Пепел страниц моей души: Начало

Глава18 Бордель

Лана

Ночь с четверга на пятницу оказалась бессонной.

За окном без остановки лил проливной дождь. Тяжёлые капли мерно стучали по стеклу, а я лежала, кутаясь в одеяло, и невольно прислушивалась к этому однообразному шуму.

Уснуть не получалось.

Каждый раз, переворачиваясь, я смотрела на кольцо Томаса. Яркий голубой камень мерцал в полумраке, словно напоминая о нём. Мне отчаянно хотелось поговорить с Томасом, но я не решалась.

Не после того, что произошло.

Не после того, как я снова испытала удовольствие рядом с человеком, которого должна была ненавидеть.

Я тяжело вздохнула и уставилась в потолок.

А вдруг я действительно что-то чувствую к Неймору?

От этой мысли по спине пробежал холод.

Нет. Этого не может быть. Он психопат. Насильник. Монстр, который ломал меня день за днём. После всего, что он сделал, я не имею права чувствовать к нему ничего, кроме ненависти.

И всё же тело, кажется, было со мной не согласно.

Боже... как мне выбраться отсюда? Как сбежать из замка Неймора Дракморна? Есть ли у меня вообще хоть какой-то шанс?

Милания так и не смогла дозвониться до моих родителей. Их номера были недоступны. Наверное, Неймор сказал правду — они уже в Эливуде. Именно туда мы собирались переехать после окончания колледжа.

Но как добраться туда?

Я сильнее натянула одеяло до самой шеи.

Это неважно. Если мне удастся выбраться отсюда, способ найдётся. Главное — больше никогда не оставаться рядом с Неймором.

К утру дождь стих, но мысли стали только тяжелее.

Я поднялась раньше обычного, быстро собралась и подошла к окну. После ночного ливня сад казался удивительно красивым: мокрые дорожки блестели в утреннем свете, листья переливались каплями воды. Но вместо восхищения я чувствовала лишь тяжесть и жгучий стыд перед самой собой.

И тогда я отчётливо поняла: если не расскажу обо всём Милании, просто сойду с ума. Мне нужно было выговориться. Услышать хоть чей-то голос, кроме собственного. Даже если она не поймёт. Даже если отвернётся после моего признания. Я всё равно расскажу. Потому что больше не могу носить это в себе.

В дверь постучали. Я сразу обернулась.

Через мгновение в комнату вошла Милания и, как всегда, с широкой, искренней улыбкой сказала:

— Привет, Лана! Как дела? Пойдёшь на завтрак?

Я с трудом улыбнулась в ответ.

— Да... конечно. У меня всё равно нет выбора.

— Неймора нет в замке, так что можешь спокойно насладиться его отсутствием, — весело сказала она, словно сообщала хорошую новость.

Я сглотнула ком, застрявший в горле.

Снова избегает меня?.. Или всё-таки уехал по делам?

Я поспешно оборвала эти мысли.

Не думай о нём. Пусть делает что хочет... Лишь бы больше не...

Я крепко сжала губы, не позволив себе закончить эту мысль.

Наверное, что-то всё-таки отразилось у меня на лице, потому что Милания вдруг посерьёзнела. Улыбка медленно исчезла, а в её глазах появилась тревога.

— Лана... всё хорошо? Что-то случилось? Неймор снова обидел тебя? — тихо спросила она.

Я тут же вынырнула из своих мыслей, словно меня резко выдернули на поверхность, и посмотрела на неё, чуть вздёрнув брови, стараясь выглядеть как можно спокойнее.

— Нет... всё хорошо, я просто задумалась... — ответила я, делая короткую паузу, подбирая слова, которые не выдадут меня.

Я на мгновение замялась, но всё же решилась:

— Мы можем встретится в библиотеке после завтрака?.. Я бы хотела поговорить с тобой...

Её лицо всё ещё оставалось обеспокоенным, но она сразу кивнула:

— Да, конечно. Я приду обязательно.

Она едва заметно улыбнулась, но в этой улыбке уже не было той лёгкости, что раньше.

— Пошли, подруга... Феодора уже накрыла на стол и точно будет ругаться за задержку, она очень строгая женщина... прямо как моя мама, — добавила она, театрально закатывая глаза, и тихо засмеялась.

Я ответила ей улыбкой, сделала шаг ближе. Милания тут же ухватилась за моё предплечье:

— Представляешь, Лана... она всё время говорит мне, что я неправильно ставлю чашки... ну разве это вообще важно? — продолжала она, легко, живо, как всегда.

Мы направились к выходу. Милания, как всегда, болтала без умолку, перескакивая с одной истории на другую, а я молча слушала её и невольно улыбалась. На несколько минут действительно показалось, что мы снова идём по коридорам колледжа, где ещё не было ни войны, ни плена, ни Неймора.

Но это ощущение оказалось слишком хрупким.

Стоило вспомнить, о чём мне предстояло ей рассказать, как на сердце снова стало тяжело.

А вдруг после моего признания Милания больше не захочет со мной общаться? Решит, что я сошла с ума... Что я настолько жалкая, что не могу справиться даже с собственным телом.

После завтрака я сразу поднялась в библиотеку.

Ждать пришлось долго. По ощущениям прошёл уже час или больше, но Милания всё не приходила. Видимо, Феодора загрузила её работой.

Чтобы хоть как-то отвлечься, я бродила вдоль книжных шкафов, скользя взглядом по корешкам. Мысли снова возвращались к побегу, но ни одной стоящей идеи так и не появилось. Замок охранялся со всех сторон, моя магия была заблокирована, и чем больше я думала о побеге, тем яснее понимала: выбраться отсюда почти невозможно.

Взгляд неожиданно зацепился за книгу.

«Трактат о пространственных вратах».

Я задумалась.

А что, если именно здесь скрывается ответ? Наверняка в замке есть хотя бы один портал. Если мне удастся найти его и каким-то образом активировать... Возможно, это мой шанс.

Я сняла книгу с полки и направилась к дивану, собираясь начать читать, но в этот момент дверь библиотеки распахнулась.

Послышались быстрые шаги. Я сразу узнала Миланию.

— Прости, Лана, что так долго. Сегодня просто ужасно много работы, — торопливо сказала она, держа в руках поднос с едой. — Еле удалось выбраться. Сказала Феодоре, что тебе давно пора принести обед.

— Не извиняйся... Это не твоя вина. Я даже не заметила, как пролетело время и уже наступил обед, — тихо ответила я.

Она поставила поднос на ближайший письменный стол, подошла ко мне и села рядом.

— Рассказывай, что случилось... Я вижу, на тебе нет лица... Ты бледная... И глаза у тебя грустнее, чем обычно...

От её слов у меня внутри что-то дрогнуло.

Слёзы подступили к глазам, ком сжал горло. Я поспешно отвернулась, пытаясь взять себя в руки, но это было гораздо труднее, чем я ожидала.

Милания осторожно накрыла мою руку своей ладонью.

— Лана... ты можешь мне доверять... Я пойму тебя. Я обещаю...

И этого оказалось достаточно. Я не выдержала.

Слёзы покатились по щекам, и я бросилась к ней, крепко обнимая за шею, будто боялась, что она исчезнет. Сбиваясь, захлёбываясь словами, я рассказала ей обо всём.

Начиная с лабиринта. И заканчивая тем, что случилось вчера. Какой я оказалась. Она не перебивала. Только тяжело вздыхала, всё крепче прижимая меня к себе.

Когда я наконец замолчала, Милания медленно отстранилась, взяла меня за плечи и посмотрела прямо в глаза.

— Лана, ты не виновата в том, что твоё тело так реагирует. Ты когда-то любила его... А он слишком хорошо тебя знает. Знает, на какие струны нажать, чтобы ты снова что-то почувствовала. Ты просто не можешь этому сопротивляться. И в этом нет твоей вины.

— Я обещала себе, что больше такого не произойдёт... Обещала Томасу, что никогда не позволю Неймору снова пользоваться мной... — мой голос становился всё тише. Я не смогла удержать её взгляд и опустила глаза.

Милания ненадолго замолчала.

— Он бы не злился на тебя. И точно не решил бы, что ты предала его или вашу дружбу. Он всегда знал, что когда-то ты любила Неймора.

От её слов мне действительно стало немного легче. Будто тяжёлый груз на мгновение ослабил хватку. Но ненадолго.

— Я не понимаю, Милания... зачем мне так жить? Что меня ждёт?.. Быть его игрушкой?.. Его... рабыней?..

Слова застревали в горле.

— Пока я ему не надоем... А потом он либо убьёт меня... либо отдаст кому-нибудь ещё... И какой в этом вообще смысл?.. Я хочу сбежать отсюда... выбраться из этого замка... Только бы больше никогда его не видеть...

Милания сразу покачала головой.

— Лана... не думай так. Сейчас просто тяжёлые времена. Но они не будут длиться вечно.

Она говорила быстро, словно боялась, что я не успею услышать или поверить.

— Ты даже не представляешь, что происходит за пределами этого замка. После войны всё изменилось. Главы департаментов, суды, тюрьмы — всё стало другим. Сейчас там настоящий хаос. Приспешники Фодеса творят вещи куда страшнее. Они могут ограбить, избить... или даже убить случайного прохожего. На меня уже несколько раз нападали.

Она на мгновение отвела взгляд.

— Меня спасало только то, что я работаю в доме семьи Дракморн. Их боятся. Никто не посмеет тронуть даже служанку этого дома.

Я смотрела на неё, не моргая, я впервые слышала всё это.

— Ты... не говорила... почему ты не говорила?.. — Я крепко сжала её руку.

В её глазах появилась грусть.

— Я надеялась, что всё изменится. Фодес каждый день выступает с речами, обещает мир, говорит, что скоро всё наладится... Но ему всё равно. Он ищет новую силу, а его люди делают всё, что захотят.

Она ненадолго замолчала.

— Эварион, как лидер страны, объявил, что законы остаются прежними и за убийства или насилие будут наказывать всех, независимо от положения. Но сейчас просто некому этим заниматься. Некому ловить преступников...

Она сглотнула и чуть наклонилась ко мне ближе.

— Поэтому пойми... здесь ты в безопасности... пока что...

Последние слова она произнесла почти шёпотом, после чего нервно огляделась по сторонам, будто даже стены могли нас услышать.

— Но сбежать в другую страну возможно...Но нужно время... нужно, чтобы всё хоть немного утихло... и тогда появится шанс выбраться отсюда...

Во мне вдруг вспыхнула надежда. Как огонь. Я приоткрыла рот и посмотрела на неё, широко распахнув глаза.

— Но как? Я не смогу выбраться из замка.

Она задумалась.

— Здесь слишком сильные защитные чары. Даже я чувствую, как они подавляют магию... словно медленно гасят её. Магического способа сбежать отсюда, скорее всего, нет...

Я горько усмехнулась.

— Вот именно... И через забор я тоже не перепрыгну.

Между нами, на секунду повисла тишина.

Милания на секунду задумалась, а потом оживлённо произнесла:

— Замок очень старый... Раньше в таких местах всегда строили подземные ходы. Возможно, они сохранились. Если найти хотя бы один... Тогда можно будет выбраться незаметно. Я постараюсь узнать.

Я прищурилась и пристально посмотрела на нее.

— Милания... кто помогает тебе?

Она прикусила губу, замялась, будто решала, стоит ли говорить. Потом осторожно оглянулась по сторонам. И только после этого, почти не двигая губами, прошептала:

— Каил.

Мои глаза тут же округлились, брови взлетели вверх.

— Он... до сих пор жив?.. — выдохнула я, не веря своим ушам. — Я думала, он в бегах... что его уже поймали...

— Нет... он жив, — так же тихо ответила Милания. — И хочет спасти Селину. Она теперь тоже трофей, как и ты. Живёт в доме Ардэна Фолла — дяди Неймора и нового министра здравоохранения.

Я смотрела на Миланию, не моргая, пытаясь осознать услышанное... и меня медленно охватывал холодный ужас.

— У них что... вся семейка насильники?.. — это всё, что я смогла выдавить из себя, и голос предательски дрожал, словно слова сами не хотели выходить наружу.

Милания тут же покачала головой.

— Лана... не все трофеи живут так, как ты.

Она внимательно посмотрела мне в глаза.

— Я видела Селину. Насколько знаю, Ардэн не делает с ней ничего подобного.

Я медленно выдохнула. На душе стало немного легче. Я была искренне рада за Селину. Рада, что ей повезло больше, что её не заставляют и не унижают так, как меня.

— Каил состоит в дружине, — продолжила Милания. — Её организовали люди Теодора Сильвариса. Они помогают сопротивлению. Я точно знаю, что многим удалось выбраться только благодаря им.

Она ненадолго замолчала.

— И Каил пообещал, что поможет нам. Нужно только немного подождать.

К глазам снова подступили слёзы. Я кивнула. Почему-то вдруг стало невыносимо тоскливо.

Если бы Томас был жив...Он тоже пытался бы меня спасти.

Эта мысль больно кольнула сердце. Я машинально посмотрела на кольцо, всё ещё сиявшее на моём пальце, затем опустила взгляд и сильно сжала пальцы, словно это могло удержать меня от нового срыва.

— Милания... прошу тебя... Если однажды окажешься в опасности и у тебя будет шанс уйти — не думай обо мне. Просто беги. Слышишь? Не оглядывайся.

Она едва заметно улыбнулась.

— Всё будет хорошо. Пока я работаю здесь, меня никто не тронет. Мне... повезло. Я даже не надеялась, что окажусь именно в этом доме.

На мгновение она задумалась.

— Когда я увидела Неймора в тюрьме, даже представить не могла, что он выберет меня. Сделает служанкой в своём доме. Особенно после того, как он относился к тебе... и ко всем нам... после вашего расставания.

— Подожди... — нахмурилась я, чувствуя, как внутри что-то холодеет. — То есть... он выбрал тебя сам? Я думала, это просто случайность...

Я смотрела на неё с изумлением, не веря услышанному.

— Да, — повторила Милания тише, будто сама до конца не верила в произошедшее. — Он подошёл ко мне в тюрьме во время распределения. Просто посмотрел... и приказал. Сказал, что в его доме не хватает служанки. Меня освободили и направили сюда.

Я слушала её, и в голове постепенно складывалась холодная, жёсткая картина происходящего.

Служанка ему была не нужна. Я была в этом уверена. Он сделал это не случайно. И уж точно не из милосердия.

Помочь Милании? Нет. Его чёрная душа не способна на бескорыстные поступки. Значит, он хотел, чтобы она была здесь. Рядом со мной. Под его контролем. Чтобы у меня всегда была слабость, за которую можно ухватиться.

Это было самое логичное объяснение.

— Милания, не верь ему, — тихо сказала я. — Даже если он и помог тебе, то только ради собственной выгоды. А когда добьётся своего, избавится от нас обеих. От тебя. От меня. От любого, кто станет ему не нужен.

Она не стала спорить.

— Я понимаю. Правда понимаю.

Она устало вздохнула.

— Но сейчас так лучше. Его фамилия и работа в этом доме защищают меня от вещей куда страшнее. И с тобой происходит то же самое. Пока ты здесь, ты в безопасности. Неизвестно, куда бы ты попала, если бы не он.

Она смотрела на меня внимательно, слишком внимательно, и от этого взгляда по спине пробежал холодок.

Я невольно представила мир за стенами замка. Пустые улицы, хаос, о котором говорила Милания, людей без защиты, без имени, без права рассчитывать хоть на чью-то помощь.

На мгновение стало трудно дышать.

Мысль о том, куда я могла попасть, если бы не этот дом... если бы не власть Неймора... оказалась слишком тяжёлой.

Я отвела взгляд.

Не хотела, чтобы Милания увидела, как внутри меня сталкиваются страх, ненависть... и что-то ещё.

А вдруг она права? А если эта золотая клетка действительно защищает меня от мира, который за её пределами стал ещё страшнее?

Может быть, безопасность иногда выглядит именно так — как тюрьма с мягкой постелью и запертыми дверями.

— Мне пора работать, Лана... Но, как только появится время, мы обязательно ещё поговорим, — сказала Милания, поднимаясь с дивана.

Я посмотрела на книгу, всё это время лежавшую рядом.

— Хорошо... А я почитаю о порталах. Может, найду что-нибудь полезное.

Милания тепло улыбнулась, развернулась и вышла.

Я осталась одна. Наедине с книгой. И со своими мыслями.

Я была рада. Тому что есть шанс сбежать. Рада тому, что мои друзья живы, что они всё ещё существуют где-то там, за пределами этих стен. Но эта радость не смогла заполнить ту пустоту, которая давно поселилась внутри меня. Она лишь на мгновение коснулась её... и исчезла. А печаль осталась.

Глубокая, тяжёлая, вязкая, словно туман, который не рассеивался ни днём, ни ночью.

Селина и Каил любят друг друга... и даже несмотря на то, что они сейчас не рядом, они всё равно есть друг у друга, связаны этой невидимой нитью, которая даёт им силы, держит их, не позволяет окончательно сломаться.

Он пытается спасти её. А она... наверняка живёт с этой надеждой в сердце, с любовью, которая не даёт ей опустить руки, и ждёт его, верит, что он придёт за ней.

А я? Кому нужна я в этом мире?

Я не уверена, живы ли мои родители, не знаю, где точно где они, не знаю, думают ли обо мне, ищут ли, помнят ли вообще.

Я никому не нужна.

Эта мысль прозвучала так чётко, так холодно и безжалостно, что на мгновение у меня перехватило дыхание, словно чья-то рука стиснула горло.

Если бы не Милания, я бы вообще ничего не знала, ни о них, ни о мире, ни о том, что происходит за пределами этого замка, который стал моей клеткой. И если быть честной...вряд ли кто-то действительно попытался бы меня спасти. Это слишком сложно и опасно.

Стоит ли вообще надеяться? Ждать? Просить помощи?

Ведь любой, кто попытается вытащить меня отсюда, рискует собственной жизнью.

Что если Неймор узнает?..

Эта мысль пронзила меня мгновенно, как удар.

Он убьёт Миланию. Убьёт Каила. Просто...убьёт.

А я не хотела подставлять их, не хотела причинить им вред, не хотела, чтобы из-за меня кто-то пострадал или погиб.

Взгляд сам собой опустился на кольцо Томаса. Вместе с болью пришло привычное чувство вины. Будто он погиб из-за меня. Будто я должна была что-то сделать... но не смогла.

И теперь он мёртв. А я — жива.

Мне стало так больно, что я согнулась пополам, не в силах справиться с нахлынувшими мыслями. Слёзы сами покатились по щекам, и я уже не пыталась их остановить.

— Нельзя расклеиваться... нельзя терять надежду, — прошептала я себе и глубоко вдохнула.

Потом с силой начала вытирать лицо ладонями, надеясь вместе со слезами стереть страх, отчаяние и всё то, что сейчас разрывало меня изнутри.

Нет. Я должна держаться. Не имею права сдаться.

Я медленно легла на диван, на бок, подперев голову рукой, и открыла книгу, пытаясь заставить себя переключиться, зацепиться за текст, за слова, за смысл, за что угодно, лишь бы не оставаться в этих мыслях.

Мне нужно отвлечься. Перестать думать. Перестать чувствовать.

Я вчитывалась в строчки, возвращалась к ним снова и снова, пыталась уловить смысл, но мысли всё равно не отпускали, пробирались внутрь, перебивали, тянули обратно.

О мире. О том, как сейчас живут люди. О том...как мне отсюда сбежать.

Я представила, как выбираюсь из замка и бегу по лесу, бегу босиком между деревьев, не разбирая дороги, цепляясь ногами за корни, иногда наступая на острые ветки, но не чувствуя боли, потому что всё остальное заглушал страх.

Бегу изо всех сил. Дыхание сбивается, сердце колотится так сильно, будто вот-вот вырвется из груди. Не покидает ощущение, что за мной гонятся. Что стоит лишь остановиться — и меня схватят.

Резко оборачиваюсь. Но сзади никого. Никто не бежит за мной. Лес пустой.

И от этого становится ещё страшнее.

Шаг замедляется. Я останавливаюсь, пытаясь перевести дух, и оглядываюсь по сторонам. Вокруг только густой тёмный лес. Ни одной живой души.

Животный страх сжимает всё внутри. Такой сильный, что на мгновение хочется развернуться и бежать обратно. В замок. В клетку. В знакомый ужас.

Но я всё равно смотрю вперёд. Заставляю себя.

И вдруг...треск. Где-то за деревом.

Я замираю, не дышу, боюсь пошевелиться.

И из-за деревьев начинают выходить мужчины в чёрных одеяниях.

Их лица перекошены, искажены, в них давно не осталось ничего человеческого, они смотрят на меня, переглядываются, смеются. На руках — свежая кровь.