Божественные безделушки: Павшая армия
— Присмотри за подружкой и не вмешивайся, — приказал Кайл. — Я разберусь.
Кивнув, Дан без промедлений загородил собой Эвву, что стояла, испуганно прижавшись спиной к стволу дуба.
Тем временем Кайл метнул трофейный кинжал в грудь пробегающему рядом с ним разбойнику. Сражённый противник свалился на землю бездыханным телом, выронив из обмякших рук большую охапку захваченного холодного оружия. «Алый» коснулся носком сапога чёрной рукояти, защищённой серебристой гардой, и с лёгкостью подкинул вверх длинную рапиру.
— Чужого мне не надо, но своего я не отдам, — произнёс Кайл, обращаясь не то к поверженному разбойнику, не то к своим молодым спутникам — неважно. Важно другое — теперь, когда он вооружился более серьёзным оружием, чем старый кинжал, можно было сразиться с разбойниками на равных.
«Алый» вернул свой клинок как нельзя кстати — встретив на своём пути препятствие в виде освободившихся пленников, сразу трое разбойников бросились на Кайла. Тот не растерялся и, увернувшись от топора, глубоко полоснул бок первому нападавшему, после чего, отбив удар сабли второго противника, расправился и с ним, уколов в живот.
Третий же нападавший занёс над плечом тяжёлый двуручный меч, но воспользоваться столь грозным оружием не успел — дрогнув, разбойник рухнул на землю бездыханным мёртвым грузом. Как оказалось после, в его спину, ровно между лопаток, вонзилась выпущенная кем-то стрела.
Кайл оторвал взгляд от убитого и посмотрел вперёд. Уничтожив большую часть противников и заставив спасаться бегством уцелевших, к дубу строем вышло шесть воинов «Алой розы», во главе которых стояла вооружённая луком девушка с каштановыми волосами, завязанными в короткий хвост, на чьём плече сидела та самая странная птичка.
Когда Дан и Эвва увидели её, то невольно обменялись озадаченными взглядами. Не каждый день встретишь слепого стрелка, как эта «алый», чьи глаза были скрыты плотной белой повязкой.
— Вайолет, — кивнул Кайл вместо приветствия, опуская клинок остриём в землю.
— Кайл, — сказала девушка приятным голосом и неторопливым тоном, опуская разряженный лук. И, словно почувствовав чьё-то постороннее присутствие, повернула голову в сторону стоящих позади соратника незнакомцев. — Кто это?
— Друзья, — сообщил «алый». — Нам стоит отвести их к Скауту. Поверь мне.
Эвва посмотрела на Дана.
— А как эта девушка видит и стреляет?.. — тихо проговорила она ему на ухо.
— Сейчас это неважно, — ответила Вайолет, услышав шепот Эввы. Затем, повернув голову обратно в сторону Кайла, сказала: — Что ж. Мне нет нужды не верить тебе. Если ты утверждаешь, что эти двое нуждаются в встрече с моим братом, так тому и быть.
— Тогда передаю их тебе, — кивнул «алый». — А я пока переговорю с одним недобитком.
Дан с Эввой подошли к воинам «Алой розы». В их компании они чувствовали себя на порядок спокойнее, чем в окружении разбойников, ведь эти ребята в зелёных плащах навряд ли вернут их обратно королю.
По крайней мере, им очень хотелось в это верить…
Кайл склонился над раненым Окороком. Толстое брюхо защитило внутренние органы от серьёзных повреждений, но из-за сильной кровопотери каждая минута приближала неизбежную встречу разбойника с праотцами.
— Месье, как сильно вы хотите продлить свою жизнь? — спросил «алый» с серьёзным выражением лица, которое совсем ему не шло. Однако, вопреки хмурому взгляду, его слова казались не более чем издёвкой.
Окорок приоткрыл сомкнутые глаза и простонал что-то неразборчивое.
— Приму за положительный ответ, — продолжил говорить Кайл. — Тогда задам всего один вопрос. Где ваш главарь?
Ответить смертельно раненому, цеплявшемуся за угасающую жизнь, было не до разговоров.
— Вайолет, твой выход, — сказал Кайл, взглянув на соратницу. — Действуй.
Слепая девушка подошла к разбойнику, опустилась на согнутые колени и положила правую ладонь на его рану. Через секунду под её пальцами появилось едва заметное свечение цвета золота.
Наблюдая за происходящим, Дан слегка наклонился в сторону и прошептал Эвве на ухо: «Локс…»
Когда Глейс был ещё ребёнком, ему не раз доводилось слышать истории о людях, наделённых самой благородной силой — «локс», он же «свет». В отличие от тьмы нокса, которая несёт разрушение и смерть, локс, являясь её полной противоположностью, дарует спасение.
Вот и сейчас Вайолет Скаут спасала жизнь того, кто её, кажется, совсем не достоин. Однако судить о том, кому остаться в мире живых, а кому отправиться в загробный, не является правом магов света. Их дело — помочь нуждающимся своей исцеляющей силой, а дальнейшую судьбу спасённых пусть определяют боги…
Окорок медленно открыл сомкнутые глаза.
— С возвращением в мир извечно воюющих созданий, — хмыкнул Кайл, смотря в лицо разбойнику. — Мы тебя спасли? Спасли. Так что теперь отрабатывай — выкладывай, куда это вдруг исчез ваш вожак?
— Я… Я не знаю… — с трудом заговорил разбойник ослабшим голосом.
— Неправильный ответ, — покачал головой «алый». — Вайолет.
Девушка приподняла руку от не до конца зажившей раны, из-за чего Окорок испытал сильнейшую боль и жалостно взыл.
— Она ушла в Мер!.. — немедленно сообщил он, не в силах даже пошевелиться, чтобы хоть как-то отвлечься от боли. — Н-неделю назад. Больше мне ничего неизвестно! Клянусь вам!..
Вайолет опустила исцеляющую ладонь обратно на место ранения, облегчив боль мужчины.
— А не лжёшь ли ты? — спросила она.
— Прежде чем эта шайка схватила меня с отрядом, — произнёс Кайл, поднимаясь на ноги, — мне удалось ранить и допросить одного из них. Тот человек сказал то же самое. Бродяжка в Мере, Вайолет. Теперь мы знаем, где её искать.
«Алый» осмотрел собравшихся рядом с ним бойцов клана.
— Предлагаю немедленно уходить отсюда, — сказал он. — Наши новые союзники сообщили, что за ними гнались королевские охотники. Если они всё ещё в лесу, то, вероятно, не оставят без внимания устроенный вами переполох.
— А что делать с ним? — поинтересовалась Вайолет, подразумевая Окорока.
— Его дружки повесили наших братьев по оружию, — с холодом в голосе произнёс Кайл. — К тому же он слишком много видел и слышал. Поэтому позволь мне забрать этот грех себе.
Не успел разбойник внять произнесённым словам и испугаться, как «алый» вонзил остриё рапиры прямиком в его сердце.
Прикончив разбойника, Кайл поймал на себе немые взгляды спасённых беглецов. В них не было ни осуждения, ни удивления. Просто непонимание. Особенно в глазах Эввы, которая за минувшие сутки видела больше, чем за все двадцать лет жизни…
— Увы, такова война, такова жизнь, и с этим ничего не поделать. Либо мы их, либо они нас, — пояснил Кайл, убирая рапиру обратно за пояс. Затем посмотрел на Вайолет, которая после случившейся казни потупила омрачённый взгляд в землю. — Труби отход, подруга. Мы возвращаемся домой.
Глава 5. Пристанище несогласных
На самых окраинах леса, где сквозь высокие тонкие ели проглядывалось дикое поле и поднимающееся над ним по лазурному небу солнце, в небольшом импровизированном лагере вернувшуюся с рейда группу дожидались двое постовых, стерегших десяток верховых коней.
Скакуны все, как один, были молоды и крепки — Кайл с гордостью заявил, что в их братстве других и не водится. Однако большее удивление у Дана с Эввой вызывали не отборные ездовые, а находившийся рядом с ними Арихольд. Их старый знакомец сидел на поваленном сухостое и с безмятежным выражением лица старательно оттирал с одежды бурые пятна. И, судя по тому, что сейчас мужчина здесь, а не лежит мёртвым телом перед въездом в лесной массив, то испачкавшая его одеяния кровь принадлежала кому-то другому…
— Менее всего можно было ожидать встретить тебя здесь, — сказал Кайл, проходя мимо нежданного, пусть и предвиденного гостя. — Но зная, на какие причуды ты способен, то твоё появление уже не кажется чем-то особенным, старый друг.
— Рад нашему воссоединению, капитан, — поприветствовал его Арихольд.
В памяти Дана появилась новая зарубка: в рядах клана Кайл числиться в ранге капитана. А поскольку такие высокие звания не даются просто так, то стоит держаться к нему поближе. Возможно, он сможет научить чему-то полезному. Например, искусному фехтованию, которое продемонстрировал ранее в лагере разбойников. Вряд ли бывалый воин откажется поделиться своим опытом с юным пополнением.
— Я был уверен, что вы найдёте наших новых друзей и поможете им, — продолжал говорить Арихольд. — И, как теперь вижу, не прогадал.
Кайл, добравшись до своего коня цвета воронённой стали, бережно погладил того по вытянутой морде, проговаривая вполголоса:
— Мне всегда было интересно, откуда в тебе столько уверенности?
— Хм-м… Возможно, следующие слова прозвучат как злое подшучивание, но не могу не отметить, что моя, как вы выразились, «уверенность» не сравнится с вашей удачей, Кайл, — парировал Арихольд, который, судя по выдержанной им паузе, не слишком торопился давать ответ на прозвучавший вопрос. — Или везением. Имена различны, однако суть всегда одна.
Собиравшийся взобраться на коня Кайл вдруг отбросил из рук поводья и немедленно подошёл вплотную к разглагольствующему соратнику, пристально посмотрел в его глаза. На лице капитана исчезла всякая доброта, и на её место пришёл внимательный, слегка сердитый прищур. Однако Арихольда это нисколько не смутило, и он продолжал сохранять присущую ему безмятежность.
— Это тебе свезло поболее, чем мне, — тяжело проговорил капитан, указывая рукой на стоящих поодаль спасённых беглецов. — Я нашёл их в стане разбойничьего сброда, где обоих на рассвете ждала только одна дорога — обратно в столицу. И только попробуй сказать мне что-нибудь про «везение», «судьбу» или «предназначение». Всё это имеет неприятное свойство заканчиваться. И если минувшей ночью наши с ними пути сплелись по стечению великой удачи, то завтра её может не случиться, и мы утратим то немногочисленное, что хоть как-то может приблизить нас к победе.
— Не стоит!
Вайолет вклинилась между двумя сторонами зарождающегося конфликта.
— Ты знаешь — у Арихольда не было выбора. Вступив в схватку с законниками, он дал ребятам возможность уйти, — напомнила девушка капитану. — Да, мы все устали жить в беспросветной тьме. Только вот сейчас не время бросаться на своих. Сейчас, когда нас наконец-то озарил луч света. Когда появился шанс всё изменить.
Кайл прикрыл глаза. Беззвучный вдох и выдох.
— Ты права, — согласился он, перенимая на себя спокойствие Вайолет. После чего протянул руку тому, с кем только что был готов схлестнуться на клинках. — Ну что, старик? «Покуда есть заклятый враг…»
Арихольд поднялся с места и пожал твёрдую пять, защищённую фехтовальной перчаткой.
— «…Ты и я — братья до конца», — завершил он слова капитана.
Наконец разобравшись со сложившимся недопониманием, теперь Кайл мог вернуться к своим командирским обязанностям. Что и сделал, обратившись ко всем присутствующим.
— По сёдлам и в путь, бойцы! — приказал капитан «алых». — Война справедливости ещё не окончена.
Оживившись от прозвучавшей команды, «алые» зашевелились и начали седлать коней. Озадаченная Эвва уставилась на отвлечённого Дана — тот искал свободную лошадь, — не зная, с какого вопроса начать. То ли с того, о каких «шансах» и «лучиках света» говорила Вайолет, то ли с того, что такое «Война справедливости». Но, пробыв в размышлениях ещё несколько секунд, поняла, что сейчас не лучший момент для новых обсуждений — нужно спешить.
— Запах крови… — внезапно сказала Вайолет, когда Кайл ушёл, оставив её наедине с Арихольдом. — Чужой крови… Ты ранен?.. — спросила она на пониженном, но источавшем сострадание тоне. — Тебе нужна помощь?
— Пожалуй, нет, Вайолет, — покачал головой мужчина. — Я в полном здравии, не считая парочки лёгких царапин. Но благодарю тебя за чуткое внимание и готовность помочь. В эти неспокойные времена это действительно важные качества. Главное, не злоупотребляй ими, чтобы не оказаться в беде, как это однажды случилось со мной.
— Разумеется, — не стала спорить сестра Скаута, смотря в сторону, откуда до неё доносился голос собеседника. — Так… Ещё у тебя нет коня, верно?
— Верно, — кивнул Арихольд. — Прежний пал в схватке с королевскими преследователями. К сожалению, мне не удалось его спасти.
— Тогда можешь взять моего, — предложила Вайолет. — А я поеду с капитаном.
— Ты очень добра. Прими мою признательность, друг.
Сказав это, на лице мужчины проявилась лёгкая, полная искренней благодарности улыбка. И, словно почувствовав её появление, девушка улыбнулась в ответ. Их непродолжительный диалог подошёл к концу.
— Как это прекрасно… — с восхищением прокомментировала происходящее Эвва, стоя поодаль от остальных, рядом с Даном.
Занятый поисками юноша уже собирался ответно спросить, о чём это говорит его спутница, как вдруг позади них раздался голос капитана.
— Собрались идти пешком? — осведомился Кайл, подошедший к спасённым беглецам верхом на коне. Сейчас в его взгляд и голос вернулось прежнее балагурство, из-за чего той же Эвве стало на порядок спокойнее — такой капитан нравился ей больше. — Хвалю ваш оптимистичный настрой, бойцы, но позвольте избавить вас от столь тяжкого испытания. Вон того ничейного коня видите? Хозяина у него больше нет, да будет спокойна его душа на небесах, так что забирайте. Живым оно нужнее, нежели мертвецам.
Опираясь на опыт прожитого в деревне детства, лишь взглянув на указанного жеребца, Дан понял — то, что нужно! Красивой соловой масти, молодой и, видно, что прыткий. В голове сразу всплыли слова почившего старосты Луговой Пади, утверждавшего, что в торговый день цена подобного скакуна могла равняться месячному бюджету их селения, а то и больше.
С не меньшим заворожением на жеребца смотрела и Эвва, что в её случае совсем неудивительно — проведя все свои дни в высокой башне, лошадей она видела лишь на страницах книг. А здесь перед ней воочию предстал неописуемой красоты породистый скакун, от которого невозможно было оторвать взгляд.
Дан бережно прикоснулся к шее жеребца, ласково провёл ладонью вниз, поглаживая.
— Здравствуй, друг, — проговорил он на манер Арихольда — неторопливо и с почтением. — Нам нужно добраться до одного места. Поможешь?
— Зачем ты с ним разговариваешь? — вопросила Эвва, стоя позади и с интересом наблюдая за происходящим. — Разве он тебя понимает?
— Животные чувствуют доброту, понимают её, — объяснил юноша. — И злобу тоже. Поэтому с конём нужно быть ласковым, заботиться о нём, уважать. Только тогда он не оставит в беде. В этом с животными проще, чем с людьми, — договориться легче… По крайней мере, об этом мне не раз говорил староста.
Последнее Эвва не особо поняла — впрочем, как и первое. Но задавать дополнительных вопросов не стала — остальные бойцы отряда уже седлали своих лошадей и начали по одному покидать лес, на выезде из зарослей выстраиваясь в колонну.
— Погладь, — предложил юноша, увидев, в какой нерешительности застыла его спутница, не решавшаяся подойти ближе. — Давай же, не бойся. Я рядом.
Не скрывая своего скептицизма, Эвва осторожно приблизилась к Дану, а затем нежно коснулась светлой конской гривы… На что жеребец отреагировал недовольным фырканьем, из-за девушка, перепугавшись, резко отдёрнула руку назад.
— Стремительный не отличается общительным нравом, — сказал Арихольд, подошедший верхом на белой лошади Вайолет. — Но в случае, если вы совладаете с его характером, то можете быть уверены — он не подведёт.
— Да уж, «стремительнее» некуда… — с лёгкой досадой произнесла Эвва, в душе затаив обиду и на жеребца, который не принял доброй ласки, и на Дана, уговорившего её прикоснуться к опасному скакуну. — Однако имя ему подходит, ничего не скажешь…
Арихольд перевёл умиротворённый взор на юношу.
— Как вижу, ты, Дан, в отличие от твоей спутницы, ему приглянулся… — вдумчиво проговорил мужчина. — Значит, Кайл не прогадал, отдавая тебе Стремительного. Всё же не зря говорят, что у капитана меткий глаз на многие вещи.
Вместо того чтобы покраснеть и смутиться от похвалы, Дан решил воспользоваться удобным моментом иначе — задал мучивший его сознание вопрос.
— Как вы сумели в одиночку расправиться с той оравой?
Безмолвно улыбнувшись на прозвучавшие слова, Арихольд поднял правую руку и посмотрел сквозь покрытые кровью пальцы на диск солнца.
— Сегодня боги милостливы к нашим согрешениям. А большего мне и не требовалось, — произнёс он после нескольких секунд тишины. — А теперь в путь, мои юные друзья. Пристанище несогласных ждёт благих вестей.
Тряхнув поводьями, мужчина повёл верхового следом за остальным отрядом. Оставшиеся позади ребята переглянулись и, не проронив ни слова, решив не отставать, направились за ним.
Молодой конь сразу продемонстрировал новым наездникам, что «Стремительным» его прозвали неспроста: едва Дан успел договорить команду «Марш!», как лихой жеребец с завидной прытью устремился вперёд. Настолько быстро, что с непривычки юноша с трудом удержал поводья, а его спутница лишь чудом не выпала из седла.
— Ух!.. — вырвалось из-за стиснутых зубов Дана, пытавшегося управиться с резвым скакуном.
— Ой!.. — тихо пискнула сидящая позади Эвва, зажмурившись и вжавшись в спину Дана.
Вцепившаяся обеими руками в его торс испуганная девушка не способствовала удобному управлению и без того неугомонного жеребца, однако Глейс, несмотря на все сложности, быстро справился с этой непростой задачей.
Вырвавшись из лесных владений в широты бескрайних лугов, Дану, обойдя нескольких замыкающих строй всадников, наконец удалось усмирить пыл Стремительного и перейти с галопа на шаг.
— Во-о-от, вот так! — хвалил юноша скакуна, пытаясь перевести дух после безумных скачек. — Молодец!.. Всё, Эвва, он успокоился.
— Уверен?.. — осторожно, будто с недоверием, поинтересовалась девушка. — Может, он притворяется.
Дан невольно расплылся в улыбке.
— Уверен.
— Прошлая лошадь была более… тихой, — вздохнула Эвва, отлипнув от спутника.
— Это точно, — не мог не согласиться юноша. — Но ничего. И со Стремительным сладим.
— Очень на это надеюсь, — проворчала девушка. — А ещё лучше вообще больше не пользоваться лошадьми. Хватит, наездилась… И чего это ты смеёшься?!
— Прости! — улыбался Дан, едва сдерживая пробивающийся наружу смешок, из-за чего принесённые им извинения не казались Эвве настоящими и искренними. — Ты просто… необычная.
— Пф. Посмотрела бы я на тебя, проведи ты двадцать лет в четырёх каменных стенах, — фыркнула девушка, сложив руки на груди. После чего, желая хоть как-то отомстить, язвительно добавила: — Умник.
— Эй, не обзывайся! Я же ничего плохого про тебя не сказал! — продолжал улыбаться юноша.
— Тогда изволь впредь не раскидываться дурацкими словечками, особенно в отношении дамы, — предостерегла его спутница. И, не желая продолжать разговор, предупредила: — Пожалуй, помолчу.
— Ну… Как скажешь, — не стал спорить Дан, не понимая, что именно он сказал не так.
Дальнейшие несколько часов пути прошли в обоюдном молчании. Дан всё так же вёл успокоившегося жеребца в составе конного строя «алых». Эвва же смотрела по сторонам, разглядывая всё то многообразие цветов, расстелившихся по лугам разнотонным ковром.
— Странно… — вдруг произнесла она, после чего выглянула из-за плеча юноши и посмотрела в спину отдалившегося вперёд Арихольда.
— Ты о чём? — поинтересовался Дан, не отвлекаясь от своего дела.
— Странно, что Арихольд не искал нас, — уточнила девушка. — Он ведь говорил, что мы важны для всего сопротивления. Но после расставания на развилке не стал нас искать, а сразу направился к своим. Не знаю, как тебе, но мне это кажется странным. Как, впрочем, и сам Арихольд…
Юноша задумался. С одной стороны, замечание спутницы было не беспочвенным. С другой, на пути их провожатого могло произойти многое, из-за чего он был вынужден отложить поиски и отправиться на временную стоянку своего клана. Однако это перетекает в уже другую странность — как Арихольд сумел найти своих посреди огромного леса?
Вновь масса вопросов, и, как прежде, все без ответов…
От очередных размышлений Дана отвлекло движение справа. Юноша посмотрел в сторону — туда же устремила свой взгляд Эвва, — и увидел занимательную картину.
Вдали, где значительный участок неба затянуло серым пятном большой, грохочущей громом тучи, по заросшему травой холму бегал человек с белыми, как снег, волосами, вооружённый до зубов странными копьями с закруглёнными наконечниками. Он неугомонно носился от одного участка холма к другому с такой поразительной скоростью, что за ним едва поспевали двое одетых в форму «Алой розы» помощников, гружённых различным снаряжением, не похожим на боевое или походное.
— Что это? — вполне ожидаемо поинтересовалась Эвва.
— Не могу знать… — ответил Дан, не скрывая своего честного удивления. — Впервые вижу подобное.
Неожиданно для всех, чуть ниже холма, в берег ручья ударила молния, из-за чего спутницей юноши овладел сильный испуг, и она поспешила укрыться за спиной Дана — обыкновенная реакция для любого здравомыслящего человека. Однако, вопреки ожиданиям юноши, бегающий по холму мужчина, вместо того чтобы скорее броситься всем телом наземь, спасая свою жизнь, зачем-то помчался к месту попадания опасного явления.
— Он, кажется, в ссоре с головою, — проговорила девушка, осторожно выглядывая из-за плеча спутника. И добавила с восхищением: — Впервые наблюдала удар молнии по земле…
— На земле хватает дураков, — прокомментировал её меткие слова Дан.
— А мы не будем укрываться?
— Зачем? Непогода в отдалении, ещё и уходит в сторону, — пояснил юноша. — Нам, под ясным небом, бояться нечего. Разве что только богов, чьи искрящиеся копья способны достать тех, кто их разгневал, где бы они ни были.
— Боги… — вполголоса повторила Эвва, растягивая столь короткое слово на губах. — Я читала о них, о богах. О небесном пантеоне. О священных писаниях. Здесь что, все и вправду во всё это верят?
— А почему бы мы не должны в это не верить? — удивился Дан, из-за чего даже полуобернулся назад и внимательно посмотрел на спутницу. — Боги являлись к людям на момент нашего сотворения, передали нам священный наказ, а после поднялись обратно в небесный пантеон, откуда теперь следят за нами с тех древних времён и по сей день. Сказания об этих событиях передаются из поколения в поколение, как и свод высших нерушимых законов.
— Но ведь всё это было так давно, и с тех пор боги ни разу не являлись к людям вновь, — парировала девушка. — По крайней мере, я не нашла в книгах никакой информации о новых сошествиях. Как можно столько тысячелетий верить в одну маленькую рукопись, написанную в древние времена?
— Тише… — насторожился юноша, постепенно снижая тон голоса. — Я не знаю, что именно ты читала, сидя в своей башне, но знаю, что жила в совершенно «другом мире». Своём, полном заумных книг, мире. Но здесь, внизу, мир устроен совсем иначе. Впрочем, ты сама уже это увидела.
Он выдержал короткую паузу, за время которой невесело вспоминал события последних нескольких лет.
— Так вот, — продолжил Дан. — Лучше не говори ничего плохого о богах, даже если не желаешь в них верить. Наше королевство захватили безбожники, и ни к чему хорошему это не привело. И едва приведёт, если помнить о том, что уже однажды случилось с…
— Строй, стой!
Юноша отвлёкся от разговора и подчинился раздавшейся команде капитана. Вскоре из начала строя к ребятам подошёл сам Кайл и указал кивком на свежо истоптанную копытами траву.
— Дойдёте пешком, — сказал он, демонстрируя спутникам зажатые в руке две чёрные ленты. — Завяжите глаза и кладите руки на мои плечи. Снимите их лишь тогда, когда я разрешу. Всё понятно?
Спасённые беглецы озадаченно переглянулись.
— Поскольку я почти ничего о вас не знаю, то не могу доверить вам точное местоположение нашего укрытия, — пояснил капитан «алых», перехватив их недоумевающие взгляды. — Так что выполняйте приказ, бойцы. И советую не пытаться подглядеть маршрут, если не хотите проблем — с наказаниями у нас, будьте уверены, всё в полном порядке.
— Верим, — вздохнул Дан, вылезая из седла.
Подобные предостережения показались ребятам излишними — никто из них не собирался при удобном случае сбегать к законникам и докладывать о местоположении «Алой розы». Но если таково условие хозяев территории, то лучше и проще подчиниться, чем вступать в бессмысленные споры, которые ни к чему хорошему точно не приведут.
— Терпеть не могу темноту, — проворчала Эвва, завязывая глаза протянутой лентой.
— А зря, — добродушно улыбнулся Кайл. — Темнота — лучший друг любого бойца сопротивления.
Как только беглецы закончили с выполнением приказа, Кайл, скомандовав короткое «Вперёд», повёл их в незримом и неизвестном для них направлении…