Границы крови. Остров ветров

ДОМ

Несмотря на то, что дом Нэй находился неподалёку от Эйшира, по другую сторону Хассанского леса, из-за хромоты Уильяма они потратили на дорогу около двух часов. Принц с облегчением выдохнул, когда наконец заметил, помимо нескончаемых деревьев, камней и холмов, небольшой деревянный домик. Внутри было темно, а из трубы шёл лёгкий дым от догорающей печи.

— Не выглядит многообещающе, — заявил Уильям, когда они поднимались на террасу дома.

— Не всем жить в огромных замках, Принц, — бросил Кир, подойдя ближе к двери.

Драхас легонько постучал один раз в дверь, и этого хватило, чтобы уже спустя несколько секунд она распахнулась. Нэй выглядела сонной и немного взъерошенной, и первое, что бросилось в глаза Уильяму — её радостный взор, направленный на Кира, который в это время оставался безэмоциональным и как будто избегал с ней прямого зрительного контакта.

— Уильям, познакомься, это Нэй. Она Колдунья. Нэй, это Уильям, он… — сухо начал знакомить их Кир.

— Принц, — опередила его Нэй, переводя взгляд на нового знакомого. — Сложно не узнать Уильяма Сандерса. Очень рада знакомству, ваше высочество! — Она медленно опустила голову в знак уважения.

Кир закатил глаза.

— Можешь не стараться так перед ним, это лишнее.

— А мне нравится, — пожал плечами Уильям.

— Мы здесь по делу, — продолжал Кир, зайдя внутрь дома. Нэй раскрыла дверь пошире и отошла с прохода, приглашая их двоих войти.

Внутри было довольно уютно и тепло, что сразу позволило Уильяму наконец расслабиться и снова почувствовать пальцы рук после долгой зимней прогулки. Посреди единственной комнаты стоял большой диван, рядом с которым находилась каменная печь и бесконечное количество деревянных ящиков и полок, наполненных различными баночками и коробками. Запах внутри дома отдавал свежими травами и пряностями, и Уильяму показалось, что он чувствует это гораздо сильнее, чем должен был. Вдоль окон росли переплетающиеся растения, тянущиеся к свету, создавая иллюзорную связь между природой и магией, которая царила в этом доме. Здесь было тихо, только лёгкий шёпот ветра доносился снаружи, дополняя атмосферу таинственности и спокойствия.

Принц сел на диван, осматривая затягивающийся шрам на ноге, который до сих пор постоянно напоминал о себе ноющей болью. Нэй, стоя возле печи, заметила рану и подошла ближе к Уильяму.

— Вам нужно будет с этим помочь?

— Нет, — отрезал Кир, сваливаясь на диван рядом с Принцем. Он сонно потянулся, снимая напряжение во всём теле. — Тут кое-что поинтереснее.

Уильям перевёл взгляд на Эберштейна и понял, что тот ждал, пока Принц сам расскажет всё, при этом улыбаясь так, словно был неистово заинтригован его историей. Тот тяжко вздохнул, возвращая внимание на Нэй, которая всё ещё не понимала, что происходит, и явно ждала Кира у себя совсем при иных обстоятельствах.

— На меня и брата напали Фералы вчера утром. Каким-то чудом моё бессознательное тело нашёл Эберштейн и принёс в замок, и там со мной начала происходить какая-то демонщина, думал, прямо сейчас уйду к праотцам. Кир предполагает, что меня обратили.

Нэй побледнела, но промолчала. Она знала, что это означало для Принца Уильяма Сандерса.

— Я не предполагаю, я уверен, — исправил его Кир, — ты там рычал как в преисподней А-Саирет. Даже я так не умею, — он поднялся с места, снова устало потянувшись, и подошёл к Нэй поближе. Она взволнованно сглотнула, поднимая на него голову. — Вопрос вот в чём — ты знаешь, чем можно ему помочь? Насколько я знаю, это необратимая ситуация…

Нэй замерла на несколько секунд, и только после того, как Эберштейн повернулся на Уильяма, она смогла отвести от него взгляд и, откашлявшись, присела возле Принца, осматривая его.

— Фералы непростой вид. Они с детства привыкают к трансформациям и многие из них половину жизни живут в животном теле, потому что им так комфортнее. Превращение — это всегда болезненно, особенно, если ты никогда в жизни этого не делал и твоё тело не привыкло к таким метаморфозам. Твои кости будут ломаться и заживать. Постоянно. Будут болеть зубы, мышцы, пальцы рук и ног. Обращение в таком возрасте — не лучшее, что могло с тобой произойти… Ты можешь не выдержать полной трансформации, и тогда, в худшем случае, у тебя остановится сердце.

Уильям сжал челюсть и опустил глаза на пол, слушая рассказы Колдуньи о том, что его теперь ждало. У него в голове бесконечно крутилась фраза отца: «ты для меня мёртв». Может, так оно и было на самом деле. Он уже точно не был прежним Уильямом, и в его душе образовалась пустота, которая с каждой минутой сильнее поглощала его. Он почувствовал, как от осознания своей ужасающей ситуации у него намокли глаза.

— Так, притормози, — прервал Кир Нэй, скрестив руки на груди, — Уильям не умрёт от остановки сердца, он всю жизнь пил Протектор. Другой вопрос, что ему действительно будет мучительно больно. Ты сможешь остановить его трансформации? Чтобы заблокировать их насовсем.

— Сомневаюсь, — покачала головой Нэй, удивившись небезразличию Драхаса. — Мутация Фералов очень сложная штука, играть против природы… — Колдунья не закончила мысль, неожиданно замолчав, уходя в свои мысли. — Попробуйте найти Эндельсенталя.

— Эндель-кого? — уточнил Уильям.

— Сэр Эндельсенталь, — вздохнул Кир, — это Алвэр. Высший Алвэр.

— Он очень мудрый, — качнула головой Нэй, — Алвэры сильнее всех остальных связаны с магией природы. Они были первыми последователями древней магии Теонов и являются их ближайшими потомками, — на последнем слове Нэй запнулась, словно была не уверена в своих словах, — в общем, Эндельсенталь гораздо лучше меня разбирается в процессах внутри живых существ, он может помочь. Кир должен знать, где его искать.

— Примерно, — нахмурился тот, — Алвэры не особо жалуют Драхасов. Он может не позволить его найти.

— Он всегда позволяет найти себя тем, кто нуждается в его помощи, — произнесла томно Нэй, обращаясь уже к Уильяму.

Принц поднялся с места, ничего не ответив, и направился к выходу из дома. Ему нужен был свежий воздух. Он чувствовал, как начинает задыхаться, проваливаясь в пучину своих мрачных мыслей.

Кир тут же дёрнулся следом за ним, но Нэй поймала его за локоть, остановив на месте. Он вопросительно взглянул на Колдунью.

— Ты всё-таки вернулся, — мягко сказала она, растягивая слова.

— Да, — кивнул Кир, высвобождая руку из хвата девушки, стараясь при этом не отпускать Уильяма из своего поля зрения. — Слушай, Нэй, я знаю, ты ожидаешь, что смерть моего отца что-то изменит. Но это не так. — Кир говорил холодно, желая поскорее закончить этот диалог. — Ты хороший друг, и мы с Принцем благодарны за помощь, но, кажется, нам большего друг от друга ожидать не стоит.

Лицо Нэй заметно наполнилось разочарованием. Сама про себя она думала, что была бы готова к подобному ответу, но оказалось, что это совсем не так.

— Ты говорил совсем иначе, когда…

— Забудь, — бросил Кир, уже выходя за дверь. — Имеет значение только то, что я сказал сейчас. Постарайся не обижаться.

Драхас чуть ускорился, видя, как Уильям стремительно отдаляется от дома. На улице уже вовсю рассветало, а Кир пока не представлял, куда они дальше собирались идти, кроме как отправиться на поиски Эндельсенталя, который мог быть в любой части Хассанского леса в зависимости от его переменчивого настроения.

— Эй, Принц, — окликнул его Кир, но тот продолжал идти вперёд сквозь заснеженные тропы. С неба падал лёгкий снег, и Кир накинул на голову капюшон.

— Не называй меня так, — раздражённо бросил Уильям, не сбавляя темп.

Драхас слегка приподнял брови и его губы изогнулись в полуухмылке.

— Ладно! Остановись, куда бежишь? — Кир шёл сзади, не пытаясь нарочно его обогнать. — Уильям Сандерс, — добавил он после недолгой паузы.

Принц остановился и повернулся к Драхасу.

— Так тоже меня не называй, — попросил он, выпуская изо рта густой пар. Лицо Кира выражало максимальное недопонимание и усталость от сложности в общении. — Зови меня просто Дест.

— Дест?

Это было что-то новенькое.

— Да, и мы больше не поднимаем этот вопрос, — отрезал тот. — Я хотел дойти до Фалмира. Там живёт Кайден, это…

— О, нет! — усмехнувшись, громко сказал Кир, разведя руками, — Кайден и я — очень несовместимые вещи. И вообще Охотники не любят такую нечисть, как мы с тобой. Я не сомневаюсь, что Кайден бы помог тебе, но тогда дальше ты идёшь один, приятель.

Дест на минуту задумался, всё ещё стоя на месте под усиливающимся снегопадом. Он поднял лицо к небу, выдыхая белый пар изо рта и ловя на горячую кожу мельчайшие крупицы льда. Он практически не чувствовал холод — он понял это сейчас, и ему показалось это плохим знаком, за которым вполне могла последовать трансформация. Но ему было всё равно. Дест даже и представить не мог, куда и зачем ему идти теперь, когда дорога в замок закрыта. Это всё казалось бессмысленным и бесцельным. Может, это сам А-Саирет наказывает его за попытку избавиться от Самсона, отнимая всё, что имело значение в его жизни.

— Мы можем хотя бы дойти до Фалмира вместе? — тихо спросил Дест, опустив голову.

— Конечно, — пожал плечами Кир, видя, как Принц хочет пойти к Кайдену. Он определённо нуждался в поддержке кого-то, кому он мог доверять, хоть и понимание таких чувств было неблизко Драхасу.

Дест благодарно кивнул, и они направились дальше, сквозь заснеженный утренний лес, по пути в столицу, идя в полной тишине под звуки завывания ветра.

Кир начинал слышать надоедливый гул в ушах, пробивающийся через ткань его капюшона. Самый раздражающий звук на всём Острове. Келпи. Хоть это и был самый короткий путь в Фалмир, проходил он через Боскские болота, где обитали эти демонические водяные кони, и идти через эти топи с потрёпанным Принцем точно было опрометчивым решением. Кир предложил сделать крюк через утёсы, который, хоть и удлинит путь, но сделает его более безопасным.

Они вышли из леса, и Дест наконец увидел Ниранское море, которое, как обычно, сильно штормило. Вид был просто колоссальный — бескрайнее море под обрывом высоких утёсов, тянущихся на многие километры вдоль Северного Острова. Упасть с таких в ледяную воду моря — верная смерть, если не от холодных вод и высоких волн, то от голодных морских Келпи.

Впервые Принц задумался о том, что, может, это не так уж и плохо. Возможно, даже быстро. Подойдя к краю скалы, Дест безжизненно глядел в бездну; кулаки его были сжаты, а в самой позе читалось что-то импульсивное, опасное.

— Даже не думай, — Кир очутился рядом, вырывая его из нагнетающего потока мыслей. Он уже потянулся, чтобы приободрить Принца, похлопав его по плечу — люди ведь так обычно делают? — но вовремя передумал и лишь неловко почесал затылок. — Я за тобой туда точно не прыгну. Ненавижу воду.

— Я и не собирался, — соврал Дест, делая шаг назад. Он бросил последний взгляд на обрыв и обречённо вздохнул. Придётся дать себе ещё один шанс.

Пока они шли вдоль пропасти, Дест обратил внимание на бесстрастное лицо Кира. В памяти тут же вспыхнул пожар, который он видел прошлой ночью. Принц вдруг осознал: тот дым над поместьем Эберштейнов он заметил ещё перед сном, но, будучи нетрезвым, не придал этому значения. Вспомнилось и лицо сестры — какой грустной она была утром в гостиной.

— Я видел огонь, — начал Дест. Кир тут же отвернулся к морю, спрятав ладони в глубоких карманах мантии. — Кто-то пострадал?

— Моя репутация, — фыркнул Кир. — И половина семейства.

— Я знаю, что Эйдам хотел сблизить наши семьи. Он хотел выдать Мэриэл за твоего старшего брата. Как там его...

— Десмонда.

— Десмонда, да. И, кажется, его не особо волновало, что вы Драхасы.

— Зато моего отца волновало, — покачал головой Кир, возвращая взгляд на Принца. — Он бы вряд ли пошёл на такой союз. Джевехард был ярый приверженец чистоты драхасской крови. Может быть, потому что сам в своё время порядочно напортачил с этим, — с долей неприязни сказал Кир.

— Ты о чём?

— Неважно, — отмахнулся он. — Это как-нибудь в следующий раз, Принц.

Утренний туман развеивался, открывая их взору широкую лесную тропу. Дест повернул голову, всматриваясь в чащу: на опушке леса стоял одинокий полуразваленный дом, прячась за толстыми стволами деревьев. Сменив курс, он стремительно направился к постройке, с интересом осматривая окружающую территорию. Строить дома вдали от городов было, конечно, привычным делом, но этот дом располагался прямо между Эйширом и Фалмиром, близко к утёсам и лесу, что не имело особого смысла, разве что, если целью было остаться в одиночестве, и чтобы никто тебя не нашёл.

— Не хочешь зайти? — предложил Дест, пока Кир не спеша шёл следом за ним. — Выглядит вполне гостеприимно. Я ужасно устал после этого всего и не прочь передохнуть.

Драхас фыркнул, но решил не противиться — ему самому стало интересно заглянуть внутрь. Они вместе подошли ближе, рассматривая наружную часть дома, которая была в плачевном состоянии — крыша искривилась, многие доски прогнили, окна выбиты, на некоторых и вовсе отсутствовало стекло, и на его месте прибиты тонкие доски. Дверь еле-еле держалась на петлях, и, учитывая огромный сугроб, скопившийся снаружи, её не открывали уже очень давно. Возле самого дома было разбросано множество оставленных вещей: деревянные стулья и столы, полки, книги, которые уже давно разбухли от постоянной влажности, а также два ветхих дивана из кожи.

Кир потянул на себя скрипучую дверь, которая смогла открыться лишь наполовину из-за наметённых сугробов. Когда он вошёл внутрь, перед ним открылся узкий коридор, который затем переходил в более просторный холл. Справа от холла находилась небольшая гостиная, в которой из мебели остался только книжный шкаф до самого потолка, набитый старыми пыльными книгами. Слева — кухня, в которой догнивал старый полуразрушенный гарнитур и обеденный стол без одной ножки. Между гостиной и кухней располагалась лестница на второй этаж, на удивление сохранившаяся в хорошем состоянии. Кир пошёл наверх осматривать оставшиеся комнаты, пока Дест решил остаться снизу и изучить гостиную с кухней.

На втором этаже Кир обнаружил ещё три комнаты. Одна из них была сразу подле лестницы и доверху набита различным пыльным хламом; вторая комната, находившаяся справа от первой, была самая крохотная, и в ней не было ничего, кроме лежащего на полу матраса и заколоченных досками окон. Пройдя чуть дальше по узкому тёмному коридору, Кир наткнулся на последнюю комнату — просторную, посреди которой стояла большая кровать с четырьмя столбами и разорванным балдахином. Здесь окно не было заколочено, и каким-то чудом стёкла остались целыми, делая эту комнату самой невредимой из всех. Подойдя ближе к кровати, он заметил накренившуюся маленькую тумбочку, под которой лежал небольшой ключ. Забрав его с собой, Кир попробовал вставить ключ в замочную скважину двери этой комнаты, куда он идеально подошёл. На мгновение задумавшись, он вытащил ключ и положил его в карман мантии, прикрыв за собой дверь.

После обхода он спустился обратно к Десту, который уже шерстил на кухне по разным ящикам.

— Я нашёл окаменевшие куски хлеба и несколько свёртков крупы. И одну дохлую мышь, — констатировал Принц. — Голоден?

— Спасибо, — нахмурил нос Кир, подходя к обеденному столу, где были выложены подгоревшие батоны хлеба, замёрзшие несколько месяцев назад. — Я предпочитаю что-то, что ещё двигается.

— Ужасно, — пробурчал Дест, продолжая рыться в ящиках. — Твои слова про кровавого раба становятся всё более реалистичными.

Кир усмехнулся, выходя на улицу. Раннее небо уже приобретало более светлые краски, а ветер, наконец, успокоился. Дест вышел на террасу к Киру, осматривая валяющиеся вещи возле двери.

— Отсюда до Фалмира меньше пары часов хода, — сказал Драхас, видя задумчивый взгляд Принца.

Дест выпрямился, обратив внимание на Кира.

— Я думаю, лучше немного переждать здесь. В гостиной стоит камин, можно разжечь огонь, может, получится согреть эту лачугу. К тому же, нога всё ещё нещадно болит, я бы развалился на полпути.

Эберштейн пожал плечами, возвращаясь внутрь, и тут же испарился на втором этаже, оставляя Принца наедине с собой. Дест ещё раз прошёлся по кухне, роясь в ящиках. Повезло: в одном из них лежал старый спичечный коробок. Всего две спички. Он не видел таких коробков уже много лет, в основном используя для розжига Огнит— тонкие палочки, похожие на солому, связанные между собой верёвкой или травой, при разломе которых возникала искра, поджигающая эти самые палочки. Это был простой и надёжный способ получения огня, в отличие от маленьких спичек, которые, возможно, уже полностью пропитались влагой.

Первая спичка треснула и развалилась, как только Дест попытался её зажечь, зато вторая смогла загореться на несколько секунд, поджигая собой коробок и вырванные страницы из книг, разбросанных на полу возле камина. Пока сгорала бумага, Дест докинул в камин ещё несколько бесхозных досок, сломав их пополам и заодно заработав несколько заноз. Этого бы хватило ненадолго, поэтому он вышел на улицу и прошёлся вокруг дома, насобирав толстых веток. Последний раз он этим занимался лет десять назад, когда отец брал их с Самсоном на охоту, и им пришлось остаться ночевать у подножья Эрры. Тогда эти задачки казались весёлыми и интересными, как игра в выживание, в которую им никогда не приходилось играть всерьёз. Сейчас же хотелось поскорее закончить и прилечь.

Через пару часов в гостиной потеплело, подтаял залетевший через дыры в окнах снег. Дест нашёл возле террасы вырванную с петель старую дверь и временно поставил её впритык к обрушенному подоконнику, чтобы новый снег не проникал сквозь разбитое окно. Стоявший посреди гостиной диван был весь в дырках и грязных пятнах, но Принц был настолько уставшим и обессиленным, что ему уже было всё равно, на чём лежать. Он свалился на него головой к камину, моментально уснув и проспав практически до следующего утра.

Проснувшись, когда ещё не рассвело, Дест заметил, что в камине догорают свежие дрова, которые, судя по всему, ночью докинул Кир. Принц притянул к себе ногу и почувствовал, что боль уже утихла, позволяя ему без особого дискомфорта её сгибать и выпрямлять — спасибо годами выпиваемому Протектору. Попытавшись подняться с дивана, на Деста тут же обрушилась кошмарная головная боль, и всё перед глазами разъезжалось в стороны, теряя всю цветовую насыщенность. Он кое-как поднялся на ноги и побрёл по скрипящему полу в тёмную часть дома, ожидая найти ванную комнату с возможностью умыться и прийти в себя.

Под лестницей было две двери: одна была заколочена ржавыми гвоздями, другая еле-еле держалась на петлях, и, подтолкнув её вперёд, Дест обнаружил перед собой пыльное зеркало, висящее на обшарпанной стене, перед которым стояла каменная раковина. Было заметно, что когда-то сюда пытались провести водоснабжение, так как по всему периметру комнаты были проложены трубы, которые не выдержали испытания временем и в нескольких местах разорвались. Стало очевидно, что воду Дест здесь не найдёт. В висках пульсировала боль, грозя свести его с ума; ему срочно нужно было охладиться чем-нибудь. Он лихорадочно выбежал на улицу, пошатываясь; в ушах гудело от невыносимой боли. Чуть не поскользнувшись на лестнице, он спустился с террасы и тут же, сев на колени, опустил руки в свежевыпавший снег и начал забрасывать им лицо и голову.

На удивление, он моментально почувствовал себя лучше. Растаявшие куски снега стекали водой по его лицу, и Дест выдохнул, закрыв глаза, чувствуя, как мигрень плавно стихала.

— Ты перегрелся? — послышался голос за его спиной, отчего он вскочил с земли, оборачиваясь назад. Перед ним стоял Кир в распахнутой мантии, на воротнике которой виднелись свежие пятна крови. — Или это какой-то вид королевских развлечений?

— Воды нет в доме, — сухо ответил Дест. Кир кивнул и пошёл дальше мимо него в дом. Принц почувствовал исходящий от Драхаса шлейф — тонкий, еле ощутимый запах. Это не было похоже на то, как Дест обычно чувствовал запахи — он словно мог почувствовать исходящее, практически растворившееся в воздухе, тепло. Живое, едва уловимое. Поднявшись по лестнице обратно в дом, запах усилился — теперь уже Дест мог уловить нотки земли, мокрой шерсти и крови.

Кир увидел, что Принц последовал за ним и остановился, с лёгкой улыбкой посмотрев на него.

— Ферал почуял добычу, — томно сказал он, добавив драматичную хрипотцу в свой мелодичный голос.

— Мерзость, — поморщился Дест, отходя от Кира в гостиную и садясь обратно на диван. С его волос всё ещё капали мелкие холодные капли растаявшего снега. — Что это? Белка?

— Ледовый кролик, — поправил его Драхас, доставая из глубокого кармана мантии мёртвого зверька. Он прошёл в гостиную, кладя его на пол возле камина, так, чтобы Дест его видел. — Чем быстрее ты примешь новые условия, тем быстрее адаптируешься.

После этих слов Кир вновь ушёл на второй этаж дома, закрывшись в дальней комнате. Дест же сидел на диване, сгорбившись, с отвращением смотря на маленькое мёртвое тело, освещаемое догорающим пламенем камина. Он понимал, что Киру этот кролик точно был не нужен — пятна крови на его мантии явно пахли не животным; он принёс эту тушку специально для него. А ел Дест последний раз тогда, когда ещё проснулся Уильямом.

Принц сверлил глазами кроличий труп на протяжении следующего часа, пока голод и злость не взяли над ним верх. Сцепив зубы от отвращения, Дест вытащил из ножен кинжал — тот самый, что Самсон швырнул ему вслед у ворот замка, — и неумело принялся свежевать тушку.

Из комнаты на втором этаже Кир почувствовал доносящийся из гостиной запах жареного мяса. Он делал ставку на то, что Дест накинется на него и съест сырым, но, видимо, королевского в нём пока больше, нежели животного. Пока.

ПОЗАДИ

В течение последних трёх дней Алекс тщательно продумывала план дальнейших действий. Поначалу её желание уйти из Кеолана было навеяно, вероятно, произошедшим эмоциональным событием, но теперь находиться там было просто невозможно: и ей, и Фрэю Сет не давал прохода. Если с Фрэем это была вечная история, то с Алекс это стало его новым досугом, потому как она наотрез отказывалась что-либо говорить другим воспитателям касательно произошедшего. Сета это выводило из себя, но отступать уже было поздно, ведь за то, что он якобы навредил девочке, его на ближайшую неделю лишили ужина, а также личного топора для похода в лес. Теперь он был обязан таскать за всеми сани с дровами под чутким присмотром Дии. И это ему жутко не нравилось. И он был намерен отомстить.