого внимания.

– Так почему бы нам сегодня не заняться уроками? – спросил Дэш.

Олена немного помолчала, откусывая печенье, прежде чем ответить.

– Гувернантка Джексона сегодня заболела, поэтому его учит миссис Милнер.

– Почему бы нам просто не заняться уроками всем вместе?

– Принца учат другим вещам.

– Мы учимся одному и тому же! Он сам так сказал – история, гербы, территории…

– Тебе повезло, что ты вообще учишься, мальчик, – сказал младший из стражников принцессы. – Не говоря уже о том, чтобы присутствовать на королевских уроках ее величества.

– Да знаю я. – Дэш закатил глаза. Он устал от изучения четырех континентов. Он всегда путал столицы, и миссис Милнер заставляла его повторять их снова и снова, пока они еще больше не смешивались у него в голове.

– Мне повезло, что на моих уроках присутствует Дэш, Томас, – сказала Олена, глядя прямо перед собой.

– Конечно, ваша милость.

Дэш заметил, как Томас сжал челюсти, как это всегда бывало, когда принцесса высказывала свое мнение. Разочарование стражника было очевидно для тех, кто обладал даром видения. Олена рядом с Дэшем едва заметно покачала головой. Олене не нужно было видеть, чтобы понять, что Томас – неуважительный глупец.

– Образование должно быть доступно каждому, – продолжила она, – независимо от его социального положения.

– Это очень мило с вашей стороны, принцесса, я не хотел вас обидеть. Только то, что сын конюха привилегирован иметь доступ к королевским наставникам.

– А тебе повезло, что ты служишь в королевской гвардии, – просто сказала Олена.

Томас открыл и закрыл рот, прежде чем решил промолчать. Олена редко пускала в ход свой острый язычок, но когда она это делала, ее оппонент обычно оставался с уязвленной гордостью. Дэш знал, что когда-нибудь она стала бы прекрасной королевой, если бы Джексон не был первым в очереди престолонаследия. Олена снова обратилась к нему.

– Тебе понравились вчерашние уроки? – спросила она.

Дэш кивнул.

– Думаешь, Восточное море действительно стало красным от крови?

– Может быть, если было так много смертей, как сказала миссис Милнер.

– Вы изучаете мирный договор Моредонской башни, не так ли? – спросил Джонатан, старший стражник.

Дэш кивнул.

– Вы знаете о нем?

– Все знают. Война, которая положила конец всем войнам. Предки ее высочества были теми, кто положил конец всему этому и построил эту башню, чтобы объединить четыре континента. Это символ мира, – сказал стражник.

– Сегодня мне не нужно повторять тот же урок, – сказала Олена, но улыбнулась Джонатану.

– Тогда чем ты хочешь заняться? – спросил Дэш.

Хотя Дэш знал, что она ничего не видит, Олена повернулась прямо к лабиринту.

– Я бы хотела зайти туда.

Лабиринт, казалось, манил к себе каждого. Дэш описывал его Олене бесчисленное количество раз. У них даже были тайные разговоры о том, чтобы сбежать и попробовать пройти его вместе. Олена настаивала, что остальные ее органы чувств более чем способны вернуть их в целости и сохранности. Но теперь стражники выглядели охваченными паникой.

– Ваше высочество, у нас строгий приказ от вашего отца – вам и вашим спутникам, – сказал Джонатан, многозначительно посмотрев на Дэша, – не входить туда.

– Да знаю я, знаю, – пробормотала она.

Дэш почувствовал укол жалости к Олене. Ее королевский статус накладывал на нее больше ограничений, чем слепота.

– Тогда, может быть, мы пойдем к водопаду Хиттон? – спросил Дэш, внезапно ощутив страстное желание услышать шум падающей воды.

– Извини, конюх, ее высочество сегодня не выйдет за пределы сторожки.

Олена вздохнула.

– Ты иди, Дэш. Я просто посижу здесь, как статуя, которой мне и суждено быть.

– Нет, – сказал он. Он терпеть не мог оставлять Олену одну. Всякий раз, когда он это делал, она оказывалась в компании чопорных дочерей вельмож, которые разговаривали с ней так, словно ей было два года.

Они еще немного побыли в саду. Дэш наблюдал, как принцесса рассеянно вырывала из почвы маленькие цветочки и связывала их в цветочный венок. Неподалеку он слышал лязг стали о сталь и знал, что оруженосцы тренируются во внутреннем дворе.

Хотел бы я присоединиться к ним, – подумал он. Раздался громкий взрыв смеха и звон меча, упавшего на брусчатку, – кто-то был побежден.

– Не пойти ли нам понаблюдать? – спросила его Олена, прекрасно понимая, к чему было приковано его внимание. – Очевидно, под «нами» я подразумевала тебя. Я составлю тебе компанию. – Она уже была на ногах, взяв Дэша за руку, чтобы тот подхватил ее под локоть. С развевающимися вокруг лодыжек юбками Олена позволила ему увести себя через сады во внутренний двор, где юные оруженосцы парировали удары затупленными клинками. При появлении принцессы парни остановились и поклонились, но она просто махнула рукой.

– Продолжайте, – сказала она.

Они так и поступили. Дэш с благоговением наблюдал за происходящим, его пальцы так и чесались взять меч, а ноги отбивали ритм танца орудования мечом. Он всеми фибрами души желал стать оруженосцем, но был всего лишь конюхом, не более того.

– Ты знал, что сэр Калеб Суинтон и леди Юлиана приедут в замок через неделю? – спросила Олена, перекрикивая лязг мечей.

– В самом деле? – Дэш знал, что Олена не проявляла особого интереса к рыцарю в отставке, но всякий раз, когда слышала новости, она всегда сообщала их ему.

– Да. В честь годовщины его посвящения в рыцари устраиваются пир и бал.

– Ты имеешь в виду, что я смогу его увидеть? – Дэш повернулся к ней лицом, внезапно забыв о парирующих оруженосцах.

– Да.

– Можешь себе представить?

– Ну, технически я его никогда не видела, но я знакома с ним. На слух он старый, – сказала Олена.

– Он и правда стар! Вторжение произошло сорок лет назад! – Па и Олена рассказывали ему эту историю миллион раз, конечно, по его просьбе. Сэр Калеб был командующим королевской гвардии, когда на Хиттон напали обитатели тумана. За воротами замка произошла кровопролитная битва. Молодой король Арден был там, сражаясь бок о бок со своими людьми, когда один из обитателей тумана загнал его в угол. Согласно легенде, мужчин окутал туман и никто не мог видеть, что происходит, – они могли только слышать крики короля. Но молодой командующий бросился в атаку, размахивая двумя боевыми топорами, и разрубил обитателя тумана пополам, спасая короля. После этого король посвятил его в рыцари и изменил королевский герб в его честь на два скрещенных топора в огненной короне.

Дэш посмотрел на стражников принцессы.

– Вы были там?

– Неужели я выгляжу на шестьдесят лет, мальчик? – спросил Томас, и на его лице застыло выражение недоумения.

Джонатан рассмеялся и хлопнул своего соратника по спине.

– Полегче, Томас, глядя на такое лицо, ошибиться проще простого.

– Заткнись, Джон, – проворчал Томас.

Но Джонатан повернулся к Дэшу и принцессе.

– Там был мой отец. Однажды он сказал мне, что они думали, что с ними покончено – они были окружены существами из тумана. Они ничего не видели, не могли дышать, а их мечи казались тяжелее. И тогда сэр Калеб бросился в атаку. Мой отец сказал, что в тот день он спас не только короля, но и их всех. Он спас Хиттон. Может быть, даже все королевство.

Дэш перевел широко распахнутые глаза на Олену:

– Ты никогда мне этого не говорила!

Он задавался вопросом, каково это – когда твой отец рыцарь, а не конюх. Часто на королевских праздниках и балах Дэшу приходилось помогать своему па ухаживать за лошадьми знати и их маленьких сыновей. Большинство из них относились к его отцу с уважением – он занимал свой пост уже много десятилетий и заслужил этим всеобщее уважение. Но Дэш не упускал случая услышать ехидное замечание или, что еще хуже, приказ. Он не преминул заметить, что каким бы вежливым ни был дворянин по отношению к его отцу, тот был всего лишь чем-то незначительным в их жизни. Тем, кого нужно поприветствовать, если вообще нужно, и забыть.

Олена подняла лицо к небу, и Дэш почувствовал, как первые капли дождя упали ему на макушку.

– Я знала, что чувствую запах дождя, – сказала она, закрыв глаза.

– Ваше высочество, – сказал Томас, – мы должны отвести вас в замок, пока не начался ливень.

– Я люблю дождь.

– Да, но король и королева будут недовольны, если вы простудитесь.

Олена вздохнула.

– Конечно.

Оруженосцы собирали свое снаряжение, когда начался сильный дождь. Олена ткнула Дэша локтем в бок, подхватила свои многослойные юбки и бросилась бежать к замку. Дэш расхохотался и бросился за ней, схватив ее за руку, когда догнал.

– Ваше высочество! Не бегите! – взмолился Джонатан, подбегая к ним.

Дэш был слишком быстр для него, даже когда вел Олену за собой. Вместе они взбежали по ступенькам, в вестибюль и в южную галерею. Дэш знал, что Олена тоже любит бегать, но стражники вряд ли позволили бы ей. Они боялись, что она упадет и что их обвинят в том, что у нее ободраны коленки. Па сказал Дэшу, что у леди, особенно у принцесс, не может быть ободранных коленок. Улыбка была такой широкой на лице Олены, что Дэшу было наплевать на то, что ему скажут в ответ. Почему бы принцессе не повеселиться, как всем остальным детям? Из-за отсутствия зрения она не становилась менее крепкой, чем остальные. Они пробежали мимо главной галереи, протиснулись сквозь группу придворных в оборках и модных фраках и налетели прямо на командующего Суинтона.

Сдерживаемая ярость отразилась на резком лице командира, когда он низко поклонился Олене.

– Ваше высочество, – сказал он.

– Командующий, – поприветствовала она его, пытаясь стереть с лица глупую улыбку до ушей.

Сердце Дэша чуть не остановилось. Командующий Суинтон – сын сэра Калеба – метал в него яростные взгляды. Его волосы свободно свисали на лицо, но не скрывали желто-фиолетового кровоподтека на одной из заостренных скул.

– Могу я вас куда-нибудь сопроводить, ваше высочество? – спросил командир Олену.

– Нет, спасибо, командующий. Я сама найду дорогу, – сказала она, и смех все еще тянул уголки ее рта.

– Пока, Дэш. – Она похлопала его по руке и медленно поплыла в направлении музыкальной комнаты.

Ее стражники, тяжело дыша, догнали Дэша, но, заметив командующего, выпрямились и выровняли дыхание.

– Командующий Суинтон, – сказал Джонатан, склонив голову.

– Разве вы не должны быть со своей подопечной? – Ноздри командующего раздулись.

– Да, сэр.

Стражники сделали вид, что уходят, направляясь в большой зал.

– В музыкальную комнату, – раздраженно крикнул командир.

– Хорошо, сэр. Спасибо, сэр.

Они побежали в противоположном направлении, и командующий вздохнул.

– Я не сэр, – пробормотал он, а затем замер, поджав губы, когда понял, что Дэш все еще стоит перед ним.

– Ты! – рявкнул он. – Принцесса не какая-нибудь деревенская девчонка. Она может пораниться, бегая вот так. Не стой на пути.

И с этими словами командующий направился в большой зал, оставив Дэша изумленно разглядывать топоры, поблескивающие у него за спиной, и серебряную рукоять длинного меча на бедре.

Глава 8

Димитрий Суинтон желал, чтобы главный конюх, Карлингтон, держал своего сына в узде. Мальчик снова начал как обезумевший носиться по замку, и принцесса все чаще попадалась на его удочку. Это было неуместно. У Суинтона и так выдался плохой день – плохая неделя, чего уж таить. И теперь он вынужден был сообщить королю Ардену весть о том, что он не только лишился девушки-сироты из-за валианок, но и о том, что они почти разорвали его людей в клочья.

В главном зале было пусто и темно из-за пасмурного неба за окном. Обычно днем в зале было светло благодаря более чем двадцати массивным арочным окнам, через которые солнечный свет падал на утонченную сервировку столов и украшенные драгоценными камнями троны на возвышении. Но сегодня было сумрачно, облака отбрасывали длинные тени на комнату. Суинтон кивнул двум стражникам, стоявшим у тяжелых дверей тронного зала, и, склонив головы, они отступили в сторону, пропуская его. Внутри слуги зажгли сотни свечей, так что в комнате было светло и неуютно тепло. Суинтон подавил желание закатать рукава и расслабить первые несколько перекрестий шнурка на рубашке. Король Арден заметил его со своего места на троне, беседуя с королевой на возвышении, которое было обставлено еще более роскошно, чем остальная часть большого зала.

– Командующий, – сказал король с улыбкой, – подойдите, подойдите ближе.

Суинтон прошел в центр зала и преклонил колени перед королем Арденом и королевой Верой. Арден выглядел внушительно. Даже сидя он возвышался над людьми. У него было телосложение бойца, но, хотя когда-то он был прославленным мечником, сейчас обзавелся непринужденной осанкой, которая укрепилась с десятилетиями богатства и мира. Он уже много лет не носил меча; вместо этого на бедре у него висел кинжал, украшенный драгоценными камнями, на рукоять которого он сейчас положил руку.

– Встань, – сказал король Арден, – и расскажи мне, что там произошло?

В голосе короля не было злости, но это была одна из тех вещей, которые Суинтон больше всего ненавидел в тесном общении с ним, – никто никогда не знал, о чем думает король, пока не становилось слишком поздно. Несколько лет назад предыдущий командующий был замешан в скандале, связанном с женой дворянина и публичным домом. В то время король казался спокойным, даже понимающим, к большому облегчению тогдашнего командующего. Теперь он жил в трущобах столицы, делая все возможное, чтобы заполучить в свои руки заморские полевые цветы. Суинтон боялся, что наступит день, когда его будет поджидать подобный финал. Про себя он молился богине Ясинде, чтобы это случилось не сегодня.

– Заполучить девушку было достаточно просто, ваше величество, – сказал он. – У нее не было прочных связей в Ангоуве с тех пор, как умер старый рыбак. Но когда мы достигли вершины хребта, нас нашли соплеменницы Валиа.

– Валианцы были по ту сторону перехода?

– Да, сир.

– Сколько их было?

– Пятеро.

– А с тобой было десять мужчин?

– Да, ваше величество.

– Ты хочешь сказать, что пять женщин одолели элитные войска моего командующего?

– Это были валианки, ваше величество, а не простые женщины. – Суинтон не стал припоминать тот факт, что Леннокса выбрал король, а не он.

Король кивнул, и королева, сидевшая рядом с ним, отвела взгляд в сторону и оправила свои юбки.

– Подробнее, – приказал король.

– Один из мужчин, Сив Леннокс, приставал к заключенной.

– До какой степени?

Суинтон взглянул на королеву, не желая ее задеть.

– Его намерения не были благородными, ваша милость.

– Понимаю.

– Когда мы легли спать, он схватил ее, и вот тогда-то и появились женщины Валиа. Я думаю, они, возможно, наблюдали за нами дольше, чем я хотел бы признать.

– Почему твои разведчики ничего не заметили?

– У валианок есть другие способы передвижения по горам и лесам, сир.

Король снова кивнул.

– Да, я тоже слышал эти истории, командующий. Кто из Валиа? С кем мы имели дело раньше?

Суинтон сглотнул.

– Это была так называемая гвардия королевы, сир. – Суинтон склонил голову в знак извинения перед королевой Верой. Она мрачно улыбнулась.

– Гвардия королевы. В Эллесте нет другой королевы, кроме той, что сидит сейчас перед тобой, – сказал король.

– Разумеется, сир. Я просто передавал вам их терминологию. Из их матриархальной гвардии были Афина, старшая командующая, Тилли, Марвел и Петра. Обычные подозреваемые; мы уже имели с ними дело раньше. – Суинтон глубоко вздохнул. – И Генри Валиа.

– Что?

– Генри Валиа, ваше величество, она была там.

– Скажите мне, командующий. Что делает матриарх леса Валиа, нападая на людей короля, которые выполняют королевский приказ? – Король сжал подлокотники своего трона.

– Я не совсем понимаю, почему они были там, сир. Хотя я знаю, что у них разные представления о том, что представляет собой их территория. Я полагаю, что они напали из-за действий Леннокса. Поднять руку на женщину на территории, которую они считают своей, – это прямое оскорбление рода и их предков.

– Хоторнские хребты и залив Фелдер не являются территорией Валиа.

– Конечно, сир.

– И они помешали вам выполнить задание, несмотря на то, что находились на моей земле, напали на моих людей, и… Где сейчас пленница?

– Она у них, сир.

Король на мгновение подпер голову рукой.

– Командующий, – сказал он, – предполагалось, что это будет простая миссия – забрать простолюдинку, девчонку, из Ангоува. Каковы еще убытки, кроме потери моего пленника?

Суинтон молча принял словесный удар. Он подвел короля, он не выполнил свой долг. Король мог бы легко (и, возможно, должен был) лишить его титула за это.

– Сив Леннокс лишился глаза, еще несколько человек получили незначительные травмы – переломы ребер и тому подобное, но смертельных исходов не было. Валианки проявили осторожность.

– Хотя, судя по всему, они могли легко вас убить? – Король внимательно осмотрел покрытое синяками лицо Суинтона.

Командир поколебался, прежде чем честно ответить:

– Да, ваше величество.

– А глаз Леннокса?

– Нам повезло, что с нами был Фиори Мерфадиас, ваше величество. Его бабушка была целительницей в Батталоне. Он знал, какими травами лечить рану. Ленноксу очень больно, но рана не гноится. Мы думаем, он будет жить.

Король кивнул.

– Полагаю, что его ранение будет достаточным наказанием за неосторожные действия. И пусть он лишится содержания по окончании службы.

– Я позабочусь об этом, сир.

Король прижал пальцы к вискам.

– А как насчет вашей личной миссии, командующий? Вы высвободили содержимое баночек, которые вам дали?

– Да, ваше величество. Всех, кроме трех. После того как мы потеряли девчонку, я счел разумным вернуться к вам как можно скорее.

– Хорошо. По крайней мере, в этом отношении вы приняли правильное решение. Вы отметили на карте координаты, которые пропустили?

– Да, сир.

Король Арден стиснул зубы и подергал себя за бледно-золотистую бороду.

– Позаботьтесь о том, чтобы вам наложили какую-нибудь мазь на ваши раны, командующий.

Взгляд королевы упал на опухшее лицо Суинтона, и он отвел глаза, покраснев. Королева всегда была молчаливой фигурой на его встречах с королем. Она сидела, часто теребя свои юбки или украшения, молча впитывая все, что говорилось. Иногда он задавался вопросом, как много королевской чете приходилось говорить друг другу за закрытыми дверями. Но это было ни к чему.

– Да, сир. – Суинтон кивнул королю.

– Вы знаете, что мы не можем позволить валианкам уйти безнаказанными.

Суинтон хранил молчание.

– Они похитили призванную мною пленницу, напали на моего гвардейца, захватили территорию, которая им не принадлежит, и назвали своего матриарха королевой? После трагической смерти Сахары Валиа и всей этой истории с туманом я закрывал глаза на их выходки. Однако прошло слишком много времени, а они только и делали, что пользовались своим преимуществом. И по-видимому, проповедуют изменнические идеи.

– Что вы хотите, чтобы мы сделали, сир?

Король встал, протягивая королеве руку. Суинтон заметил, как на ее лице промелькнуло беспокойство, но оно исчезло, когда она поднялась на ноги и взяла мужа под руку. Королевская чета спустилась с возвышения, и Суинтон снова опустился на колени.